Зеркала в черной раме

      Головокружение быстро проходило. Дим оглянулся: пустынный берег, холодный, безжизненный. От воды дул соленый ледяной ветер. Новый мир. Он нашел глазами Лекса.       – Ты ранен? – Дим заметил, что парень держится за живот.       – Был, – ошарашенно проговорил Кроуфорд, глядя себе на руку. – Грем точно ранил меня, я почувствовал это, когда бежал к вам. Итан?       Оба обернулись к парню, но тот, хоть и выглядел здоровым, спина была гладкой, а синяки пропали, но не шевелился.       – Итан, ты как? – Лекс подобрался к Харрису. – Все закончилось, слышишь?       – Да, – сухо отозвался Итан, но головы не поднял.       – Ран нет, – констатировал Дим, – значит, мне не показалось. Когда мы перемещаемся в новый мир, раны, полученные в прошлом, заживают.       – Не все, – так же тихо ответил Итан. Он медленно сел, обхватил колени руками и спрятал лицо. – Я хочу побыть один.       – Дим, идем, – Лекс первый сообразил, что лучше оставить его. Подхватил Такера под руку и, поднявшись на ноги, отошел на приличное расстояние.       – В чем дело? Что с ним?       – Боюсь, те раны, которые мы видели, не единственные. Грем что-то сделал с ним. Сломал его. Ему надо время, чтобы прийти в себя.       – Ты думаешь, он его…       – Я не знаю, Дим. Но ты сам видишь.              Солнце давно закатилось за горизонт, на небе светила удивительно яркая луна. Дим снова взглянул на Итана, сидевшего в отдалении.       – Он не поел? – К нему подошел Лекс.       – Нет. Кстати, того, что тебе удалось вытащить из того мира, надолго не хватит. Еще пару раз поесть, и сухпаек закончится. А воды во фляжке уже почти не осталось. Нам надо уходить отсюда.       – Итан не готов.       – Он не будет готов, но нам придется идти. Как минимум искать источник пресной воды.       – Здесь красиво.       – Да, но…       – Безжизненно. Как думаешь, что ждет нас в этом мире? Пытки? Вампиры? Психушки?       – Думаю, этот мир подарит нам новые незабываемые ощущения, – усмехнулся Дим. – Вот только вряд ли они нам понравятся. Как мы найдем зеркало, если он в таком состоянии? Лекс, поговори с ним.       – Я? Почему я?       – Да хотя бы потому, что меня он ненавидит.       – Думаешь, меня нет?       – Думаю, меньше, чем меня. Я пойду, осмотрюсь. Попробуй поговорить с ним.       Такер ушел, и Лексу ничего не оставалось, кроме как пойти к парню.       – Итан, можно? – Кроуфорд присел рядом.       – Я не чувствую зеркала. Как только что-то почувствую, скажу.       – Я просто хотел узнать, как ты.       – Я смогу идти.       – Итан, слушай…       – Я не буду обузой. Я смогу двигаться. Найду зеркало.       – Итан, я не об этом.       – Я знаю, что тебе плевать на то, как я. И ему плевать. Вам нужно лишь, чтобы я искал для вас зеркало. Я буду искать.       – Это можно пережить, поверь. Я понимаю, тебе больно, но это пройдет, забудется.       – Нет.       – Итан, жизнь не закончилась. То, что Грем сделал с тобой, отвратительно, но ты сможешь это пережить. Главное, не замыкайся. Главное, что ты жив. Ведь так?       – А зачем мне жить? – Харрис повернул к Лексу голову, поймав его взгляд.       – Ради самой жизни.       – Моя жизнь сгорела в том огне. Расплавилась. У меня больше ничего нет.       – Говоришь метафорами? Хороший знак.       – Это не метафора. Тебе не понять. Он уничтожил ее, расплавил.       – Кого? – Лекс замер. О чем говорит Харрис? Кого уничтожил этот садист?       – Змейку. Подарок Ремирана. Мою душу. – Итан порывисто поднялся на ноги и отошел, давая понять, что разговор окончен.       Змейку? Лекс засунул руку в карман, вынул на свет маленький амулет, потер пальцем. Копоть, пепел… память о Ремиране? А говорил, плевать.       – Итан, – снова позвал Лекс.       – Оставь меня, пожалуйста.       – Прости, что не сделал этого раньше, просто не придал значения. Я нашел ее в палатке Грема, – он протянул амулет в ладони к обернувшемуся Итану.       – Как?.. Я же видел, как он бросил ее в огонь. – Итан осторожно взял змейку, переложил на свою ладонь, погладил пальцем, та дернулась и подняла на него мордочку.       – Блядь, она живая? – Лекс дернулся, отступая на шаг назад. Сказать, что он обалдел, значило ничего не сказать. Это был настоящий шок.       – Нет. Но я не понимаю.       – Твой подарок не горит в огне. Реми неплохо постарался.       – Спасибо, – Итан прижал амулет, зажатый в руке, к груди и устало опустился на колени. – Спасибо.       – Не стоит. Я рад, что прихватил его. Я правда не знал, что эта штука так важна для тебя. Ты ведь говорил, что тебе плевать на Ремирана. Прости, я ведь сделал тебе тогда больно.       Итан не ответил, но Лекс заметил, как в его глазах заблестели слезы. Он действительно влюбился в вампира. А ведь они даже не смогли попрощаться. И, наверное, Итан уже никогда не узнает, что их чувства были взаимны. Он слышал слова, которые сказал напоследок вампир. Стоит ли говорить Итану правду? Или ему уже достаточно боли?              Дим побродил по округе, собрал еще немного веток с ближайших кустарников, понял, что начинает замерзать. Холодный ветер от океана продувал плотную ткань офицерской формы. Свою теплую куртку из вампирского мира он отдал Итану, тот остался вообще лишь в одних местами подранных штанах. Рубашку пришлось выбросить, Грем разодрал ее в клочья во время пыток. Что ж, не Диму сейчас жаловаться. Интересно, удалось ли Лексу хоть немного расшевелить Харриса? Бедный парень не заслужил того, что с ним происходит. Если опасения Лекса верны, то как он сможет пережить это? Да, уже не девственник, но насилие в любом случае пережить тяжело.       Решив, что времени на пообщаться выделено достаточно, Дим отправился обратно. К его удивлению, оба парня сидели у костра. Неужели разговор помог?       – Все нормально? – подошел к ним Такер.       – Да. Ты нашел что-нибудь?       – Нет. Утром пойдем к горе, там вроде что-то блестит, возможно река.       Дим скинул ветки у костра, несколько подкинул в огонь. Обратил внимание на Итана, который выглядел поживее. Он сидел рядом, наглаживая в ладони свою подвеску. Вроде же ее на нем не было, когда они выбрались из того мира.       – Давайте спать, – предложил Лекс, зевая. – Я устал, замерз и уже мечтаю найти цивилизацию.       Дим понял, что Лекс пытается увести его от расспросов, и не стал противиться. Спать пришлось прямо на песке. Лекс жался к нему, дрожа от пронизывающего ветра, но спать мешало не это. Дим не сводил глаз с Харриса. Тот так и остался сидеть у костра, рассматривая свой амулет. Такер долго смотрел за парнем, пока его не сморил сон.              Солнце еще не поднялось над горизонтом, но небо уже окрасилось в розовый. Ветер, дувший с океана, или моря, Итан не знал, что это было, пронизывал до костей, став еще холоднее, чем вечером. Мажоры жались друг к другу, кутались в офицерскую форму, оставшуюся на Диме с прошлого мира. Глядя на них, Итану становилось не по себе. Перед глазами до сих пор стоял образ палача в такой же форме. Итану было непонятно, как он выжил. Видимо, его спасло то, что, увидев, как палач кинул змейку в печь, он едва не лишился рассудка. Та боль от потери самого дорогого существа в его жизни заглушила боль от пыток. Он чувствовал все, что делал с ним палач, чувствовал, как он ломал его кости, палил его кожу, резал тело. Но в тот момент Итану казалось, что самое страшное уже произошло. Когда его вытащили из того мира, Итан не испытал эмоций кроме разочарования. Он не хотел жить, но каково же было его удивление, когда Лекс протянул ему на