Часть 17
9 июня 2021 г., 20:33
Ибо просыпается в знакомой комнате, он не был тут уже два года, но прекрасно помнит эти стены. Повернув голову, он видит сидящего рядом и смотрящего на него Цинхана, который вертит в руках телефон. Его телефон. Ибо, сглатывает, чуть заметно усмехается.
— Ты добился своего, — медленно говорит он, чтобы как можно меньше тревожить еще не полностью зажившую челюсть. — Что дальше?
— Мы будем продолжать игру. — Ибо смотрит вопросительно. — Игра усложнилась, когда ты решил отойти от дел, но теперь мы снова вместе. И все твои планы по успешному спасению улетучились вместе с планами на счастливое будущее.
Слова звучат, как звук взведенного курка. Лицо Ибо каменеет, и он всем телом напрягается, рыпается в попытке встать, но чувствует, как что-то держит его. Руки прикованы наручниками к изголовью кровати. Ничего не говоря, он метает взгляд на Хана.
— Чтобы ты не сбежал, — дружелюбно объясняет Хан, показывая пальцем на его пристегнутые руки.
Ибо смотрит на Цинхана, обхватив пальцами цепи, он дергает их вниз и клонит голову в бок, улыбается еле заметно и поднимает нахально бровь.
— Ты прав, — усмехается Цинхан, — это тебя не остановит. Но тебя остановит то, что, рыпнись ты хоть раз, я убью Сяо Чжаня, не моргнув глазом, — на полном серьезе, без улыбки и иронии, говорит Цинхан.
Ибо в лице меняется сразу же, руки напрягаются, сжимая цепи еще сильнее. Он сверлит Цинхана взглядом, и тот внимательно смотрит в ответ.
— Задаешься вопросом, что я от тебя хочу? — кивает Хан. — Все просто, стань прежним. Стань тем, кем тебе суждено было быть с самого начала.
Ибо снова еле заметно усмехается, опустив голову. Ему так надоело слушать эти пафосные фразы.
— Конкретнее, — собрав все мелькающее по стенкам сознания вопросы, лаконично спрашивает Ибо.
— Поздравляю, — возбужденно вскакивает Хан со стула, — вы перешли на новый уровень! — Он вмиг становится серьезным. — Больше никакой винтовки, Ибо, теперь только контакт, близкий, глаза в глаза.
— Нет… — беззвучно, одними губами говорит Ибо. Глаза расширяются от ужаса, объявшего его от услышанных слов. Он действительно это сказал? Знает же, что он не сможет. — Пытался… не вышло, — отдельно говорит Ибо не в состоянии говорить цельными предложениями. С каждым новом словом, боль в челюсти становится всё сильнее.
— Раньше не было никакого предлога, а теперь есть.
Ибо прекрасно понимает, что теперь, когда в его жизни появился Сяо Чжань, вернее, когда он сам втянул его в свою жизнь, он стал уязвим. Теперь ему придется делать все, что прикажет Хан, чтобы защитить Чжаня.
«Скажи я Чжаню раньше, сидел бы себе сейчас спокойно на нарах», — думает Ибо, мысленно давая себе пощечину. — «Тогда он бы этого не вынес… а сейчас? Сейчас вынесет, когда узнает, что делил постель с безжалостным убийцей?».
Ван Ибо лихорадочно спорит сам с собой, пока в его лицо не плещут водой.
— Я с кем разговариваю? — грозно кричит Цинхан.
— Телефон? — в глазах всё плывет, Ибо снова замечает зажатый в руке Цинхана телефон.
— Господи, я думал хотя бы со сломанной челюстью ты перестанешь болтать, — устало выдыхает Цинхан и трет переносицу. Он медленно подходить к окну, швыряя в него телефон.
— Ты… — дергается Ибо, но тут же приглушенно стонет, когда Цинхан хватает его за шею, вдавливая в подушки.
— Успел? Успел, я тебя спрашиваю?! — он свирепеет на глазах.
— У…бей, — хрипит Ибо, — по… жалуйста…
— Отвечай! — рычит Цинхан. — Я хочу знать, что ты ему написал!
— Ничего… не написал… не успел.
