Зеркала в черной раме

      Дим поморщился от головной боли. Ни одна из миллиона попыток почувствовать Лекса или Итана не увенчалась успехом. Вот уже дней десять он беспрестанно только и делал, что пытался их найти. Мысленно, ведь покинуть земли южан было равно объявлению войны. И если прогуляться по мертвому лесу еще было как-то возможно, то сунуться в земли северян – считай подписать себе и своему народу приговор. Самое удивительное для Дима было то, что это были не его мысли, но он был с ними солидарен. Более того, думая о «своем» народе, Сэтас подразумевал всех эльфов материка. Вот только в поиске друзей он был Диму не помощник, хотя и не мешал. Сэтас в Диме присутствовал каким-то внутренним голосом, лишней эмоцией – не лез в его мысли, не сбивал с толку, не пытался взять верх. Лишь иногда вспыхивал, словно свеча, но Такер в такие моменты очень легко мог контролировать и его, и себя.       Решив, что мучить собственный мозг бесполезно, Дим отправился на вечернюю прогулку. Винай уже должен был отправиться к жене, а значит, была надежда пройтись в одиночестве и просто подышать свежим воздухом. Выйдя из казармы, парень направился в сторону мертвого леса. Замер на границе поселения, глядя на мрачную, по вечернему черную стену деревьев, поежился. Находиться даже на таком расстоянии от этой мертвой пустыни было неприятно.       Он долго стоял, не двигаясь и глядя на тьму, грозившую пожрать все живое в довольно короткие сроки, если войну не прекратить, когда словно почувствовал, что кто-то зовет его. Дим вздрогнул, обернулся на зов. Метрах в пятидесяти от него прошелся стражник, поежился, глянув на мертвый лес и продолжил патрулирование. Зов повторился, и Дим понял, что это голос Виная, но звучал он в его голове. Долго не раздумывая, парень двинулся в лагерь солдат, так как отчетливо понял, что верный помощник там и ему нужна помощь Сэтаса. Солдаты расступались перед ним молча, а он стремительно рассекал эльфийскую массу, собравшуюся в круг. В центре круга Дим заприметил знакомого ему уже ранее генерала эльфийской армии. Воин в полном боевом доспехе кому-то на земле довольно нелестно высказывал свое мнение.       – Предатель! – орал Сомбун. – Думаешь, тебе сойдет это с рук?! Я лично затяну петлю на твоей шее. Но сначала ты увидишь, как сдохнет твой лжебог.       – Сэтас покарает тебя! – возбужденно отозвался с земли Винай, и Дим замер, решив немного насладиться шоу. Благо, Винай выглядел вполне здоровым, только чуть повалянным по земле.       – Нет Сэтаса! – не унимался генерал. – Этот самозванец не бог! Он даже не эльф. Щенок какой-то, уродец! Ты пришел, заявил всем, что нашел Сэтаса. А где доказательства? Никто, кроме тебя, не видел ни одного божественного проявления. Меч Сэтаса? А его ли он или ты сделал искусную подделку?       – Я видел его силу, – взвился Винай, вскакивая на ноги, но Сомбун снова одним ударом отправил его на землю. – Ты поплатишься за неверие.       – Да что ты? И кто же меня накажет? Твой лже-Сэтас? Что-то он не спешит спасать своего верного слугу. Где же он?       – У тебя за спиной. – Дим спокойно вышел в круг, поглядывая на вмиг успокоившегося Виная.       – Ты? – Сомбун дернулся, оборачиваясь. – Что же ты не накажешь меня за дерзость, лжебог? Не потому ли, что ты самозванец и никакого Сэтаса нет?       Дим чувствовал, как внутри буквально закипает гнев, не только его. Покалывание в руке говорило о том, что меч, сила Сэтаса, готов вот-вот выпорхнуть из ножен.       – Ты уверен, что хочешь этого, эльф? Бросать вызов богам всегда и везде было глупой затеей.       – Я поклоняюсь Иррусу. А не тебе, самозванец. Мой бог скоро вернется. Ты обманул наш народ, выдаешь себя за Сэтаса, а сам даже наших обычаев не знаешь. Прогнал всех жрецов, боясь, что они разоблачат тебя. Но тебе не удастся больше водить нас за нос.       – Ваши обычаи придумали вы сами. А жрецы, преданные Иррусу, мне не нужны.       Дим окинул толпу взглядом. Они сомневались. Их вера дрогнула. Он заметил среди воинов Прасета, с сомнением глядящего на Дима. И только Винай, снова поднявшийся на ноги, горел уверенностью, что Сэтас защитит его и отстоит свою честь. Дим не хотел насилия, тем более не желал новой крови. Вспомнился Элгерд, жизнь которого он забрал ради спасения друзей, но так и не смогший до конца принять это. Но доказать возвращение Сэтаса было необходимо. Он без большого энтузиазма вытащил меч из ножен и почувствовал внутри возбужденную вибрацию. Сэтас словно ожил в нем, горя желанием взять верх.       «У тебя пять минут», – мысленно произнес Дим, отпуская бога на волю.       «Мне хватит пяти секунд», – усмехнулся в его голове Сэтас и взял контроль.       Дим словно со стороны видел, как дрогнула толпа, расступаясь, как отпрянул Винай, с обожанием глядя на него, как напряженно вцепился в меч Сомбун. Сэтас расправил плечи, перехватил меч и одном взмахом вынес оружие из рук генерала. Причем металл даже не коснулся друг друга. Сомбуна просто снесло волной силы, швыряя под ноги королю. Сэтас крутанул меч, одним каким-то неуловимым движением сократил расстояние до оппонента, и занес оружие, направляя острие четко в сердце эльфа. Дим вздрогнул, но меч замер, едва царапнув доспех, очень медленно прошелся левее и быстрым движением срезал генеральскую брошь, отбрасывая ее в сторону.       – Тебе потребуется новый генерал, Прасет, – проговорил Сэтас, и Дим не узнал свой голос. Но через мгновение это чувство прошло, возвращая Такеру полный контроль.       Дим мысленно поблагодарил Сэтаса за то, что сохранил жизнь эльфу, не желая брать на себя новый грех. Бог внутри стих, практически полностью затухая. Видимо, такое физическое проявление было для него слишком сложным, и теперь Сэтасу требовалось отдохнуть.       – Владыка, – донесся до него взволнованный голос короля, – что делать с Сомбуном?       Дим оглянулся через плечо.       – Это твой подданный, тебе и решать. Мне до него больше нет дела.       Парень неспешно удалился от растревоженного войска. Никто не посмел остановить его или как-то еще проявить недоверие. Явная демонстрация силы выветрила из них любые сомнения. Спустя время его нагнал Винай, возбужденно сверкая глазами.       – Сэтас, я знал, что ты придешь.       – Ты же сам позвал меня, – спокойно отозвался Дим.       – Да. Они не верили в тебя, я не мог молчать.       – Ты слишком беспокоишься. Откуда такое рвение?       – Я верю в тебя. Я знаю, ты подаришь нам долгожданный мир.       – А такой ли он долгожданный? Здесь процентов восемьдесят спят и видят, как перебить соседей.       – Это не так, – внезапно возразил Винай. – Многие хотят мира. Просто… мы столько воюем. Разве можно прекратить это?       Эльф вздрогнул, отводя взгляд.       – Это необходимо прекратить, – проговорил Дим. – Если войну не остановить, то очень скоро вот эта хрень, – Дим кивнул на мертвый лес, – поглотит здесь все.       Винай снова посмотрел на Дима и в его взгляде парень прочитал восторг, поделенный на какую-то детскую надежду и веру в лучшее будущее.              Доказав сотне воинов свою силу, Дим и не подозревал, чем это все обернется. Если до этого он еще как-то мог передвигаться по селению и окрестностям без особого внимания, то сейчас эльфы воодушевились. Весть о ночной демонстрации моментально облетела всех. К утру на Дима пялились все, за каждым его шагом следили местные или воины. И не сказать, что они делали это специально, но теперь эльфы не старались скрыться с его пути, а замирали, провожая своего бога взглядами.       Дим вернулся в казарму, в свою комнату, и едва прикрыл глаза, как в дверь настойчиво постучали. Пришлось вставать и идти к посетителю. Он знал, что без веской причины Винай никого не пропустит.       – В чем дело? – Такер распахнул дверь, уставившись на знакомого ему уже парня. Кажется, именно его он застукал с северянкой в мертвом лесу.       – Сэтас, Владыка, мне нужно поговорить с тобой, – эльф поклонился, косясь на Виная.       – В последнее время всем от меня что-то надо. Входи, – Дим впустил парня, закрыл за ним дверь. – Что стряслось?       – Этой ночью я виделся с Камлаи. Она передала мне послание для тебя. Иррус хочет встретиться с тобой.       Хонгсаван вздрогнул и виновато отвел глаза, не зная, чего ожидать от Сэтаса. Сам же Дим с трудом сдержал крик. Иррус вышел на девчонку? Он не знал, Итан это или Лекс, но это было не так важно. Главное, у них появилась возможность встретиться. А там и третьего найдут.       – Когда? – в нетерпении заговорил Дим.       – На третью ночь.       – Эльфы не должны видеть, как я иду в мертвый лес. Мало ли как они воспримут это.       – Я проведу тебя. Никто не узнает.       – Спасибо, Саван. Это лучшая новость за все время, что я здесь. Иди, отдыхай. Я буду ждать тебя на третью ночь.       – Владыка, ты ведь не убьешь его?       – Кого?       – Ирруса.       – Конечно нет, – усмехнулся Дим. – Я в этом мире совсем не за этим.       Эльф, удовлетворенный ответом, ушел, а Дим не знал куда деть себя от возбуждения. Три дня! Ждать встречи придется три невыносимо длинных дня. И чем себя занять в эти дни, Дим совершенно не представлял.              Время тянулось словно резиновое. Дим в нетерпении слонялся по округе, пугая эльфов. Воины, глядя на его беспокойные метания, готовились к бою – точили мечи, полировали доспехи, чистили луки. Дим бы и рад был их переубедить, да вот только все его мысли занимало ожидание встречи. Он не знал, кто именно будет ждать его в мертвом лесу, но знал, что в любом случае будет рад. Встретит одного, и можно отправляться искать второго. А уж втроем они быстро решат, как остановить эту бессмысленную войну, найти зеркало и двигать дальше. Но для начала – встретиться. Дим и не думал, насколько дорожит Лексом и насколько привязался к Итану. Пока они были все время рядом, пока он ругался с Лексом и обижался на него, пока игнорировал Харриса, он и не замечал, как они нужны ему. Лишь сейчас, когда он уже около двух недель был один, он ощутил это одиночество в полной мере.       К вечеру третьего дня от Дима шарахались не только воины, а даже верный Винай. Такер стал нервный, дерганый. Хоть он и не испытывал гнева, не орал на эльфов, но его напряжение очень сильно передавалось окружающим. Потому появлению Хонгсавана Дим обрадовался словно самому близкому другу.       