«Черный Призрак» Портовой Мафии, «Ангел Возмездия» белых снегов

      Дазай собрал всех в просторном и светлом конференц-зале за овальным столом. Здесь были все члены детективного агентства, Коё, Верлен и Мотоджиро Каджи, который уже несколько лет являлся исполнителем Портовой Мафии. Брать его на поле боя особого смысла не было, поэтому ему предстояло руководить вооруженными отрядами бойцов. Осаму решил бросить все силы мафии в бой, но перед Каджи и его подчинёнными стояла немного иная задача. Они должны были прикрывать эсперов, которые вступят в бой непосредственно с Камуи, так как могли появиться вампиры.              Здесь также были ещё три эспера, оставшихся в строю: Юкио Мисима, обладающий способностью «Шум Прибоя», заключающейся в управлении водой и позволяющей ему утопить человека изнутри, Юкио мог создавать потоки воды из ничего, не имея к ней доступа, и его жертвы захлёбывались на суше, даже если находились вдали от водоема; Кобо Абэ, обладающий даром «Сожженная карта», который заключался в управлении огнем; Ясунари Кавабата был владельцем способности «Снежная страна», позволяющей ему замораживать людей и других живых существ, либо всё, что имеет жидкую форму или содержит какую-либо жидкость. Эти эсперы тоже должны были выступить против Камуи.              «Сколько же людей Портовая Мафия потеряла за две недели? — размышлял Дазай. — Примерно третью часть бойцов и 12 эсперов, не считая самого Рюноске и Тачихары, и все благодаря Акутагаве, мать его!»              Дазай, конечно, понимал, что Акутагава не несёт ответственности за свои действия, но его все равно бесил тот факт, что именно Рюноске так сильно ослабил Портовую Мафию. Конечно, он не один обратил всех. Но каждый из обращенных им, обратил ещё кого-то, а те, в свою очередь, других и так далее. Обнулить обращённых вампиров у Дазая не получилось, нейтрализовать нужно было именно Брэма Стокера. Вот только что произойдет с Акутагавой в этом случае Осаму не знал и выяснить это пока не представлялось возможным.              Наконец, Дазай заговорил:              – Главная ударная сила, которая будет направлена против Камуи — Верлен. Затем Чуя, — Осаму взглянул на Накахару, — ты займешься ищейками, если они появятся. В ином случае поможешь Верлену с Камуи. Ацуши, ты будешь прикрывать Верлена и Чую. К самому Камуи тебе приближаться не стоит, следи за мечом, если он исчезнет, значит, Камуи отправил его в прошлое, и он может появиться где угодно. Таким образом, враг способен нанести удар любому эсперу.              Кёка, ты со своим Снежным Демоном должна защищать Танидзаки. – Дазай достал из папки, лежавшей на столе карту, развернув ее, он обвёл небольшой участок территории на ней карандашом. – Тут находится база Камуи. – Внутри обведенного участка, он нарисовал жирную точку. – Танидзаки, ты спрячешься здесь, среди этих небольших построек, они сойдут за укрытие.              Кёка и Танидзаки кивнули. Нарисовав еще одну жирную точку, Осаму продолжил:              – Акико, здесь спрячешься ты, отсюда все поле боя хорошо просматривается, будешь следить за обстановкой, вдруг кому-либо понадобится помощь, при необходимости ты окажешь ее. Коё, твоя задача защищать Йосано.              – Понятно, – в один голос сказали Акико и Коё.              – Юкио Мисима, Кобо Абэ, Ясунари Кавабата и Кенджи Миядзава, вам предстоит уничтожить членов организации «Смерть Небожителей». Мы не знаем точно сколько их, возможно, есть другие эсперы, о которых нам неизвестно, совершенно точно, что там будет вооруженная охрана и вампиры. Будьте готовы к тому, что вам придётся столкнуться с Тачихарой, Акутагавой, Хироцу и прочими обращенными эсперами. Брэма Стокера не убивать, если окажется, что Камуи прячет его там.              