бумажные сердца

      Сону всегда отличался особым везением, и сегодняшний день, без вопросов, тому доказательство, потому что в тот момент, когда он позвонил Сонхуну и попросил его срочно приехать, Пак был совсем поблизости от места, где находился Ким — им с Чонвоном нужно было срочно заехать в местную аптеку за лекарствами младшему. Так что, к великому счастью и удаче, хорошо знакомая машина Сонхун-хена уже через считанные минуты подъехала к нишимуровскому дому, у которого стоял Сону. Ким облегченно выдохнул, и сел на заднее сиденье, поскольку оба передних уже были заняты. Машина наконец начала свое движение.       — Привет, — негромко сказал он, и оба парня поприветствовали его в ответ. — Спасибо, что приехали так быстро. Вы были где-то поблизости?       — Да, Сонхун-хен согласился заехать со мной в аптеку, но в нашей нужных лекарств не оказалось, поэтому пришлось ехать сюда, — пояснил Чонвон, и Сону понимающе закивал.       — А что за лекарства? — решил поинтересоваться брюнет, чтобы хоть как-то отвлечь самого себя от того страха, который он испытал минутами ранее. — Ты приболел, Чонвон-и? С тобой все хорошо?       — Да, все в порядке, хен, — заулыбался Ян. — Просто нужны были кое-какие витамины для организма, которые прописал доктор. Я чувствую себя слишком уставшим в последнее время, наверное, из-за грядущих экзаменов.       — Да уж, экзамены — гадость редкостная, — сморщился Сонхун. — Вам двоим повезло, что ваши знания позволят вам сдать все экзамены на отличный балл, а вот что будет со мной... Даже представить страшно.       — Ой, да ладно тебе, — отмахнулся Чонвон и звонко засмеялся. — Ты у нас, хен, далеко не тупой, так что даже не переживай. К тому же, экзамены — всего лишь малая часть всех твоих трудностей в жизни, поэтому не советую слишком сильно волноваться из-за этого.       — Сказал отличник, который зубрит все предметы в каждую свободную минуту, — закатил глаза Пак.       Сону молчал. Ему было совсем не до разговоров — тело все еще тряслось от страха, но мыслями он раз за разом возвращался в тот самый момент с Ники, когда младший попросил спеть ему, чтобы побыстрее уснуть. Была бы у Кима возможность — он, без сомнений, пел бы японцу каждую ночь перед сном.       — Сону, — позвал друга Сонхун, заставив брюнета вздрогнуть от неожиданности и поднять голову. — Я хочу задать тебе всего один вопрос: что ты делал в районе для богатых? Неужели ходил в гости к своему холодному, но красивенькому японцу? — парень усмехнулся, через зеркало наблюдая за Кимом.       Сонхун думал, что его слова окажутся просто очередной забавной шуткой, над которой все трое посмеются и забудут ее уже спустя пару минут. Но, как оказалось на самом деле, шуткой это не было.       — Да, — спокойным голосом ответил Сону старшему. — Ты угадал: я был у Ники дома. Там, кстати, не описать словами, насколько красиво.       — Подожди, ты серьезно? Не шутишь? — воскликнул Чонвон и, широко улыбаясь, запрыгал от радости. — Ким Сону, разве у нас не было плана? Я должен был начать действовать первее тебя, помнишь? — он с наигранной обиженностью закатил глаза, но уже через секунду смотрел на старшего глазами-звездочками, ожидая от него хоть какого-нибудь внятного ответа и, желательно, всех объяснений и подробностей. — Как ты там вообще оказался? Что вы делали? Он сам тебя позвал? Мне интересно узнать абсолютно все, рассказывай!       — Терпение, Чонвон, — успокоил его Сонхун и тихо захихикал. — Но мне, вообще-то, тоже очень интересно, как ты оказался в таком шикарном доме, да еще и у такого парня.       Сону достал из рюкзака маленькую коробочку с банановым соком и, вставив трубочку, сделал из нее глоток. Еще одна вещь, способная заставить Кима почувствовать себя лучше в абсолютно любой ситуации.       — Ну, так вышло, что я по случайности стал репетитором Ники и теперь буду появляться у него дома несколько раз в неделю, — наконец объяснился брюнет. — Мы пока еще не договорились насчет расписания, но думаю, что в следующий раз я приду к нему уже завтра.       — Подожди, что? — в один голос спросили Сонхун и Чонвон, а после продолжил Ян: — Ты сказал, что стал его репетитором по случайности, что это значит? Как такое вообще возможно?       Сону тихо вздохнул, а на его лице появилась отчасти счастливая улыбка: мысли о Нишимуре всегда заставляли его чувствовать себя в разы лучше. И именно по этой причине Ким сейчас вдруг стал выглядеть таким расслабленным и радостным. Казалось, кроме мыслей и воспоминаний о японце, в которых брюнет моментально растворялся, ему не нужно было ничего. И тот факт, что он стал репетитором Рики, радовал его так же сильно, потому что теперь они будут проводить намного больше времени вместе, так что у Сону есть абсолютно все шансы наконец-то сблизиться с парнем, в которого он так давно и сильно влюблен. Настоящий подарок судьбы.       — Но вы ни за что не поверите, если я скажу вам, как я стал его репетитором, — загадочно прошептал танцор и рассмеялся. — Сегодня я решил поискать для себя работу и так получилось, что в моем кармане оказалось только одно объявление, на котором кто-то искал репетитора по всем предметам для своего шестнадцатилетнего сына, и, как вы уже наверное догадались, номер, который там был указал, оказался номером отца Ники.       — Вау, — беззвучно, одними лишь губами произнес Сонхун.       — Это точно судьба, — уверенно произнес Чонвон и уселся на своем сидении поудобнее, забросив на него ноги и обняв обеими руками собственные колени. Из его уст вырвался мечтательный вздох. — Ваша история любви поистине очаровательна.       Щеки Сону заметно покраснели от смущения — парень тут же поспешил закрыть лицо ладонями.       — Не говори глупостей, — легонько пихнул в плечо друга Ким.       Еще около тридцати минут бесполезной болтовни и вот, парни наконец-то подъехали к дому, в котором живет Ким. Сону даже и не заметил, как быстро пролетело время, а о тех сообщениях и явной слежке за ним он вспомнил только тогда, когда собирался выйти из машины. По его спине вдруг прошелся табун мурашек, а сердце забилось в очень быстром темпе.       — Я тут подумал... — негромко сказал он, обращаясь к своим друзьям. — Может, останетесь у меня ненадолго? Это, конечно, не будет той самой вечеринкой, которую мы запланировали, но просто хотя бы немного проведем время вместе.       — Почему бы и нет? Давайте, — поддержал идею младшего Сонхун, и Чонвон кивнул, соглашаясь со словами Пака. — Надеюсь у тебя дома есть что-нибудь из еды, потому что я не успел позавтракать, — он неоднозначно посмотрел в сторону сидящего рядом Яна, будто бы намекая ему, что именно он является причиной того, что Сонхун сейчас голоден.       Ян захихикал:       — Прости, хен.       Когда трое парней покинули машину самого старшего из них, они сразу же направились в квартиру Сону уже по практически родному пути. Чонвон шел самый первый, желая как можно скорее плюхнуться на мягкую кровать Кима и пообниматься со всеми его плюшевыми медведями. Скучной их дорога не была: Вон то и дело, что отпускал какие-нибудь смешные шуточки, а Сонхун и Сону звонко смеялись над ними, да так громко, что по всей улице раздавался их хохот.       В квартиру, как и ожидалось, Ян забежал первым — стоило Киму только повернуть ключ в двери, и младший уже оказался внутри. Парни сразу разделились: Чонвон убежал в комнату Сону, чтобы поваляться на его мягкой кровати, Сонхун ушел на кухню, чтобы найти что-нибудь из еды, а владелец квартиры так и остался стоять в коридоре на какое-то время. Чувство вины съедало его изнутри, когда он смотрел на своих счастливых друзей и видел искорки в их глазах. Они не знают, что их лучший друг им соврал. Они не знают, что их лучший друг скрывает от них правду. Они не знают, но должны. Они имеют право на это.       — Давайте соберемся все в одной комнате, пожалуйста, — громко попросил Сону, чтобы даже Пак с кухни его услышал. — Нужно срочно поговорить.       — М? — отозвался Чонвон. — О чем ты хочешь поговорить?       Сону прошел внутрь своей комнаты, где сразу встретился взглядами с заинтересованным Яном. Брови младшего были умилительно приподняты чуть вверх, губы приоткрыты, а сам он удобненько лежал на чужой кровати, обеими руками обхватив огромного плюшевого медведя. Через минуту в комнату подошел и Сонхун, который до сих пор что-то жевал.       — Так, все в сборе, — проговорил танцор и отчего-то так тяжело выдохнул. — Сонхун-хен, сядь, пожалуйста.       Пак слабо кивнул и послушно присел рядом с Кимом, молча ожидая, когда младший начнет снова говорить. Сонхун явно не догадывался о чем пойдет речь, а вот Чонвон уже по каким-то причинам имел представление о теме дальнейшего разговора. Ян внимательно уставился на друга.       — Пообещайте мне, что не станете сильно злиться на меня после того, как услышите то, что я вам сейчас расскажу, — шепотом попросил брюнет, виновато опустив взгляд вниз. — Но я действительно больше не могу и не хочу лгать вам. Вы мои лучшие друзья, и имеете право знать правду.       — Кажется, я догадываюсь о чем будет разговор, — Чонвон скривил губы. — А точнее, о ком. Енджун замешан в этом, я прав?       — Прав, — сделав небольшую паузу в виде абсолютной тишины, ответил Ким. — Это касается Енджуна.       — Что он сделал? — непонимающе спросил Сонхун. Пак совсем не догадывался, при чем тут Чхве, но и то, почему Сону что-то скрывал, он тоже не мог понять. — Подожди, когда ты попросил меня срочно забрать тебя сегодня, это тоже было не просто так, верно?       Ким сделал тяжелый вздох, перед тем, как начать говорить. Последняя тема, которую ему хотелось сейчас обсуждать — это тема, затрагивающая Чхве Енджуна, но обходить ее стороной больше нельзя. Он должен во всем признаться своим друзьям, потому что в одиночку со всем этим ему не справиться, как бы он ни старался. Сону снова вздохнул.       — Я виделся с Енджуном, — быстро сказал он и замолчал в ожидании чужой реакции.       — Что? — тут же последовало из уст Сонхуна. — Как это понимать?       — Когда это было? — серьезным голосом задал вопрос Ян. Он ожидал, что именно это Ким и скажет, поэтому особо удивлен не был. — Сону, когда ты виделся с ним?       — Пару дней назад, — тихо ответил танцор. — После того, как сказал вам, что мне нужно бежать на тренировку, но на самом деле никакой тренировки не было, я шел на встречу с Енджуном.       — Ты соврал мне! — нахмурившись, воскликнул Чонвон. — Сону, ты ведь пообещал, что не станешь больше видеться с ним.       — Прости, — прошептал парень. — Я действительно просто хотел узнать, что ему снова нужно от меня, потому что угрозы не прекращались, — он попытался объясниться. — Енджун не из нормальных, он псих, и я знаю, что если я не сделаю то, чего он хочет — мне и моей семье придет конец.       — Что он требует от тебя? — осторожно спросил Сонхун. — Мы можем чем-то помочь?       — Ему нужна огромная сумма денег, которую я должен предоставить ему за очень короткий срок.       — Поэтому ты устроился на работу? — моментально сделал вывод Пак. — Ты действительно хочешь выплатить ему всю сумму самостоятельно?       — У меня нет другого выбора, хен, — с очевидным оттенком отчаяния в голосе произнес Сону. — Мои родители в опасности, а если с ними что-то случится, то Енджуну не будет ровным счетом ничего, потому что доказательств после себя он не оставит. Я не прощу себе, если с моей мамой или моим отцом что-то произойдет по моей вине.       — Боже, — Сонхун шокировано схватился руками за голову, не имея ни малейшего понятия, что говорить или делать. — Мы в любом случае должны пойти в полицию. Это же буквально прямые угрозы, Сону.       — Да, — соглашается Чонвон. — Мы должны пойти в полицию.       — Но у меня нет абсолютно никаких доказательств, что Енджун угрожал мне или крал что-то из моей квартиры, — отчаянно произносит танцор. — Вообще ничего.       