Ван Ибо догадывался о том, что Хан приехал забрать его, сразу же, как тот утром вошел в палату. Он попытался найти телефон, но не смог. Когда Хан ушел заполнять документы, а в палату Ибо зашла медсестра, в голову ему пришел один, единственно возможный, вариант. Он передал две записки, одну, которая предназначалась Чжаню и другую, в которой просил передать послание человеку, который за ним придет.
Он очень надеется, что Чжань получит это послание и спасет, а точнее воздаст по заслугам, — и ему, и Цинхану.
Цинхан отпускает горло Ван Ибо, когда тот уже теряет сознание. Он знает, что, действительно, возможности написать Чжаню у него не было, но словам младшего все равно не верит.
***
«Если я и правда тот, кого ты искал 18 лет… Он не помнит, кто он? Но как это могло случиться?» — думает Чжань. Ему нужно кому-то это рассказать, он не может держать все это в себе, это очень тяжело. Мальчик, которого по его вине похитили, и парень, которого он любит, — это один и тот же человек, плюс ко всему преступник, которого ищет вся милиция Китая. Что ему делать с этой информацией? Он, конечно же, может пойти со всем этим к начальству. Тогда сомнений, что Чжан Цинхан жив, больше не останется, и все силы будут пущены на его поимку, но вместе с ним зацепит и его сообщника — Ван Ибо. А еще, Чжань может ничего не говорить, но тогда дело просто встанет, и ему самому придется найти Ван Ибо, чтобы узнать у него все, что происходило за эти годы и почему он таким стал, а еще решить, как ему помочь. После долгих колебаний Чжань решает позвонить Сюань Лу, она единственная, кто сможет его понять, кто даст правильный совет. Он несколько раз набирает её номер, но сбрасывает, не дожидаясь ответа, не зная, что он ей скажет, вернее, как он это скажет. При очередной попытке Лу оказывается быстрее. — Что такое? — Можешь приехать? — тихо хрипит он в трубку, вставший ком в горле не дает говорить нормально. — Да, — понимая, что это серьезно, без лишних вопросов отвечает Лу. Пока Чжань ждет приезда подруги, он еще раз сто успевает передумать. «Может быть, не стоит? Это может быть опасно, как для нее, так и для Ибо, которого начнут искать, если Лу решит все рассказать начальству». Как только он успевает об это подумать и берет телефон, в дверь стучат. Чжань открывает, на пороге ожидаемо стоит Сюань Лу и обеспокоенно смотрит и тяжело дышит, как будто бежала, молчит, не решаясь говорить. Состояние Сяо Чжаня ее пугает, он не был похож на того, кого она видела те же две недели назад. Осунувшиеся с впалыми щеками лицо с недельной щетиной, неряшливо, наспех зачесанные волосы, руки мелко дрожат, а глаза красные, будто тот очень давно не спал. Они проходят на кухню и Чжань еще долго время не может собраться с мыслью, но как только приходит осознание, что он доверяет этому человеку, как себе, Чжань негромко говорит: — Я нашел Ван Ибо. Лу сначала думает, что ослышалась или просто сошла с ума. Она знает, что Чжань искал этого мальчика 18 лет, и всегда эта тема была для него болезненной, поэтому мысль: «Он шутит» исчезает так же быстро, как и появляется. — Но… как? После первого же, казалось бы, простого вопроса Чжань впадает в ступор, не имея ни малейшего представления, с чего начать рассказ. — Я… в общем… Спотыкаясь и подбирая слова, Чжань всё-таки рассказывает ей про все свои мысли, которые его самого уже до костей обглодали. Чжань начинает с поездки в Лоян, где заметил странное поведение Сяо Яна, затем рассказывает про их схожие повадки с Ибо. И, чтобы у Лу не оставалось вопросов, он рассказывает про экспертизу, которую сделал в лаборатории Вэй Нина. А затем, не давая ей вставить ни слова, беспокойно бормочет: — Я должен его найти… он его забрал, я должен помочь ему, — частит Чжань путаясь в словах. — И как ты планируешь это сделать? — спрашивает