Преданная

«Никогда не переставай улыбаться,

даже когда тебе грустно:

кто-то может влюбиться в твою улыбку»

      Получив пособие прямо перед увольнительными, многие кадеты решили отправиться в город, чтобы повеселиться. Каждый месяц с момента поступления в училище Далия откладывала деньги и, накопив хорошую сумму, хотела потратить все на одежду, так как старая от постоянной стирки протерлась чуть ли не до дыр. Однако вчера все ее планы выбраться в город накрылись медным тазом.       Проснувшись ни свет ни заря, Уайли аккуратно, чтобы не разбудить Энни, спустилась с койки и переоделась в повседневную рубаху. Недавно зашитый рукав снова распоролся, заставив Далию чертыхнуться себе под нос. Как ни крути, а за одеждой все равно нужно идти. Если не сегодня со всеми, то хотя бы завтра в привычном одиночестве. А для сегодняшней возни в конюшне сойдет и эта порванная тряпка.       Только-только поднявшееся солнце бросило несколько лучей прямиком в окно душевой. Стоя перед умывальником, Далия поморщилась от отскочившего от зеркала света и сонно потерла глаза, продолжая лениво водить зубной щеткой туда-сюда.       Закончив с водными процедурами, Уайли вышла на улицу и, умиротворенно прикрыв глаза, вдохнула свежий воздух полной грудью. И все-таки, есть в кадетском училище своя, какая-то особая атмосфера. Дни напролет птички поют, пот льется рекой, часто слышится смех сокурсников. Несмотря ни на что, Далии определенно нравилось здесь, хоть она и понимала, что еще два года здесь пролетят быстро. И больше не будет вечно мелькающего перед глазами Райнера; не будет перепалок Жана с Эреном и Ником; не будет и теплых молчаливых вечеров в компании Энни. Она вступит в Военную полицию, и все это закончится.       Далия бежала вокруг территории училища, когда неожиданно до ее ушей донесся хриплый голос:       — Тренируешься с утра пораньше?       Остановившись, она обернулась, заметив на пороге мужской казармы помятого после ночного сна Райнера.       — Иди умывайся, скорее начнем — скорее закончим, — проигнорировав вопрос, незаинтересованно бросила Уайли.       Браун ухмыльнулся и, подняв руки, протяжно зевнул. Белая майка задралась, открывая взору резинку от трусов и низ накаченного пресса. Далия непроизвольно сглотнула и, подняв взгляд, встретилась глазами с Райнером. Он ухмылялся и, кажется, наблюдал за ней все это время. Уайли, смутившись, тут же отвела взгляд и прочистила горло. В голове зазвучал голос Николаса, твердящий о чувствах Райнера к ней.       Пока Далия стояла в раздумьях, Браун не спеша двинулся в ее сторону.       — Я возьму все необходимое, иди пока к конюшне, — проходя мимо Далии, бросил Райнер.       Уайли прожигала широкую спину испепеляющим взглядом, пока Браун не скрылся в дверях душевой.       — Не указывай мне, кретин, — тихо прорычала она и, недовольно поджав губы, двинулась к конюшне.