Сонхун качает головой. Действительно, без доказательств нет никакого смысла идти в полицию и писать заявление на Чхве — никто не поверит в слова Сону. Однако просто сидеть на одном месте и ждать какого-то чуда тоже бессмысленно. В конце концов, у Кима еще есть время, чтобы что-то придумать и решить эту проблему. Именно этим он и собрался заняться вечером сразу после того, как его друзья ушли к себе домой.       В мыслях Сону сейчас была лишь одна идея: найти как можно больше информации о Енджуне и, если повезет, о том светловолосом парне, который явно оказался там не просто так. Ким не уверен, что сможет что-то отыскать на просторах интернета, но он хотя бы постарается. Он должен постараться ради самого себя, своей семьи и друзей. И, к очередному везению Сону, кое-что ему все-таки удалось найти.       — Какого черта... — прошептал он, начав читать статью, написанную кем-то пару лет назад, и разглядывая фотографию, размещенную под ней. — Этого не может быть!       Ким не верит своим глазам. На совсем старой фотографии, что была сделана еще лет двадцать назад, обнявшись за плечи, в один ряд стоят две пары: родители Рики и родители того самого парня, который отвел его к Енджуну — Кан Тэхена. То, что это их родители, Сону понял по именам этих людей, что были напечатаны рядом с самой фотографией. Так значит, Тэхен и Ники могут быть знакомы? Сону продолжил вполголоса читать статью в своем ноутбуке:       — Миссис Кан была беременна, и молодая пара очень ждала этого ребенка, но по каким-то неизвестным причинам была вынуждена навсегда уехать из страны сразу после того, как мальчик появился на свет. Он попал в детский дом, откуда его вскоре забрала довольно известная в некоторых кругах семья преступников, у которых уже был полуторагодовалый сын. Вскоре и совсем неожиданно семья сообщила о случайной гибели их приемного ребенка — новость разнеслась по всему городу. Об этом странном случае до сих пор ничего не известно.       Стоп, стоп, стоп. Как это понимать? Сону шокировано открывает рот и еще раз перечитывает этот абзац. То есть, Тэхен не просто хороший друг или один из верных псов Енджуна — фактически, он брат Чхве, хоть и не родной. Непонятным было лишь то, зачем семья Енджуна сначала взяла из приюта мальчишку, а затем публично соврала о его, якобы случайной, смерти. Очевидно, у них был какой-то план, о котором уже, скорее всего, не узнать. Жутко, страшно, не по себе. Радовала Кима только лишь одна мысль: Ники и Тэхен, а уж тем более Ники и Енджун, точно не знакомы. Брюнет с облегчением выдохнул.       Перед сном Сону старался об этом всем даже не вспоминать, чтобы спокойно и быстро уснуть. Хоть завтра и выходной день, Киму все равно придется встать ранним утром, потому что если остальным в воскресенье никуда не нужно идти и они могут насладиться своим единственным выходным, то у Сону такой возможности не было. По крайней мере, теперь не будет, ведь уже к ровно девяти часам утра он должен быть в доме у Нишимуры Рики и объяснять ему очередной предмет, который японец ни разу в жизни не учил и даже не открывал по нему учебник. Ну, Сону хотя бы будет не единственным человеком на этой планете, кому придется так рано проснуться в утро воскресенья.       Всю ночь парню снилось что-то странное, размытое. Ему снилось, что он бежал от кого-то настолько быстро, что не мог сделать и вдоха. Чужой грубый голос преследовал его, все не отставая. Сону слышал, как кто-то зовет его имя и кричит различные угрозы о том, что сделает с ним после того, как поймает. И когда спины брюнета почти касается чья-то рука, он наконец-то открывает глаза, испуганно обводя взглядом собственную комнату.       Это всего лишь сон.       На сборы ушло совсем немного времени, так как Сону старался делать все как можно быстрее, чтобы случайно не опоздать к назначенному времени. До дома японца Ким тоже добрался довольно быстро — оказался он там уже спустя минут двадцать после того, как вышел. Так уж сильно боялся опоздать: все-таки, только что приобретенной работы лишаться не хотелось от слова «совсем», да и разве можно отказаться от очередной возможности провести еще один час с Нишимурой?       — Здравствуйте, сэр, — приветливо улыбаясь, парень поздоровался с высоким, крепким и темноволосым мужчиной, который уже был знаком ему, как отец Рики. Лицо его было почти такое же, как на той самой фотографии, которую Сону нашел в интернете, только в глазах больше не было тех азарта и радости, губы не формировали счастливую улыбку, а на лбу отчетливо виднелись морщины, говоря о приближающейся старости. — Я пришел немного рановато... Ваш сын еще спит?       — Не знаю, — мужчина задумчиво покачал головой. — Поднимись в его комнату и проверь. Если спит, то разбуди и сразу начинайте заниматься.       — Хорошо, я понял, — кивнув, произнес Ким.       По пути в комнату младшего Сону успел еще раз осмотреть этот дом. Здесь было красиво. Каждая деталь дома выглядела роскошно и, вероятно, покупалась за немыслимое количество денег. На самом деле, так оно и было. Ни для кого не секрет, насколько богато живут семья Нишимура, ведь они уже долгие годы владеют собственным бизнесом, который передается из поколения в поколение. Сону сразу вспоминаются все эти однотипные сериалы про любовь, где простая девушка из совершенно обычной семьи влюбляется в сына богатеньких бизнесменов, и он, по какой-то непонятной причине, выбирает именно ее среди тысячи других дам, достойных быть с ним по статусу. Как правило, такие сюжеты всегда хорошо заканчиваются, но Ким уже что-то не очень уверен, что финал его истории закончится так же хорошо.       Наконец он заходит в комнату Ники и видит, что тот, к счастью, уже не спит. Не спит, но выглядит так, как будто прямо сейчас уничтожит всех на своем пути, лишь бы поспать еще минуточку. Брюнет мило улыбается, снова видя сонного японца. Его волосы были слегка растрепаны, глаза то и дело, что закрывались, а мозг не слушался и работать готов явно не был.       — Доброе утро, сонный тигренок, — зайдя в чужую комнату, сказал Сону с яркой улыбкой на лице. Увидев реакцию Нишимуры на это прозвище, Ким громко рассмеялся. — Не нравится?       Рики морщится и отрицательно мотает головой.       — И снова ты здесь, — раздраженно выдыхает блондин.       — И снова ты собираешься уснуть на половине занятия, да? — Ким усмехается, замечая, как Ники сонно зевает. — Сегодня я тебе не позволю сделать это, уж извини.       Японец фыркает и драматично закатывает глаза. В чем они с Сону действительно могли посоревноваться, так это в звании лучшего короля драмы.       — Все, давай, начинаем занятие, — брюнет сел за стол и выжидающе обернулся на младшего. — Почему ты все еще не здесь? Слезай с кровати и иди сюда.       Заниматься Ники совсем не хотелось. В его планах было хорошенько выспаться сегодня, а не учиться с самого утра. Ну уж нет, приказы Кима он выполнять не станет. Сону сейчас кажется почти железным, будто ни за что не позволит Нишимуре ослушаться его, но Ники не глупый, он всегда знает, как заставить кого-то делать все так, как хочет именно он.       — Ну Сону-хен, — вдруг жалобно тянет он и снова, снова, строит эти щенячьи грустные глазки, от которых у Кима в голове моментально что-то щелкает, заставляя лицо смягчиться и даже на секунду задуматься о том, чтобы действительно позволить японцу вновь отдохнуть. — Пожалуйста.       Но разве может Сону обмануть отца Рики и получить деньги за то, что ничего не делает? Нет, это будет несправедливо. Хоть у семьи Нишимура денег столько, что сосчитать за целую бесконечность не получится, брюнету все равно кажется неправильным забирать деньги из их кармана нечестным путем. Так точно не пойдет.       — Нет, Ники, — твердо произносит кореец. — Даже не пытайся снова проворачивать свои фокусы: в этот раз не сработает.       Рики, не слушаясь, делает еще одну попытку уломить старшего, но все тщетно — больше действительно не срабатывает. Нишимура раздраженно цокает и нехотя поднимается с кровати, направляясь к своему письменному столу, где старший уже любезно разложил все нужные материалы для сегодняшнего занятия.       — О боже, — выдыхает японец. — Физика? Ты что, издеваешься надо мной? Да я в жизни по ней учебник не открывал!       — Ну вот сейчас вместе и откроем, — улыбается Сону и протягивает младшему книгу. Ники недовольно морщится. — Ну что опять?       — Ничего, — решает не злить Кима блондин и послушно открывает учебник на странице с содержанием. Все-таки, как ни крути, а вся власть сейчас в руках Сону, ведь репетитором здесь является именно он, а не Ники. Нишимура уже начал понимать, как, оказывается, иногда бывает страшен его одноклассник в гневе, поэтому рисковать не решается. — Какую тему будем проходить?       — Для начала давай я объясню тебе то, что мы сейчас проходим на уроках, а потом можем смело переходить на более ранние темы, которые тебе тоже непонятны, — предлагает парень, и Ники, соглашаясь, кивает.       — Хорошо, — произносит японец.       — Хорошо, — следом за ним произносит старший.       Они начинают занятие в совершенном спокойствии: Сону не ругается на Ники за непослушание, а сам Нишимура добросовестно выполняет все, что ему говорят. Рики внимательно слушает своего репетитора и, на удивление, понимает почти все, что тот ему говорит. А ведь японец действительно не глупый, как многие считают. Ему просто не хватает какой-то мотивации и дисциплины, ведь обладая этим с самого начала, он бы не оказался на той ступени развития в учебе, на которой находится сейчас. Но радует хотя бы то, что он, похоже, по-настоящему старается стать лучше. Неизвестно ради кого, но старается.       — Ты молодец, — мягко произносит Сону, проверив очередную задачу, полностью самостоятельно решенную младшим. Ким с трудом сдерживает желание погладить Ники по голове. — Давай дальше.       — Сколько еще осталось? — забрав свою тетрадь у корейца, спрашивает блондин.       Ответ на его вопрос следует тут же:       — Много. Решай, а не разговаривай.       Ники тихо вздыхает, но поделать ничего не может — раз Сону сказал продолжать решать, значит так и нужно. Нишимура вновь утыкается лицом в тетрадь, что-то строча в ней, а брюнет медленно поднимается со своего места и воодушевленно обводит глазами чужую комнату. Да уж, в отличии от его собственной, комната Ники похожа на королевский замок: повсюду стоит дорогая мебель и техника, на стенах развешаны плакаты с различными знаменитостями и с их личными подписями на каждом, а полки заставлены кучей статуэток известных футболистов и героями фильмов из серии «Марвел».       — Тебе нравится футбол? — интересуется Сону, но до Ники чужой голос доходит не сразу. — Хэй, отвлекись на минутку.       — М? — поворачивается японец к старшему, что с таким интересом разглядывает его фигурки. — Что ты спросил?       — Я спросил о том, нравится ли тебе футбол, — повторил Ким.       Нишимура кивнул.       — Играю в него, когда есть время, — пожал плечами японец. — А что, хочешь посоревноваться? — он усмехнулся и, запустив пальцы в свои светлые волосы, приподнял бровь. Сону бесшумно сглотнул. — Мы можем посоревноваться, если хочешь.       — Не хочу, — ответил брюнет и продолжил рассматривать статуэтки. Среди них он вдруг заметил еще кое-что интересное, бросившееся в глаза. — Что это? — он осторожно достал с полки что-то похоже на огромную толстую книгу.       — А, это альбом с фотографиями, — лениво отозвался Нишимура. — Разрешаю посмотреть, если тебе так хочется.       Сону ярко улыбнулся и уселся на пол, раскрыв альбом. Японцу он строго приказал решать задачу дальше и не отвлекаться, а сам начал просматривать фотографии. Брюнет тихо хихикал, умиляясь над фотографиями, где Ники еще совсем маленький и смешной.       — Ты так много улыбался в детстве, — заметил парень. — Наверное, был еще более непослушным, чем сейчас.       