Лу, глядя на с трудом сдерживающегося Чжаня. — Я не знаю, — кивает Чжань лохматой головой и подносит ладонь к лицу, сдерживая всхлип. — Чжань, ты же понимаешь, что он… — она делает небольшую паузу, а затем произносит самое страшное для Чжаня слово: — убийца? — Убийца? — повторяет Чжань и усмехается. — Нет… нет, он не может… — отрицая слова Лу, но понимая всю их правду, машет он головой и со всей яростью ударяет ладонью по столу, зажмуривая глаза. Чжань не замечает, как истерика, которую он так долго сдерживал, начинает набирать обороты. — Чжань успокойся, — говорит Лу, обхватив его лицо руками, — посмотри на меня. Смотри, говорю! До нее дошло, что не стоило говорить этих слов, даже если они были правдой. — У него не было выбора…- говорит Чжань, продолжая сжимать руки в кулак так сильно, что от напряжения костяшки белеют, а кончики пальцев неприятно пульсируют. — Ты, наверное, прав. Прости Чжань, я не должна была… — Что мне делать? — надломлено спрашивает Чжань, игнорируя слова шицзе. — Ты плохо выглядишь, тебе бы для начала отдохнуть, — поджав губы Лу встает с места и садится на корточки возле обессиленно уронившего в руки голову. — Я не… — Давай так, я сейчас заварю тебе чай, ты поспишь немного, а потом мы с тобой всё обсудим, хорошо? Чжань, не в состоянии спорить, просто кивает. Как только он садится на диван, на него с грохотом падает усталость, и пока Лу хозяйничает на кухне, он просто проваливается в сон. Чжань просыпается от резкого звука. Он вздрагивает, и медленно принимает горизонтальное положение. В комнате царит приятный полумрак, со стороны окна освежающе дует ветер, играя занавесками. Чжань кладет руки на пульсирующий затылок, сминая уже довольно отросшие пряди. Почувствовав запах свежей еды из кухни, Чжань медленно плетется туда и встречает Сюань Лу, бегающую между плитой и холодильником. — Садись, сейчас будем ужинать. Ужинать? Озадаченно смотрит Чжань, и положив руку на затекшую шею, чуть тянет ту в бок. — Сколько я проспал? — Весь день. Сейчас уже одиннадцать вечера, — улыбается Сюань Лу, расставляя всё необходимое для трапезы на столе. — А ты…- смущенно спрашивает он, сев на стул. — Не уезжала. Чжаню неловко. Он дожидается пока Лу наконец-то закончит бегать и сядет за стол, и они начинают ужинать. Кусок в горло не лезет и Чжань лишь без толку тыкает рис, думая обо всё и не о чем сразу. Мысли то волной сносит, оставляя лишь пустоту и звон в ушах, то снова они появляются, перебивая друг друга. — Я вот думаю, — нарушает неприятную тишину Сюань Лу и ловит на себе взгляд красных глаз, — как бы я поступила в такой ситуации? Всё это очень тяжело, но все, что я могу сказать, какой бы выбор ты не сделал, чью бы сторону не занял, я всегда за тебя, — она берет холодную руку Чжаня. — Чью бы сторону? — усмехается детектив, вскипая от подступающего гнева. — Про какую сторону ты говоришь? Тут нет сторон, Лу. Есть просто человек, у которого не было выбора, которому нужна моя помощь, который, возможно, даже не помнит, кто он, и который все эти годы жил в аду! — Чжань, успокойся! — кричит Сюань. Она понимает, что он чувствует, уж слишком хорошо она его знает. Ибо его Ахиллесова пята. Он пришел к ней за советом, но проблема в том, что она и сама не знает, что делать в такой ситуации. Есть убийца, которого найти будет возможно, если только Чжань отдаст следствию все то, что у него есть, и есть сам Чжань, для которого этот «убийца» не только друг, которого он искал всю свою жизнь, но еще и любимый, которого он боится потерять. — Нужно посмотреть материалы, которые нашла Мянь-Мянь, — Чжань устало выдыхает и опирается спиной о холодную стену, не сильно стуча по ней затылком. — Вот, — кивает Лу. — Начни работать, тогда найдешь то, чем сможешь помочь Ван Ибо. — Ты же понимаешь, что… — Чжань