Бог Истины и Знаний

Вэй Усянь даже не сразу понял, когда разрывающие глотку крики, лязг мечей и реки крови сменились сначала звенящей тишиной, а после — тихими перешёптываниями. В этом шёпоте не было ни намёка на презрение или ненависть, скорее праздное любопытство. Попытка открыть глаза не увенчалась успехом — смотреть на яркий, почти что божественный свет после мрачных Могильных холмов оказалось больно. Впрочем, открывать глаза абсолютно не хотелось — Вэй Усянь искренне надеялся, что наконец-то умер. Скорбная усмешка сорвалась с потрескавшихся губ, и пересохшее горло мгновенно обдало жгучей болью. Вэй Усянь зашёлся в кашле, болезненно застонав. — Хэй, ты в порядке? — послышался весьма дружелюбный голос, от которого стало неуютно. Когда в последний раз к нему, к Старейшине Илина, обращались без холодного презрения или хотя бы плохо скрываемого страха? Пришлось открыть глаза, чтобы в итоге обнаружить себя в окружении толпы вычурно разодетых зевак, от которых даже за сотню ли разило бы знатью. Словно в подтверждение собственных мыслей, следующим, что заметил Вэй Усянь, был огромный дворец, а за ним ещё один, и ещё. Сердце дрогнуло в страшной догадке: Неужели Ордена смогли его пленить и передать государству? Ладони Старейшины мгновенно вспотели, и руки машинально потянулись к поясу за флейтой. Вэй Усянь гневно стиснул зубы — Чэньцин пропала. Пришлось проявить небывалое терпение, чтобы не застонать в голос от безысходности. — Кто вы? — прохрипел Вэй Усянь, вложив в голос всю естественную злобу. И это сработало: лица окружающих тотчас нахмурились, кто-то даже отступил на несколько шагов. — Меня зовут Лин Вэнь, я — Богиня Литературы, — вперёд вышла высокая девушка в простых чёрных одеждах. Вэй Усянь вскинул бровь: незнакомка походила на его женскую версию (даже синяки под глазами, казалось, были одинаковыми), да ещё и титул «Богиня Литературы» звучал так же самонадеянно, как и его собственный «Старейшина». — Богиня? — насмешливо переспросил Вэй Усянь. — А кто же тогда я? Сам дьявол? — Князья демонов господствуют в мире смертных, здесь же, в Небесной столице — владения Богов. Из чего следует элементарный вывод — вы тоже стали Богом, — невозмутимо отозвалась женщина. Вэй Усянь же ясно слышал издёвку в хрипловатом голосе, словно она пыталась объяснить что-то маленькому глупому ребёнку. — Моя задача показать вам местные владения, определить ваш ранг как Бога и объяснить правила… — Стоп. Заткнись. Что за бред ты несёшь? Какая-то высокоуровневая тварь повредила твой мозг, из-за чего ты считаешь себя, меня и всех вокруг Богами? — Вэй Усянь с трудом подавлял раздражение и злость, а спокойные лица окружающих только подогревали негативные эмоции. До ушей донёсся смех, вот только направлен он был не на сходящего с ума Вэй Усяня, а на мрачную Лин Вэнь, в адрес которой выдвинули такое абсурдное предположение. — Послушай, — Лин Вэнь устало разгладила морщинку между бровей и потянулась к растерянному мужчине. Однако стоило ей приблизиться, как Вэй Усянь, прорычав: «Не прикасайся», взмахнул рукой, мгновенно отбросив Лин Вэнь на несколько чжанов*. Впрочем, девушка без труда приземлилась на обе ноги, только лицо её стало мрачнее прежнего. Вэй Усянь шокировано уставился на свои руки, не в силах поверить в собственную мощь. Он чувствовал, как в кончиках пальцев покалывает сила. Светлая, чистая, правильная, совсем не как та, что копилась в нём последние годы. Это неправильно. Но почему? С каких пор светлое стало неправильным? Когда сознание Вэй Усяня прояснилось в следующий раз, он обнаружил себя сидящим на земле в тёмном закоулке. Кажется, ему удалось каким-то чудом избежать гнева возмущённых Богов. Богов. Эта мысль никак не хотела укладываться в голове Вэй Усяня. Он никогда не поклонялся Богам, никогда не полагался на невидимую божественную силу, доверяя только себе самому. Собственный мозг, видимо, был не согласен, в тот же миг подкинув воспоминания из пещеры черепахи-губительницы, где он доверился не только себе, но и другому человеку в белых, пропитанных кровью траурных одеждах. Сердце неприятно кольнуло тысячей игл. — Привет. Вэй Усянь вздрогнул. Ему казалось, он не настолько погрузился в мысли, чтобы потерять бдительность и не заметить присутствие другого человека, поэтому пришёл к выводу, что очередной незнакомец был очень силён. — Ха-ха, надеюсь, ты не станешь и в меня швыряться духовной энергией? Мягкость незнакомого голоса заставила Вэй Усяня удивлённо вскинуть голову, чтобы сразу же встретиться взглядом с заклинателем в простых белых одеяниях. Непроизвольная усмешка сорвалась с губ — Вэй Усянь отвернулся, скрыв лицо в ладонях, и больше не смог сдерживать рвущийся наружу истерический смех. — Ну почему заклинатели в траурных одеждах всегда стремятся так или иначе встать на моём пути? — с усталой улыбкой произнёс Вэй Усянь, наконец отсмеявшись. — О? Траурные одежды? — с радостью поддержал беседу незнакомец, который все это время терпеливо пережидал истерику новоиспечённого Бога. — Интересное сравнение, но, выбирая их, я надеялся походить на мудрого монаха. Я, кстати, Се Лянь. — Тоже Бог? — обречённо выдохнул Вэй Усянь. — Тоже Бог, — улыбнулся Се Лянь. — Бог Войны, если быть точным. Я представляю, как безумно это звучит для тебя. Лин Вэнь кое-что разузнала о тебе, и теперь мы понимаем твою реакцию. В конце концов, на ваших землях не популярно поклонение Богам, и, соответственно, понятие о вознесении вам неизвестно. Позволишь мне рассказать тебе? Вэй Усянь подозревал, что его мозг в скором времени взорвётся из-за столь резких перемен, но желание разобраться во всём придавало сил. — Вэй Усянь. — Что? — Меня зовут Вэй Усянь.