Ники усмехнулся, не прекращая что-то записывать в свою тетрадь. Японцу почему-то грела душу та мысль, что он делится с новым человеком своим прошлым. Он сам не знал почему, но именно в этот момент хотелось показать Киму абсолютно все, чем он занимался в детстве, в какие игры играл, какие сказки читал, какие мультики смотрел. Хотелось поведать обо всем хорошем, что он пережил за свои шестнадцать лет. Пусть этого хорошего было и не так много, но все-таки оно было.       — Это твоя мама? — вдруг спросил Сону, указывая пальцем на красивую молодую голубоглазую девушку с длинными светлыми волосами. Она крепко держала Ники за руку и лучезарно улыбалась. Фотография, судя по всему, была сделана в парке аттракционов. — Такая красивая. Вы очень похожи.       Ники помолчал несколько секунд, не решаясь что-то ответить. Он не знал, стоит ли рассказывать Сону о том, что случилось, но скрывать тоже было бы неправильно — все-таки, врать он ненавидел.       — Да, это моя мама, — с теплой улыбкой почти прошептал блондин. Старший еще никогда не видел, чтобы Нишимура улыбался так. Это было искренне, мягко и действительно по-настоящему, словно улыбка шла прямиком из его сердца. — Ее больше нет в этом мире, но, клянусь, она была самой лучшей мамой на свете. Я никого не любил настолько сильно, как ее.       Лицо Сону вдруг погрустнело от услышанного — ему стало обидно за младшего, что у того так рано не стало самого дорогого в его жизни. Ким мысленно быстро сделал вывод о том, почему, оказывается, Рики такой закрытый и никого к себе не подпускает: очевидно, он боится вновь потерять близкого человека. Темноволосый вздохнул, не поднимая опущенные от разочарования уголки губ.       — Прости, я не знал, — тихо сказал он. — Мне так жаль, Ники, правда. Ты очень сильный человек, если смог пережить это, мне правда жаль.       — Все в порядке, — Нишимура слегка улыбнулся. — Это случилось не вчера, так что... Я почти не чувствую боль от этого, просто иногда бывает тоскливо, когда начинаю скучать по ней. Мне иногда кажется, будто она находится рядом со мной, понимаешь? — он поднял глаза на Кима, встретившись с ним взглядами. — Кажется, будто сидит рядом и, как раньше, смотрит на меня так тепло и с любовью, что по телу невольно проходится дрожь. Мне иногда даже слышится ее ласковый голос, который зовет мое имя. Скажи честно, я, наверное, схожу с ума, да?       Старший отрицательно замотал головой.       — Ты просто до сих пор очень сильно ее любишь, — шепотом произнес он. — Уверен, что она любила тебя не меньше.       Японец грустно усмехнулся и кивнул. Как только он снова приступил к решению задачи, Сону вновь побеспокоил его, решив поинтересоваться насчет еще одной фотографии. Той самой фотографии, которую он увидел в интернете. Ким знал, кто изображен на ней и, на самом деле, даже был удивлен, что в этом альбоме есть эта фотография в хорошем качестве. Теперь парень наконец-то мог отчетливо разглядеть лица родителей Тэхена.       — Кто это стоит рядом с твоими родителями? — как бы невзначай спросил брюнет. — Это их друзья?       — Не совсем, — задумчиво произнес Нишимура. — На самом деле, мне мало что известно об этих людях. Знаю только, что это была женатая пара, работавшая на моего дедушку. Потом что-то случилось, и они были вынуждены покинуть Корею.       — Где они сейчас?       — Отец рассказывал, что они улетели в Китай, и больше о них никто никогда не слышал.       — Как думаешь, они еще живы?       — Не знаю, — Ники пожал плечами. — Возможно и живы. А что?       Сону отмахнулся, мол, да ничего, просто поинтересоваться решил.       — Ну, дорешал задачу? — он подошел к младшему и заглянул в его тетрадь. — Наше занятие уже подходит к концу, к сожалению или к счастью.       — К счастью, — рассмеялся блондин и, довольно улыбнувшись, захлопнул учебник и тетрадь, отодвинув их куда подальше от себя.       С Сону они почти не прощались — Ким, мало того, что выглядел отчасти каким-то взволнованным, словно куда-то спешил, так он еще и переписывался с кем-то, совсем не обращая внимания на Нишимуру. Из чужого дома брюнет тоже буквально вылетел, куда-то спеша.       