На поле боя может появиться еще один эспер – Михаил Лермонтов, имеющий обнуляющую способность, как у меня. Его дар может создать проблемы. Иллюзией Танидзаки его не обмануть, и он способен обнулить кого угодно, – Дазай сделал паузу. Когда они с Чуей прибыли в штаб, на планшет последнего пришло сообщение от его знакомого из России, которое подтверждало их догадки насчет Лермонтова и Достоевского, так же удалось выяснить, что Гоголь тоже связан с Лермонтовым. Все они учились в одной школе когда-то, и после их связь не прервалась, а значит, Лермонтов – враг. — Вот его фото, – сказал Дазай и жестом подозвал к себе Чую, который открыл на планшете фото Михаила и показал его всем присутствующим. – Но Лермонтов – это моя проблема.              Ищейки, если кому неизвестно, очень опасные противники. Чуя, покажи инфу по ищейкам, – сказал Осаму, и когда Чуя открыл свою папку на нужной странице, уже переведенной на Японский язык, продолжил: – Но, не факт, что они появятся. Они стойки к физическим повреждениям и даже взрывам.              Еще одна проблема – вампиры. Они быстры, их сложно убить, способны обратить кого угодно в себе подобных укусом, а возможно, даже царапиной. Чтобы убить вампира, нужно повредить его головной мозг или пронзить сердце, во всех иных случаях, они выживают и практически мгновенно регенерируют. Особо опасны эсперы, обращенные в вампиров. Так как помимо своих способностей, они обрели сверхчеловеческую скорость, силу и неуязвимость.              Так же проблемой может стать Гоголь, вам всем известно о его способности: телепортироваться за спины врага или телепортировать летящий кинжал, например, или другого человека. Будьте внимательны и осторожны. Сигму – не убивать, если только не схватим Стокера там же.              Доппо Куникида, тебе следует запастись листками из блокнота, могут понадобиться световые гранаты и не только. Ты будешь следить за происходящим отсюда. – Дазай снова развернул карту и отметил на ней точкой нужное место. – Твоя задача – прикрывать соратников.              – Понял, – кивнул Куникида.              – Фукудзава-сан, вы тоже будете вести наблюдение из того же места, что и Куникида-сан, прикроете наших людей, в случае необходимости, если что-то пойдет не так из-за Лермонтова. Возможно, вам тоже придётся сразиться с Камуи – вашим старым приятелем. Он искусный мечник, но с вами ему не сравниться.              Фукудзава ничего не ответил, просто кивнул головой.              – Каджи и Рампо-сан будут руководить нашими бойцами, которым предстоит прикрывать элиту от вампиров и прочих возможных врагов. Будете смотреть по обстоятельствам.              Когда сотрудники Агентства прибыли в штаб Портовой Мафии, Дазай первым делом отозвал Рампо в другую комнату и обсудил с ним план действий, а также попросил его временно принять на себя руководство бойцами мафии. Как ни странно, Рампо упирался не долго, посчитав, что в данной ситуации – идея вполне разумная.              – Чуя, во сколько завтра придет твой знакомый? – снова заговорил Осаму, имея ввиду медика, который работал в наркологической клинике.              – В восемь утра, – ответил Накахара.              – Пусть приходит в семь. А в 12 дня мы начнем. И еще кое-что, всем следует хорошо вооружиться, вас сейчас проводят, я имею ввиду ребят из Агентства, портовые дорогу сами найдут. На всякий случай наденьте бронеки. Наших это тоже касается, в том числе Чую и Верлена.              – Чего? – В один голос сказали два эспера. – Нам-то зачем? – продолжил Верлен уже один.              – Все из-за Лермонтова, есть у меня нехорошее предчувствие. Если вас лишат способностей, вы окажетесь беззащитны и безоружны.              – Ненавижу огнестрельное оружие, – посетовал Чуя, а Верлен лишь кивнул.              – Еще хочу сказать по поводу этого священного меча Амэгодзена, – продолжил босс Портовой Мафии. – Все уже знают, как он работает, но меч не является чьей-то способностью, думаю, что если мне даже удастся подобраться к Камуи и обнулить его, на меч мой дар никак не подействует. Поэтому, Верлен, ты должен любым способом лишить Камуи меча, пока он будет в его руках, враг сможет манипулировать временем и, возвращаясь в прошлое, будет менять будущее столько раз, сколько захочет. Еще один момент: это страница из Книги, которая находится у Камуи. Желательно заполучить ее в целости и сохранности, если будет такая возможность, но рисковать жизнью из-за нее не нужно. Верлен и Чуя, порчу применять только в крайнем случае. Я думаю, вы оба понимаете почему.              Верлен и Чуя, взглянув друг на друга, пожали плечами.              – Могу объяснить, если не понятно, – сказал Дазай. – Верлен, в таком состоянии ты себя контролируешь гораздо хуже Чуи, а разрушения, которые несёт твоя порча масштабны и необратимы, там кругом будут наши люди, я не хочу, чтобы они пострадали. Чуя, в такой битве, которая предстоит, я не могу предсказать где буду в тот или иной момент и смогу ли успеть обнулить тебя. Поэтому еще раз повторяю: только в самом крайнем случае, если другого выхода просто нет.              – Понятно, – кивнул Чуя, Верлен ничего не сказал, но тоже кивнул.              – Естественно все должны придерживаться плана, но и думать самим никто не запрещает и действовать по обстоятельствам. – Дазай встал из-за стола и посмотрел на Озаки. – Коё, проводи наших гостей и проследи чтоб вооружились как следует, а потом размести их на ночлег.              – Хорошо, – сказала Озаки и, уже обращаясь к сотрудникам Агентства, продолжила: – Следуйте за мной.              – Все остальные можете идти, – произнес Осаму. – Верлен, останься.              Когда все, кроме Чуи и Верлена, вышли, Дазай неожиданно вспомнил, что забыл проинструктировать Коё еще о чем-то и спешно покинул конференц-зал. Чуя и Верлен остались вдвоём.              Чуя хотел последовать за Осаму, но Верлен остановил его, схватив за руку. Накахара обернулся и посмотрел эсперу в глаза, которые были почти такими же голубыми, как у него самого, а волосы Поля имели персиковый оттенок, их стягивала в хвост сзади чёрная лента, а небольшая прядь слева была заплетена в косу. Сам эспер выглядел стройным, высоким и подтянутым, на вид ему можно было дать лет 35.              – Чуя, постой, – произнес Поль.              – Чего тебе? – спросил Накахара, отдёргивая руку.              – Я понимаю, что ты до сих пор меня ненавидишь за всё что я сделал, – продолжал Верлен. – И, возможно, все еще жаждешь мести за смерть своих друзей. Но пожалуйста, выслушай меня.              – Говори, – разрешил Накахара              – Прости меня, Чуя. Я не понимал твоих чувств тогда, и мне казалось, что я поступаю правильно, исходя из твоих интересов. Я знаю, что мой поступок нельзя оправдать, но я был тогда совсем другим человеком. Если бы я мог все исправить, поверь мне, я бы это сделал.              – Нет смысла говорить о прошлом, – Чуя нахмурился и посмотрел на Верлена тяжелым взглядом. – К жизни это никого не вернет. А будущее покажет кто есть кто.              Сказав это, Накахара вышел из конференц-зала, оставив Верлена в одиночестве. Пройдя немного по коридору, он увидел Дазая, который спиной подпирал дверь кабинета Коё.              – Так ты специально это сделал? – спросил Чуя Осаму.              – Сделал что? – вроде как с непониманием уставился на Чую Дазай.              – Оставил меня с ним, – казалось, Накахара негодовал. – Вот еще, скумбрия! – Чуя отвесил Осаму шутливый подзатыльник, а тот, ухмыльнувшись, схватил любовника за левую руку и притянул к себе, правой ущипнув за задницу. – Ай!              – Вам нужно было поговорить и хоть как-то попытаться наладить контакт. Особенно в свете предстоящих событий.              – Ненавижу тебя! – прошипел Накахара, но тут же, сменив гнев на милость, обхватил Осаму руками за шею и поцеловал.              – Нас могут увидеть, – сказал Дазай, отрываясь от губ возлюбленного.              – Разве тебя это волновало раньше? – Чуя подёргал ручку двери кабинета Озаки. Было закрыто. – Откроешь?              – Без проблем, – ответил Дазай и, поковырявшись отмычкой в замке, отпер дверь. Войдя в кабинет вслед за Осаму, Чуя снова обнял его за шею и принялся страстно целовать, руки Дазая блуждали по спине Накахары, и эспер чувствовал нарастающее возбуждение.              – Хочу тебя, – прошептал Чуя на ухо Осаму, обдав щёку горячим дыханием, и прижал его к стене. Руки Накахары спустились ниже и, высвободив рубаху из брюк мафиози, проникли под нее, оглаживая плечи и спину. Осаму аккуратно расстегнул пуговицы на рубашке Чуи, отказав на этот раз себе в удовольствии оторвать их, так как переодеться Накахаре тут было не во что, и вряд ли бы его обрадовало, если бы ему пришлось ходить в разорванной одежде, при этом легкая ткань упала на пол.              Ладони Дазая легли на плечи партнёра, развернув его, и теперь уже Чуя оказался прижат к стене. Губы заскользили вниз, целуя шею и грудь Накахары, язык коснулся соска и медленно обвёл его по кругу; чувствуя, как он твердеет, Осаму начал его слегка посасывать, при этом Чуя застонал от удовольствия. Проделав то же самое со вторым соском, Дазай спустился ниже, не упуская ни единого сантиметра на теле любимого. Проведя языком по плоскому животу с четко выделяющимися кубиками пресса и оставляя влажную дорожку на нем, Осаму встал на колени и расстегнул ширинку на джинсах любовника, спустив их вместе с боксерами вниз. Взяв член в рот, он сдвинул крайнюю плоть вниз пальцами и прошёлся языком по уздечке несколько раз в одну и другую стороны, второй рукой при этом теребя мошонку; его язык переместился на головку, нежно обводя её по кругу. Дазай затянул член в рот до половины и, не ослабляя создавшегося во рту вакуума, почти вытащил его изо рта и вновь затянул; повторяя размеренные движения, такие желанные для партнёра; Осаму наслаждался его стонами. Затем, заглотив член более чем на половину, выпустил его изо рта и вновь заглотил, на этот раз чуть глубже, а Чуя, постанывая и тяжело дыша, зарылся пальцами в каштановую шевелюру, прижимая голову Осаму плотнее, насаживая его на член всё резче, ускоряя темп и двигая бёдрами вперёд, толкаясь в рот глубже. Дазай чувствовал, как член входит в самое горло, это вызывало дискомфорт и обильное слюноотделение, он постарался расслабить гортань и после каждого глубокого проникновения, позволял органу покинуть свой рот, чтобы уменьшить не очень приятные ощущения, при этом массируя и слегка сжимая пальцами яички парня. Чуя стонал во весь голос, а потом вскрикнул, изливаясь в рот любовника и продолжая прижимать к себе его голову, не позволяя отстраниться и заставляя сглотнуть.              Осаму встал с колен, вытирая рот рукой, а Накахара, не говоря ни слова, обвил его шею руками, притягивая голову партнёра к себе и целуя того в губы, сплетаясь с чужим языком своим в диком, безудержном танце. Руки Чуи спускались ниже по спине Осаму к ягодицам, сжимая их, и тот, чувствуя всё более нарастающее возбуждение, оглаживал спину Накахары, временами постанывая.              – Хочу попробовать кое-что новое, – слегка отстраняясь и почему-то шепотом, проговорил Осаму.              – И что же? – поинтересовался Накахара.              – Ты никогда не применял способность для секса?              – Ну было с одной девчонкой в юности. Вышло как-то случайно. Думал, что напугал ее этим, хотя сразу так и было, но потом ей понравилось, и она буквально заебала меня этим: «Давай с гравитацией», – Чуя усмехнулся. – Что, хочешь попробовать?              – Ага. Давно любопытство разбирало.              – Может быть больно. Да и смазки нет.              – Чуя, это же кабинет Коё, наверняка у нее найдется какой-нибудь крем. Надо поискать.              – Я поищу, а ты снимай свои бинты, не хочу трахать мумию.              – Ладно.              Крем отыскался быстро, и к тому времени Осаму размотал бинты. Оставив лишь тот на левой руке, который скрывал недавний порез от ножа, Дазай засунул под него монету.              – А если Коё придет? – спросил Чуя, ставя на рабочий стол бывшей наставницы баночку с кремом, а также кладя туда влажные салфетки, которые тоже нашел в ее кабинете.              – Не думаю. У нее куча дел, к тому же я позаботился о том, чтобы замок ей открыть не удалось, – сказал Осаму и, подойдя к Чуе, нежно его поцеловал, оглаживая и сжимая левой рукой одну из ягодиц партнёра, а правую ладонь положил на ствол, производя движения вверх-вниз и чувствуя, как член любовника твердеет.              Обняв Дазая, Чуя оглаживал его спину, сминая кожу на плечах, постепенно спускаясь руками всё ниже, затем сжал обнаженные ягодицы мафиози и, легонько пихнув его в плечо, подтолкнул к столу, с которого сгрёб все предметы и документы в сторону правой рукой. Снова обхватив партнёра за бёдра, он усадил его на стол, зарывшись пальцами в каштановую копну, притягивая голову Дазая к себе, и впился в его губы страстным поцелуем, переплетаясь своим языком с чужим. Осаму гладил Чую по голове, теребя между пальцами непослушные рыжие пряди. Затем его руки спустились ниже, поглаживая плечи и спину.              Чуя целовал лицо Осаму, чувствительную точку за ухом, облизывая и затягивая мочку уха в рот, забираясь шаловливым язычком в ушную раковину, спускаясь ниже, лаская шею и грудь возлюбленного. Задержавшись на сосках, проводя вокруг них дразнящими движениями языка, посасывая и слегка прикусывая их, переместился поцелуями ещё ниже, к животу партнера, оглаживая ягодицы и бёдра, оставляя влажную дорожку на животе. Упёршись руками в плечи Осаму, он заставил его лечь на стол, после чего коснулся губами влажной головки возбужденного члена; обхватив левой рукой ствол у основания, провел языком по головке вокруг несколько раз, оттягивая пальцами крайнюю плоть вниз. Дразнящими движениями прошёлся по уздечке, спустился к мошонке, вобрав в рот по-очереди яички, и принялся их посасывать, ласкал языком чувствительную плоть. Спустился еще ниже, вылизывая анус и проникая кончиком горячего, влажного языка внутрь, затем туда же вошёл указательный палец левой руки. Двигая им в теле партнёра, Чуя добавил средний палец, нащупывая простату, ощущая, как она твердеет от его движений. Осаму не мог сдержать стонов от этих возбуждающих действий; правой рукой Чуя ласкал его член. Растягивать любовника долго не пришлось после утреннего секса, поэтому, обильно смазав анус кремом и не в силах более сдерживаться, Накахара толкнулся внутрь.              Сначала он двигался медленно, будто дразня, закинув правую ногу Осаму к себе на плечо, а левую отведя в сторону и удерживая партнёра за бедра; подобрал правильный угол вхождения, чтобы задевать простату. Дазай застонал и потянулся руками к рыжим волосам, но Чуя прижал их к столу, желая доминировать в этой ситуации. Осаму двигался ему на встречу, стараясь принять в себя член, как можно глубже.              – Чуя… – простонал он. – Может пора?              – Если что-нибудь сломаю, отвечать перед Коё будешь сам, – сказал Накахара и активировал способность. Обоих любовников и стол, на котором они занимались любовью, окутала алая аура. Чуя уже почти забыл, как делал это раньше, но секс с гравитацией действительно был гораздо интереснее: не сильно напрягаясь, он мог приближать к себе партнёра настолько, насколько хотел и входить в него гораздо глубже, чем позволяли это физиологические возможности, усиливая ощущения любовника гравитацией. Он мог добраться до любого уголка, благодаря своей способности, что он сейчас и делал, доставляя тому неземное блаженство. Осаму стонал во весь голос, кажется, позабыв о том, что они с Чуей не дома, а в