Я увижу его

      Под мостом протекали воды Чëрного озера. Шуршание воды успокаивало и навевало различные воспоминания. Знать бы только, какого они цвета. Мужчина стоял, уперевшись руками в ограждение, и разглядывал окружающие пейзажи. Его редко можно было найти в таком умиротворëнном, — насколько это было возможно, — состоянии. Ему больше не нужно было никого защищать, не нужно было разрываться между двумя лагерями, пытаясь не умереть раньше времени. Единственное, что напоминало о прежней жизни, — потускневшая метка на левом предплечье и шрам от змеиного укуса на шее. За свои 38 лет Северус так и не увидел цвета. Он давно перестал надеяться на то, что сможет найти того, кто окрасит его жизнь. Лëжа на полу в Визжащей хижине и истекая кровью, он внезапно подумал, что умрëт, даже не узнав, насколько всё вокруг красочное. Он знал, как выглядит мир в красках, со слов некоторых людей: Лили, Люпин, с которым в последние несколько лет был вынужден общаться, Дамблдор. — Всё так же, Северус? — вспомни Солнце — вот и лучик. Римус опëрся локтем об ограждение. — А тебя, я смотрю, все-таки приняли снова на должность? — зельевар помнил, как он, рискуя своей жизнью в самый ненужный момент, кинулся с заклинанием на Пожирателя-соратника, спасая Люпина от смертельного проклятия. — Всё так же. И ничего не изменится. Так что попрошу не лезть ко мне с этим, Люпин. — Северус, а ничего и не изменится, если ты продолжишь избегать всех. Ты не смотришь ни на кого. Что с тобой? — Римус заинтересованно разглядывал мужчину, который буквально у него на глазах изменился за последние несколько месяцев. — Мне не нужно это всё, — зельевар развернулся и зашагал по мосту в сторону школы.

***

— Эй, приятель, всё глухо? — Рон открыл бутылку сливочного пива и сделал глоток. Было непривычно осознавать, что им уже по 18, но предстоит учиться ещё год. Поттер помотал отрицательно головой в ответ, глядя на горящие в камине поленья. — Мне ведь только этим летом исполнилось 18. Впереди ещё куча времени. Это же не значит, что этот кто-то обязательно должен быть в Хогвартсе. Может, это вообще какая-нибудь маггла. — Или маггл, — Гермиона прикрыла учебник по зельеварению и посмотрела на Гарри. — Не мели чушь, Гермиона. Какой маггл? Гарри точно не…не из этих. — Уизли немного поморщился. — Не из этих? А ты в курсе, Рональд, что чушь сейчас сказал ты? Волшебники вообще бисексуальны. — девушка отложила окончательно учебник, собираясь, видимо, прочитать огромную лекцию по истории магического мира. — Может, мы сменим тему? Думаю, есть что-то более интересное, чем моя личная жизнь. — Гарри оглядел обоих и снова уставился на огонь.       В гостиной было довольно тихо. Некоторые ученики сидели и полушëпотом разговаривали, некоторые читали, писали эссе и ещё всячески готовились к урокам. Непривычное спокойствие витало в помещении. Можно было расслабиться и не думать о том, что в любой момент откуда-нибудь выпрыгнет Пожиратель или какая-нибудь причуда Волдеморта, и убьёт всех. — Кстати, с завтрашнего дня уроки ведёт профессор Снейп. Хорошо, что он выздоровел. — Гермиона сложила свитки с эссе и прочими заданиями в сумку, сделав вид, что не заметила недовольное лицо Уизли. — Уже? Странно, что никто ничего не сказал, — наверняка ни от кого не укрылось то, как Поттер сразу оживился — глаза, которые до этого были стеклянными, заблестели. Он заинтересованно посмотрел на Гермиону. — Думаю, завтра утром в Большом Зале директор МакГоннагалл скажет. — Ребят, я, наверное, пойду спать, — юноша поднялся и буквально рванул в спальню, даже забыв свой свитер на диване перед камином. Вбежав в комнату и рухнув на кровать, Гарри задвинул полог и уставился в потолок.       Он увидит Северуса. Он наконец-то его увидит. Парень несколько раз поймал себя на мысли о том, откуда у него такое волнение. На самом деле он думал, что уже никогда не увидит некогда ненавистного профессора, постоянно издевавшегося над ним. Мало кто видел, как за лето и первые месяцы учëбы отношение Поттера к зельевару изменилось — он в принципе мало разговаривал, в основном утыкаясь в книги или уходя куда-то гулять.       К счастью, у него было много времени, чтобы обдумать всë, пересмотреть взгляды на происходившее за последние года. Чем дольше Гарри думал о Северусе, тем сильнее проявлялось его желание узнать человека лучше. В какой-то момент он даже залез в школьный архив и нашёл кучу небольших карточек, на которых десятилетия назад записывали данные ученика, что он нарушил и вид наказания, назначенного ему за проступок. Тогда он всю ночь просидел под мантией-невидимкой, иногда тихо посмеиваясь, — вовсе не злорадно, — над карточками с фамилией «Снейп».       Сейчас, лëжа в своей кровати, Гарри боялся одного развития событий — зельевар может начать его игнорировать. Действительно, он ведь выполнил свою миссию — сохранил давно уже не мальчику жизнь, помог уничтожить Волдеморта. Сейчас его ничто не обязывает ни вести себя, как последний козëл, по отношению к Поттеру, ни дружелюбно с ним беседовать за чашкой чая, чего, конечно же, никогда не было и, наверное, не будет. «Я увижу его. Я поговорю с ним. Я ведь смогу поговорить с ним?»       Гарри радовался, что красный полог закрывал его от внешнего мира, так как он сам не мог понять, сколько эмоций сейчас бушевало на его лице и сколько уже успело на нëм проскочить за такое короткое время. В мыслях Поттер никогда не называл Снейпа по имени. За последние месяцы оно стало для него чем-то сокровенным, что он не может произносить без разрешения. Всё-таки, юноша имел уважение к этому человеку, столько лет спасавшего его задницу из различных передряг, работавшего двойным агентом и рисковавшего своей жизнью буквально постоянно.       На не особо хороших мыслях о будущем Гарри все-таки уснул — бутылка пива давала о себе знать, так как пил он редко и мало.