***

      Работы было много: нужно было почистить некоторым лошадям копыта, выгрести навоз и прочую шелуху из каждого стойла, а также сменить животным сено и воду. Райнер предложил взять на себя основную часть работы, но Далия, ввиду своей чрезмерной гордости, решила разделить обязанности пополам. Правда, навоз она таки оставила ему.       Несколько часов работы они провели в молчании, изредка перекидываясь парой фраз исключительно по делу. Пару тройку раз перед тем, как уйти в город, к ребятам подходили сокурсники. Они желали удачи, бросали на Далию с Райнером сочувствующие взгляды и быстренько улепётывали, не желая нюхать зловоние, что царило в конюшне. За полдня Райнер с Далией пропахли не только навозом, но и потом, потому что день выдался крайне жарким. Хорошо хоть крыша над головой была, иначе их не спасли бы даже шляпы.       Пока Райнер в поте лица работал лопатой в десятом по счету стойле, Далия таскала из сарая по несколько килограммов сена за раз. Опустив небольшой стог на землю, Уайли вытерла пот со лба и прокричала:       — Ты долго? Нам еще копыта им чистить!       В другом конце конюшни поднялся блондинистый затылок.       — Почти все! Неси пока воду!       — Ладно!       Обмахивая себя промокшей рубашкой, Далия направилась к колодцу. Выпив полведра ледяной воды за один присест, она устало присела на каменный бортик, как вдруг ее окликнул женский голос.       — Ты разве не собиралась в город сегодня? — удивленно спросила Уайли, когда Энни подошла к ней.       — Решила подождать тебя, — коротко ответила Леонхарт. — Ну и запашок.       Проигнорировав замечание про собственный запах, Далия сказала, что сегодня они вряд ли успеют сходить прогуляться.       — Как минимум, нужно еще сдать все Шадису и помыться, — горестно отметила Уайли. — Может, завтра?       — Можно и завтра, — согласилась Энни, — но если вы закончите быстрее, то мы успеем и сегодня. Время обед только.       Далия, облокотившись на колени, состроила задумчивую гримасу.       — И то верно, — кивнула она. — Ладно, надеюсь, Шадис не станет придираться.       Встав на ноги, Далия потянулась всем телом и принялась набирать воду для лошадей. Энни же, сказав, что будет ждать ее в казарме, поспешила ретироваться. Вернувшись в конюшню с двумя большими ведрами, Уайли обновила коням воду и начала раскладывать сено по кормушкам. Из дальнего стойла показался запыхавшийся Райнер. Вытирая лицо грязной майкой, он решил помочь Далии и тоже взялся за сено. Уайли незаметно проследила за ним взглядом. По крепкой шее прокатилась соблазнительная капелька пота и тут же скрылась под одеждой. Мышцы на неприкрытых руках перекатывались при малейшем движении, а улыбка, контрастирующая с резкими чертами юношеского лица, так и светилась теплотой.       «Почему его лоб так быстро зажил? — хмуро подумала она. — Странно…»       Из странного транса Далию, застывшую возле одной из кормушек, вывела лошадь. Животное недовольно фыркнуло, уже с минуту ожидая получить свою порцию сена. Уайли дернулась от неожиданности и, пересекшись с Райнером взглядами, тут же продолжила работу. Браун проследил за ее дергаными движениями и ухмыльнулся.       Вскоре ребята принялись чистить коням копыта: Далия держала им ноги, а Райнер счищал всю грязь специальными щипцами. Поначалу все шло хорошо, ребята по-прежнему молчали и с мыслями о долгожданной бане работали как можно быстрее. Однако четвертая лошадь, видимо, решила перечеркнуть все их планы.       — Противное животное, а ну дай сюда ногу! — не выдержав препираний скотины, вспылила Далия и топнула ногой для убедительности.       — Тебя так точно ни одна лошадь слушать не будет, — с улыбкой отметил Райнер. — Спокойнее надо быть.       — Я спокойна, — прорычала Уайли и ткнула пальцем в сторону лошади. — Это она ведет себя, как… как…       — Как лошадь? — вскинув бровь, иронично уточнил Райнер. — Это ведь животное, она не понимает, чего мы от нее хотим.       От гневного дыхания у Далии расширились ноздри, из-за чего вся сцена теперь выглядела совсем уж комично. Райнер и Далия сцепились взглядами, вот только если Браун смотрел мягко, словно перед ним был ребенок, то Уайли, наоборот, готова была придушить его на месте. Он разжевал все так, будто она и без него этого не знала.       — Не умничай, Браун, — отведя взгляд, выплюнула она. — Я старше тебя на целый год.       Райнер поднял ладони в примирительном жесте и хихикнул:       — Как скажете, ведьма.       Далия тут же нахмурилась. Ноздри ее снова раздулись от нарастающей злобы, а руки непроизвольно сжались в кулаки. Почему именно рядом с этим кретином она теряет всякое самообладание? Она ведь не такая. Спокойная и рассудительная со всеми, Далия, сама того не замечая, рядом с Райнером отбрасывала все свое хладнокровие.       Пресёкши внезапную вспышку гнева, она прикрыла глаза, выдохнула и спросила ровным тоном:       — Ты специально меня выводишь?       Райнер загадочно улыбнулся уголком губ.       — Нет, но, скажу честно, мне нравится, когда ты вот так вот бесишься.       Уайли недовольно провела языком по верхнему ряду зубов и цыкнула. С ним бесполезно разговаривать, нужно было и дальше его игнорировать.       — Кстати, я забыл тебя поблагодарить, — неожиданно вспомнил Браун, вырвав Далию из негодующих мыслей. — Спасибо, что помогла мне вчера.       Далия опешила. Что это за качели такие? Секунду назад он буквально глумился над ней, а теперь как ни в чем не бывало улыбается и благодарит.       — Д-да не за что, — стушевалась она, отчего-то смутившись под внимательным взглядом янтарных глаз. — Это… давай рабо…       Не дав Далии договорить, лошадь, все это время стоявшая смирно, мотнула ногой и пнула ее. Несильно, но одного толчка хватило, чтобы Уайли вскрикнула и врезалась в калитку стойла. Под ее весом та распахнулась, заставив Далию приземлиться на живот. Райнер, попытавшийся было словить ее, так и застыл с вытянутыми руками. На мгновение воцарилась тишина. Далия устало приподняла голову и выдохнула мертвым голосом:       — Теперь я точно ненавижу эту лошадь.       Райнер разразился таким хохотом, что даже лошади насторожили уши. Он смеялся, держась за живот, а Далия лежала в навозе и думала, что если сейчас не засмеется сама, то обязательно прибьет его лопатой.