резко поворачивает голову в сторону девушки и в глаза его смешивается беспокойство, угроза и страх, которые не заметил бы только слепой. — Да, никто не узнает, но Чжань… — Лу встает с места и подходит к Сяо Чжань, взяв его за плечи и крепко сжимает. — Ты должен решить, что делать, и очень быстро, ведь медлить — значит дать им… — Губы Чжаня дергаются, тело под пальцами Лу напрягается. Для него убийца только один, и это не Ван Ибо. — Дать ему, — принимает правила игры Сюань Лу, — время на убийство новых людей. Чжань ничего не отвечает, лишь смотрит на Сюань усталым, измученным взглядом и вырвавшись из ее хватки, уходит обратно в гостиную. Сюань Лу уезжает, Чжань не провожает, он лишь лежит на диване в ожидании, когда хлопнет дверь. Все, что Лу сказала, он и так прекрасно понимает, но как это решить, понять уже сложнее. Чжань плетется в сторону двери и изнутри запирается. Он выйдет от сюда лишь тогда, когда поймет. Когда найдет решение Чжань шарит в пиджаке, достает флешку, найденную в доме Мянь-Мянь. «Ну что, Мянь-Мянь, поработаем», — грустно усмехается нелепости своих слов. На флешке множество подписанных папок, а отдельно от них, в самом конце, Чжань замечает аудиофайл. — Ну что, Сяо-Лаоши, поработаем, — слышится из колонок, и Чжань вздрагивает. Голос малышки звучит так… живо? Как-будто она сейчас рядом с ним в этой комнате. Чжань сначала улыбается, а затем смеётся, так искренне, как не смеялся всю последние дни. Его глаза наполнились слезами, но выйти им Чжань не дает. На них нет времени. — Я подумала, вам будет удобнее слушать и смотреть одновременно, а звонить не очень удобно, ведь я могу уснуть и не взять трубку. — Мянь-Мянь смеется, и смех это мелкими мурашками рассыпается по телу Чжаня. Голос девушки указывает на номер папки, Чжань послушно открывает, видя ворох документов, фотографий и сканов. — Я нашла много чего, не только о Ван Ибо, но и о человеке, который его похитил. Но, как бы вам ни было интересно читать о мальчике, начните с Чжан Цинхана. В документах, которые я нашла, он прописан как сирота, хотя родители у него есть, ну точнее были, умерли лет семь назад. С ними он не общался, они его бросили. Вырос в детдоме, и там случилось все самое интересное. Когда ему было 16, он, как прописано в документации по задержанию, обороняясь, убил человека, соседа по комнате. Чжань смотрит прикрепленные документы. Действительно, Чжан убил человека в 16, но ни фотографий, ни каких-то подробностей не было, одно лишь слово «самооборона». А затем он натыкается на заключение психиатра и внимательно вслушивается в пояснения Мянь-Мянь. — Психушка, следующая страница его жизни, был он там недолго и вышел как совершенно здоровый и не опасный для общества человек. А потом просто исчез со всех радаров. И уже через год официально всплывает его первое в серии убийство, кровавое, зверское… Фотографий с места преступления в детдоме нет, но, возможно, у вас получится пройти в главный архив, ну, или же в архив Сианя, в этом городе он жил, там должно быть хоть что-нибудь по этому делу. Чжань кивает. — Мянь-Мянь, можешь найти мне информацию про бывшего директора детдома? — просит Чжань, а потом понимает, что разговаривает с записью и просить уже некого… — Это все, что удалось найти о прошлом, а теперь самое интересное. Что было до похищения Ван Ибо, вы наверняка знаете, а вот что после… информации очень мало, но я была бы не я, если бы ничего не нашла. Чжань усмехается: «Чистая правда». — В 2004 случилась авария, в этой аварии, по документам, и погибли Ван Ибо и Чжан Цинхан. Но вот странность… Чжань эту странность замечает сразу же. Дорожная милиция в документах записала, что в машине никого не было, а потом, уже спустя неделю, эти документы были переделаны, и появилась запись, что погибших было двое. — Дальше