***

      Утром Северуса за преподавательским столом не оказалось, что очень огорчило Гарри. Новости о возвращении преподавателя МакГоннагалл уделила буквально минуту. Поттера успокаивало только то, что вчерашнее известие Гермионы о Снейпе не было ложным. То есть чисто теоретически он может встретить его где-нибудь в коридорах. Может, вообще прийти к нему в покои сегодня вечером? А если он его прогонит? Состояние Поттера нельзя было назвать однозначным: с одной стороны он радовался и искал любой вариант увидеть профессора как можно быстрее, а с другой — боялся и хотел просто засесть в комнате и никуда не выходить, думая о том, что он многое переврал и напредставлял то, чего на самом деле быть просто не может. — Расписание изменили. Зельеварение сегодня последним, — Гермиона внимательно всматривалась в листок.       На этой фразе сердце Поттера пропустило несколько ударов. Он всё ещё не мог объяснить самому себе причину такого волнения. Несколько раз проскальзывали мысли о влюблëнности, но он тут же их отгонял, думая, что этого быть не может. Ему ведь нравились девушки! «Волшебники по своей природе бисексуальны?» — Гарри прокрутил брошенную Гермионой фразу у себя в голове несколько раз. Юноша несколько раз просыпался на мокрых простынях из-за снов с довольно однозначным содержанием, в которых присутствовал зельевар. После он старался их быстро забыть, что получалось не всегда. Но чаще всегда снилось то, как Северус просто спокойно проводит с ним время. Видимо, Поттеру этого хотелось сильнее всего. Разве он не заслужил некоторого спокойствия после того, как одержал победу в войне с Волдемортом? — Гарри. Гарри, — Уизли уже начал растягивать гласные и повышать голос. — А? Что? — Ты чего завис? Пойдëм. Все уже разошлись.