***

      Тщательно проверив проделанную изможденными ребятами работу, Кис Шадис отпустил бедняг, даже немного похвалив обоих напоследок.       Время близилось к трем часам дня, когда Далия вышла из бани и с наслаждением плюхнулась на соседнюю койку, принадлежащую Саше. Плевать, эта чудаковатая девчонка все равно сейчас в городе.       — Мы идем? — подперев голову ладонью, спросила лежавшая на своей кровати Энни.       Прикрыв глаза, Далия выдохнула тихое: «Ага». Хотелось просто уснуть после тяжелого рабочего дня, однако желание прошвырнуться по магазинам взяло свое.       Натянув вчера постиранное платье и все те же сапоги, Далия взяла из-под подушки увесистый мешочек, выступающий в роли кошелька, и вместе с Энни двинулась в город. Изредка по пути им попадались уже возвращающиеся сокурсники, у которых пару раз Далия спросила про какие-нибудь ателье. Первая группа кадетов не подсказала ничего путного, зато Мина и Томас поведали об одной лавке с одеждой на рынке. Туда-то Энни с Далией и направились.       — Что хочешь купить? — поинтересовалась Леонхарт, когда они ступили на территорию оживленного рынка.       Уайли пожала плечами.       — Черт знает, что найду, то и куплю, — разглядывая доверху набитые всяким хламом лавки, ответила она. — А ты?       Ответ был тем же, из-за чего Далия слабо улыбнулась. И все-таки, они похожи.