Выбраться из селения оказалось непросто – им все время попадались на пути либо местные, либо воины, к тому же увязавшийся следом Винай ни в какую не хотел оставлять своего бога одного. Можно было бы взять его с собой, но… тащиться целой толпой означало однозначно привлечь к себе излишнее внимание. Пришлось судорожно придумывать повод остаться с парнишкой наедине. Идея пришла внезапно и показалась Диму изначально полнейшим бредом, но, немного подумав, Такер понял, что это действенный способ. Велев Савану ждать, Дим отвел помощника в сторону.       – Винай, послушай, – начал он, воровато оглядываясь на смирно ждущего в стороне парня, – мне нужно, чтобы ты понял и помог мне.       – Я не доверяю этому парню, – неуклонно возразил эльф. – Я живу здесь с детства, а он перебрался к нам из селения не так давно, когда тьма поглотила его дом. И все это время он был странным. Его часто видели уходящим в лес, он сторонится других эльфов. Никто не знает, что у него на уме.       – Я большой мальчик, могу о себе позаботиться. Но мне нужна твоя помощь.       – Я сделаю для тебя что угодно, Сэтас, но этот парень…       – Не стоит беспокоиться, – Дим вздохнул, снова оглянулся на Хонгсавана, – просто помоги мне. Отвлеки патрульных, мне надо незамеченным уйти из селения.       – Сэтас, это может быть ловушкой.       – Это не ловушка. Я хочу побыть с Хонгсаваном наедине. Без свидетелей. Я ведь могу доверять тебе?       Эльф пару секунд переваривал слова Дима, после смутился, отвел взгляд.       – Конечно, Сэтас.       – Вот и отлично, сохрани этот маленький секрет.       Эльф кивнул, еще сильнее залился краской и поспешно удалился в направлении ближайшего патруля. Дим же поторопился к Хонгсавану – им еще до места встречи добраться надо. Не хотелось бы заставлять Итана или Лекса ждать в этом мрачном месте хоть одну лишнюю минуту.              Итан с восхищением смотрел на совершенно бесстрашную девчонку. Мало того, что эта умница, даже не моргнув глазом, велела воинам пропустить их к мрачному лесу для проведения ритуала, так еще и не побоялась напомнить им, что нарушителю ритуала будет грозить страшная кара. А сейчас смело ступала по мертвой земле. Харрис видел мелькающие в отдалении тени, и настроены они были не особо дружелюбно, но смелая девчонка передвигалась меж деревьев, ловя едва пробивающиеся закатные лучи. Итан не отставал, хотя свою змею все же выпустил. Парень не знал, сможет ли она защитить их от теней, но ее присутствие все же немного добавляло уверенности.       Когда добрались до разрушенного селения на лес опустилась глубокая ночь. Тени кружили совсем рядом, змея опасно шипела, а Камлаи жалась к деревьям.       – Вон тот дом, – тихо проговорила она, указывая на строение, в окнах которого улавливался едва видимый отблеск огня.       Итан готов был броситься туда сломя голову, но вмиг потух. А ждет ли его Дим? Обрадуется ли их встрече? Скорее он надеется увидеть Лекса. Вот его приходу Такер бы точно обрадовался. А Итан? Да, Дим в последнее время относился к нему значительно лучше, но все же…       – Повелитель? – Камлаи замерла, обернувшись.       – Все хорошо, – Харрис с трудом нашел в себе силы. В конце концов, он чувствует Лекса, а Дим нет. Встретятся, и Итан отведет Такера к другу. Чем не повод для радости?       Итан вздохнул и двинулся к дому, когда из дверей появился Дим. Видимо, услышал их голоса. Камлаи на секунду замерла, отошла на шаг в сторону, а Итан, замедлив шаг, приблизился к Диму. Девчонка проскочила мимо, скрываясь в доме. Итан чувствовал, как Иррус внутри него замер, напрягся, словно не зная, как реагировать. А в следующий миг Дим стремительно сократил дистанцию и буквально сграбастал Харриса, прижимая к себе.              Дим был крайне солидарен с Сэтасом в тот миг. Радость от встречи накрыла двойной силой. Но если Владыка смутился своего порыва, то Такеру смущение было чуждо. Он был безумно рад видеть Итана, прижать его к себе, почувствовать его тепло. Плевать на богов и их ссоры, главное, что этот дикий, невоспитанный, ершистый мальчишка снова рядом. Дим с нескрываемым удовольствием прижимал к себе парня, окончательно понимая, что безумно рад именно такому исходу.       – Как же я рад тебя видеть, Ит, – прошептал он в темную макушку. – Ты даже не представляешь, как я соскучился.       – Дим, – чуть удивленно проговорил Итан, но при этом не отстранился.       – Я знаю, Итан, все знаю. Ты считаешь, что я самовлюбленный придурок, но поверь, я действительно безумно рад видеть тебя. Именно тебя.       Харрис все же осторожно освободился, отошел на полшага и замер, с недоумением глядя на парня.       – Con mi khajai kun, – тихо произнес Итан, и Дим завис. То ли у него с мозгами что-то, то ли Итан говорил на чужом языке.       – Прости, что? – на всякий случай переспросил Такер, но по лицу Итана понял, что тот его тоже не понимает. В этом мире они разговаривали на разных языках. – Сейчас. Подожди. Хонг, сюда иди!       Парень неохотно показался из дома. Озираясь по сторонам подошел к парням.       – Да, Владыка?       – Я не понимаю его языка, чушь какая-то. Мне надо, чтобы ты переводил для меня его речь, а мою ему.       – Я не могу, – эльф потупил глаза. – Я не знаю языка северян.       – Тогда позови свою подругу, пусть переводит она. Мы должны поговорить!       – Но она не знает наш язык.       