io servo...

Темное небо хмурилось. Луна, то и дело заслоняемая облаками, тоскливо освещала маленький пригорок. Зеленая трава еще не успела пожелтеть, но в воздухе уже витал запах запоздалой осени. Прохладный ветерок, доносящий звуки леса, свежий воздух, заставляющий делать более глубокие вздохи, капельки росы, так замысловато скрывающиеся в зелени. Все это приносило какое-то умиротворение. И вроде, все должно быть хорошо, но сердцу не спокойно. Оно мечется, вздрагивает, ожидает чего-то. Беловолосый парень смотрел на темноволосую девушку, которая полчаса ничего так и не произнесла. Сидящая рядом Карин только хмурилась, ведь все ее попытки разговорить эту компанию провалились. Момо отрешенно смотрела перед собой. В глазах плескалось отчаяние и беспокойство. — Может, хватит уже? — спросила Карин в который раз. — Я не могу ей позволить покинуть лагерь, — серьезно заявил Хитцугайя. — Тогда, нам остается одно! Пойти вместе с ней, — улыбнулась Куросаки. — Куда? В лагерь римлян? — одернул ее Тооширо. — Скоро пойдет дождь, — вдруг произнесла Момо, поднимая руки ладонями вверх и ловя первые капли. Совсем рядом громыхнул гром, а ночное небо разрезала яркая молния, тут же угасая. Послышались крики людей, усилился ветер, в лесу стали поскрипывать старые деревья, шурша листвой, на гладкой поверхности воды проявились круги. Через мгновение, слабый дождик превратился в настоящий ливень. — Надо вернуться! — крикнул Тооширо, хватая девушек за руки, но крик Момо заставил его остановиться. — Что? Девушка смотрела в глубину леса, где при вспышке молний, хорошо были видны фигуры солдат. Они двигались слаженным строем, с каждой секундой все ближе и ближе подбираясь к лагерю. Вот пару теней отделились, опережая остальных. Впереди был человек, укрывшийся от дождя под деревом. Пару мгновений и дождевые капли смешались с его кровью. Он хватался за горло пред смертью, пытаясь что-то прокричать. Римлянин склонился над ним, вытерев нож о его грудь. — Карин, уведи Момо подальше, — прошептал парень, загораживая собой брюнеток. — Нет, ты спрячешь ее, а я в лагерь, предупредить. — Слишком опасно, — покачал отрицательно головой Тооширо. — Я сам. — Слушай, они пришли за ней. Ты обязан ее защитить. И вообще, Куросаки я или нет? — улыбнулась Карин. — Встретимся на нашем месте. Парень сомневается. Его руки до сих пор сжимают девичьи запястья, и никакое из них не хочется отпускать. Быстрый взгляд на тени, а затем на возлюбленную. В отличие от него, Карин уверенна в своем решении. — Беги по короткому пути, а потом сразу же покинь лагерь, — серьезно говорит Хитцугайя. — Мацумото и Юзу прихвати. И не давай рыжей бестии встревать в драки. — Конечно, — еще раз улыбнувшись, отвечает брюнетка. — Момо, будь осторожна. — Да, — кивает головой девушка. — Я пошла. — Карин, — резко притягивая к себе Куросаки, шепчет парень. — Обещай, что с тобой ничего не случится. — Клянусь, — еле касаясь его губ, так же тихо отвечает брюнетка, а затем скрывается в ночи. — Может, тебе стоит пойти с ней? — спрашивает Момо, смотря в ту сторону, где скрылась Карин. — Она справится. Нам пора, — уже уверенно отвечает блондин. Лес скрывает их, защищает. С самого рождения они знали, что нет лучше места, чтобы спрятаться. Парень двигает слишком быстро и стремительно, Момо никак не может за ним поспеть, лишь сжатое запястье не дает ей отстать. Дыхание давно сбилось, приходится довольствоваться лишь урывками воздуха, каждый шаг тяжелее предыдущего, но останавливаться нельзя. Ветки деревьев беспощадно хлещут по лицу, оставляя царапины, мелкие камушки впиваются в пятки, а крики птиц пугают. Дождь льдинками прикасается к разгоряченной коже, стекая вниз и оставляя холодные следы. Момо не успевает