еще лучше. На имя Ван Ибо никакой больше информации, он умер во всех источниках, но появляется Сяо Ян, который, по времени, сразу же после аварии летит в Германию, естественно, не один, а с братом Сяо Ханом. Почему я это связала? Фото Сяо Хана и Чжан Цинхана есть в материалах, сравните, думаю, вы и сами все поймете. Тут Чжаня как будто током бьёт, да так, что он чуть со стула не падает. «Брат, значит? Как же я сразу не заметил? Почему не узнал, когда увидел его?» Прошло восемнадцать лет и за эти годы Цинхан изменился, поэтому узнать его, даже видя старые фото, было сложно. Но сейчас, когда перед глазами Чжаня фото Сяо Хана и Чжан Цинхана с разницей в один год, сомнений не остается, это он. — Дальше информации больше. Сяо Хан — психолог, профессиональный гипнотизер и просто «хороший человек», как гласят отзывы в интернете. Они хорошо скрылись. Один — модель, у всех на виду, а другой — психолог, у всех на слуху, и не подумаешь, что могут кому-то навредить, если не знать всю их подноготную. А дальше вы все знаете, он уехал в турне по Европе и, параллельно с работой, вершил там свои дела. Потом в Корее был маленький инцидент, Сяо Ян пропал на две недели, а потом вернулся со странными побоями в области рук и шеи, которые были замечены дотошными фанатами, а затем сразу же всплывает труп. На этом все, до встречи, Сяо-Лаоши, звоните, если будут какие-то вопросы. «До встречи, Мянь-Мянь», — говорит по инерции Чжань и грустно усмехается. — «Спасибо тебе», — шепчет он, закрывая ноутбук. Он был рад слышать голос своей малышки. «Гипнотизер, говорите, хороший», — думает Чжань, лежа на диване с запрокинутой рукой на глаза. В комнату уже нагло пробираются лучи утреннего солнца, Чжань не спал всю ночь — опять. Понимая, что не уснет, он встает и снова идет на кухню. Снова засыпает кофе в турку. Он варит кофе уже пятый раз за ночь. «Ибо поэтому не помнит, кто он такой? Ведь вряд ли, знай он свое прошлое, стал бы спать со мной, да и вообще все это затевать… Но, даже если и не помнит, то все равно, зачем познакомился?» — широко зевая, перебирает Чжань вопросы в голове. Тут в памяти всплывают некоторые моменты, когда Ян пытался что-то сказать, но замолкал, говоря «еще не время». «Ты хотел попросить помощи? Тогда чего ждал так долго?» Очень много вопросов, на половину из них у Чжаня так и не появилось ответа, а прошло уже не много не мало две недели.***
— Ты не спишь еще? — заглядывая в приоткрытую дверь спрашивает Цинхан, и увидев темные глаза улыбается, заходя уже в комнату целиком. В руках у него поднос, поэтому дверь он прикрывает ногой. — Тебя жду, — говорит Ибо, приподнимаясь на кровати. — Ого, сам Ван Ибо меня ждет, — иронично пропевает Цинхан, и ставит поднос на тумбу. — Почему я не помню… — Ибо поднимает усталый взгляд. — Чего? — усмехается Хан. — Не строй из себя идиота, — закатывает глаза Ибо, снова падая на подушки, дернув всё еще пристегнутую руку. — Детство, — шепчет он, прикрывая глаза. — Ты бы сейчас не лежал здесь живой, если бы помнил… — Что ты имеешь ввиду? — не поворачивая головы, метает растерянный взгляд Ибо. — Ты был очень умным и способным для своих лет, и я понял, что именно ты станешь моей заменой в будущем. Но, несмотря на то, что ты был умен, ты был мал и очень хотел домой, это мешало «учебному процессу» поэтому пришлось тебя почистить, — Цинхан делает паузу, продолжая раскладывать всё для перевязки на тумбе, — немного — уточняет он. — Ублюдок! — шипит Ибо, дергаясь в сторону Хана, но руку ведет назад связывающая его со стеной цепь. — Ты чего такой резвый стал, месяц назад чуть не подох, а уже скачешь. Но это даже к лучшему, как раз пора начинать. Цинхан присаживается, потянув руку к лохматой голове. Ибо резко дергается, и чувствует, как крепко сжимают его щеки. В челюсти снова отдается