Пронзенная судьбой: роман. Ч. 1: Тени прошлого

      Ёсида Эми шла по каменистой дорожке к холму, на котором шумели японские кедры, и в душе улыбалась. Рядом с ней шагала Томоэ Мами. Она не очень верила в цветущие розовые сады, которые можно увидеть только в романтических книжках, на страницах манги и на экране телевизора, но с удовольствием проводила время на прогулке вместе со своей новой подругой.       Они шли вдвоем, держась за руки, и чувство единения переполняло их сердца. Казалось, слова были совершенно не нужны, и даже излишни, ведь даже маленькое словечко могло бы нарушить чарующую гармонию, в которой они находились. Шум неспешных улиц Сугиямы здесь исчезал совсем и превращался в легкое колыхание воды в пруду, окаймленном сливовыми деревьями, пение многочисленных птиц, населявших парк, шелест и легкое постукивание бамбуковой рощи и, конечно, неповторимый разговор могучих кедров на холме, каждая веточка которых на ласковом ветру рассказывала свою историю.       Путь уже сворачивал за холм, и вдруг Мами буквально вцепилась подруге в руку — перед ними разворачивался столь необычные для Японии очертания английского парка. Девочки остановились. У Мами от удивления буквально округлились глаза.       Дорожка, мирно скользящая вокруг холма со скалистым склоном, после крутого поворота вдруг превратилась в прямую, широкую, мощеную большими прямоугольными плитами аллею, по которой запросто могла бы проезжать золоченая королевская карета, запряженная шестеркой белых лошадей. Аллея вела вниз, к воротам, разветвляясь в саду множеством дорожек, образующих симметричный геометрический узор, который с высоты было видно как на ладони. Даже цвет травы и листвы в саду отличался от природы вокруг, и, спускаясь с холма, была отчетливо видна вытянутая прямоугольная форма, которая посредине немного расширялась в виде круга. В центре композиции виднелся большой фонтан.       Английский парк был окаймлен идеально ровно стриженным партером, который со стороны входа был довольно низок — через него легко можно было заглянуть вовнутрь, — однако, по мере приближения к окраине, примыкающей к лесу, партер, вырастая ступенями, становился живой изгородью много выше человеческого роста. Входом в парк служили два огромных топиара, оформленных в виде многоступенчатых конусов, издали похожих на высокие зеленые колонны. Трудно было сказать — то ли это гигантские кусты, то ли небольшие деревья; они как будто образовывали портал, через который можно было попасть в другой мир. Если же проследить дальше взглядом вдоль центральной аллеи, вдоль которой были высажены деревья, чья крона была аккуратно пострижена одинаковыми шарами, то с другой стороны парка виднелись такие же высокие топиары, которые вели посетителя вверх, к ступенчатой обзорной площадке с колоннадой.       Рисунок идеально прямых, а иногда полукруглых дорожек парка искусно переплетался с высаженной растительностью: порой это были большие и размашистые открытые площадки с кустами в форме сфер, конусов и других симметричных фигур, с высаженными цветочными клумбами всевозможных цветов; иногда виднелись места, где стояли высокие деревья, а дорожки становились шире и превращались в полукруглые площадки для отдыха, на которых стояли большие каменные скамьи; кое-где было заметно, что дорожки исчезали совсем, скрываясь под высокими ровными грядами кустов в живом лабиринте. А вдалеке, над ковром зелени, виднелись верхушки каменных статуй, которые, если смотреть издалека, казалось, неспешно прогуливаются по саду в собственное удовольствие.       Девочки стали спускаться вниз. Эми буквально тянула подругу за собой, а та, все еще не веря собственным глазам, продолжала наслаждаться необычным видом, который с каждым шагом открывался все шире и все больше захватывал дух. Вот они уже почти подошли к воротам сада, и колонны-топиары, встречающие их у входа, словно великаны, возвысились во весь свой рост, приглашая войти.       