затормозить, когда Хитцугайя резко останавливается. Его рука нащупывает меч, на лице сосредоточенность. Кажется, что мальчишка в одно мгновение превратился в мудрого воина, прошедшего немало битв. Слишком серьезен, слишком проницателен, он видит то, что неподвластно другим. Одинокую тень, бесшумно скользящую между деревьев. — Тооширо, — шепчет девушка, сильнее сжимая его запястье. — Он один. Я его отвлеку, а ты беги, — не смотря на нее, отвечает парень. — Возьми, — в ладошку ложится холодная сталь, пропитанная дождевыми каплями. — Я тебя не брошу. — Знаю. Но именно за тобой они пришли в лагерь. Прошу, не спорь. А теперь беги. Брюнетка не успевает ничего понять, когда Хитцугайя резко отталкивает ее назад, заслоняя собой.Перед ним уже стоит римлянин, улыбаясь. Первая кровь пролита, первый неглубокий порез на руке мальчишки. — Беги! — кричит Тооширо, доставая меч и готовясь к атаке. Он прекрасно понимает, что ему не справится, какова бы не была его сила воли, человек, стоящий напротив, сильнее не только физически, но и просто привыкший убивать. Это видно по глазам и улыбке. А Хитцугайя? Сколько бы ни копил в себе ненависть к римлянам, не мог похвастаться, что спокойно убьет одного из них. — Решил защитить? — усмехнулся римлянин, бегло говоря на их диалекте. — Не мал для этого? Рывок, такой резкий и стремительный, что мальчишка едва успел увернуться. Теперь беспорядочные атаки мечом в его сторону, который он не успевает отбивать. Сначала справа, лязг металла заглушает даже гром, резкий поворот, и лезвие противника уже слева вонзается в бок. Кровь горящим пламенем обжигает кожу, заставляет согнуться пополам. Пальцы судорожно нащупывают рану, хватаются за ее края, пытаясь унять боль. Возможно, это конец. Потому что сил встать уже нет. Да и дождь, словно провожает его, тарабаня по листве. Ветер треплет белоснежные волосы, как раньше делал отец, заставляя улыбнуться непрошеным воспоминаниям. — Такой слабый маленький мальчик. Бирюзовые глаза смотрят на меч, занесенный над головой. В них нет страха, лишь презрение и уверенность. Он не может проиграть, только не сейчас. Где-то неподалеку взлетела птица, римлянин отвлёкся всего на секунду, но рука мальчишки уже омылась его кровью. Нож легко вошел между ребер, только в конце начал артачится, пришлось нажать посильнее. Тооширо удивился, понимая, что кровь у римлян такая же, как и у них. Горячая, немного вязкая. И глаза вовсе не монстров, а обыкновенные, выражающие все чувства. Вот сейчас, склонившись перед ним на коленях, сидит обычный человек, который боится приближающуюся смерть, не хотящий ее принять, цепляющийся за жизнь. Мальчишка разворачивается к нему спиной, не желая обернуться. Он не хочет видеть забвение еще одного человека, ему хватило ее в детстве. А сейчас это было просто необходимостью, просто, чтобы выжить. И ливень маскирует дождевыми каплями соленую воду на его щеках. Только молния на секунду озаряет его бледное лицо и дрожащие руки. — Глупец, — слышится за его спиной голос римлянина, а затем глухой стон. Мальчишка оборачивается и смотрит на Момо, стоящую рядом с мужчиной. Из его виска вытекает темная кровь, а рядом лежит камень. Руки девушки дрожат, а глаза закрыты. Только сейчас Тооширо замечает поблескивающий нож в траве. — Я… Прости, — шепчет брюнетка. — Я не смогла тебя бросить. — Надо было убегать, — тихо отвечает парень. — Я же говорил. — Знаю. Но мы же друзья. Хитцугайя подходит к девушке и крепко сжимает ее запястье. Момо перестает дрожать, цепляясь за его пальцы. — Нам нужно спешить, — говорит парень, пытаясь придать голосу уверенности. Сейчас не время для переживаний. — Боюсь, уже некуда, — слышится мужской голос, а затем смех нескольких солдат.