***

      Уж чего Райнер точно не ожидал, так это того, что после конюшни встретит Далию еще и на рынке, на который он пошел просто за компанию с Бертольдом. Заметив до боли знакомый рыжий затылок, Браун пихнул локтем зазевавшегося Бертольда и ткнул пальцем вперед, где виднелись Энни и Далия.       — Давай за ними, — словно очарованный кудрявыми рыжими прядями, которые Далия распускала крайне редко, предложил Райнер.       Бертольд свел брови у переносицы.       — Только не говори, что ты влюбился в нее, — безнадежно произнес он.       — Не-не, не говори глупостей, — даже не смотря в сторону друга, протараторил Браун. — Там и Энни твоя, давай, пошли последим за ними.       Не дав Бертольду опомниться и даже попытаться возразить, Райнер схватил его за рукав и потянул в сторону сокурсниц. Гуверу идея подглядывать за девчонками, а тем более Энни, не понравилась, но под необычайным напором друга он не смог отказаться и отступил. Держась на безопасном расстоянии, парни смешались с толпой и стали наблюдать.       Со всех сторон на Далию с Энни сыпались выгодные предложения, но они упорно игнорировали всех торгашей, целенаправленно шагая в сторону упомянутой Миной и Томасом лавки с одеждой. Спустя почти полчаса поисков они остановились у одного из прилавков и, поздоровавшись с продавщицей, осмотрели пестрящий разными красками ассортимент.       — Как тебе эта, дочка? — взяв одну из множества рубашек, спросила полная женщина с резкими чертами лица.       Далия вздрогнула и на несколько секунд словно выпала из мира.       «Дочка», — повторилось у нее в голове.       Внезапно ее толкнули в бок. Моргнув, Далия размыто огляделась, словно не понимая, где она находится. Поймав ее глаза, Энни нахмурилась.       — Все нормально? — озадаченно спросила Леонхарт.       Далия слабо кивнула и вновь переключила внимание на представленную женщиной вещь.       — Э-э… нет, я бы хотела что-нибудь поспокойнее, — вежливо отказалась Уайли. Красный цвет для нее слишком ярок. — Можно примерить эту?       Далия указала на бежевую рубаху свободного кроя. Торгашка расплылась в приторной, предвкушающей наживу улыбке и позвала ее за шторку. Пока Уайли, захватив еще и свободные штаны, переодевалась, Энни незаинтересованно разглядывала полку с аккуратно уложенными тряпками. Ей бы тоже не помешало обновить гардероб.       — Как тебе? — выйдя к Энни, воодушевленно спросила Далия.       Леонхарт окинула ее задумчивым взглядом и, улыбнувшись уголками губ, мягко бросила:       — Тебе идет.       Уайли вернула ей улыбку и, спросив у женщины цену, достала кошелек.       — Может, тебе еще обутку присмотреть? А я пока твоей подружке что-нибудь подскажу, — убирая вырученные деньги в фартук, весело предложила торгашка.       Энни с Далией переглянулись и обменялись кивками. Не без помощи Далии подобрав светлую кофту и обычные черные штаны, Леонхарт скрылась за шторкой, а Уайли принялась рассматривать обувь. В глаза сразу же бросились симпатичные ботинки, сшитые, судя по всему, из коровьей кожи. Цена оказалась кусачей, но Далия решила примерить их. Удобные, и не так жарко, как в сапогах.       — Беру, — уверенно кивнула она и вновь достала кошелек.       Переодевшись быстро, как самый настоящий солдат, Энни вышла из-за шторки и, повертевшись у зеркала, окинула себя придирчивым взглядом.       — Попробуй распустить волосы, — предложила Далия. — Давай помогу.       Не встретив сопротивления, Уайли встала позади Энни и аккуратно сняла заколку со светлых, как пшеница, волос. Расчесав их пальцами, она аккуратно уложила передние пряди ей на плечи.       — Красивая, — без задней мысли улыбнулась Далия.       Энни пересеклась с ней глазами в зеркале и поджала губы, которые так и норовили расплыться в смущенной улыбке.       Вскоре девушки, не став переодеваться обратно, распрощались с торгашкой и двинулись дальше. Одежда куплена, а денег хватит еще и на небольшой перекус. Поспрашивав у людей о ближайшей бакалейной лавке, вскоре они наткнулись на кабак. Не шибко просторное помещение со скрипучими, режущими слух половицами встретило их затхлым запахом. Игнорируя сальные взгляды обитающих здесь пьяниц, Энни и Далия подошли к барной стойке.       — Добрый день, дамы, чего желаете? — поприветствовал их бармен.       Парень улыбался так, что сразу стало ясно — подобные гости сюда заходят крайне редко.       — Нам бы чего-нибудь выпить, да? — отозвалась Далия, окидывая полки с напитками задумчивым взглядом.       Энни согласно кивнула, и бармен, не стягивая с лица дружелюбной улыбки, предложил им на выбор несколько вариантов алкоголя.       — О, нет-нет, не в этом плане выпить, — тут же отмахнулась Уайли. — Лимонад есть?       Парень понятливо протянул: «А-а», извинился и кивнул, переключая их внимание на бутылки с безалкогольными напитками. Взяв по бутылке какого-то странного зеленого лимонада, девушки купили в соседней пекарне по паре пончиков и решили пойти на известный в этих краях мост. Проходя мимо прилавка с различными украшениями, Далия остановила Энни и потащила ее ближе к нему.       — Смотри, какая красивая.       Далия завороженно указала на большую блестящую заколку с черно-белыми камушками и попросила продавца примерить ее.       — Почём такая? — разглядывая переливающуюся на свету безделушку, спросила Уайли.       Мужчина окинул девушек оценивающим взглядом и назвал цену крайне пренебрежительным тоном. Далия грустно посмотрела на мешочек с несколькими монетами на дне и, тяжело вздохнув, отдала заколку обратно продавцу. Слишком дорого.       — Не расстраивайся, — подбодрила ее Энни, когда они отошли от прилавка.       Далия вяло кивнула — слишком уж ей понравилась та безделушка. А этот несчастный торгаш явно завысил цену, не желая отдавать такую красоту за просто так.       — Теперь к мосту? — уточнила Энни и улыбнулась. — Сядем, перекусим… поболтаем?..       Далия приятно удивилась последнему слову и кивнула. В голове вновь всплыл голос Ника, на этот раз уговаривающий ее обзавестись друзьями.

