Часть 3
5 июня 2021 г., 22:39
***
Этой ночью Чайльд спал без задних ног. События, произошедшие за последние сутки, не способствовали быстрому засыпанию, но Чжун Ли не был бы богом, если бы не понял истинных намерений его верного почитателя и не поспособствовал принятию предвестником горизонтального положения путем нежного поглаживания ребром своей ладони по хребту Тартальи. Просили ли его об этом? Нет. Но, видимо, ни одна архаичная стойкость камня не выдержит слезливых наездов на шеститысячную неверность, в которой властно обвинили Чжун Ли. Гордость Моракса быстро очнулась ото сна и спровадила гордого юнца отдыхать в мире мечты и грез, чтобы он не думал ни о работе, ни о легендах, ни уж тем более об анатомии мифологических существ Ли Юэ. Чжун Ли вздохнул; пусть он все еще изучал человеческие чувства, одно ему было ясно: информация, которую заполучил Чайльд, очень сильно обескураживает, поэтому тот, преисполненный наплывом нервозности, едва ли смог бы сомкнуть глаз без посторонней помощи. Благо, у древнего божества хватило человечности, чтобы вернуть Чайльда домой и осторожно уложить в постель, не оставляя его валяться на полу в опасной близости от свежих экспонатов, требующих захоронения. Как ни крути, отсутствие уловки поспособствовало бы очередному ночному пребыванию предвестника в похоронном бюро Ваншен вблизи от мастера Ху, которая бы с радостью накалила обстановку своим прекрасным посохом Хомы. Все-таки вторая бессонная ночь в компании Ху Тао способна свести в могилу даже элиту Фатуи. – Сяньшен… – послышался тихий голос со стороны кровати и Чжун Ли тут же присел рядом с Чайльдом. Судя по всему, спящая красавица оправилась от обморока и тут же погрузилась в беспробудный сон, тихонько бубня под нос все известные ей статусы бывшего гео архонта. Прикрыв его одеялом, Чжун Ли запустил свою ладонь в непослушные рыжие локоны, слегка взлохматил их, прежде чем убрать короткие пряди со лба и одарить его невесомым поцелуем на образовавшейся между бровей морщинке. – Завтра будет тяжелый день, – ладонь мягко переместилась на щеку и Чжун Ли не смог сдержать на своем лице легкой улыбки. – Тебе следует отдохнуть. Ответом стало тихое посапывание.***
Следующее утро порадовало жителей Ли Юэ ураганным ветром. Для многотысячной истории облачного моря вихри, завывания, драконы и цунами не были в новинку: тем не менее, изнеженное спокойствием нынешнее поколение с опаской поглядывало в сторону гавани, боясь узреть в ней лиюэсское чудовище. В отличие от своих людей, Чжун Ли отличился стойкостью миллелита и с благоверной уверенностью встретился с ненастьем лицом к лицу. Чайльд, утопший в развевающихся патлах бывшего гео архонта, подвиг не оценил. Выплевывая изо рта прядь длинных волос, Тарталья судорожно пытался сохранить в идеальном состоянии свою прилизанную укладку, на которую он потратил как минимум полчаса. Прощай, идеальный внешний вид. Прощай, шикарная встреча с первым сыном его будущей мужены. – Я все стеснялся спросить! – ветер был такой силы, что Чайльд перекрикивал сам себя, но откладывать этот вопрос было бы верхом непредусмотрительности. Однако, чтобы старик услышал хотя бы половину фразы, тому, как пиявке, пришлось прилипнуть к его груди, обвив за шею руками. – Не будет ли некультурным заявиться к твоему сыну без предупреждения во время шторма?! Он живет в Ли Юэ? С новым порывом ветра прядь волос снова приземлилась ноше по лицу. Ее хозяин задумчиво устремил взгляд на северо-запад, вдаль, прежде чем неспешно ответил: – Он живет в яшмовом лесу, – повисла пауза. – На горе Хулао. Ничерта себе, как его туда занесло?! Он там медитирует что ли?! – Сяньшен! – голос Чайльда прозвучал как мольба. – Дорога к горе Хулао займет не один день, почему ты раньше не предупредил меня?! Дальнейшая тирада растворилась в рьяном ветре: набирающие силу потоки воздуха унесли голос вестника Снежной на многие мили вперед, далеко за пределы облачного моря. Но чем больше ныл на ухо Чайльд – тем более удовлетворенным выглядело лицо Чжун Ли. Кажется, этот старик снова что-то задумал. – Мы доберемся туда буквально за два часа. Ранним утром я попросил своего старого друга подсобить нам с попутным ветром, – Чжун Ли расправил янтарный планер, – но, кажется, он был немного… Яростный поток ветра мгновенно оторвал от земли и поднял высоко в небо две человеческих фигуры. – …пьян.***