болью, совсем не сильной, но всё равно не приятной. — Успокойся, — не громко рычит Хан, снимая с головы младшего бинты. — Перевязывать не будем, всё уже стянулось, — нагнув голову Ибо в бок, для лучшего обзора, проговаривает он. — Хорошо, что ты поправился, Ибо, я очень долго ждал. Через три дня, — похлопав младшего по щеке, улыбается. «Операция «спаси Ван Ибо» началась, Сяо Чжань». Хану было скучно, и он придумал замечательную игру на двоих, в которой выживет только один. Хан понимает, что Чжань рано или поздно найдет его и почему-то совсем этого не боится, наоборот, ему хочется столкнуться с ним в бою за такой трофей, как Ван Ибо. К тому же, ему интересно, как поведет себя Чжань, когда увидит, как его горячо любимый диди будет убивать зверски, кроваво, прямо как когда-то убивал Цинхан. Он выходит из комнаты Ибо, давая тому время на отдых. Ему понадобится много сил, чтобы справится с тем, что приготовил для него Цинхан. Чтобы перестраховаться, Хан придумал гениальный план, в котором у Ибо не будет выбора, опять. Хочет не хочет, он все равно убьет, а Хан за этим понаблюдает, посмотрит, как его творение достигнет своего апогея. Прошло еще три бессмысленных дня жизни Ибо. Всё это время он живет в мыслях о том, что же задумал Цинхан и в голову не приходит ничего, кроме как осознание того, что тот всё-таки заставит его убить. За себя не страшно, как и за людей, которым придется пасть от рук Ван Ибо. Страшно только за человека, который увидит это всё своими глазами и наконец-то осознает, что тот, мысль о котором он так бережно хранил в своём сердце, убийца. Ибо просыпается без наручников. На тумбочке снова стоит завтрак, который Цинхан оставляет ему каждое утро и который Ибо каждый раз игнорирует. Сегодняшний день исключением не становится. Смотря на еду, Ибо судорожно сглатывает от поступивший к горлу тошноты. — Доброе утро! — восклицает Хан, распахнув дверь комнаты. В руках его снова поднос, но теперь уже на нем стакан воды и несколько таблеток. — Это что? — кивает Ибо на тумбу, куда Хан ставит поднос. — Сначала поешь, а потом съешь это, — как с ребенком говорит Цинхан. — Да не смотри так на меня, это врач выписал. — Я не хочу есть. Давай сюда, — протягивает он руку к таблеткам. — На голодный желудок вредно, ешь, я сказал, — уже серьезно и грубо отзывается Цинхан. Ибо садится на кровать и приступает к еде, от которой воротит. Как бы Ибо ни хотел, еда просто просится наружу, и тогда, не в силах ее удерживать, Ибо выблевывает ее прямо под ноги Цинхану. Тот морщится, но ничего не говорит, лишь закатывает глаза и сует таблетки ему прямо в руки. Ибо съедает, запив их водой. — И что дальше? — А дальше… Ибо чувствует, как разум затуманивается. Он слов Цинхана больше не слышит, точнее не понимает, видит только очень медленно двигающееся губы. Ван Ибо не падает и не отключается, просто сидит, не в силах шевельнуться.***
Чжань открывает холодильник и смотрит на его пустое содержимое. Хлопнув дверцей, он то же самое проделывает и с навесным шкафчиком — там находит упаковку лапши. Достает, заливает кипятком и тупо смотрит на яркую упаковку все пять минут до приготовления. Прижавшись поясницей к барной стойке, он цепляет палочками жаром полыхающую лапшу и лениво тянет в рот, продолжая рассматривать узор старых обоев. В кармане домашних штанов вибрирует телефон, Чжань напрягается, отставляя разноцветную упаковку в сторону. Он видит имя на дисплее и быстро принимает вызов, приоткрыв губы в очередном вопросе, которые он задает уже третью неделю подряд. — Чжань, плохие новости, — начинает Сичен и тем самым будто бы ударяя Чжаня под дых. Детектив глотает воздух, сжав до хруста корпус телефона. — Включи телевизор, первый государственный, тебе стоит это увидеть. Чжань забывает отключится, он бежит к телевизору, запинаясь