***

      Расстроенное лицо Далии произвело на Райнера непонятное, какое-то особое впечатление. Словно вторя ее настроению, на его лицо тоже легла тень печали, поэтому Браун, выждав несколько минут, потащил недовольного Бертольда прямо к прилавку с украшениями.       — Чего вам, юнцы? Не бабы, чай, безделушки покупать, — далеким от дружелюбного тоном «поприветствовал» их все тот же торгаш.       Игнорируя противного старика, Райнер окинул ассортимент ищущим взглядом.       — Сколько стоит вот эта заколка? — указав на ту, что приглянулась Далии, твердо спросил он.       Мужчина скривился, скрестил руки на груди и выплюнул:       — Семь золотых.       Райнер удивленно вскинул брови и мысленно присвистнул, но тут же посерьезнел.       — Она не стоит столько, — возмутился он. — Это даже не серебро!       — Семь золотых или проваливайте! — стоял на своем противный торгаш с прокуренными зубами.       Райнер цыкнул и покосился на карман штанов, в котором лежал кошелек.       — Чуется мне, старик, у тебя отбоя от покупателей нет, поэтому такие цены, да? — протянул Райнер замышляющим тоном и закинул локоть на прилавок.       Старик недоверчиво прищурил глаза.       — Тебе-то что?       — А то, что я могу донести, куда следует, и тебя быстро прикроют, если узнают, что ты продаешь обычные стекляшки по цене драгоценных камней, — угрожающе пояснил Райнер, заставив мужчину неосознанно вздрогнуть. — Уступишь, и мы разойдемся, как в море корабли.       — В-в море? — непонимающе переспросил продавец. — Корабли?       Бертольд тут же толкнул Райнера в плечо и смерил взглядом, буквально кричащим: «Ты что такое говоришь, болван?». Браун, поняв, что сболтнул лишнего, неловко прокашлялся и снова повернулся к старику за прилавком.       — Короче, десять серебряных, и я умолчу о твоих аферах, иначе… — он наклонился ближе, заставив торгаша, наоборот, отшатнуться. — …несдобровать тебе, старик. Стража быстро твою гнилую лавку прикроет.       Мужчина опустил взгляд на свой прилавок. Поразмыслив пару секунд, он процедил: «Черт с тобой, малец» и таки достал заколку.       — Вот так бы сразу, — Райнер расплылся в непринужденной улыбке, доставая монеты из кошелька. — Всего доброго!       Убрав купленное украшение в карман, он потащил Бертольда дальше.       — Ну ты даешь, — безнадежно покачал головой Гувер. — Запугать человека ради какой-то железки.       — Зато представь, как Далия обрадуется, когда я подарю ей заколку, которую она хотела, — мечтательно ответил Райнер.       — А говорил, что не влюбился… — хмуро пробормотал Бертольд, но Браун его не услышал. — И как ты себе это представляешь? Скажешь: «Привет, Далия, я следил за тобой и купил тебе заколку, которую ты хотела»? Так, что ли?       Браун опешил и состроил задумчивую гримасу.       — И то верно, — согласился он. — Ладно, что-нибудь придумаю. Пойдем, надо найти их.       Бертольд в бессчетный раз закатил глаза, но таки последовал за другом. Он неисправим.