Следом за анемо архонтом захмелел и Чайльд, безвольно болтаясь на божественной шее своего обожаемого бывшего бога, цепляясь за него, как за последнюю надежду, когда крылья его прекрасного янтарного планера абсолютно отвратительно задевали выступы пика Цинъюнь. Молочная дымка облаков предательски застилала взор и лишь целеустремленный взгляд Чжун Ли вселял в него веру в благополучное приземление в районе горы Хулао, сметая на задворки сознания мысли о позорном крушении двух залетных существ на восточных границах Фонтейна. Правее них уже виднелись столбы каменного леса Хуагуан, когда остатки алкоголя выветрились из попутного вихря и стойкий взгляд Моракса стал принимать угрюмый вид. Еще угрюмее ощущал себя Чайльд, который, из-за резкого нападка штиля, ощутил себя в полнейшей невесомости и рискнул проявить необычайную смелость, спрыгнув с Чжун Ли в бездонную двухметровую пропасть на стоящую на одном из пиков скамейку. О, Царица, на что только не пойдешь ради любви… Его путник спрыгнул рядом с ним. Вскоре они снова отправились в путь. Старик просчитался: ввиду не до конца выполненных обстоятельств, дорога до места назначения заняла гораздо больше времени, и теперь, вместо обыденных полуденных пейзажей Ли Юэ, Чайльд созерцал бескрайние просторы янтарных полей вокруг мистически сияющего синевой древнейшего дерева – конечного места назначения. – Символом южных небесных врат можно считать это древо, купающееся в лунном свете. Взгляд Чжун Ли остановился на каменной плите, установленной среди густого сплетения гигантских корней. – Согласно легендам, здесь покоится злой дракон, который был способен заставить содрогнуться небеса, – Чайльд припомнил текст, выгравированный на плите, после чего спросил. – Ты был с ним знаком, сяньшен? Грустная улыбка тронула его уста. Моракс отвернулся, устремив свой немигающий взгляд вдаль, будто бы любуясь золотыми вкраплениями янтарных цветов, пропитанных гео энергией и сияющих в унисон кончикам волос их бывшего повелителя. Помолчав с минуту, Чжун Ли неспешно двинулся вглубь корней, минуя мрачный грот и легким движением руки снял печать, сияющую в проходе. Чайльд поежился: инстинкты кричали приготовиться к битве, но доверие к спутнику было неоспоримым, что вызывало внутренний диссонанс. – Когда вернемся – я жду от тебя полный отчет об этом месте, – тот поправил прическу; судя по всему, он правильно растолковал молчание архонта. Чжун Ли лишь снова грустно улыбнулся. Чайльд, проходя через вход, продолжил: – И не делайте такое грустное выражение лица, господин консультант похоронного бюро Ваншен! Мы пришли не на похороны, а на семейную встречу с тем, кого ты породил. – Пусть я и согласился вас познакомить, мне бы следовало тебя лучше подготовить к вашей встрече. Я опасаюсь, что… – Боишься, что я буду обескуражен тем, что ты – родитель заточенного яростного дракона? Ладно, окей, он действительно был шокирован подобным известием. Одно дело знать, что твоя пассия – бывалый папаша, но другое – осознавать, что его чадо горбатится под землей уже целое тысячелетие и о нем слагают не менее фантастические злодейские истории, чем о Чайльде. – Сяньшен, не забывай, что я – предвестник Фатуи. Меня не пугает ни его сила, ни прошлое. В том, чтобы пообщаться с будущим родственником, нет ничего плохого, верно? Чжун Ли сложил руки на груди, обреченно качнув головой. – Хватит волноваться, ну не съест же он меня– В тот же момент две огромные каменные челюсти сомкнулись вокруг тела Чайльда. – Я бы не был так уверен. Голос архонта прозвучал, как приговор! Чайльд судорожно пытался двигаться, чтобы высвободить конечности, но попытки не увенчались успехом; к тому же, электро реакции не дали никакого эффекта, а гидро только усугубили плачевную ситуацию. Оказавшись в непонятной ловушке, предвестник не смог даже открыть глаза, и