о кухонный стол и сбивая со всего пути стоящую по среди гостиной табуретку. Перевернув всё лежащие на диване верх дном, он наконец-то находит пульт и включает телевизор. «…труп мужчины. Убитый был обнаружен девушкой, которая вышла на пробежку и, двигаясь по своему обычному маршруту, наткнулась на ужасное зрелище». Чжань смотрит на заблюренные кадры, но прекрасно понимает, что там, это уже второе убийство за неделю, и он прекрасно помнит, как приехал на место притупление и увидел изуродованное тело и море крови. Он жмурит глаза с силой, до выступающих слез, и опускает глаз к полу. Девушка еще долго рассказывает о том какая в стране бездарная система защиты граждан и то, какая уязвимая полиция, если на протяжении долгого времени они не могут поймать человека, терроризирующего город, но потом, в потоке информации, Чжань слышит имя — его имя — и всем телом дернувшись, поднимает широко распахнутые глаза продолжая слушать голос девушки-репортёра. «…До сих пор не найден. Следите за новостями…» Чжань не выдерживает, он сжимает в кулаке пульт, а затем кидает его в показывающий фотографию Ван Ибо телевизор. Квартира снова погружается в тишину. Но ненадолго, почти сразу же Чжань слышит стук в дверь. — Чжань, ты видел? — Как только Чжань открывает в коридор влетает Сюань Лу, буквально сбивая того с ног. — Это же… — Лу нервно выдыхает. — Я дала тебе время самому разобраться. Я не лезла к тебе и других не подпускала. Две недели, Чжань… Но мы не можем больше молчать! Он переходит все границы, ты же понимаешь это? Чжань слышит, но не слушает. Он просто стоит и смотрит на огромную трещину на экране телевизора. — Чжань! — кричит Лу, выдергивая его из потока мыслей. — Да, — отзывает наконец Чжань, — да, я слышу. Это не он. Не Ибо, — тихо говорит детектив, бросая пульт на диван. Он говорит уверенно, но очень устало. Он устал повторять это. — Откуда ты можешь знать, может, ему крышу сполоснули, и он уже не тот, кого ты знал? Ты сам говорил, что Цинхан первоклассный гипнотизер, что ему мешает просто… — Нет, я знаю, — перебирая пальцы, уверяет Чжань. — Он бы не смог. При любых обстоятельствах — так не смог бы, — Чжань указывает на стенд с распечатанными фотографиями с места первого убийства. — Ван Ибо хоть и воспитан психом, но сам он вполне нормальный. Я видел. — Последнее Чжань говорит с особой нежностью. — А такое мог сделать только полный отморозок — психопат. — Тогда, ты думаешь, что это… — Цинхан, — голос меняется моментально. — Только я не знаю, зачем ему это нужно, не понимаю, чего он добивается, — Чжань заводит длинные пальцы в волосы и сильно сжимает у корней уже прилично отросшие пряди, которые он, с недавних пор, собирает в хвост. И тут в голове Чжаня всплывает послание на тумбочке в больнице: «игра началась». Детектив дает себе пощёчину, причем физически, чем заставляет Сюань Лу вздрогнуть, прикрыв открытый в немом «ой» рот. — Он со мной играет, — холодно улыбается Чжань, и бросается к столу. Он раскидывает всё, что ему сейчас не нужно в поисках того клочка бумаги. Найдя, он безумно улыбается и кладет его на край стола, показывая Лу. — Вот, он оставил мне это в больнице, когда я пришел поговорить с Сяо Яном. Два игрока, один победитель, а приз — Ван Ибо. Жилки на его лице задергались, а кулаки сжались так, что на руках выступили вены. — Для чего ему это, у него же совсем другие планы и мотивы? — Планы и мотивы он сохранит, а вот скорость и технику поменяет. Подогреет интерес, так сказать. Скоро будет еще один труп, через два дня, может, через три. Слишком уж долго Чжан Цинхан отсиживался в тени, он будет играть по полной. На всю… — И что ты будешь делать? — смотря на возбужденного до предела Сяо Чжаня, в ужасе смотрит Сюань Лу. — Играть, — он улыбается, криво, болезненно, и смотрит перед собой, представляя, как задушит Чжан Цинхана собственными руками — только бы найти.***