***

      Присев на одной из немногих лавочек, стоящих прямо на широком каменном мосту, Далия и Энни достали еще теплые пончики, открыли бутылки с лимонадом и принялись за небольшой перекус, наслаждаясь водной гладью. Первое время они сидели в привычном молчании, но когда из еды остались только полупустые бутылки, Далия решилась начать разговор:       — Ты уже решила, куда пойдешь после выпуска?       Энни, рассматривая плывущую вдалеке лодку, коротко кивнула и добавила: «В Военную полицию».       — Ясно… — понятливо выдохнула Уайли. — А почему?       — Не знаю, — пожала плечами Леонхарт. — Нет какой-то особой причины. Наверное… просто не хочу встречаться с титанами.       Энни перевела взгляд на собеседницу, Далия сделала то же самое.       — А ты? Почему идешь в стражу?       Уайли повременила с ответом. Вместо этого она пару секунд смотрела на губы Энни, а после указала пальцем на свои.       — У тебя крошки… вот здесь.       Леонхарт удивленно распахнула рот и, смекнув что к чему, поспешила вытереть губы. Вновь пересекшись глазами, девушки одновременно прыснули от смеха.       — Я пообещала своему отцу пойти по его стопам, — поведала Далия, принявшись легонько биться носками ботинок. — Он много лет прослужил в столице, но из-за слухов о взятках его со скандалом выгнали и депортировали в Шиганшину, где и родилась я. Потом, конечно, слухи опровергли. Отцу предлагали вернуться на службу, но он, гордец, отказался. Я очень много тренировалась, чтобы… исполнить мечту.       Далия горько вздохнула — вспоминать родителей даже спустя три года после трагедии было тяжело. На некоторое время повисло молчание, нарушаемое лишь множеством городских отзвуков. В голову врезалось неприятное воспоминание. Тогда Далия подслушала разговор родителей, больше напоминавший ссору.       — Разве ты не понимаешь, Флинт? Что из нее вырастет?! — негодующе размахивая кухонным полотенцем, кричала Вильгельмина Уайли. — Хочешь сделать из нее свою копию? Как она замуж выйдет?!       — Найдет себе офицера и выйдет, — просматривая утреннюю газету, спокойно ответил Флинт. — Она вступит в Военную полицию, и точка. Мы это уже обсуждали.       Вильгельмина озлобленно кинула полотенце на стол. Опершись руками о тумбу, она опустила голову и безнадежно вздохнула. Несколько каштановых прядей упало на напряженное лицо.       — Ты промыл ей мозги, с пеленок растил из нее монстра.       Далия, все это время сидевшая на верхних ступенях, вздрогнула, словно от оглушающей оплеухи.       — Далии всего одиннадцать, а она уже таскает по несколько килограммов дров за раз. Это разве нормально? — с нарастающей злобой в голосе продолжила Вильгельмина. — Ник смотрит на вас и постоянно спрашивает, когда ты начнешь тренировать и его. Флинт, Военная полиция — это огромный змеиный клубок, разве ты не понимаешь?       Она обернулась к мужу, голос ее умоляюще задрожал.       — Я не хочу, чтобы моих детей выгнали с позором так же, как и…       Пресекая последнее слово, Флинт ударил кулаками по столу, отчего чашка с только-только поданным чаем подпрыгнула. Он вскочил с места и разъяренно закричал, брызгая слюной:       — Не смей так высказываться в моем доме, Гельма! Далия вступит в королевскую стражу и вернет славу фамилии Уайли! А если кто и опорочит нас, так это бесполезный сопляк!       Вильгельмина вздрогнула всем телом от промелькнувшего испуга, но тут же насупилась.       — Не говори так о Нике, он еще маленький!       Флинт пнул стул, отчего тот с громким стуком повалился на пол.       — Я уже давно понял, что этот мелкий засранец ни на что негоден.       Далия, услышав, что родители шагают в сторону прихожей, тут же вскочила на ноги. Поднявшись на второй этаж, девочка вновь притаилась и стала слушать дальше.       — Делай с этим демоном в юбке, что хочешь, но не смей, слышишь?! Не смей трогать Николаса! — шагая вслед за мужем, кричала Гельма. — Вот увидишь, она так же, как и ты, поддастся искушению и закончит свой век в дешевом борделе!       Игнорируя раскрасневшуюся от злобы жену, Флинт снял с вешалки пиджак и, накинув на рыжий затылок шляпу, молча вышел на улицу. Гельма разъяренно пнула закрывшуюся за мужем дверь и устало провела ладонью по лицу.       — Мам, — позвала ее Далия, тихо ступившая на ступени.       Мать и дочь встретились безразличными взглядами.       — Я убралась.       Вильгельмина сглотнула и, прикрыв глаза, рассеянно кивнула.       — Молодец.       По мосту проехала телега, вырывая Далию из собственных мыслей. Прочистив горло, она размяла шею и откинулась на руки, подставляя лицо заходящему солнцу.       — Родители всегда разделяли нас с Ником, — ни к кому не обращаясь, выдохнула Далия и горько усмехнулась. — А мать вообще считала меня монстром… демоном.       Энни вздрогнула всем телом. Глаза ее распахнулись в недоумении, и она покосилась на Далию. Уайли вела себя непринужденно, так, словно ее вообще не волновало все сказанное ранее, поэтому вскоре Леонхарт позволила себе расслабиться.       «Вряд ли она что-то знает, — подумала она, прожигая взглядом одну точку. — Обычное сравнение, вот и все»       — Вступить в Военную полицию — это твоя мечта? — неожиданно спросила Энни, заставив Далию перевести на нее вопросительный взгляд. — Или мечта твоего отца?       Уайли свела брови у переносицы и вновь взглянула на небо.       — Не знаю, — неуверенно отозвалась она. — Я… просто знаю, что мне нужно вступить в стражу.       Энни выдохнула тихое: «Ясно», взяла свою бутылку и сделала несколько глотков.       — Хорошо, что у тебя есть цель, — негромко сказала она. — Этим ты мне и нравишься.       Девушки переглянулись и обменялись еле заметными улыбками.       — А что насчет тебя? — не без доли интереса спросила Уайли. — У тебя есть цель?       Леонхарт облизнула губы от лимонада и отчеканила максимально серьезно:       — Вернуться домой.