Дим долго смотрел на эльфа, пытаясь переварить то, что услышал. Посмотрел на озадаченного Итана, перевел взгляд на замершую на пороге дома девчонку.       – А как же вы общаетесь? – все-таки спросил Дим самый глупый из всех возможных вопросов.       – Сердцем. Нам не нужны слова, – Хонгсаван обернулся к эльфийке, даря ей нежную улыбку.       – Полный финиш, – выдохнул Дим, жестом отсылая парня обратно в дом, чем тот поспешил воспользоваться. Снова повернулся к Итану, понимая, что этот язык им пока не доступен. – Мы с тобой крупно попали, Итан.              Пока эльфы миловались в дальней комнате дома, Дим с Итаном устроились в гостиной. Харрис что-то пытался объяснить Диму, говорил на неизвестном языке, указывал пальцами то на влюбленную парочку, то в сторону поселения. Дим понял только то, что Итан чувствует, где Лекс. В целом, этого было достаточно. Чтобы радоваться. Вот только счастья Дим не испытывал. Тот факт, что они по неизвестной причине говорили на разных языках, заставил Такера серьезно задуматься. Хотя задуматься стоило гораздо раньше. В их родном мире был свой язык, вряд ли тот же Ремиран мог говорить на нем же. Да и другие миры. Ладно тот, который выдумал Дим, или прошлый, копия их мира. Но ведь все остальные миры… получается, попадая в новый мир они автоматически начинают говорить на языке того мира, а еще точнее, на языке того места, где оказываются. А свой язык забывается, иначе они бы сейчас с Итаном не сидели в тишине, пытаясь понять, как быть дальше. Надо было брать себя в руки и идти искать Лекса, но Дим боялся, что и его они не поймут. Вряд ли тени говорят на языке северян или южан, скорее уж на каком-нибудь мертвом языке.       – Дим, pi kan tea, – Итан подошел к Такеру, положил руку ему на плечо.       – Что?       – Лекс. Pi kan tea, – снова повторил Итан, кивнув на лес.       – Не сейчас, – Дим отрицательно помотал головой. – Нам бы друг с другом разобраться. К тому же местные не очень доброжелательны.       Итан удивленно глянул на Дима, пожал плечами и устроился рядом. Такер ощущал его близость, слышал его спокойное дыхание и очень жалел, что не может сейчас рассказать Итану о своих чувствах. Вот они рядом, а внутри бушует буря эмоций. Хочется высказаться, рассказать про прошедшие, сколько там дней? Двадцать? Сказать, как скучал, как ждал этой встречи. Вот только ждал ли ее Итан? Скорее уж он пришел сюда лишь для того, чтобы найти Лекса, вместе разобраться в ситуации и двигать дальше.       Обида кольнула в сердце, и Дим с тоской глянул на Итана. Невозможность даже просто поговорить казалась невыносимой. Такер поднялся и вышел на улицу, вдыхая ночной воздух. Вокруг дома в темноте мелькали тени, и настроены они были не очень дружелюбно. Сэтас внутри заволновался, желая схватиться за меч, но Дим остановил его. Пока тени не нападают, он не собирался их атаковать первым. Если учесть, что это души умерших эльфов, а кто-то из них, вполне возможно, является теми, кто жил здесь ранее, то их можно было понять. Погибшие, не упокоенные, присутствие живых им может быть неприятно.       Дим долго стоял на крыльце, глядя в ночь, пока бог внутри не успокоился окончательно, не затих, подчиняясь его воле. Следом успокоились и тени. Их хаотичный бег вокруг прекратился, и теперь они просто мелькали среди деревьев, не обращая на Дима внимания.       – Итан? – негромко позвал Дим, дождался, пока парень не вышел к нему. – Смотри, тени вроде притихли. Если не бояться их и не нападать, они не тронут.       Итан вздохнул, снова обреченно проговорил что-то на незнакомом языке и всмотрелся в темноту перед ними. Его рука легла на амулет на шее, от которого потянулась сила, едва он заметил метнувшуюся к ним тень. Вот только Дим не дал ему ничего сделать, поймал его руки, сжал свою ладонь на его пальцах.       – Нет, – мотнул он головой. – Они не опасны. Смотри.       Харрис замер, так и не позволив змее появиться. Дим чувствовал, как бьется его сердце. Сначала быстро, хаотично, а после постепенно успокаиваясь. Как он и ожидал, тени тоже затихали.       – Они чувствуют то, что чувствуем мы. И наша задача помочь не только живым, но и тем, кто проклят скитаться в этом лесу.              Итан старался дышать медленно – рука Дима была слишком горячей для этой холодной ночи. Тени вокруг постепенно затихали, и до Итана начало доходить. Дим понял это первым – тени не опасны. Они потеряны и реагируют лишь на эмоции. Страх, агрессия пугают их, а потому они атакуют. Он посмотрел на Такера, стоящего рядом. Его лицо было абсолютно спокойным. Попытался уловить отголоски эмоций Ирруса, но и он был тих. Первые эмоции утихли, схлынули. Все же отголосок бога не мог взять верх над Итаном, и страх, смятение и радость от встречи с другом быстро ушли, оставляя Харрису только его собственные чувства. Он не понимал, почему Дим не захотел сразу отправиться за Лексом, ведь он должен был догадаться, что Итан его чувствует. Было ли дело в тенях? Или в чем-то еще? Он не знал, как получить ответы. Такер говорил на незнакомом языке, а Камлаи помочь не могла. Она, как и Итан, не понимала языка южан, а со своим избранником почти не разговаривала. С ее слов, им не нужны слова, ведь они любят друг друга и говорят сердцем. Этот дар Итану был неподвластен, и он долго думал, как найти выход, и только сейчас, стоя на крыльце дома посреди мертвого леса, начал понимать. Если он хочет выбраться из этого мира, ему придется как-то находить способы искать общий язык. И возможно, единственный способ сделать это – дать волю богу внутри себя. Все же это его мир и его названый брат. Может, хоть он поможет понять Дима. Итан боялся сделать первый шаг, ждал каких-то решений от Дима, к тому же тот привык быть главным в их компании, вот и пусть берет ситуацию в свои руки.       – Итан, rao qur cha pi, – тихо проговорил Такер, нехотя отнимая свою руку от ладони Итана.       Кожу сразу обожгло холодом, и Харрис поежился.       – Если бы я понимал, что ты говоришь, – вздохнул он.       – Rao tong ha Лекс, – спокойно повторил Дим, кивнув на лес.       После вернулся в дом, что-то сказал южанину. По реакции парня Итан понял, что тот вовсе не рад тому, что его бог уходит. А то, что Дим уходит, было понятно даже ему.       – Повелитель? – догнала его Камлаи уже на выходе. – Ты тоже уходишь? Куда?       – Все хорошо. Я скоро вернусь. Если не приду до рассвета, прикрой меня.       – Повелитель, но как же? Ты не можешь бросить нас!       – Я не бросаю, я вернусь.       Камлаи ему не поверила, но возражать не посмела. Испуганно прижалась к своему парню, провожая обеспокоенным взглядом богов. Парни покинули дом и молча двинулись по лесу. Итан был сосредоточен, выискивая Лекса, Дим шел рядом, очень близко, практически касаясь его плечом. В какой-то момент Дим начал о чем-то рассказывать Итану, по интонации Харрис понял, что тот старается скрыть волнение. Вряд ли парня беспокоили тени, мелькавшие вокруг, скорее уж он пытался скрасить ожидание встречи с Лексом. Не сказать, что Итан сильно расстроился, но рядом с ним Дим был спокоен. Хотя этого и стоило ожидать. Не имея возможности нормально общаться, подкалывать его у Дима бы не получилось. Что ж, Итану оставалось лишь идти по ниточке зова и наслаждаться голосом Дима.              К тому моменту, когда среди деревьев стало возможно рассмотреть очертания строения, Такер раз пять успел пожалеть и порадоваться, что Итан его не понимает. Он начал говорить, просто чтобы забить тишину. Не сказать, что призраки его пугали, но сама атмосфера этого места жутко давила. Чтобы хоть как-то разбавить давящую тишину, он начал рассказывать, как оказался в этом мире один, как его встретили местные, рассказал про Виная. В какой-то момент не сдержался, рассказал про свои мысли в прошлом мире, про свое отношение к двойнику Итана из того мира. И знал, что если бы Харрис его понимал, то как минимум бы обиделся, а как максимум залепил бы ему по роже. О своих мыслях на будущее решил умолчать – видимо, сущность бога внутри вселяла некоторую суеверность, и Дим не стал их озвучивать.       – Лекс ayu t ni sak haeng, – остановившись, произнес Итан, кивнув на развалины.       – Хреново, – скривился в ответ Дим. – Как же он тут выживал все это время?       – Dai yang ngi kha ayu chn diao?       – Тоже переживаешь за Лекса? – по интонации понял Такер. – Идем, найдем его.       Дим первым двинулся к руинам, стараясь не обращать внимания на тени, кружащие вокруг, а в особенности на то, что, судя по их движениям, настроение у них портилось с каждым шагом парней в сторону развалин. Когда Дим с Итаном оказались совсем близко к ступеням храма, тени буквально набросились на них. Дим машинально дернул Харриса себе за спину, прикрывая собой, но тень замерла прямо перед его лицом. Вокруг воцарилась гробовая тишина, нарушаемая лишь затухающим шипением огромной черной змеюки, появившейся из-за спины Дима. Тень обрела четкий контур и явно уловимый облик эльфа-мужчины. Призрак нахмурился, Диму даже показалось – вздохнул, а после медленно уплыл в сторону, освобождая парням дорогу.       – Я так и знал, что у тебя змеюка Ирруса в амулете. Шикарная, кстати.       Итан, как обычно, ни слова не понял, но улыбка против воли растянула губы, в голосе Дима чувствовалось восхищение. А еще Харрис не мог не признать тот факт, что Дим в момент опасности загородил его собой. А он даже поблагодарить нормально не мог. Тени расступились, обретая облик эльфов. Сейчас их вид уже не вызывал сомнений, что это души местных. Бесцветные, полупрозрачные, сейчас они выглядели почти как их живые собратья, хотя до этого больше напоминали мечущиеся сгустки тьмы. Дим, как и до того, пошел первым, осторожно обойдя змею. Харрису же ничего не оставалось, кроме как отозвать свою защитницу и двинуть следом.       Когда Лекс вышел к ним, Итан замер. Он ожидал, что Дим с радостью бросится к парню, но тот лишь улыбнулся и сказал что-то на чужом языке. Харрис даже растерялся. Почему так? Ведь буквально пару часов назад, когда они встретились с Димом, тот чуть ребра ему не раздавил, тиская, а тут… Неужели ссора между этими двумя затянулась настолько, что даже сейчас, спустя столько дней, Дим все еще не готов простить Кроуфорда?       Лекс очень спокойно улыбнулся, переводя взгляд с одного на другого, и ответил Диму на его языке. Стало немного обидно, ведь выходило, что эти двое хоть и в ссоре, но могут общаться, а он снова один.              – Привет, Лекс, – тихо поздоровался Дим.       