ладони ту, кого он, как думал, потерял навсегда. В тот миг, когда змейка подняла на него свою маленькую голову, запачкав ладонь сажей, Итан не смог сдержать слез радости. Он не знал, какими словами благодарить Ремирана, что создал это чудо не из мягкого металла, ведь в той печи палач раскалял пыточный инструмент, но его маленькая змейка выдержала жар огня. Не знал он и как благодарить Лекса, вернувшего ему амулет. Понимал ли Кроуфорд, что прихватил в палатке палача не памятную вещицу, а часть души Харриса? Вряд ли. И Итан подумал, что не стоит ему знать. Ни ему, ни Такеру. Обладай кто-либо этим знанием, и Итан станет уязвим. Ведь он не сможет во второй раз потерять ее. Знай он тогда про лагерь лирейцев – сказал бы. Да он бы и мажоров сдал не задумываясь, если бы это помогло вернуть его любимицу. Слишком сильная и слишком опасная связь. Но его предупреждали, и он сам на это согласился. Что ж, впредь будет умнее. Надо научиться прятать свои чувства, свои эмоции. Ото всех.       Итан подкинул последние несколько веток в почти потухший костер. Умирающее пламя дернулось под очередным порывом ветра и затухло, так и не тронув дерево. Итан поднялся на ноги, плотнее запахнул чуть великоватую куртку Дима, или, точнее, куртку, которую тот забрал из мира Ремирана. Может, раньше ее носил сам граф, а может, кто-то из его слуг. Почему Такер отдал ему довольно теплую одежку, а сам остался в форме? На вид она не была особо теплой, да и удобной не выглядела. Итан прошелся вдаль от береговой линии, осмотрелся. Метрах в двухстах разросся большой кустарник, нынче облетевший. С него, по всей видимости, Дим и набирал веток для костра. Итан направился к нему, наломал топлива, прошелся в поисках сухой травы, вернулся на берег. Мажоры все еще спали. Итан попытался оживить пламя, но то безнадежно погибло, а зажигалка, вероятно, была у Такера. Он снова прошелся по берегу, осмотрелся. Они были отрезаны от мира горной грядой с одной стороны и лесом с другой. Интересно, каков этот мир? Что их ждет? В прошлом они пробыли примерно сутки, но Итану хватило на всю жизнь. А что принесет этот? Очередную боль? Или знания?       – Ты чего не спишь? – Итан вздрогнул, обернувшись на голос Такера.       – Не хочу.       – Ты не ложился? – Дим подошел ближе, и Итана передернуло от вида формы. Он отвел взгляд, стараясь смотреть на песок.       – Нет, я не хочу.       – Ясно. Ты как?       – Я не чувствую зеркала. Как только что-то почувствую, скажу.       – Я не об этом. Я о тебе. – Дим раздражался, Итан это понимал, но причины разобрать не мог.       – При чем здесь я?       – Ни при чем, – Такер вздохнул, развернулся и ушел обратно к костру.       Итан еще побродил по берегу, заметил, что Лекс тоже встал, а Дим снова развел костер, и решил возвращаться. Может, у них есть что перекусить. Не оставят же они его голодным, он им нужен. Без Итана мажоры вряд ли отыщут зеркало.       Харрис присел у разгорающегося вновь костра, протянул руки к огню.       – Замерз? – тут же отреагировал Лекс.       – Нет. Немного.       – А я замерз, – отозвался Дим. – Надо завтракать и идти дальше. К тому же у нас вода заканчивается. Что у тебя там?       Такер так резко сменил тему, кивнув на ладонь Итана, что тот инстинктивно спрятал руку в карман.       – Да не заберу, просто спросил, – Дим поморщился.       Итан вынул руку, разжал пальцы, демонстрируя змейку.       – Лучше спрячь, потеряешь еще.       – Некуда. Шнурок остался в том мире.       Такер несколько секунд смотрел на амулет, затем окинул взглядом китель.       – Лекс, дай нож.       Кроуфорд молча протянул Диму желаемое, и Итан с трудом сдержался, чтобы не отойти. Точно таким же ножом палач резал его тело позавчера. Дим же тем временем ловко срезал пару шнуров, державших нашивки на форме, сбросил лишнее.       – Примерь, – протянул он шнурки Итану.       Тот несмело принял дар, прикинул по длине. Один из них был тоньше, но слишком длинный, а второй потолще, зато покороче. Дим забрал оба, от тонкого отрезал лишней длины и вернул Итану.       – Этот удобнее будет, – вынес вердикт Такер и вернулся к костру, на котором безмятежный Лекс уже разогревал какую-то пищу.       – Спасибо, – тихо проговорил Харрис, завязывая концы веревки на шее.       – Пустое. Найдем цивилизацию, купим что-нибудь нормальное. Ешь.              После завтрака, пока Лекс складывал вещи, а Дим тушил костер, Итан пошел к воде. Он никогда не видел морей или океанов вживую, хотелось насладиться видом, ведь неизвестно, выпадет ли шанс еще раз побывать в подобном месте. Он внимательно смотрел на горизонт, где блестели солнечные блики, когда заметил там движение. Что-то большое двигалось в их сторону, то появляясь над водой, то снова исчезая.       – Что это? – спросил Харрис, и мажоры оторвались от своих дел, устремляя взгляды к горизонту.       – Киты, – с придыханием проговорил Лекс спустя время.       Большая стая огромных млекопитающих двигалась к берегу. Животные выпрыгивали над водой, били хвостами, издавали протяжные звуки. Итан не мог оторвать от них глаз. Приблизившись, стая свернула и поплыла вдоль берега, словно красуясь перед случайными зрителями. Они были великолепными. Абсолютно черные с глубокими фиолетовыми жилами на шкуре. На солнце эти разводы слегка мерцали, делая и без того сказочных созданий по-настоящему волшебными. Киты покрасовались и уплыли так же, как и появились, скрываясь под водой. Итан, завороженный этим зрелищем, не заметил, когда его спутники успели подойти.       – Красивые, – тихо проговорил Лекс. – У нас китов не встретишь так близко к берегу.       – Да. Видимо, этот мир более дружелюбен к окружающей природе, чем наш, – ответил ему Дим. – Идем, найдем местных. Надо еды раздобыть да воды пресной.       Сказочный момент был разрушен. Итан потянулся за парнями. Дим снова тащил одеяло на себя, командуя и руководя всем вокруг, но в этот раз Ит предпочел подчиниться. Он устал, ослаб и совершенно не хотел спорить с Такером. Зеркала он не чувствовал, потому просто шел вслед за мажорами.       Пойти в горы, как изначально предполагал Дим, не вышло, склон оказался довольно крутым. Пошли через лес, шли минут двадцать. Итан рассматривал окрестности. В лесу было гораздо теплее, чем на берегу, но удивляло его не это. Странным было то, что среди деревьев то тут то там появлялись полуразрушенные столбы, торчащая арматура, оборванные куски проводов, остовы скамеек. Может, раньше тут был парк, но его забросили, и он зарос деревьями? Но почему люди ушли отсюда? Климат? Хищники? Война?       Шли молча. С каждым пройденным десятком шагов Итан все больше напрягался. Не было привычных звуков леса. Изредка с ветки срывалась одинокая птица или слышался чей-то крик в небе. Слишком тихо, слишком мертво. Постепенно из-под пожухлой травы стал появляться асфальт. Сначала мелкими кусками, постепенно переходя в разрушенную площадку. Здесь уже были сгнившие корпуса машин, частично поросших травой и кустарниками, частично разрушенных выросшими деревьями. Лес редел, а на его месте открывался город. Мертвый мегаполис. Высотные здания без стекол, многие дома обвалились, некоторые устояли лишь частично. Брошенные на дорогах разрушенные скелеты машин, разбитые витрины магазинов. Город выглядел так, словно люди просто ушли, побросав все. Вещи, машины, дома. И все это было практически поглощено природой.       – Что здесь произошло? – нарушил тишину Лекс. От его голоса с ближайшего дерева сорвалась пара птиц, взмыв в небо.       – Понятия не имею, но, похоже, люди здесь от чего-то бежали. Причем очень давно. Судя по растительности, очень много лет назад, не один десяток. Надо проверить, может, осталось что полезное. Душу продам за теплую куртку на меху.       Итан взглянул на Такера, перевел взгляд на свою меховую курточку. Точнее, на его меховую курточку. Почему не забирает?       – Думаешь, здесь сохранилась одежда? – с сомнением переспросил Лекс.       – Здесь вряд ли. Но не вымерли же люди. Ушли отсюда, но где-то рядом наверняка живут. Приходят в этот заброшенный город. Оставляют следы. Надо искать.       Теория о том, что сюда приходят живые, к вечеру растворилась. Следов пребывания людей не наблюдалось. Вообще, складывалось впечатление, что отсюда и зверье в основном куда-то ушло. Были редкие птицы, несколько раз попадались мелкие грызуны, внешне сильно похожие на привычных крыс их мира. Зато благодаря этим грызунам парни нашли источник питьевой воды. Крысы привели их в порт. Здесь в разрушенных ангарах было много всякого хлама и подземный источник. Природа разрушила большую часть здания, и в одном месте прямо из земли был маленький фонтанчик чистой воды. Первым рискнул испить жидкость, к удивлению Итана, именно Дим. Он почему-то думал, что пить заставят его, проверят, не отравлена ли вода. Но Такер сам подошел, испил, а примерно через час позволил напиться остальным и наполнить фляжки водой. Заночевали здесь же, неподалеку от источника. Развели костер в ангаре, у которого сохранилась часть крыши и частично три стены. Итан в шутку предложил поймать на ужин крыс, так как сухпай закончился, а есть хотелось. Лекс ожидаемо поморщился, а вот Такер, вздохнув, действительно отправился на охоту. Вернулся через пару часов, притащил шесть крысок.       – Ты серьезно? – скривился Лекс.       – Люди ушли отсюда очень давно, грызуны жрут то, что дает природа, значит, не отравимся. Не кривись, мне это тоже не нравится, но делать нечего, – устало отозвался Дим.       – Как ты их поймал? – спросил Харрис.       – Они не сильно боятся людей. Запах незнакомый. А мусора здесь еще навалом. Смастерил ловушку. Одну крысу просто прибил камнем. Наглая тварь решила, что обед это я.       – Я не стану это есть, – Кроуфорд демонстративно отвернулся от Такера.       – Как хочешь, можешь голодать.       Дим не стал спорить или уговаривать друга. Взял нож и принялся разделывать тушку. Итан следил за его движениями и содрогался, как ловко он это делал. Имеет опыт? Приходилось раньше потрошить животных? Охота или извращенные садистские наклонности.       – В чем дело, Итан? – привлек его внимание Такер, нанизывающий на тонкую ветку разделанную тушку. – Я не маньяк, если ты об этом подумал. Я будущий врач. Или бывший будущий врач. Приходилось резать трупы и животных, и людей. Не на живых же тренироваться.       Итан не ответил, с трудом дождался, пока дожарится крыса. С еще большим трудом съел несоленое мясо отвратительного вкуса и вырубился, едва устроившись на неумело смастеренной подстилке из сухой травы.              Дим устроился рядом с надувшимся Лексом. День выдался тяжелый, чего только стоил этот ужин. Если бы кто еще пару месяцев назад сказал Диму, что он добровольно будет есть крыс, он бы не поверил. И вот – сам поймал, сам разделал, сам пожарил и съел. Но выбора у него особо не было. Либо крысы, либо голод. Лекс выбрал голод. Лекс. Дим внимательно смотрел в затылок своего парня и снова вспоминал недавний разговор.       Когда Харрис предложил наловить крыс на обед, Дим ухватился за эту мысль, с той лишь разницей, что наловить он планировал оленя, или косулю, или любую другую дичь. Офицерский пистолет был при нем, патронов – благодаря запасливости армейских и Лекса – достаточно. Да и стрелять Дим умел вполне сносно. Вот только, выйдя с территории порта, Дим увидел того, кого ожидал встретить меньше всего. Посреди пустынной, заросшей травой дороги замер знакомый уже старик, в строгом костюме тройке, с тростью и большой сумкой на плече. Дим остановился. Проводник смотрел на него, но не пытался уйти, и Такер решил подойти к нему.       – Ты? – Он подошел ближе.       – Здравствуй, Дим, – слегка кивнул старик.       – Ты знаешь меня? Так это все-таки ты?       – Я. Мы не должны были встретиться, но раз уж так произошло, то так тому и быть.       – Что ты здесь делаешь?       – Исправляю неприятность, в которую вы попали. Люди в этом мире вымерли очень давно, а вместе с ними вымерла цивилизация. Природа разрушила многое, в том числе и зеркала, что были в этом мире. Я принес другое. Оно скоро приживется здесь, и вы сможете его почувствовать и продолжить свой путь.       – Я могу задать тебе вопросы? – Дим ухватился за то, что Проводник не спешит уйти и, кажется, настроен довольно благосклонно.       – Задавай.       – Ты не сказал нам, что мы должны сделать, чтобы вернуться.       – Я сказал. – Взгляд старика оставался спокойным, расслабленным. – Вам нужно понять себя и измениться. Преодолеть свои пороки.       – Зачем все это?       – Чтобы жить.       – Жить? Я прекрасно жил до встречи с тобой.       – Жил, но ты не знаешь, что было бы после, не вмешайся я.       – Никто не знает.       – Я знаю. Такова моя роль в мироздании.       – Кто ты?       – Тебе не нужно этого знать, Дим. Ты не сможешь понять.       – Я вообще ничего не понимаю. Для чего ты отправил нас в этот ад? Ты мог просто сказать, что не так, что нам надо исправить.       – Я не мог. Я Проводник, а не наставник. Да и вы бы вряд ли меня послушали. Никто не слушает.       – И все же меня моя жизнь вполне устраивала. Лекса тоже. Если изменения нужны Харрису, при чем здесь мы?       – Я расскажу тебе, если ты хочешь услышать.       – Что услышать? – Дим нервничал. Ему казалось важным узнать самое главное, пока Проводник не ушел, но мысли путались, скакали в голове, мешая сосредоточиться.       – Что было бы с вами, не вмешайся я в тот момент.       Такер замешкался. Правду ли скажет старик? И нужно ли это? Может, стоит задать более важные вопросы? Но все же Дим кивнул, соглашаясь выслушать его.       – Если бы я не вмешался, то ваша ссора закончилась бы дракой. Лекс, уже давно искавший повод уйти от тебя, обвинит тебя в необоснованной жестокости. Твоя зацикленность на нем не даст тебе отпустить его. Твой эгоизм убедит тебя в том, что в вашем разрыве виноват парень из проулка. Через несколько дней ты вернешься туда, подстережешь Итана и убьешь его. Ты будешь уверен, что слава, деньги и связи твоего отца позволят тебе избежать наказания, но камера, установленная на выходе из магазина, даст полицейским полную картину случившегося. У твоего отца достаточно завистников и врагов. Запись быстро облетит все новостные каналы, уже меньше чем через сутки в твой дом придут служители закона. Твой отец всеми возможными силами будет пытаться спасти тебя от тюрьмы, но показания Лекса поставят крест на твоей свободе. Он расскажет о твоем конфликте с Харрисом из-за страха, что ты в гневе можешь убить и его. Тебя приговорят к пожизненному, твой отец не сможет с этим смириться, наймет головорезов наказать Лекса, но те вместо того, чтобы избить его, серьезно покалечат парня, он останется прикованным к постели до конца своих дней. Ты же не сможешь смириться со своей участью уголовника, будешь постоянно нарываться на неприятности, пытаться доказать всем, что ты важный человек. Не пройдет и двух месяцев, как охранники тюрьмы найдут твой повешенный труп в душевой.       