Домой

      Хэппи пытался поймать какую-то несчастную муху и носился за ней клацая маленькими зубками. Рыжая, кудрявая шёрстка блестела под лучами мягкого осеннего солнышка, от чего, щенок был похож на слиток золота.       Над именем для своего нового друга Микаса долго не думала. "Хэппи" — было первым, что пришло ей в голову, и всем, кого бы она не спросила, эта кличка тоже нравилась, да и сам малыш сразу стал откликаться на зов хозяйки. Хэппи дарил ей счастье, пускай и пробыл у неё совсем недолго. В книгах по психологии, это назвали бы началом реабилитации, Микаса не разбиралась в этом, и просто плыла по течению, свободно и отстраненно, наблюдая за происходящим.       Так, через неделю после приезда друзей, она уже стояла рядом со сценой, наблюдая за тем, как Армин оглядывал толпу своим ясным, искренним взглядом. Это уже не был тот мальчишка, умный, подкованный мальчишка, рядовой разведкорпуса, выпускник 104 кадетского отряда. Это был командующий, опытный тактик и стратег, одним только словом переманивающий людей на свою сторону. Она была обычным наблюдателем, перестав быть частью разведки в полноценном её состоянии. Микаса не хотела разрушать только начавшие строится стены её хрупкого, но такого необходимого мира.       Хэппи в её руках поморщился, когда Армин подошёл почти к самому краю сцены и поднял на него свои маленькие глазки-бусинки. "Давай, Армин... " — Эрен Йегер всегда был нашим другом. Единственным другом, который поддержал меня здесь, в Шиганшине, который не только не насмехался над моими мыслями о внешнем мире, но и всецело их поддерживал. Он был моим другом когда мы прошли обучение в кадетском корпусе, и, когда я пошёл за ним в разведкорпус. Он спас меня из пасти титана в Тросте, и был одним из тех, кто спас меня после битвы с колоссальным титаном здесь, в Шиганшине. Сегодня я стою здесь, в родном городе, чтобы исполнить его последнюю волю и рассказать вам всю правду. Все действия Эрена, и действия разведкорпуса были его планом, вплоть до этого самого дня. Он должен был уничтожить восемьдесят процентов человечества за стенами, перед тем, как нам пришлось пожертвовать им.       У Микасы вдруг кольнуло сердце. Титан прародитель, пасть, голова Эрена в её руках. Безвыходность, обреченность. По толпе прокатился гул непонимания. Никаких выкриков и визгов, лишь озадаченные лица людей.       Военные, находившиеся по всему периметру площади недовольно рассматривали собравшихся. Даже Йегеристы вели себя, на удивление, спокойно, и даже с интересом, но весьма отстраненно слушали. — С помощью силы титана-прародителя Эрен передал нам воспоминания о его стратегии и плане. В глазах внешнего мира, мы, — Армин обернулся к друзьям, стоящим за его спиной, — стали теми, кто смог освободить мир от уничтожения, тем самым, обелить репутацию элдийцев, которая негативно складывалась долгие годы, даже без нашего ведома. Угроза титанов не нависает над нами уже три года. Сейчас, мы на пороге новой войны, войны которая может уничтожить человечество окончательно. Не будет даже элдии, лишь пустыня. Если, вдруг, это случиться, главная цель Эрена Йегера так и не будет достигнута! Все жертвы, принесенные нами и другими народами будут напрасны. Эрен уже принес великую жертву ради спасения нас с вами. Мы вышли к вам, чтобы донести правду о том, чего добивался Эрен Йегер, мы те, кому пришлось убить нашего друга, брата, сослуживца, героя, ради спасения человечества. Давайте же вместе, исполним его последнюю волю! Вместе с людьми из внешнего мира сложим оружие! Откроем границы ради торговли и путешествий, обмена знаниями и технологиями! Это то, ради чего жил и умер Эрен Йегер — Свобода!       На глазах Армина выступили слёзы. Он сделал шаг назад, наблюдая, за реакцией толпы, которая шумно обсуждала сказанное Армином. Он боялся, боялся за Энни, за Микасу, которая могла пострадать, если вдруг люди решат разгромить постамент вместе с послами. От волнения сжимало и крутило желудок, сейчас он чувствовал каждую клеточку своего тела, как кровь, пульсируя, движется по венам и артериям, как наполняются его лёгкие кислородом. Нет, он не мог себе позволить показать свою слабость, хоть частичку своего волнения. Арлерт не отрывал взгляда от людей, которые, казалось, взвешивали все за и против.       Но, вместо громких воплей и обвинений, народ зааплодировал. — Я знаю этого мальчишку! Бегал здесь до разгрома стены Мария, бегал вместе с Эреном! Ему можно верить, — старик-торговец, стоящий недалеко от сцены, поднял руки вверх, отстаивая своё право говорить, — эти ребята, семь лет назад вернули нам этот город! Я помню, как их отряд возвращался в столицу, не больше десятка из двух сотен бойцов, — торговец поднялся на сцену, а Райнер виновато осмотрел носы своих ботинок, — против них нельзя выступать. Наравне с Эреном, это наши герои. Ещё будучи кадетами они не дали отобрать Трост! Вместе с пленными Марлийцами подарили нам новые технологии. Отплатим же им тем же!       Он поднял кулак правой руки вверх, обращаясь к собравшимся, на что, в этот же момент, словно сговорившись, они сделали то же самое.       Армину показалось, что он перестал дышать. — Добро пожаловать домой, ребятки, вы этого заслужили, — старик, обернувшись к ним, скромно улыбнулся и отвесил небольшой поклон.

