Потерянные в серебре

Утро. Я проснулся от яркого света солнца, которое наполнило им всю комнату сквозь узкие щели занавесок.  Погода сегодня была повеселее, чем вчера. До репитиции мне нужно было закончить много дел, поэтому не и долго думая, я быстро вскочил с постели и оделся. Мне предстояло сделать кучу звонков, и у меня совсем не оставалось свободного времени. Мысли о вчерашнем вылетели с головы, и от этого мне было легче работать. Но я всё также планировал поговорить с Лёвчиком. Прошло уже несколько часов. Солнце стояло в зените. К меня оставалось мало работы, и я старался как можно быстрее ее закончить. Я погрузился в нее еще больше, обдумывая каждую мелочь. Но тут меня отвлёк звонок телефона. Я без особого внимания я ответил, даже не посмотрев от кого: — Алло. Да. И  вдруг меня передёрнуло. В ответ я услышал голос Лёвчика. — Шур... Мм.. меня сегодня не будет... Я сегодня очень занят... Не успел ничего сказать, как он уже сбросил трубку. Я был в недопонимании. Меня снова охватил туман загадочных обстоятельств, и уже не знал, что и думать. Я решил выйти на балкон и немного перекурить. На улице было уже довольно тепло, но после сильного ливня ещё оставались на дорогах небольшие лужи, отзеркаливающие проезжих рядом машин. В воздухе пахло сыростью, и от того было приятно на нем находится. Из кармана достал пачку сигарет под маркой "Parliament" и закурил одну. После нескольких затяжек мысли стали освобождать мою голову, и я начал понемногу расслабляться. Сверху я наблюдал за проходящими пешеходами, вечно куда-то опаздывающих, и за бледными, покрытыми косыми разводами машинами. Меня вновь одерживала какая-то грусть и тоска, и не было никакого желания что-то начинать делать. Но нужно было идти на студию. Пройдя через узкий коридор своей квартиры, я собрался и вышел на улицу. По ходу я ещё рассуждал обо всем происходящем, но ничего нового, что я уже прежде говорил, не было. И тогда я решил не тратить на это свои нервы, и забыть об этом — хотя бы до встречи с Левчиком. Я быстро добрался к студии. Там уже все давно собрались. Я предупредил, что Лёвы сегодня не будет, и что с ним — я не знал. Они с пониманием к этому отнеслись, и кроме "Понятно" и "Ясно"  другого не услышал. Репитиция проходила также, как и всегда. Мы проиграли все песни, которые надо было; беседовали между собой, шутили  — все по-обычному. Но  без Лёвы было совсем не то. Его не хватало с нами, и держало ощущение грусти и пустоты. Я уже привык видеть его видеть по центру зала, и как он был постоянно в движении и танцах. Это выглядело всегда эстетично и создавало свою неповторимую атмосферу. Но ничего из этого сегодня не было. Мы спокойно попрощались и разошлись, а я ещё оставался здесь. Я не спешил возвращаться домой и став у открытого окна, я смотрел на аллеющий закат. Горизонт, приобрел багровый цвет, как и здания многоэтажек, его пересекающие. Облака переливались всеми оттенками красного и уходили вдаль за солнцем. Я стоял и наслаждался этим видом, и всё также продолжал думать о Лёвчике. И вдруг я услышал глухие шаги в коридоре и с ударом открылась дверь. От внезапного звука я повернулся полубоком и стал в ступоре — это был Лёва. — Оо, Лёвчик! Ты чего здесь? Говорил, что сегодня не сможешь. В медленно стал подходить к окну, при этом растегивая свое длинное чёрное пальто. — Увидеть тебя хотел. Он подошёл ко мне и мы оба, обпершись об оконную раму, стали смотреть куда-то вдаль. — У меня были проблемы, и я был очень занят. Мы пересеклись с ним взглядами. Его глаза были наполнены пустотой и некой туманностью. Темные круги под ними и бескровные губы делали его лицо ещё бледнее и мертвее.  