Проводник замолчал, видимо ожидая реакции от собеседника. Вот только Дим не знал, что ответить, он был в шоке. Неужели то, что сказал старик, действительно могло произойти в их жизни? Способен ли он на убийство? А Лекс? Неужели он больше не любит его?       – Это неправда, – возразил все же Такер. – Я не верю тебе.       – Это твое право. Но ты все равно не узнаешь, правду я сказал или соврал.       Проводник окинул Дима внимательным взглядом, а после добавил:       – Мне кажется, у тебя еще остались другие вопросы.       – У меня миллион вопросов. Но я не знаю, что сейчас нужно спрашивать… Почему только Харрис чувствует зеркало или нас? Почему мы с Лексом не можем этого?       – Вы можете. Просто вам это не нужно. Вы полагаетесь на случай или на Итана.       – В прошлом мире Харрис был сильно ранен, но, когда мы попали в этот, его раны залечились. Так будет всегда или это особенность этого мира?       – Когда вы покидаете очередной мир, все раны или прочие изменения, что произошли с вашими телами против вашей воли, исчезают.       – То есть если я осознанно отрежу себе палец, то в новом мире он не отрастет? А если мне его отрежут враги, то он вернется?       – Да, ты прав.       – Получается, мы не можем умереть в этом путешествии?       – К сожалению, можете. Если кто-то из вас погибнет, то исправить это уже будет невозможно. Такое не под силу даже мне.       – В чем тогда смысл? Двое ведь не смогут продолжить путь?       – Смогут. В зеркале сейчас три тени, но, если кто-то умрет, его тень исчезнет. Оставшиеся в живых будут вынуждены продолжать свой путь, пока не достигнут цели.       – А присоединиться к нам кто-нибудь может?       – Нет. Только Проводник может отправить кого-то в путешествие. Сами люди или другие существа не могут пойти в путь.       – Скажи, как нам выжить в этих мирах?       – Я не могу прямо ответить на этот вопрос, могу лишь посоветовать попытаться понять, чему вас может научить очередной мир. И не нарываться на неприятности.       – Шикарный совет. В прошлом мире мы не успели появиться, как Харриса приняли за местного ополченца и едва не убили.       – Ему просто не повезло.       – То есть не нарываться недостаточно?       – Дим, я не смогу объяснить, почему что-то произошло с вами. Что-то может быть испытанием, что-то просто везением или невезением.       – Этот мир тоже испытание?       – Этот мир пустой. Здесь не осталось людей, почти не осталось животных. Лишь падальщики, птицы и морские обитатели.       – Класс. Поохотился, – Такер усмехнулся, оглядываясь.       – Если у тебя больше нет вопросов, я покину вас. Вам надо продолжать путь, а у меня еще есть другие дела.       – Подожди. Ты сказал, что принес сюда зеркало. Где оно?       – Вы найдете его, когда придет время.       – Время? Ты же сказал, в этом мире ничего нет.       – Вам нужно отдохнуть.       – У нас нет еды, воды, спать придется на голой земле. Шикарный отдых.       – Вода у вас есть, вы нашли источник. Еду ты сможешь раздобыть. Итан случайно подсказал тебе выход. А мягкая постель не самое важное для вас.       Дим обернулся, вглядываясь в ту сторону, где остались его спутники. Значит, Харрис пошутил, но его шутка оказалась правдой. Представить, что им все же придется ужинать крысами, было трудно. Такер снова повернулся к Проводнику, но дорога перед ним была пустынна. Старик исчез. Что ж, понятнее их путешествие не стало, а вопросов появилось еще больше, чем было. И главный вопрос, вставший перед Димом, был правду ли сказал старик насчет Лекса? Он действительно не любит его?              