«Непокорный»: записки с корабля

       – Тебе это никогда не наскучит, верно?        – По крайней мере, это веселее, чем метать ножи с Освальдом и его компанией, – фыркнула Хранительница чуть громче обычного, пристраиваясь на соседнюю бочку в дальнем конце трюма. Серафен согласно крякнул – даже ему, со всей его широтой взглядов, «голова орлана» казалась той еще расистской хренью, поэтому отказом капитана в ней участвовать он остался до крайности доволен. Ну, а поскольку на дрейфующем в открытом море корабле сайферу было положительно нечем заняться, очень скоро он предложил Хранительнице достойную альтернативу…       И нет, называлась она не «член дирвудца»!        – Иногда я просто поражаюсь твоей кровожадности, кэп. Не боишься, что Эдер начнет обходить тебя по широкой дуге, а?        – О, замечательно. Может, хоть тогда он перестанет пыхтеть своей трубкой рядом с моей каютой, – поморщилась Хранительница, подтягивая одну ногу и стараясь устроиться с максимальным комфортом. Это же было нелегко: увы, но на быстроходном страннике места для пассажиров было еще меньше, чем на дирвудском шлюпе, из-за чего вся их орава вынуждена ютиться в трюме, площадью не больше просторной комнаты в таверне – а в таких условиях любые мелочи, начиная от храпа пьяного соседа и заканчивая сладковатым запахом дыма, очень скоро превращались в настоящую проблему!       Добавьте к этому, что капитан «Непокорного», она же Хранительница, она же обычная смертная женщина, являлась еще и талантливым сайфером, способным без особого напряга превратить другого такого же смертного в пускающего слюни идиота.       Учтите ее «пробужденную» душу, в которой, как скоро выяснилось, уживались энгвитанский анимансер, диковатый берсерк и чопорная старая леди, не упускавшая возможности всем и каждому насоветовать, как жить, с кем спать и во что одеваться.       Не упустите, что рано или поздно нервы сдают у каждого, и даже в самой уравновешенной женщине просыпается бешеный зверь с отвратительным характером, усмирить которого будет под силу далеко не каждому дрессировщику!       Замешайте. Выждите. Посмотрите…       …Ну что, догадываетесь теперь, почему в «плохие» дни команда на Серафена молиться была готова?        – Зато я почти уверен, что сегодня удача будет на моей стороне, – орлан потер ладони, ухмыляясь в бороду. – Готова раскрыть все свои грязные секреты, о великая Хранительница?        – Мечтай-мечтай, коротышка, – та снова фыркнула, полыхнув своей огненной шевелюрой… и без предупреждения атаковала, буквально сминая многослойную защиту Серафена грубой силой. С ее сайферским обучением явно никто не заморачивался – за свою пиратскую карьеру орлан сталкивался со множеством «охотников за разумом», и умел отличать несколько вычурную вайлианскую школу от еще неопытных, но на удивление прагматичных сайферов Рауатай. В манере Хранительницы отдаленно чувствовалось нечто старинное, гланфатанское, однако распознать его там было не проще, чем выхватить из косяка мелкой рыбешки затесавшегося туда акуленка! Ни тонких ментальных кружев, ни геометрической выверенности каждой мысли – лишь всесокрушающий поток, срывающий с якорей корабли и переворачивающий кверху дном целые острова; чтобы противостоять ему, требовалась не меньшая сила разума…       …До которой Серафену, несмотря на все его уловки, было еще очень и очень далеко.        – Пощады, кэп! – взмолился он спустя всего несколько минут, когда жадные щупы чужих мыслей подобрались к самому сокровенному – прикрытым многочисленными любовными историями воспоминаниям о детстве. – Пожалей старого бедного орлана, ему еще тебе выпивку покупать!        – И на этот раз, будь так любезен, не рисовое вино, – в огненных глазах мелькнула странная усмешка, но пропала раньше, чем ее успели заметить, после чего заметно успокоившаяся Хранительница откнулась на спину и прикрыла веки, даже не морщась, когда дальний конец трюма взорвался диким хохотом.       Стремительная схватка разумов истощает силы сайфера не хуже физических упражнений, так что даже злиться на свою команду уже не получается – и спустя какое-то время огненная голова склоняется к груди, дыхание выравнивается, а Серафену остается лишь довольно улыбнуться.       Еще один день дрейфа в Безветренных Просторах благополучно подошел к концу…