***

      На следующее утро Далия проснулась в хорошем расположении духа. Выходной, можно поспать чуточку дольше и не беспокоиться о вечных криках инструктора. Позавтракав в компании Энни, с которой после вчерашней прогулки Далия чувствовала себя спокойнее, чем с кем-либо из сокурсников, она решила предложить Леонхарт потренироваться.       Игнорируя слоняющихся без дела кадетов, взгляды которых буквально кричали: «Сумасшедшие, даже в выходной не отдыхают», девушки несколько часов отрабатывали некоторые приемы друг на друге, изредка останавливаясь, чтобы перевести дух. После обеда ополоснувшись в душе и постирав некоторые вещи, Далия вернулась в казарму, намереваясь вздремнуть.       Взяв в руки подушку, чтобы взбить ее, она нахмурилась, заметив сложенный в несколько раз листок бумаги. Отложив подушку, Уайли опасливо взяла сверток в руки и развернула его. На простыню бесшумно приземлилась та самая заколка, которую она так и не смогла приобрести вчера.       — Энни, — ошарашенно позвала она.       Перевалившись за бортик койки, Далия вперила в подругу непонимающий взгляд и молча протянула ей украшение. Леонхарт покрутила заколку в руках и удивленно вскинула брови.       — Здесь записка.       Уайли тряхнула листок и пробежалась по нему глазами.       «Улыбайся чаще, улыбка тебе очень к лицу»