Я не мог и представить, о чем он мог думать сейчас, он так опустив глаза, смотрел вниз. — Я не хотел тебя в это ввязывать и решал их в одиночку. Мне так легче было. Он говорил это медленно и уверенно. Я не знал, что ему на это ответить, и просто кивнул, как бы дать понять, что я не собираюсь вмешиваться в его дела. Постояв так ещё пару минут, он достал из кармана своего пальто пачку. Мне показалась она странной, ведь на ней не было ни названия, ни маркировки. Только виднелись несколько слов на нижней стороне коробки, которые я не смог прочесть. Он достал одну сигарету и предложил мне: — Будешь? Я не стал отказываться, все равно хотел только что достать свои. Я сначала подумал, что это была сигара, так как она была несколько крупнее. Честно говоря, мне уже все равно было, что курить. Лёвчик дал мне прикурить, и мы затянулись вдвоем. Эти сигареты мне очень понравились, и оказались по вкусу. Выдыхая, во рту оставался привкус чего-то сладкого, но и одновременно мятного. Что ещё меня заинтересовало, так это дым, который блестел на последних лучах солнца. Как глубоко не затягиваешь, он не становился густым, а только отсвечивал серебром. Такое я видео впервые. — А что это за сигареты, из дорогих я так понимаю? — Давно их покупал в Испании, решил не экономить и выбрал эти. Его руки все ещё тряслись, особенно когда подносил ко рту. Он глубоко вдыхал дым и выпускал его с короткими остановками, будто он о чем-то сильно переживал или волновался. — Что с тобой вчера было? — Да нормально... Просто... Просто проблемы были, вот и всё. — Ясно. Интересоваться, что за проблемы; предложить свою помощь, вместе их обсудить — это было лишним по его виду. Я не стал этим его давить, чтоб хоть как-то не сделать хуже. Но если б я не знал его столько лет, у меня и не было предположений его такого морального состояния. — Скажи честно... Пил? — Пил. Для меня это было не удивительно. Он часто впадал в депрессию и любил сглаживать ее алкоголем. Порой, до меня не доходило, откуда в его голову приходили мысли, которые становились причиной эмоциональных переживаний. Любые проблемы, с которыми он сталкивался, рано или поздно решались. Всегда решались. Но спокойно это он не делал. — Мы уже разговаривали на эту тему. Ты же сам прекрасно понимаешь, к чему это приводит. — Знаю. Солнце давно уже скрылось за черную полосу горизонта. Докурив, я кинул потухший бычок на улицу, а потом и Лёвчик. Мне становилось как-то не по себе и немного кружилась голова. Несмотря на это, внутри себя я почувствовал какую-то лёгкость и радость. Я не понимал, к чему она здесь. Но все таки решив, что лучше пойти домой, я стал прощаться с Лёвчиком, на что он ответил: — Давай я тебя лучше довезу, что-то ты совсем плохо выглядишь. — Да я сам не дойду что-ли? Ещё и такси вызывать. — Ты на ногах еле держишься. Мне тоже уже пора, чо мы будем по отдельности ездить? Тут он был прав. У меня сильно стали подкашиваться ноги и не мог ровно устоять. Хотя какое-то ощущение радости и счастья меня не покидало. Зал, в котором мы были, переливался желтыми оттенками, а небо казалось то черным, то фиолетовым. Первые звёзды неприятно мерцали в глазах. Руки слегка онемели. Я не понимал, что со мной происходит. С интересом вглядывался в меня Лёва, при этом немного ухмыляясь: — Шур, ты как? Пошли, уже сотый раз говорю. Выходя из студии, он застегнулся, всунул руки в карманы своего пальто и быстро вышел в коридор. Следом за ним я, не став надевать свою куртку, закрывал двери. В глазах все плыло. Чудом с третьей попытки я попал в замочную скважину, перепутав до этого ключи на связке. После мы прошли коридор и спустились по лестничной клетке. Пол и ступеньки расходились и двоились, что я старался, как можно медленнее идти, чтоб не упасть. Благо, я дошел целым до дверей. Лёва давно уже выбежал на улицу и рысью вскочил в машину. Тут уже вышел я и сел зади. На улице было довольно холодно и совсем темно. Я не разглядел, что за машина, потому что меня это сейчас совсем не волновало. Только я одно не понял, когда он успел ее вызвать. Может, когда я ещё докуривал, или когда полз за ним по ступенькам. Но я сразу об этом забыл, и смотрел сквозь окно на сверкающие автодороги и фонарные столбы, ежесекундно сменяющие друг друга.