Путеводитель по Монштадту №1

Самая лучшая форма учтивости, независимо от того, где человек воспитывался, <…> — это не совать нос в чужие дела. Чарльз Диккенс. Тайна Эдвина Друда

***

      Одуванчики за городскими стенами напоминали рассыпанные в зелёной траве звёзды и только кое-где величаво качались на тонких длинных ножках серебристые облачка. Земля благодаря полуденному летнему солнцу напоминала теплую постель и мы с Пикси самозабвенно валялись на мягкой траве. Черная кошачья шерстка окрасилась золотой пыльцой.       Двое стражей у ворот не обращали на нас никакого внимания, равно как и на счастливую семью неподалёку. Невысокий мальчишка громко вещал о том, как хотел бы увидеть море одуванчиков. На мой скромный взгляд, окружавшее нас золотое великолепие уже вполне можно было бы так назвать.       Рядом с пожелтевшей Пикси блестели рыжим пламенем спелые закатники и несколько исписанных листов бумаги, в которые любопытно заглядывала напарница. Вдохновение свалилось на мою голову подобно снегу в августе — неожиданно, освежающе и несколько шокирующе.       — Я ведь говорила, что с Монштадтом всё получится! Будет прекрасная история. Как додумалась только до такой идеи? — воодушевленно вопросила напарница и я неловко пожала плечами.       — Мне приснился необычный сон, — говорю, переворачивая очередной лист той самой тетради из Ли Юэ.       — Вот уж повезло, — захихикала напарница, сладко потянувшись. — Значит наконец-то осядем где-то дольше, чем на три дня! Никаких палаток и бутербродов!       Ночное приключение Пикси благополучно проспала, не обратив на нашу возню у окна никакого внимания. Да и мне самой сон оно напоминало куда больше чем реальность. Ну кто бы мог подумать, что Полуночным героем, которого во время обеда упомянула Джинн, окажется мастер Дилюк из таверны под моим окном! И мне «посчастливилось» познакомиться с обеими его личностями в один день. Вот уж и правда везучая ты, Лили…       Я вспомнила многообещающе «Позже поговорим, а пока никому ни слова» перед тем, как местная легенда выпрыгнула из моего окна и поежилась. Говорить, собственно, не было о чем. Чужие секреты я раскрывать не намерена, портить репутацию местным героям тоже, лезть куда не просят и вовсе не особо хотелось. Единственная вольность, которую я себе позволила в этой ситуации — бессовестно использовать героический образ в своём новом романе. Естественно, под совершенно иным именем главного героя.       Я мысленно хмыкнула. Будоражащий кровь образ отважного и мужественного спасателя обездоленных обязан понравиться любимым читателям. И, вновь вдохновлённая, вгрызлась в сочный закатник, продолжая исписывать тетрадь острыми буквами. Вдохновение бурлило во мне как лава в проснувшемся вулкане и я вовсю использовала ситуацию, стараясь не думать о предстоящем разговоре.       Но, разговор настиг меня сам. Яркое солнце заслонил кто-то явно очень высокий. Длинная тень легла на изумрудную траву. Я, растянувшаяся на животе, недоуменно подняла голову и тут же встретилась с неодобрительным алым взглядом. Собственное положение тут же перестало казаться самым удобным для письма.       — Госпожа Лили, — неодобрение скользило даже в низком, хрипловатом голосе и я, удержав кряхтение из-за онемевшего локтя, поднялась с земли. Но местный герой всё ещё возвышался надо мной подобно скале. Пикси любопытно приоткрыла глаза, притворяясь обычной кошкой. — Могу отвлечь вас от ваших дел?       — Конечно, — неохотно отвечаю, с сожалением покосившись на так и недописаную вторую главу. Скорее бы с ним объясниться и продолжить. Кто его знает, сколько продержится подобное вдохновение…       Но моим планам не суждено было сбыться.       — Я бы хотел поговорить в более…приватном месте, — чужой взгляд укоризненно прошёлся по испачканной золотистой пыльцой белоснежной рубашке, на секунду скользнул по обнаженным плечам и тут же поднялся выше, встречаясь с моими глазами. Я невольно поежилась. Идти куда-либо не хотелось, но болтать о собственных героических подвигах под уже подозрительными взглядами стражников он явно не хотел.       — Конечно, — киваю, подхватывая Пикси на руки. — Далеко нужно идти?       — Воспользуемся телепортом, — коротко ответил Дилюк и тут же направился к качающемуся в воздухе, словно воздушный шарик механизму. Я мрачно выдохнула.       Телепорты не любила ни я, ни Пикси, ругающаяся каждый раз, когда мы вываливались из них — с головной болью, уставшие и мечтающие скорее глотнуть свежего воздуха. Да и путешествовать среди прекрасных пейзажей три дня было куда приятнее, чем чувствовать себя так словно три с лишним минуты тебя полощут в реке усердные прачки.       Так что, когда мы оказались возле очередного озера с поросшими лилиями калла берегами и виднеющимся неподалеку зданием с алой крышей, ни о чем говорить уже не хотелось. Я невольно покачнулась, едва ноги снова коснулись земли и даже не сразу обратила внимания, на руку, осторожно придержавшую мой локоть. Тепло чужой ладони жгло даже через ткань перчатки.       — Вы в порядке? — скорее из вежливости, чем правда беспокоясь спросил мужчина и я благодарно кивнула, отдышавшись прохладным воздухом и отогнав приступ тошноты:       — Да, спасибо.       Ладонь тут же пропала вместе с теплом. Пикси на моих руках многозначительно мяукнула и я легко качнула головой. Не сейчас.       — Это винокурня «Рассвет», поставщик «Доли ангелов». Здесь нас точно никто не услышит. — объяснял Дилюк пока мы двигались к строениям по витой тропинке с цветками сахарками на обочине. Я невольно хмыкнула. Последняя фраза прозвучала несколько зловеще.       Видимо, поняв меня, он терпеливо добавил:       — Я имею ввиду, госпожа Лили, что здесь у стен нет ушей.       — Благодарю за объяснение, — а я то едва не подумала, что местные герои избавляются от неожиданных свидетелей куда более радикальными методами, чем разговоры. — И, прошу, называйте меня просто Лили и на ты. Так будет куда удобнее для меня.       — Хорошо, Лили, — мгновенно согласился мужчина. — Вы тоже обращайтесь на ты.       — Ты, — с улыбкой исправляю и чтобы избежать прохладного взгляда тут же спрашиваю: — Откуда столько уверенности, что в винокурне нас никто не подслушает?       — Потому что я её владелец, — без обидняков заявил Дилюк и я удивлённо хлопнула ресницами. Ах, так он ещё и не простой герой, а богач. В мысленном блокноте тут же появилась заметка «богатый герой с громадным поместьем».       — Тогда понятно, — рассеяно отвечаю, поглощённая мыслями о дальнейшем сюжете. А если вместо аловолосого главного героя сделать брюнетом и пиро глаз бога заменить на крио…       Окончательно я очнулась, когда мы миновав несколько горничных оказались внутри поместья. Интерьер оказался именно таким, как я и представляла — дорого и со вкусом. Типичный аристократ. Всё-таки первое впечатление меня не подвело.       — Приветствую, господин Рагнвиндр, — отозвалась молодая девушка, едва мы переступили через порог.       — Здравствуй, Аделинда. Подай в мой кабинет крепкий черный чай и…       — То же самое, — торопливо отозвалась я, когда вопросительный взгляд хозяина поместья оказался на мне. Горничная слегка поклонилась и ловко скрылась за ближайшим поворотом.       — Присаживайся, — указал на кресло мужчина. Отделка кабинета была всё так же изящна, как и весь классический стиль поместья. Аделинда принесла две фарфоровые чашки, как только я заняла кресло и едва за спиной с тихим щелчком захлопнулась дверь, постаралась придать себе как можно более не напряжённый вид.       — Лили, — начал хозяин поместья. — Для начала я хочу извиниться за ситуацию, которая произошла прошлой ночью.       Навострившая ушки Пикси на моих коленках потрясённо подавилась мурлыканьем.       — Мне не стоило вламываться в твою комнату подобным образом.       Судя по многозначительному зелёному взгляду, после этого, мне предстоял ещё один разговор.       — Но я не могу позволить раскрыть собственную личность никому, включая Ордо Фавониус, рыцари которого, — слово «рыцари» было произнесено с долей брезгливости, -…меня преследовали. И именно об этом я хотел поговорить.       — Понимаю, — говорю. — И именно поэтому никому не расскажу.       Дилюк, видимо подготовивший целый список причин, по которым мне не стоит вещать о личности Полуночного героя всем подряд, недоверчиво нахмурился.       — Меня никоим образом не касается то, что происходит на ночных улицах города в который я прибыла день назад. Так что можешь быть уверен, что я сохраню твой секрет.       — Ты не должна рассказать об этом даже…нет, скорее, особенно своим подругам из ордена, — уточнил он, барабаня пальцами по тонкой ручке чашки. К чаю никто так и не притронулся.       — Понимаю, — киваю головой, обречённо наблюдая, как Пикси, окончательно вживаясь в роль обычной кошки, ловко соскочила на пол, исследуя кабинет. Хозяин этого самого кабинета притворился, что ничего не заметил. Особенно любопытно изогнутого черного хвоста под собственным креслом.       Впрочем, долго «не замечать» не получилось. Напарница бесстыже одним прыжком вскочила на колени окаменевшего Дилюка и, потоптавшись там мягкими лапами, с мурлыканьем улеглась, бросив на меня быстрый взгляд. Вот она великая месть, за то, что я утаила ночное происшествие от любопытного кошачьего носа.       — Извини, — неловко улыбаюсь, посылая напарнице убийственный взгляд. — Она…э-э-э…очень дружелюбная.       И удивлённо вскидываю брови, когда он невозмутимо погладил мурлыкающую кошку.       — Ничего, в отличие от Венти у меня нет аллергии на котов,— беспечно ответил Дилюк, снова возвращая внимание ко мне. Я виновато усмехнулась.       — В следующий раз предупрежу его…       — Не стоит. Иначе тебя ждут три часа бессмысленного трёпа, — беспощадно заявил мужчина и я невольно улыбнулась, но тут же вспомнила ещё одну деталь.       — Кстати, могу я попросить об одолжении? В качестве компенсации за бессонную ночь.       — Сначала я должен услышать, что это за просьба, — тут же напрягся хозяин кабинета. Наверное подумал, что я собираюсь разорить его в обмен на молчание. Разомлевшая от ласки Пикси неодобрительно мяукнула, когда чужая рука остановилась.       — Совсем безобидная, — говорю, улыбаясь. — Я писательница. Могу ли использовать твой образ в своей новой книге? Без упоминания настоящего имени, конечно. Полная анонимность.       Он на несколько минут задумался и я терпеливо ждала ответа. Вопрос был скорее формальным, так как распознать в моем предполагаемом главном герое Дилюка Рагнвиндра почти невозможно и менять мне ничего не хотелось, даже если бы ответ был отрицательным. В кабине повисла тишина, нарушаемая лишь кошачьим мурлыканьем.       — Хорошо, — наконец-то ответил Рагнвиндр, но не успела я обрадоваться, как тут же добавил тоном, не предусматривающим возражений: — Но только если я буду сам сначала проверять содержание книги.       Решившая наконец-то попробовать уже подостывший чай я удивлённо подавилась, сначала пораженно закашлявшись, а потом хрипло каркнув единственное слово:       — Что?!       Стоит ли говорить ему, что я пишу любовные романы?