Заманчивое предложение

Яркий запах лотосов дурманил голову, а тихие всплески воды вводили сознание в лёгкий транс. Шэнь прикрыл глаза, и свесив одну руку за борт лодки, погрузил кончики пальцев в воду. Зачерпнув немного прохладной воды, провел рукой по лбу, пытаясь таким образом остудить горячую голову. Вэй Ин клевал семена лотосов с другого края лодки, тем не менее продолжая блуждать по его фигуре внимательным взглядом. Шэнь посмотрел на него из-под опущенных ресниц, бросая в его сторону короткие и неловкие взгляды. Шэнь испытывал смущение после вчерашнего признания. Он был зажат и немного робок рядом с Усянем. Разговор не вязался, даже несмотря на попытки Ин-ди начать беззаботную беседу. — Что же нам делать? — печально вздохнув, спросил наконец, Шэнь. Их прежние отношения рушились, и это было заметно. Усянь опустил взгляд на свои руки и его лицо на миг стало печальным. Тёмные брови надломились, а глаза потускнели. — Я буду ждать, — тихо сообщил он и показался Шэню таким незнакомым в этот момент. Он вдруг понял, что больше не может воспринимать Усяня, как маленького ребёнка, о котором он заботился. Перед ним был вполне взрослый и самостоятельный человек, способный принимать обдуманные решения. И эта мысль так удивила Шэня, что он застыл на месте, по-новому изучая его Ин-ди перед собой, — Вам не обязательно что-то менять в отношении меня. Я, — он замялся и мазнув по Шэню тёмным, жадным взглядом, посмотрел на раскачивающиеся от лёгкого ветра лотосы, — Я понимаю, что любовь не может наступить по простой просьбе или желанию. Это чувство слишком, — Усянь повёл пальцами по поверхности воды, создавая круги на ней и мягко улыбнулся. Вокруг его глаз потянулись маленькие лучики морщин, а лицо посветлело, — Слишком капризное для такого легкомыслия. — И что же она значит для тебя? — спросил Шэнь, впервые замечая широкий разворот плеч и длинные стройные ноги. Большие тёплые руки Вэй Ина сжали его руки. Пальцы Усяня нежно водили по фалангам, ласково гладили костяшки и выводили невидимые линии на ладонях. Вэй Ин не отрывал мягкого взгляда от рук Шэня, и казалось совершенно забыл об их разговоре. — Любовь для меня, — руки Вэй Ина на короткий миг засветились и маленькие искорки заплясали по пальцам Шэня, согревая их, — Любовь — это терпение. Уметь ждать, пока человек, которого ты любишь, полюбит тебя в ответ. Не давить на него в погоне за собственным удовольствием. Ставить человека, которого ты любишь, выше своих собственных потребностей и желаний, — Шэнь замер. Он не отрывал взгляда от собственных рук, сплетённых воедино с руками Вэй Ина. Он боялся поднять глаза, боялся увидеть тот взгляд снова, потому что не был готов ответить и вряд ли будет готов ещё долгое время. Его руки медленно подняли и поднесли к губам. Их глаза встретились, и Шэнь вздрогнул. Тёмный взгляд манил и будто не имел дна, зрачки были расширены. Не отрывая взгляда от Шэня, Вэй Ин ласково поцеловал тыльную сторону его руки. Его губы были горячими. Они словно раскаленное тавро ставили клеймо на его руках. Эти губы, будто коварно шептали, обещали, что рано или поздно захватят его в свой плен. Шэнь краснел и бледнел от этих мыслей, а Вэй Ин подобно хищнику учуявшему кровавый след добычи, на миг голодно улыбнулся. — Повторюсь, — хрипло продолжил Усянь, — Я буду ждать. Столько, сколько потребуется. *** После этого Вэй Ин, будто поймав след делал всё от себя возможное, чтобы смутить Шэня. Всё изначально начиналось от безобидных комплиментов из серии: «Шэнь-гэ, вы сегодня отлично выглядите!», «Шэнь-гэ, ваши волосы так блестят! Это очень красиво!», «Шэнь-гэ, вы так умны и мудры! Я восхищён!». Только вот, комплименты были такими безобидными только в первое время, с течением попыток приобретая весьма чёткий посыл. Например, «Я мог бы утонуть в ваших прекрасных глазах, Шэнь-гэ!», «Ваш смех так прекрасен, что я готов его слушать на протяжении столетий!» или «Вы дурманите мой разум одним своим присутствием!». Окружающие адепты косились на Вэй Ина пуще прежнего. Многие спрашивали Шэня не сильно ли докучает его нерадивый ученик. Шэнь в шутку ругался, но впрочем его, действия Вэй Ина не слишком и доставали. Он смущался, конечно, но вовсе не испытывал неудобств. И Вэй Ин это будто чувствовал, и стоило ему подойти к опасному краю, где его комплименты могли бы заставить Шэня чувствовать неприятную неловкость, то он резко подобное прекращал. Другое дело прикосновения… — На улице достаточно холодно, — Вэй Ин слегка коснулся плеча Шэня, — Хотите взяться за руки? Я могу их согреть, — мягко шептал Усянь, кончиками пальцев легко лаская ладонь, но не предпринимая попытки взять за руку Шэня без его разрешения. — Эм, да, конечно, — Шэнь покраснел до шеи, неловко кивая Вэй Ину в качестве согласия. — Сейчас