Такер так и не смог уснуть, буравил взглядом затылок любовника. Мучился вопросами, сомнениями. А когда взошло солнце, поднялся и отправился к воде. Ему просто хотелось понять, как вести себя дальше. Рассказать ли Лексу и Итану, что встретил Проводника? Рассказать ли то, что узнал от него? В целом, рассказать стоило. Но Дим очень боялся разговора с Лексом. Если всплывет то, почему их отправили в это путешествие, ему придется спросить у Лекса, правда ли, что тот его не любит. Конечно, Лекс может сказать, что это неправда, что старик хотел лишь напугать его, но что, если Лекс ответит, что это правда? Как дальше жить с этим знанием?       Первым проснулся Харрис, поднялся, прошелся по разрушенному ангару, вышел на пирс, но к Диму не приблизился. Такер видел краем глаза, что Итан остановился, постоял поодаль, а после вернулся в ангар. Он даже был рад, что Итан не подошел. О чем сейчас с ним разговаривать, он не знал, рассказать про встречу с Проводником был не готов, да и о Лексе с Харрисом не поболтать. Так что это даже к лучшему.              Итан вернулся в ангар, устроился у стены, вытащил из-за пазухи змейку. Живая, с ним. Погладил маленькую головку пальцем, змейка тут же отозвалась, шевельнулась, поднимая на него мордочку, а через секунду снова принимая привычный облик. Итан перевел взгляд на Лекса, съежившегося на подстилке. Где он ее нашел? Как это возможно, ведь Итан видел, что палач кинул ее в огонь? Лекс сказал, что забрал ее из офицерской палатки, значит, Грем вытащил ее из печи. Видимо, неслабо удивился тому, что амулет не пострадал от огня. Спрятав свое сокровище, Итан снова глянул на спящего Лекса, после на сидящего на пирсе Дима. Что между ними произошло? Вроде вчера вечером парни общались как обычно, а с утра Дим выглядит так, словно узнал об измене своего любовника. Вот только каким образом? Или причина в чем-то еще? Итан не хотел лезть в их отношения. Его это не касалось. Его задача – найти зеркало, вот на ней он и решил сосредоточиться. Долго сидел, прикрыв глаза и пытаясь уловить зов. Слышал, как проснулся Лекс, покинул ангар. Как вернулся Дим, разжег огонь в костре.       – Итан, – позвал его Такер, и парень вздрогнул.       – Что? – Он открыл глаза, поймал уставший замученный взгляд мажора.       – Прости, что спрашиваю, но ты не чувствуешь зеркало? Меня изрядно напрягает этот мир. Тут нет ни черта. Жрать охота, холодно.       – Я не уверен. Зеркало точно здесь есть, но я не могу понять, где оно. Даже направление не могу уловить.       – Ясно. Скажешь, если что-то почувствуешь. Пойду попробую поймать что-нибудь на обед.       – Лекс не станет есть крыс.       – У него нет выбора. Либо крысы, либо голодать.       – У тебя есть пистолет. Ты умеешь стрелять?       – Умею. В детстве увлекался. Хотя ни разу не стрелял по живым мишеням. Не мое это.       – Может, вернуться в лес, поискать какого оленя или зайца?       – Нет здесь оленей. И зайцев нет.       – Откуда тебе знать? – Итан хотел было уже обидеться на Дима, но по его виду понял – он что-то знает.       – Просто поверь, – тихо отозвался Дим, поднялся и ушел в сторону города.              Первым вернулся Лекс, через час Дим. Все молчали. Тот факт, что Такер пришел с пустыми руками, никого не обрадовал. Когда солнце поднялось над крышами высоток, так же молча затушили костер и двинулись в путь. Шли просто вперед. Итан не чувствовал зеркала, а потому просто шел за Димом. Зов появился внезапно, словно в голове резко включили будильник. Итан даже вскрикнул от резкого звука, но быстро сумел сосредоточиться. Сообщил спутникам, что уловил нить зова и уверенно двинулся к его источнику. Пришлось вернуться почти до самого порта, где они ночевали. Зеркало стояло у изрядно разрушенного дома, просто прислоненное к уцелевшей стене первого этажа. Это казалось странным, но Итан устал, был голоден и измотан, а потому решил не заморачиваться. Как, собственно, и мажоры. Они, не сговариваясь, подошли к зеркалу и одновременно заглянули в него, покидая этот пустой, вымерший мир.