А спешить ему действительно было куда. Рики об этом знать не обязательно, а вот лучших друзей Сону, на всякий случай, проинформировал. Ему срочно нужно увидеться с Кан Тэхеном в тайне от Енджуна. Они встретились с ним в каком-то темном, заброшенном переулке, чтобы, по просьбе Кима, их никто не увидел и разговор не был подслушан кем-то из прислуживающих Чхве.       — Что тебе нужно? — сразу спросил светловолосый парень в черной маске, как только они с Сону появились в поле зрения друг у друга. — Почему ты захотел встретиться именно со мной?       — Я хочу, чтобы ты помог мне избавиться от Енджуна, а взамен я кое-что отдам тебе.       Они подошли друг к другу на расстоянии метра и встретились взглядами. Взгляд Тэхена был пустым, младшего — полным решительности. Кан не хотел причинять Сону вред, но и помогать этому парнишке для него не было никакого смысла. Однако тот хочет что-то предложить взамен на помощь, а это уже звучит интересно.       — Что именно ты хочешь дать мне?       — Я знаю, как найти твоих настоящих родителей, — произнес танцор и дрожащей от холода рукой достал из кармана фотографию. Ту самую фотографию, которую он без разрешения Нишимуры забрал из альбома и спрятал у себя в рюкзаке. — Ты, наверное, никогда не видел их, да? Смотри, вот они, — он указал пальцем на молодую пару. — Не знаю, что тебе там наговорила семья Енджуна, но ты никогда не был их сыном: они забрали тебя еще совсем младенцем из приюта, а через какое-то время объявили тебя мертвым, чтобы твои родители тебя больше никогда не искали.       — Что?.. — Тэхен шокировано открыл рот, а его глаза тут же заслезились, стоило ему еще раз взглянуть на фотографию. — Откуда ты знаешь? Почему я должен тебе верить? Вдруг ты врешь, и это не мои настоящие родители.       — Есть ли мне смысл врать? Посмотри на них, у тебя с ними почти одно лицо.       И правда. Каждая черта их лиц была необъяснимо сильно похожа. Сомнения, что это его родители, у Кана не осталось. Может, он так быстро поверил в это, потому что хотел верить. Семья Чхве никогда не относилась к нему хорошо, родители Енджуна делали все для своего старшего сына, а к Тэхену относились, как к чужому. Он и сам чувствовал, что он им чужой. Всегда чувствовал.       — Как мне найти их? — кусая губы, отчаянно спросил он. Теперь, узнав о том, что в этом мире, пусть и не рядом, есть его родные мама и папа, которые даже не знают о том, что их сын жив, он сделает абсолютно все, чтобы увидеть их. Слишком долго он чувствовал, будто ему чего-то не хватало, и вот наконец-то он понял, чего именно. Настоящих родителей. — Сону, я помогу тебе, только скажи, где они.       — Когда ты родился, они по каким-то причинам были вынуждены улететь отсюда, я не знаю точно, где они сейчас, но мой.. друг, у которого я нашел эту фотографию, сказал, что твои родители улетели в Китай.       — А что, если они уже мертвы? — нахмурился Кан. — Прошло целых девятнадцать лет, за это время многое могло случиться!       — Послушай, сзади на фотографии есть какой-то адрес, но я не знаю, что он обозначает. Возможно, это именно то место, куда они уехали. Если не проверишь, то никогда не узнаешь, — уверял старшего Сону. — Пожалуйста, Тэхен. Я хочу помочь тебе выбраться из всего этого. Енджун — не твоя семья. Его родители никогда не желали тебе добра, иначе стали бы они публично заявлять о твоей ложной смерти? Твое место рядом с твоими родными, с твоими настоящими родителями, но точно не здесь.       — Хорошо, — томно вздохнув, согласился парень. Ким был полностью прав. — Я согласен помочь тебе, если ты отдашь мне эту фотографию. Как ты хочешь, чтобы я помог тебе?       — Я хочу, чтобы ты избавил меня от Енджуна.       — Ты хочешь, чтобы я его убил?       — Нет, — задумчиво протянул Сону. — Просто сделай так, чтобы он больше никогда не появился в моей жизни. А как именно это сделать — решать тебе.