***

— Интересно, мистер Поттер к своим 18 годам так и не научился не опаздывать даже не на первый урок? — мужчина стоял и пристальным взглядом окидывал учеников. Ему было непривычно видеть в глазах некоторых явное уважение. Это выводило из равновесия, так как маг просто не знал, как на это реагировать. В следующую секунду он кинул взгляд на открывшуюся дверь, из-за которой показалась знакомая лохматая голова. — Извините за опоздание, профессор, — Поттер, войдя, прикрыл дверь и поднял голову, посмотрев Снейпу в глаза. От него не укрылось, что мужчина замер, посмотрев в ответ на него. Сам Гарри не сразу понял, почему лицо зельевара так изменилось на несколько секунд. Он буквально не придал этому значения. — Проходите, мистер Поттер, — сейчас Северус не знал — радоваться ему или кричать от произошедшего. Он перевёл взгляд на шкафы, где стояли склянки с жидкостями и эссенциями, необходимыми для зелий. Они все были такие разноцветные и удивительные. Теперь. Наконец-то.       В этот раз путь до парты показался Поттеру довольно интересным. Всё вокруг было таким ярким. Сев на место и достав учебник, пергамент и прочие принадлежности, юноша замер. Он выставил перед собой руку и посмотрел на кожу. Огляделся. Посмотрел на слизеринские галстуки, затем бросил взгляд на свой — яркий красно-золотой. Мысли смешались и не давали нормально слушать речь преподавателя. К счастью, Северус не обращал на него внимания, как и на тот факт, что Поттер ни разу за урок не притронулся к перу и ничего не записал. — Поттер, останьтесь, — голос прозвучал очень низко и холодно, отрезвив парня, летавшего до этого в облаках, сооружённых из ворохов мыслей. Он остался сидеть на своём месте, глядя в одну точку, которая находилась где-то на парте.       Когда ученики вышли, Северус прикрыл распахнутую дверь с помощью палочки и медленно подошёл к Поттеру.       Юноша поймал себя на мысли, что, хоть и растерян, чувствует себя сейчас самым счастливым на свете. Ему страшна реакция Снейпа, но хочется просто сорваться и прижаться к нему, рассказав обо всём на свете, а в первую очередь обсудить прекрасные цвета, которые окрасили привычную тусклость. — Рад, что Вы решили все-таки доучиться, а не соглашаться на поблажку в виде скорого зачисления в Аврорат, — мужчина опëрся о парту бедром. В последний раз он видел Гарри с испуганными глазами — он сидел на коленях и зажимал рану у него на шее. Нынешний взгляд парня вполне был похож на тот. Его пугало произошедшее? — Я рад, что Вы живы, сэр, — почему-то Поттеру показалось, что делать вид, будто ничего не произошло — лучший вариант из существующих на данный момент. По крайней мере до тех пор, пока маг сам не выскажет своё отношение ко всему.       Мужчина долго молчал, разглядывая мальчика, — он таковым для него и остался, — и думая, стоит ли вообще ситуацию выводить на обсуждение. Хоть они и победили Волдеморта, магический мир оставался жестоким и консервативным: если два волшебника с одинаковой магической силой и потенциалом решали не вступать в брак, им приходилось скрывать, что они вообще видят цвета, ведь по давно устаревшим законам они были обязаны магически обручиться. Видят, не видят — можно было легко проверить с помощью зелий или банального диагностического заклинания. — Гарри. Думаю, ты не рад сейчас осознавать, что совпадаешь со мной, а не с какой-нибудь молодой девушкой. Надеюсь, ты умеешь хранить секреты… — мужчина не успел договорить фразу. Юноша резко уставился ему в глаза своими горящими зелëными, которые оказались очень красивыми, как узнал сейчас Северус. — Я не собираюсь хранить секреты, — он не знал, откуда у него взялась вся эта решимость. — Не нужно говорить о том, чего нет, — он поднялся медленно из-за парты и подражающе опëрся о неё бедром, сложив руки на груди, из-за чего теперь оба стояли в одной позе. — Знаете, это лучшее, что могло произойти. И не надо мне говорить, что я слишком молод и наивен. Думаете, я вижу Вас тем же, что и пару лет назад? А я не могу так же отвратительно относиться к человеку, который провёл месяц отработок у Филча из-за того, что отправил в Больничное крыло идиота, пристававшего к ученице. Не могу видеть противную летучую мышь в том, кто защищал меня, кто был готов поставить на кон свою жизнь. — Поттер, хватит. Не нужно было изучать меня. Ничего хорошего это в Вашу жизнь не принесёт. Лучше сделать вид, что ничего не произошло, — в следующую секунду Северус опешил, увидев, как быстро глаза парня наполнились слезами. Он не ожидал такой реакции на явный отказ, который, вроде, должен был помочь Гарри прожить нормальную жизнь с более приятным для этого человека. — Ничего не произошло? Я сидел и думал, что всё будет по-другому. Я думал, Вы хотя бы попробуете, — голос дрожал и срывался в некоторых местах. — Может, Вы хотя бы, — Поттер быстро дотянулся до уровня губ мужчины и коснулся их, но его тут же оттолкнули, дав звонкую пощëчину, которая была настолько сильной, что голова юноши немного развернулась. — Собирайте вещи и проваливайте отсюда, Поттер. Урок давно окончился, — зельевар отошёл к столу и сел за него, с равнодушным лицом положив перед собой свитки с эссе семикурсников. Через секунду дверь захлопнулась.