Сразу за зеленой живой изгородью, окружающей сад со всех сторон, стояли раскрытыми старинные витые чугунные ворота с переплетающимися коваными ветвями, листьями и цветами. В центре обеих огромных створок находилась блестящая эмблема династии Ямада. Ворота не закрывались уже много лет; полвека назад их неожиданно нашли под обломками обрушившейся скалы. Случилось так, что несмотря на все разрушения во время войны, именно ворота и устояли, чудным образом оставшись с другой стороны событий, и получалось, что входящий в них почти сразу же упирался в образовавшуюся груду камней и скал, высокую, как небольшая гора. Несколько лет ворота так и стояли, слегка покосившись, как будто охраняя проклятое место от посещения особенно любопытными, хотя в том и не было нужды: скала, рухнув из-за бомбежки, нанесла столько разрушений, что перебраться на другую сторону парка трудно было бы даже и опытным скалолазам с альпинистским снаряжением. Это уже гораздо позднее, через многие годы, были прорублены проходы в скалах, построены лестницы и дорожки, вычищено русло речки и пруда, посажены деревья, построены многочисленные фонари, скамьи, деревянные ограждения. Ворота после реставрации было решено перенести к восстанавливаемому английскому саду, где они и стояли по сей день.       Мами, держась за руку Эми, шла по центральной аллее сада, и ей в голову сами собой приходили невероятные сказочные сцены: то гордый король в сопровождении королевской свиты прогуливался по своим владениям, то отряд рыцарей с поднятыми вверх мечами мчался на сражение с неприятелем, то принцесса, смеясь, коротала время со своими служанками в тени садовых деревьев.       Стоял жаркий безоблачный день, и посетителей в парке было мало. Эми, прекрасно ориентируясь в саду, вела подругу по самой короткой дороге. Девочки свернули у искрящегося на солнце фонтана, брызги которого почти долетали до них и наполняли воздух приятной прохладой, немного прошли в сторону и почти сразу оказались в благоухающем царстве алых роз.       — Вот мы и пришли, — слегка выдохнув, сказала Эми и остановилась.       Ответ от Мами она услышала не сразу: ведь не каждый день ты можешь вот так запросто оказаться в саду своей мечты. Повсюду вокруг цвели прекрасные алые розы. Яркие лучи солнца и легкий ветерок создавали причудливые движущиеся тени, из-за которых цветы выглядывали и сразу же прятались обратно. Порхающие разноцветные бабочки и деловито жужжащие пчелы торопились познакомиться с каждым цветком поближе, не обделяя вниманием ни один их них. А окаймлявший парк кедровый лес, располагаясь на значительной возвышенности, надежно оберегал сказочное место от суеты городской жизни.       — Как же это все... волшебно!.. — прошептала в ответ Мами.       — Пойдем со мной, Мами-тян, — ласково предложила Эми. — Я покажу тебе все красоты этого сада!       Солнце, не спеша, продолжало свой путь по безоблачному небу, а девочки все никак не могли нагуляться. Они сворачивали на песчаные дорожки и ныряли в зеленые воротца розовых кустов, они ходили босиком по траве, прикасались к лепесткам роз и к их колючим стеблям, они, то тихонько, крадучись, то наоборот, догоняя друг друга, оказывались в самых укромных уголках сада.       В одном из таких уголков Эми и показала свое самое любимое место в парке. Там совсем не было никаких дорожек, и, чтобы оказаться там, нужно было дважды пройти по траве через арочные воротца в высоких кустах. Когда-то давно она попросила Энтони, чтобы он поставил туда скамейку, и там теперь всегда стояла небольшая, вырезанная с любовью, деревянная скамья.       Девочки вошли туда босиком. Трава была слегка прохладной, если стоять в тени, и это немного спасало от жаркой погоды. Высокие розовые кусты, подстриженные ровно, словно стены, образовывали как будто зеленую комнату посреди сада, в которую светило солнце; разве что ее форма была не прямоугольной: живые изгороди в некоторых местах, если идти вдоль них, изгибались полукругом, и поэтому с одного края этого места никак нельзя было увидеть другой. Крупные бархатистые розы цвели буквально со всех сторон, и в воздухе стоял незабываемый аромат.       Сразу напротив входа, чуть в стороне, была небольшая резная деревянная скамья. Не сговариваясь, девочки поставили сумки на скамейку, а сами спрятались от жары в уголок зеленой комнаты, в тень.       Эми держала за руку Мами. Она смотрела на ее яркие солнечно-желтые ленточки, которые были вплетены в такие же золотистые волосы. Милое личико Мами искренне улыбалось. Эми поправила непослушную прядку волос на голове своей подруги:       — Вот видишь, Мами-тян, а ты не верила. Тебе здесь нравится?       — Очень! — Заглядывая в глаза в ответ, ответила та. — Хотя, если честно, мне до сих пор не верится, что такое может быть на самом деле...       Девочки стояли, не говоря ни слова, держась за руки, казалось, целую вечность. И тут со стороны скамьи раздалась тихая мелодия. Мами отпустила руки и побежала к своей сумке, но, пока она достала телефон, музыка уже стихла.       — Ой, Эми-тян, мне звонила мама!       — Может быть, тебя уже ждут дома?       — Боже, сколько уже времени!       Она торопливо набрала номер, подбежала к Эми, взяла ее за руку, легонько прикоснувшись губами к ее щеке, и, схватив сумку, убежала через воротца живой изгороди.       