Он чувствовал внутри очередную волну смятения, но в этот раз не мог понять, его это чувства или Сэтаса. А может, и их обоих. С одной стороны, он был дико рад видеть Кроуфорда, но с другой, та стена, что выросла между ними в последнее время, не давала этой радости выйти наружу. Притихший до того бог испытывал нечто подобное, только еще и помноженное на огромное чувство вины. Лекс тем временем перевел взгляд с него на Итана, вернул Диму улыбку.       – Здравствуй, Дим. А вы долго.       – Местные слишком помешаны на ритуалах и предсказаниях, – Такер заметно расслабился, осознавая, что понимает Лекса. Он сильно боялся, что тот будет говорить на третьем языке и они вообще не смогут нормально общаться.       – Да уж, заморочек у эльфов выше крыши.       – Как ты?       – Отлично. Только скучно, тени не особо общительные ребята, из них слова клещами тащить приходится.       Лекс выглядел спокойным, можно даже сказать, умиротворенным. Он снова перевел взгляд на Итана.       – Привет, Итан, – произнес он на неизвестном языке, и Дим основательно завис. Лекс говорит на обоих языках?       – Что? Ты и на языке северян тоже говоришь? – искренне удивился Харрис.       – В каком смысле тоже? – не понял Лекс.       – Ты же только что говорил с Димом на языке южан!       Лекс перевел взгляд на Такера. Тот стоял удивленный и даже недоумевающий.       – Дим, ты что, не понимаешь Итана?       – Ни его, ни тебя, когда ты с ним говоришь, – осторожно ответил Дим. – А ты?..       – Я просто говорю с вами, – Лекс выглядел растерянным.       – Здорово, – усмехнулся Дим. – Ну, хотя бы ты можешь разговаривать с нами, станешь нашим переводчиком.       – Ладно, это уже неважно. Зеркало здесь, мы можем уйти.       – Зеркало здесь? – в голос удивились парни и тут же переглянулись.       – Класс, – Кроуфорд не смог сдержать улыбку. – Выходит, когда я говорю с вами обоими, вы оба меня и понимаете?       Дим внимательно посмотрел на Итана. Лекса-то они поняли, а вот друг друга… для него Харрис произнес все ту же тарабарщину, что и раньше, и только по интонации он понял, что их слова совпали.       – Выходит так, только уйти мы не можем. Мы тут не просто так, надо что-то делать с эльфами и их войной.       – Но ведь зеркало здесь, – попытался возразить Кроуфорд.       – Дим прав, уходить рано, – прервал его Харрис. – Сначала надо разобраться с этим миром.       Лекс внимательно посмотрел на Итана.       – А говорил, не понимаешь, что говорит Дим.       – Я и не понимаю, но несложно догадаться, что он хотел сказать. Боги внутри нас неспроста. Да и вообще, мы не можем уйти. Если уйдем сейчас, этот мир погибнет.       – Может, этот мир заслужил погибнуть?       – Никто не заслуживает такой судьбы. Мы должны решить, как примирить два народа.       Дим наблюдал за диалогом парней, не скрывая улыбки. Судя по их интонациям, Итан тоже не собирался так быстро уходить. Было приятно, что их мысли сходятся. Харрис что-то усердно доказывал Лексу, когда Дим заметил легкое волнение теней снаружи храма. Сэтас внутри встрепенулся. Он считал это место своим домом и сейчас решил, что в его дом пришли чужаки. Меч материализовался в руке, заставляя парней напряженно замолчать.       – Мы не одни, – тихо бросил Дим, осторожно двигаясь ко входу.       Он медленно вышел на ступени храма, следя за взволнованными тенями, и сразу заметил замершую перед храмом парочку.       – Вам велено было ждать в том доме, – подошел он к эльфам, пряча меч.       – Владыка, прошу прости нас. Мы не могли… мы должны были…       – Кто это? – к ним вышел Лекс.       – Парочка наглых эльфийских детишек, которым здесь быть не следует.       – Парочка детишек? Южанин и северянка? Вместе?       – Ага, немного странная для этих мест, – усмехнулся Дим, а после снова повернулся к Хонгсавану. – Вам здесь не место. Идите-ка вы обратно.       – Дим, стой, – к Диму подошел Итан. – Пусть останутся.       Такер окинул Ита взглядом, пытаясь сообразить, что тот хотел сказать.       – Хочешь, чтобы они остались? Зачем?       – Не зря же они сюда пришли. Они могут помочь нам.              Диалог клеился с трудом. Дим и Итан общались между собой исключительно через Лекса, тот растерял все свое внутреннее спокойствие и начинал откровенно психовать. Он не понимал, почему парни так упорно пытаются решить проблемы этих эльфов. Ну перебьют они друг друга, так и пес с ними. Их вроде такой исход вполне устраивает. Даже те, что окружали его, души мертвых, даже они не горели желанием жить в мире, хотя и не понимали, кто из них кто, а потому были все время злы. Но Дим и Итан на два голоса убеждали Лекса, что обязаны помочь местным. Не выдержав этого сложного во всех отношениях разговора, Лекс сбежал первым. Ушел вглубь храма, в комнату, где провел все эти дни, с трудом представляя, как не сошел с ума от одиночества. Хотя до встречи с парнями ему казалось, что все хорошо, что он в безопасности, в комфорте и жизнь прекрасна, хоть и немного скучна. Видимо, парни были правы, говоря, что в них в этом мире поселились местные боги, и Лексу досталась богиня Кейра. Видимо, именно она дарила ему то спокойствие, а сейчас притихла, ушла на второй план.       