чёртово лето, идиот, — ощутимо шлёпнув по руке Вэй Ина, прошипел Мэн Яо, — Жара стоит просто жуткая! Не покушайся на невинность Шэнь-сюна! И хватит прогуливать тренировки, озабоченный придурок! — схватив Усяня за ухо, Яо-ди начал уводить его в сторону тренировочных площадок. Шэнь неловко потёр руки, испытывая ещё больший стыд от произошедшей ситуации. — Ай! Ай! Отпусти меня, гадкий Яо! — прорычал Вэй Ин, яростно дёргая рукав Мэн Яо, но он был неумолим и отпускать Усяня похоже не собирался, — Тебе жутко не поздоровится, приятель! — напоследок услышал Шэнь, и не выдержав, легко рассмеялся. В этом и была ещё одна проблема. Вэй Ин и до этого был довольно тактильным человеком, но после признания его руки, будто, начали жить своей жизнью. Вэй Ин сам того не осознавая часто лип к Шэню, впрочем и в осознанном состоянии тоже прилипал к нему в любой удобный момент. Шэнь не знал, как это остановить. Прикосновения Усяня носили весьма прозрачный характер и были вполне предсказуемыми для подростка в самый разгар гормонального периода. Конечно, Вэй Ин старался контролировать себя и не переступать черту, за которой Шэнь чувствовал бы себя неудобно, но всё же… К счастью, во многих подобных случаях Мэн Яо становился своеобразным буфером, стеной между ними, который отделял Вэй Ина от Шэня и давал ему время для отдыха от подобного количества внимания со стороны любвеобильного Усяня. Также Яо невольно исполнял функцию остужения, каким-то магическим способом заставляя Вэй Ина поумерить свой пыл и возвращая его Шэню в спокойном состоянии. Рядом послышались хлопки крыльев и на подставленный локоть с громким щебетом приземлилась птица-почтальон. Она распушила перья у груди показывая свернутое у шеи письмо. Шэнь нежно погладив птицу по голове, поспешил отвязать письмо. Быстро спрятал свернутую в рулон бумагу в складках ханьфу и нащупав заранее приготовленное лакомство, покормил птицу. Вдоволь насладившись сладостями, птица благодарно клюнула палец Шэня и взлетела ввысь, скрывшись среди пушистых облаков. Шэнь уже в своей комнате расправил письмо, распутывая ленту с печатью клана Лань. От Лань Чжаня уважаемому Юнь Шэнь-гэ. Приветствую вас, Шэнь-гэ. В желании узнать ваши будни этот ученик решил написать вам… *** Мэн Яо нарочно громко сдвинул захламленный стол Вэй Ина, натужный скрип дерева прорезал тишину комнаты. Увидев, как дернулась голова Усяня, Яо сыто улыбнулся и развалился на своей кровати, сложив ноги в позу лотоса. — Можешь быть потише! — раздражённо шикнул Вэй Ин, всё же не обращая на Мэн Яо должного внимания, — Я пытаюсь думать. — Не переживай, делать что-то в первый раз всегда трудно, — хмыкнул Яо и подняв бровь, ухмыльнулся, когда Вэй Ин резко повернувшись к нему, прожёг его взглядом, — Что такое? Дева Вэй собирается заплакать от безобидной шутки? — отвратительно сладким голосом проговорил Мэн Яо. Усянь поджал губы и раздул нос, став похожим на золотого жеребца, который проскакал несколько сёл, да ещё и с телегой в упряжке. Убедившись, что внимание Усяня получено, Мэн Яо убрал задиристое выражение с лица, став в миг серьёзным. — Тебе не кажется, что стоит немного попридержать коней? — Яо склонил голову и прищурил глаза, начав крутить в руках толстую косу, которую плёл также, как у Шэнь-сюна. Он на единый миг стал удивительно похож на Шэня, что Усяню привиделось чужое лицо. Вэй Ин от этого видения вздрогнул и покраснел. — О чём ты? — буркнул Усянь, поспешив отвести взгляд. Мэн Яо хмыкнул и хитро сверкнул глазами. — Мой дорогой глупый друг! Разве не ты клялся Шэнь-сюну в том, что не будешь на него давить? — Ну! Я и не давлю на него! — раздражённо ответил Вэй Ин. — Где не давишь? Ты его загоняешь словно мышку в клетку, — быстро оборвал его Мэн Яо. Откинул за спину косу и оперся руками на колени, — Так нельзя, — мягче добавил Яо, — Я понятия не имею насколько трудно тебе сдерживаться, но всё же. Ты должен держать себя в руках! Шисюн рядом с тобой в последнее время постоянно напряжен, — Вэй Ин склонил голову, скрывая глаза за длинной чёлкой, — Я не хочу постоянно дёргать тебя за шиворот, чтобы остановить. У тебя есть своя голова на плечах, которая предназначена для мыслей. Напоминаю! — громче произнёс Мэн Яо, заставляя Усяня поднять голову, — Если ты об этом позабыл. Не гони коней и успокойся. — Ладно! Ладно! Понял я! Хватит меня пилить, — проворчал Вэй. Яо сев рядом с ним, сжал его плечи. — Я пытаюсь тебе помочь. Не серчай на меня, — спокойно улыбнувшись, похлопал Ина по спине, — Кто это скажет тебе кроме меня? — Я бы предпочёл кого-то более тактичного. — К сожалению, у тебя один только я, поэтому перестань ныть и приступай к благодарностям за оказанные услуги. Желательно денежно! — поспешил добавить Мэн Яо, скоро уворачиваясь от горячих объятий Вэй Ина.