Все произошло настолько быстро, что Эми так и осталась стоять на своем месте, даже не успев попрощаться. Ощущение тепла рук и чуть заметного прикосновения губ было настолько сильным, что она еще долго стояла, прикрыв глаза.       — Увидимся, Мами-тян, — прошептала она, словно находясь в длинном, тянущемся и стелющемся как туман, сне.       Эми открыла глаза. Вокруг природа сияла всей своей красотой. Солнце стояло еще высоко над шумящими кедрами, а синее безоблачное небо завораживало глубиной настолько, что хотелось в него нырнуть, как в море. Девочка потрогала руками один из цветков. Он был бархатистый и нежный, его лепестки, причудливо переплетаясь, создавали неповторимый рисунок.       Эми любила розы, очень любила. Каждый раз, приходя в сад, она чувствовала среди них себя как дома. Или нет — не как дома, ведь и уют своего дома она любила не меньше. Но здесь все равно было как-то по-особенному. Интересно, могут ли розы говорить?       Трава сегодня была удивительно мягкая, и если идти по ней, то казалось, что идешь по пушистому ковру. Эми взяла сумку со скамейки и направилась домой: в конце концов, должно быть время заняться и подготовкой к тестам. Зеленые арочные воротца вывели ее на каменистую дорожку, где ей уже снова пришлось надеть обувь. Не торопясь, хотя и совершенно не раздумывая о том, куда ей свернуть, она пошла домой по знакомой дороге, предаваясь своим собственным мыслям.       Внезапно она как будто очнулась и остановилась как вкопанная; случайного прохожего наверняка удивила бы такая перемена. Ее взгляд был направлен вниз, на траву. Слева от дорожки, возле идеально ровной изгороди из розовых кустов — лежал цветок розы. Возможно, он был срезан утром, но упал не сразу, зацепившись за ветви, и благодаря ветру оказался перед ее ногами только сейчас.       Эми, как завороженная, смотрела на поникшую красоту. Все кругом как будто помутилось и поплыло перед ее глазами: теперь она видела только эту розу, которая тихо лежала в серо-зеленой дымке — ярко-алый цветок на колючем стебле с несколькими листьями. Листьев оказалось ровно четыре, и Эми стало не по себе. Она с детства боялась этой цифры, и даже когда надо было считать вслух, и она громко декламировала счет до десяти, именно эта цифра у нее звучала почти шепотом. Ведь всем известно, что слово «четыре» и слово «смерть» в Японии читаются одинаково. Четыре листа... Получается, что смерть дала о себе знать оставшимися четырьмя листьями.       Эми не забыла, как недавно срезала цветок сама, держа в руках ножницы, и до каждого мгновения словно видела, как в прошлый раз роза падала к ее ногам. Капельки на цветке, легкий ветерок, лучи солнца — и холодный лязг металла...       И тут она, обернувшись, не на шутку испугалась. Издали к ней стали приближаться большие садовые ножницы, точно такие же, какие ей давал Энтони, чтобы стричь кусты, только они были намного больше и полностью черные. За собой они тянули черную железную цепь. Судя по размеру, их мало интересовали цветы: им была нужна добыча покрупнее, и они жадно и угрожающе лязгали своими лезвиями. Чем они были ближе, тем казались все больше; они все росли и росли в размерах и, похоже, были уже куда больше нее самой. И теперь они приближались, явно намереваясь отсечь ей голову. Гигантские лезвия, с грохотом смыкаясь, уже были совсем рядом, и девочка, не смея тронуться с места, закричала от ужаса...       Эми очнулась. Она сидела на траве с розой в руках. Перед ней опять была красота, застывшая навечно. Девочка бережно потрогала лепестки, и на глазах у нее выступили маленькие слезинки. Немного погодя, она встала и осторожно вплела розу себе в волосы, как ей это в прошлый раз делал Энтони, и, на всякий случай, оглянувшись, медленно пошла дальше по дорожке. Мысли у нее путались. Ей было тяжело от видений и переживаний, но ее грела мысль о том, что она все-таки забрала цветок с собой.       Дорожка тем временем уже вела в сторону фонтана. Вот и та самая скамья, где она в прошлый раз разглядывала волшебную книгу. А напротив, в ответвлении дорожки — должна быть статуя девушки. Эми повернулась в сторону дорожки и замерла: статуи на пьедестале не было. Сам постамент находился на своем месте, но где же девушка?       Эми подошла к тому месту, где в прошлый раз нашла книгу. Пьедестал, похоже, был уже отремонтирован: во всяком случае, никаких ниш или отверстий в нем уже не было. А вот вместо простой деревенской девушки, смотрящей на собственные руки, была табличка, на которой значилось следующее:

      Приносим извинения перед посетителями парка. Эта статуя находится на реставрации.

      «Какая странная табличка!» — отметила про себя Эми. Ведь тогда, когда она была здесь в прошлый раз, статуя никоим образом не пострадала. А раз пьедестал уже отремонтирован, к чему увозить саму каменную фигуру? И что там вообще нужно было реставрировать?       Она еще раз перечитала текст на табличке. Написано вроде все так, но что-то не так. Подумав с минуту, Эми так и ничего и не надумала и направилась к выходу, но по дороге все-таки обернулась и чуть не подпрыгнула: на помосте сидела белая кошка и, занимаясь своими делами, не обращала на нее никакого внимания. Или это не кошка?       Эми медленно подошла поближе. Но это точно не кошка! Шерсть белая, с темно-бордовыми пятнами на спине в форме колец. Глаза даже не рыжие, а огненно-красные, нисколько не мигающие, с круглым зрачком, похожим на зрачок у людей. Хвост белый, длинный и пушистый, прямо как у огромной белки. Длинные уши с розовыми кончиками, свисающие чуть ли не до самой земли. Хотя нет! Это не уши. Настоящие уши были, как и у кошки, маленькими треугольничками поднимаясь над головой. А вот ниже ушей были... вторые уши? Что это? И почему вокруг них золотые кольца?       Существо внимательно смотрело на нее, нисколько не пугаясь и не пытаясь сбежать, как это делали бы другие зверьки парка. «Словно что-то хочет сказать», — подумала про себя Эми. «У домашних кошек и собак часто бывают такие умные мордочки, смотрят на тебя так, как будто много-много сказать хотят, и все смотрят, смотрят», — рассуждала она и с сожалением вздохнула: «Жаль, конечно, что мы никогда не узнаем, о чем они все думают...»