Судя по едва пробивающимся еще совсем тусклым отблескам света над верхушками деревьев, близился рассвет. Итан сидел на ступенях храма глядя на сереющее небо. Солнце встанет через пару часов, но будет ли свет здесь? Казалось, что этот храм буквально излучает тьму. Место крайне мрачное и безжизненное. Лекс скрылся в глубине храма, Дим задумчиво подпирал дерево метрах в пяти. Да уж, диалога не вышло. Лекс не столько пытался перевести им двоим чужие языки, сколько спорил о необходимости оставаться в этом мире. Но Итан уходить не собирался. И дело было даже не в притихшем в нем боге, Иррус никак не проявлял свое присутствие, словно принимая любое решение Итана за единственно верное. Дело было в том, что сам Итан не мог уйти. Достаточно вспомнить Камлаи и ее горящие любовью глаза, когда она смотрела на своего южанина.       – Что ж ты притих, Повелитель змей? – тихо спросил Итан, обращаясь к сущности внутри себя. – Хочешь, чтобы за тебя твои ошибки исправляли другие? Может, хоть совет дашь?       Иррус не ответил. Дим, окинув его взглядом, отвернулся. Зато на его голос из храма вышла эльфийка. Подошла, села рядом на ступени.       – Повелитель, нам пора возвращаться.       – Я не могу уйти.       – Эльфы будут волноваться. Если уж вам не удалось договориться и войне быть, то ты должен повести свой народ.       – Я не допущу войны, Камлаи. У нас еще пара часов до рассвета. Дай мне подумать.       – Здесь мрачно, – спустя минуту тихо произнесла девушка, обхватывая себя руками.       – Конечно. Здесь умерли боги, – машинально ответил Итан и замер.       А ведь это именно то место, где меч Сэтаса пронзил грудь своего друга, а чуть впереди, заросший сухим плющом, вовсе не пень, а древний алтарь. Тот самый, у которого от его же меча погибла Кейра. Место, с которого все и началось. Место, на котором все и закончится. Он молча поднялся, на негнущихся ногах подошел к алтарю, срывая плющ.       – Что это? – из-за его плеча показалась эльфийка.       – Алтарь. Раньше сюда приносили венок те эльфы, которые хотели связать себя узами брака. – Изнутри пришли знания. – Пара возлагала сплетенный обоими венок, а Кейра проводила ритуал.       – Сейчас венок несут в храм Сэтаса, но это бывает очень редко. Старая забытая традиция. Да и из визалия венки не плетут, не растут они нигде, кроме как возле храма Кейры, Хозяйки Жизни, точнее, ныне Хозяйки теней.       – Жаль.       – Да. Я бы очень хотела обвенчаться с Хонгсаваном здесь, – грустно произнесла девушка, отводя взгляд от алтаря.       Итан посмотрел на нее, повернулся к храму, где на ступенях неуверенно топтался эльф, и почувствовал внутри отклик. Иррус впервые с момента, как увидел Дима, ожил, встрепенулся.       – А что мешает сделать это сейчас? – обратился он к эльфийке.       – Сейчас? – Камлаи вздрогнула. Обернулась к своему возлюбленному, снова уставилась на алтарь. – Но ведь у нас нет венка, да и Кейра…       – Венок сплести недолго, а вместо Кейры у нас Лекс. Думаешь, твой парень не против? Все равно, пока мы что-нибудь не придумаем, делать тут совершенно нечего. Пользуйся моментом.       Эльфийка, радостно пискнув, убежала, а Итан тише добавил:       – Другого может и не быть.              Дим не совсем понял, с чего эльфята вдруг словно с цепи сорвались, бросились собирать какую-то особую траву, а набрав, начали плести замудренную хрень. Но тот факт, что его Хонг аж светился от счастья, радовал. Итан что-то придумал, но делиться не спешил. Ребятки увлеченно сплетали стебли между собой, как всегда молча, соприкасаясь пальцами и даря друг другу нежные улыбки. И ведь понимали друг друга.       – Что ж ты задумал? – подошел он к Харрису.       Итан ответил, кивнув на алтарь.       – Хочешь свадьбу деткам сыграть по-быстрому? – понял Такер. – И то верно. Боюсь, не договорись мы в ближайшие пару часов, и к обеду тут будут обе эльфийские армии. У них там все готово уничтожить друг друга. Пусть порадуются на прощание.       – Каков план? – Дим даже не заметил, как к ним подошел Лекс.       – Хотим поженить голубков, – весело отозвался Дим.       – А кто женить будет?       – Ты, – улыбнулся Итан.       – Я? А чего это? Я не умею.       – Кейра умеет. Дай ей немного воли, она все сделает. Думаю, не откажет в такой малой просьбе. Ненавидит она только Сэтаса, эльфята ни при чем, – Дим не сводил глаз с парочки.       – Кейра никогда не ненавидела Сэтаса, – тихо проговорил Лекс, и бог внутри Дима ощутимо вздрогнул. – Она любила его как брата. И ей жаль, что она поторопилась.       – Все они поторопились. Сэтас не хотел ее смерти, но не смог справиться с безумием, узнав о ней и Иррусе. Как не смог простить себе и то, что отнял жизнь у брата.       – Эти трое просто запутались, – отозвался Итан. – Им бы поговорить, а они…       – Может, и мы друг друга не понимаем, потому что боги наши не захотели разговаривать, а скрывались да за мечи хватались? – добавил Дим, переводя взгляд на Итана.       – Оттого и мы друг друга теперь не понимаем, – кивнул тот.       – Вы бы себя сейчас слышали, – Лекс не смог сдержать улыбку. – На разных языках, а диалог ведете и друг за другом договариваете. Этим богам бы у вас поучиться.       Парни переглянулись, и Дим не смог сдержать облегченный смешок. Да уж, сколько времени они вместе? Уже даже мыслят одинаково. Сэтас внутри пристыженно затих, пряча свои эмоции. А Дим решил, что у богов еще будет время поговорить, когда они уйдут. У них будет целая вечность, а пока их время.       – Светает, – проговорил он, глядя в небо. – Поторопиться бы нам.       Словно услышав его, эльфы синхронно поднялись со своих мест и бодро подбежали к парням, показывая готовый ритуальный венок. На алтарь, любовно очищенный Итаном от пыли и мусора, парочка возложила свое творение, замирая перед ним и покорно склонив головы. Лекс встал напротив, а Итан с Димом по бокам. Они интуитивно чувствовали, как лучше поступить, и пока Лекс, погрузившись в транс, произносил какие-то слова, Дим смотрел, как первые лучи солнца медленно пробиваются сквозь густую вязь веток. Как один из лучей упал на алтарь, как другой заиграл в волосах Итана. Дим завороженно смотрел на игру света, а потому не сразу заметил, что тени, слетевшиеся к месту обряда, начали таять. Серые силуэты эльфов медленно светлели, становились прозрачными, а в тот миг, когда на запястьях новобрачных вспыхнул ритуальный узор, тени словно вздохнули и исчезли, оставляя после себя ощущение свободы, радости и надежды.       – Теперь они свободны, – с облегчением проговорил Дим, чувствуя эмоции тех, кто томился в плену этого места сотни лет.       Итан повернулся к нему, ошарашенно огляделся.       – Тени исчезли? – произнес он.       – Да. А еще я понимаю тебя.       – В каком плане?       – В прямом, – улыбнулся Дим, и до Итана дошло.       – Серьезно?       Дим с нескрываемой радостью смотрел на парочку влюбленных эльфов. Не зря не прогнал, послушался Итана. Этот союз юга и севера был нужен. Осталось сделать лишь сущую малость – примирить две многотысячные армии, подступившие к храму с двух сторон.       Первым от шока отошел король южан. Выступил вперед, подошел к Такеру.       – Владыка? – Эльф в недоумении смотрел то на пару молодоженов, то на своего бога.       – Война отменяется, Прасет. У нас тут свадьба, как видишь.       – Но ведь… Северяне откажутся от притязаний на власть?       – Северянам власть не нужна, – вступил в диалог Итан. – Вы сами придумали эту войну. Они так же, как и вы, хотят мира.       – Южане первыми напали на нас! – вдруг выступил и северный правитель. – Они убили нашу будущую королеву в день ее свадьбы.       Дим развернулся, окинул взглядом эльфа. Вот они, два правителя двух земель. А этот, получается, детище Сэтаса?       – А ты был там, король? – Такер вышел вперед. – Ты сам видел, кто пустил ту стрелу?       – Та самая стрела и по сей день хранится у нас. Стрела южан.       – А из чьего лука была пущена та стрела? Чья рука натянула тетиву? Не знаешь? Так вот я скажу тебе. Сэтас отдал приказ. Ему, потерявшему рассудок богу, нужен был хаос, нужна была месть. Но было это тысячу лет назад. А сейчас он стоит перед тобой, бок о бок с тем, кто ранил его сердце. Он привел сюда армию южан. Не для войны, для мира. Северный бог.       Эльф явно смутился. Его устои, его вера, тысячелетие подпитываемая ненавистью к соседям, пошатнулась. Дим отвернулся о него, нашел среди воинов Виная, стоящего в первых рядах. В глазах его плескалась такая нескрываемая надежда. Дим обвел взглядом тех, кого мог рассмотреть, – сотни глаз. Они пришли сюда умирать, а теперь мечтали о жизни.       – Дим, – позвал его Итан, – нам пора. Думаю, наша задача выполнена. Тени свободны, боги тоже. А эльфы сами должны решить свою судьбу. У них больше нет поводов для войн, зато есть повод для мира. Если не захотят продолжения этого бесконечного кошмара, научатся жить в мире. У них есть отличный пример, – он кивнул на парочку у алтаря.       Такер почувствовал благодарность Сэтаса. Он знал – боги из этого мира не уходят, они присмотрят за своими детками. А им действительно пора. Зов зеркала стал ощутим даже ему.       – Ты прав, пойдем. – Дим вынул меч из ножен, подошел к алтарю и вогнал его в землю перед ним.       Ему ни к чему оружие этого мира. Пусть остается, как символ северного бога.       – Сэтас? – голос Виная заставил обернуться. – Ты уходишь?       – Я – да.       – Но как же нам быть дальше? Что делать?       – Жить. Ухожу только я, Сэтас останется и присмотрит за вами. Не оплошайте на этот раз.       Дим сжал плечо эльфа и с улыбкой двинулся к храму. Лекс проводил его взглядом, усмехнулся, глядя на вогнанный в землю меч. Дим позер. Не скрывая улыбку, обошел алтарь, поднял венок и повесил его на эфес меча. А после удалился вслед за другом. Итан, глядя на парней, подумал, что расставаться со своим амулетом не собирается, и хотел уже было демонстративно свалить, но сила Ирруса решила сама. Змея сорвалась из подвески Итана и метнулась к мечу с венком, уменьшаясь до размеров обычного ползучего гада. Змей обвил меч и застыл каменным изваянием, замыкая композицию.       «Позеры», – подумал, уходя, Лекс. У самого входа замер, оглянулся на молодоженов и словно увидел, как под сердцем у Камлаи забились две маленьких жизни. Богам дан второй шанс, а Кейра в этот раз присмотрит за ними как положено. Лекс с умиротворением покинул поляну, полную притихших эльфов, вошел в храм, прихватил вещи, свои и парней, и прошел к зеркалу, где его уже ждали друзья.       – Что ж, в путь. Может, в этот раз повезет и нам, – усмехнулся Лекс и отразился в зеркале.