лишь на задворках шокированного сознания зародилась мысль… «Это конец?» Да конечно же это конец! Конец его репутации предвестника Фатуи! Черт возьми, он увяз в вонючей липкой слюне… Как он может сражаться, если его задница прилипла к чьей-то глотке?! – Аждаха, знакомься, это Чайльд, – донесся глухой голос сяньшена. – Он – мой будущий супруг. Тарталью с отвращением выплюнули обратно. Стоя на четвереньках, предпринимая бесполезные попытки отлипнуть от камней, Чайльд с огромнейшим трудом приподнял голову, чтобы увидеть… – Лапы? Да какого черта?! – Сколько раз мне нужно напоминать тебе о манерах? Подсуши гостя. Твоя слюна очень липкая. Полыхая огнем понимания, Аждаха высушил раскаленным воздухом не только свои выделения, но и все живое, располагающееся в пещере. Еще никогда в жизни Чайльд не ощущал себя таким избитым, опозоренным и поверженным, как теперь. Чжун Ли предусмотрительно помог ему подняться на ноги, смущенно отведя взгляд в сторону. – Извини. Подростковый максимализм. Никак не могу управиться с его характером. – Ничего, порядок… – Чайльд прикладывал все усилия, чтобы казаться целомудренным, познавшим дзен взрослым, у которого абсолютно! точно! не трясутся колени от дьявольских перепадов температур и не кружится голова от безуспешных попыток вычислить размер представшего перед ним божественного потомка. – Чжун Ли, ты… – он окинул взглядом дракона, придумывая аналог, которым можно культурно охарактеризовать пыхтящую над ним груду камней. – Действительно породил это великолепнейшее создание? Создание одобрительно прикрыло свои огненные глаза. Ну да. Естественно он считает себя великолепным. – Я даровал ему возможность увидеть солнечный свет. Аждаха – единственный в своем роде повелитель вишапов. Он рожден таким, чтобы быть верным другом и стойкой опорой всему Ли Юэ. Погодите-ка, он рожден «таким»?! О, Царица, бедный сяньшен. Как же он его выносил..? – К сожалению, камень подвержен эрозии, в связи с этим воспоминания Аждахи стали крайне расплывчаты, – Чжун Ли поставил яшмовый щит, продолжая лекцию и полностью игнорируя все попытки чада раздавить обожаемого папашу передними лапами. – Переводя на человеческий язык, у него подростково-старческая деменция? Повисла тишина. Даже гео дракон прекратил тарабанить лапами. Видимо, он попал прямо в точку. – Ахем. Прошу прощения, если задел за живое. Ты на меня не злишься? – синева человеческих глаз встретилась с яростным огнем божественного творения, но не успел Чайльд как следует приметить изменение эмоций на исполинской морде, как что-то с треском врезалось ему в колено. – Отвратительно! – прогремел глубокий мужской бас из уст невесть откуда взявшейся синеволосой девочки. А ты еще что такое?! – Это Цзю, - шепнул Чжун Ли, – одно из воплощений Аждахи. – Моракс, я не могу принять твой выбор! Союз с этим человеком оскорбит всех адептов! – как бы до смешного иронично не выглядела юная очкастая леди, притаптывая миниатюрным каблучком рядом с огромной лапой, смех над ней покоробит отцовскую гордость бывшего гео архонта, а это непозволительно. Не то чтобы Чайльд мог сдержаться… – А меня оскорбляет твой внешний вид! – парировал он. – Сяньшен, какого черта эта юная леди грохочет, как старый алкаш из Мондштадта? – Моракс, что такое «алкаш»? – Так это единственное, что тебя беспокоит?! Естественно, Цзю это не беспокоило. Не было похоже, чтобы ее – или его – волновало что-то кроме того, чтобы лягнуть предвестника на полметра выше колена. Чайльд вздохнул. Как ни крути, это вредное создание – всего лишь дитя. И во всем Тейвате не найдется ни одного ребенка, с которым бы не смог справиться самый лучший в мире старший брат и, в скором времени, молодой и любящий папаша. Преисполнившись самоуверенности, в миг позабыв о недавнем унижении от дракона, Чайльд легонько щелкнул Цзю по лбу и взял малышку на руки. Блеск скрытых за оправой карих глаз наполнился восторгом и надеждой, когда губы Чайльда дрогнули в улыбке и детская нога с чудовищной силой приземлилась в районе его промежности. – Да твою ж мать! – завопил Тарталья. – Апчхи! – подтвердил Моракс.