высотке Портовой Мафии, где полно народу, полностью отдаваясь партнёру и чувствуя, как член того резко проезжается по простате, вызывая в нем острое ощущение жжения, граничащее с болью и удовольствием. Чуя полностью контролировал его тело способностью, одновременно касаясь всех нужных точек и стимулируя эрогенные зоны. Внутри у Дазая все горело, это было ощущение дичайшего кайфа, от которого казалось он вот-вот потеряет сознание; Осаму уже был на грани, его дыхание участилось, а сердце бешено колотилось, будто готовилось выскочить из груди; мафиози казалось, что он то падает в пропасть, то взмывает к облакам. Толчки внутри него усилились и ускорились, а огонь стал нестерпим, и Чуя, будто читая мысли партнёра, дарил ему именно те ощущения, которых он так жаждал. Находясь и сам уже на пределе, левой рукой он сильно сжал бедро любовника, а правой обхватил его член, вместе с этим еще более углубляя и ускоряя движения сверхчеловеческими возможностями до невообразимого темпа. Крики обоих слились в один, когда они одновременно, дойдя до пика, ощутили, как дрожь прокатывается по разгорячённым телам, в то же время произошло извержение семени, а волны оргазма уносили их сознание к звёздам. Не в состоянии вернуться в реальность еще какое-то время, любовники парили где-то высоко над облаками, постепенно спускаясь на грешную землю. Когда все закончилось, Чуя деактивировал Смутную Печаль и, тяжело дыша, обессиленно упал на партнёра. Кажется, Осаму вырубился, как раз перед тем, как под ними рухнул стол.              Ощущая влагу на своем лице, Дазай начал медленно приходить в себя: это Чуя пытался привести его в чувства, использовав влажные салфетки.              – Ты как? – спросил Накахара.              – Ни хрена себе, – только и смог выговорить Осаму, оглядываясь по сторонам и потирая ушибленный зад. – Я что вырубился?              – Ага, забыл тебя предупредить, что такое возможно. Амайя, та девушка, с которой мы практиковали такой экстремальный секс, в конце каждый раз отъезжала.              – Это было нечто. Не думал, что такое вообще возможно испытывать. Не могу передать словами свои ощущения.              Чуя склонился к Осаму и поцеловал его в губы.              – Стол все-таки не выдержал, не рухнул раньше, только из-за того, что я держал его гравитацией. Приведи себя в порядок пока, а я тут приберусь, – с этими словами Чуя сложил все документы и убрал их в шкаф, так же туда последовали степлер, ножницы, ручки и прочие канцелярские принадлежности. Затем эспер подошел к окну и, распахнув его полностью, активировал Смутную Печаль и запулил обломки стола куда-то на несколько километров, после чего закрыл окно. – Надеюсь, что никого не убил.              Осаму лишь усмехнулся, воспользовавшись салфетками, он привёл себя в порядок и уже наматывал бинты.              – Я представляю шок Коё, когда она зайдет в кабинет и не обнаружит тут своего рабочего стола, – сказал он. – Придётся купить ей новый.              – Теперь главное выйти незаметно, чтобы нас никто не увидел, – проговорил Чуя, застёгивая рубашку, джинсы он натянул еще тогда, когда Осаму лежал в отключке. Полностью одевшись и убрав все следы «преступления», парни осторожно вышли из кабинета Озаки. – Домой?              – Сначала за оружием и бронеками, а потом домой, – произнес мафиози.              – В бронеке порчу применять неудобно, – заметил Чуя.              – Я же говорил на счёт порчи.              – Да помню я, что ты говорил, но вдруг придётся.              – Если придётся, тогда и будешь думать, что делать с бронеком.              За разговорами они не заметили, как дошли до оружейной, там никого уже не было из сотрудников Агентства, оставались лишь несколько мафиози. Вооружившись, каждый в соответствии со своими предпочтениями и подобрав бронежилеты по размеру, парни покинули штаб Портовой Мафии и отправились домой.