***

      Этот день стал поворотным в мировой истории, положив начало конца гражданской войне на Парадизе. Сейчас, свою последнюю миссию, разведкорпус проводил на территориях, некогда отделенных от всего остального света, стенами. Им всем хотелось верить в то, что это была действительно последняя миссия, после которой все, наконец, заживут спокойно.       После успеха в Шиганшине, Хистория дала добро, на дальнейшие выступления в остальных крупных городах, куда, специально съезжались люди, только чтобы услышать речь Армина Арлерта, имя которого не сходило с уст эльдийцев. — За воцарившимся спокойствием придётся пристально следить... Без этого нам никак... — Армин сидел на подоконнике своего гостиничного номера в центре Стохеса. — Нужно налаживать международные отношения и везде иметь уши. Вполне возможно, этими ушами придётся стать нам... — Хочешь сказать, что не видать нам пенсии? — Жан грустно усмехнулся и отпил немного виски из стеклянного стакана. — Мы ведь сделали этот чертов выбор сами, поступив в разведку, а? — Конни откинул на стол несколько бумажек с планом грядущего выступления. — Верно. Но, это не отнимает у вас права жить спокойно. Завести семью, найти себе дело по душе, — Армин коротко взглянул на Энни, которая одарила его едва заметной улыбкой.       Они уже всё с ней обсудили, в ту самую ночь, когда Армин одел на её безымянный палец серебряное колечко с маленьким голубым камушком и гравировкой. Ему казалось, что ждать чего-то не их вариант, понял это ещё тогда, на корабле, пускай и не был уверен в том, что они смогут прожить хотя бы несколько часов. — Пол часа осталось, — Райнер, до этого не высказывающий ни слова, вдруг подал голос. — Если сегодня всё получится, считайте, что наше задание выполнено, — Армин спрыгнул на пол и отряхнул брюки — Вы знаете, что здесь, в Стохесе, самое мощное движение, самые масштабные демонстрации. Если убедим людей, все оставшиеся точки сопротивления значительно ослабнут. Приложите все усилия, все свои способности красноречия. Мы должны это сделать, ради всех тех, кого сегодня с нами нет. Если будут чем-то кидаться, стоять на месте, у нас будет защита. Отступать нельзя, иначе, все усилия были напрасны.

***

Они стояли на том самом месте, где некогда находилась церковь, которую разрушили Эрен и Энни, больше семи лет назад. Площадь была заполнена людьми, из домов, окружающих её, вылезли люди, на балконы пускали людей, успевших купить места. Новость о том, что разведкорпус будет проводить завершающее выступление в Стохесе, произвела величайший фурор. Люди продавали места на крышах своих домов, ночевали несколько дней на площади, наблюдая за стройкой постамента, это было похоже на настоящее сумасшествие. Сегодня, перед тем, как отряд должен был выйти на сцену, перед собравшимися выступала Хистория, с особым обращением. Журналисты заняли самые лучшие позиции, что бы сделать выгодные фотографии, недалеко от площади, торгаши продавали еду, напитки и различные безделушки. Хистория выглядела великолепно, скромно, располагающе, без лишнего пафоса, но изящно: белое платье, струящееся лёгкой тканью, светлые волосы едва собранные на затылке, создавая собой незатейливую, но элегантную причёску, и корона, обязательный атрибут при её статусе, которая, одновременно украшала, но и тяготила её голову. Она напоминала ангела, спустившегося с небес, что бы рассказать нечто важное, своим детям. — Я Хистория Райс, обращаюсь к Вам, друзья, жители парадиза, к людям за морем и правителям стран. Благодаря многолетним переговорам нам удалось достичь соглашения с мировыми лидерами. Сейчас наша страна располагает достаточно скромными торговыми ресурсами, однако, мы приняли решение о строительстве предприятий по добыче и переработке материалов, с помощью которых мы сможем не только развиваться сами, но и помогать развивать другие страны, за что сможем получать другие товары и плату. Будет решена проблема безработных, которых специально обучат на новые специальности. Рядом с такими предприятиями будут выстроены деревни, в которых могут жить рабочие со своими семьями. Этот план стал возможен только благодаря нашим послам. Сегодня, они завершают миссию на своей родине, выступая здесь, перед вами! — Хистория еле заметно выдохнула и склонила голову, в знак почтения, — Прежде чем принять решение, грамотно выслушайте сегодняшнее обращение. Спасибо за ваше внимание.       Королева отошла на второй план, уступая место Армину и остальным. Ему казалось, что они всходят, на эшафот, где должны были огласить их судьбу: жизнь или смерть, заточение или свобода. Свобода... Ему бы хотелось распробовать её вкус. Армину казалось, что он, наконец, узрел её там у моря семь лет назад, но это чувство оказалось ложным.       Они думали, что истинный мир и спокойствие будет достигнуто, когда из него исчезнут титаны, но и тогда они ошибались. Сейчас, Арлерт надеялся, на то, что просчетов он больше не допустит. Стиснув зубы, блондин оглядел толпу. Старики и молодые, военные и гражданские, все стояли вперемешку, плечом к плечу, взирая на него, надеясь на него, веря в то, что верил он. "Вот и всё, последний шаг... Видишь, Эрен! Сегодня, наконец, всё закончиться. " — мысли складывались в предложения, постепенно, создавая речь, к которой он так долго готовился, которую так долго ждал. — Мечтой Эрена Йегера всегда была свобода, ради которой, он жертвовал своими личными интересами и ради которой он умер...