      Почему же не узнаем, Эми-сан?

      Голос зазвучал у нее прямо в голове. Это было настолько неожиданно, что она вскрикнула, и сумка выпала у нее из рук. Существо все так же разглядывало ее, не издав ни единого звука. Эми подобрала сумку с дорожки и отряхнула ее. «Оно умеет читать мысли?» — с удивлением подумала она.

      Это называется телепатия, Эми-сан. Мы умеем не только читать мысли, но и передавать их в виде речевых сообщений.

      Вот это да! «Откуда ты взялся? И кто ты?» — недоумевала девочка. Она подошла поближе и во все глаза рассматривала необычное существо. Оно было такое пушистое и милое, что его хотелось взять на руки и погладить.

      Зови меня Кьюбей. Со временем ты сможешь и сама научишься читать мысли некоторых людей, если захочешь, Эми-сан.

      Эми забралась на постамент и села рядом с незнакомым зверьком, который, судя по всему, не только не испытывал никаких проблем в общении, но и знал обо всем, о чем бы только она ни подумала.       «Значит, ты умеешь читать мысли... А ты знаешь, зачем увезли статую девушки?» — вдруг решила она поинтересоваться. Как же, оказывается, забавно выглядит разговор, при котором никто не произносит ни единого слова!

      Я давно искал эту необычную скульптуру, но все-таки не успел ее застать. Как видишь, она на реставрации. А ты сама видела ее, Эми-сан?

      «Разумеется, видела!» — уверенно подумала про себя Эми. «Она совершенно не похожа на все другие статуи этого сада!»       Тут ее осенило, и она внимательно посмотрела на загадочное существо.       «А откуда ты знаешь, как меня зовут, Кьюбей-сан?»

      Это нетрудно объяснить, Эми-сан. Ты ведь в сад пришла не одна, верно?

      Ничего себе! «Так ты следил за мной?!» — с возмущением подумала она.

      Я бы не назвал это «следил», Эми-сан. Ты ведь, когда думаешь, не заботишься о том, что тебя могут услышать другие?

      Ну, здравствуйте! Услышать! Получается, теперь нельзя и подумать так, чтобы об этом не узнали! Интересно, скольких людей он таким образом «слышит»?

      Не очень много, Эми-сан. Например, сейчас в саду неподалеку, кроме тебя, находится еще семь человек. И, поверь мне, читать мысли интересно отнюдь не всегда.

      Хм, наверное. Эми представила, какой бы оглушительный гвалт был у нее в голове, если бы она слышала мысли семи человек неподалеку. Так и собственные мысли потерять можно...       Кьюбей выглядел довольно мило. Она все-таки решилась погладить пушистика, и, судя по всему, он был совершенно не против этого и даже забрался к ней на колени. Шерсть Кьюбея была необычайно мягкая, она словно притягивала руки, и его хотелось гладить еще и еще... Эми заинтересовали «вторые ушки» (как она их сама назвала), вокруг которых были золотые кольца, которые ни за что не держались, а просто парили в воздухе. И ей это что-то очень сильно напоминало... Она попыталась, но так и не смогла вспомнить, что именно.       В глаза ей сверкнул луч солнца. Это ветер играл ветвями кедров на скале, и лучи заката золотистыми нитями начали пробиваться через них. Тут Эми подскочила и неожиданно для себя воскликнула вслух:       — Ой, мне же домой пора!       Существо перепрыгнуло обратно на постамент.

      Я останусь здесь, Эми-сан. Ты же, если захочешь, приходи сюда, в сад. Думаю, нам будет, о чем поговорить.

      «До свидания, Кьюбей-сан!» — мысленно попрощалась с ним девочка и, схватив сумку, побежала по мощеной дорожке домой.