Ибо приходит в себя, как будто бы от сна, но понимая, что не спал, в гостиной Чжаня, и смотрит, как тот заваривает чай. Он видит родную спину старшего и пытается встать, но не получается, ноги ватные. — Очнулся? — спрашивает старший, передавая Ибо чашку с чаем. Ван Ибо молчит, не может ничего сказать. Он не понимает, что случилось. Вот его тошнит на ковер Цинхана от ужасной еды, а вот он сидит в гостиной Чжаня и пьет с ним зеленый чай. — Что же ты наделал, Бо-ди… — говорит Чжань и показывает Ибо на его окровавленные руки. Ибо отстраняется с испугом, роняя на пол кружку, и пытается оттереть кровь с рук об себя, но она не оттирается. — Не отмоешься, Ибо. В жизни не отмоешься. — Голос Чжаня звучит так спокойно, так размеренно, но так пугающе. — Ты мог бы стать кем угодно, но стал убийцей, — в голосе Чжаня звучит злорадство, — посмотри на себя… грязный, никому не нужный, убийца! Все мгновенно исчезает, и светлая комната проваливается в темноту вместе с Ибо, а затем он открывает глаза и видит себя опять в той же комнате, что и вчера, а рядом — Цинхан. — Привет, — улыбается он, протирая его руки влажным полотенцем. — Ты весь испачкался. Ну, для первого раза пойдет. Перепачканные в крови руки Ибо уже не были сном. Они становятся жестокой реальностью, в которой он стал настоящим монстром, тем, кем всегда боялся стать. — Что я… — дрожащим голосом спрашивает Ибо, не отводя взгляд от багровых рук. Он перебирает ногами, пытаясь отодвинуться от Цинхана, но понимает, что слишком слаб. — Что я сделал? — поднимает напуганный взгляд на учителя. — Оу! — Цинхан хохочет. — Ты сделал все, что я хотел, молодец, я тобой горжусь. — Что я сделал?! — Уже кричит Ибо и, собрав все свои силы, встает с кровати, но тут же падает. Ноги его не слушаются. — Тише, ты еще от таблеток не отошел. — Цинхан грубо поднимает его и усаживает обратно. — «Что сделал, что сделал?», заладил. Убил, первый раз что-ли? — совершенно спокойно добавляет Хан, выжимая красную воду из полотенца. — Псих… — усмехается Ибо, а глаза его переполнены ужасом. — Как я раньше этого не заметил, — стонет он, не в силах пошевелиться. — Может, потому что тебе было удобно со мной? Может, потому что ты такой же? Психопат. В ушах Ибо это звучит, как приговор. Он резко отворачивается, чувствуя, как глаза щиплет от соленной влаги. — Ты настолько хочешь быть обычным? — интересуется Цинхан, проводя полотенцем по тыльной стороне ладони младшего. Кровь запекшаяся, отирается плохо, но Цинхан никуда и не спешит. Он тщательно промывает каждый палец. — Но это же так… скучно, не правда ли? Вся твоя жизнь — серое пятно, но, как только ты убиваешь, появляется он, красный цвет. — Голос Цинхана становится чуть безумным, Ибо чувствует, как рука, протирающая его, останавливается. Он смотрит на застывшего в безумии мужчину и видит, как тот разглядывает кровавые подтеки. — Цвет боли, цвет страдания, цвет страсти и удовольствия, — завороженно проговаривает Цинхан и снова принимается за мытье рук. — Отдыхай, тебе предстоят сложные дни. Ван Ибо истощен. Он много спит и мало ест. Как бы ни хотел, организм просто отказывается принимать пищу. Хан, видя это, решает, что Ибо притворяется, и несколько раз пытается накормить его насильно, но все безрезультатно. Теперь Цинхан кормит его парентерально, через вену, и этого достаточно, чтобы Ибо раз или два в неделю мог выходить на дело. Но более, сил не на что не хватает, под тягучим и теплым голосом старшего Ибо засыпает, чувствуя, как летит вниз и конца этому полету нет.***
— Чжань, давай расскажем, — несколькими днями позже, когда число жертв нового серийного убийцы достигает пяти, настаивает Лу. — Мы сможем его защитить таким образом. Мы найдем Чжан Цинхана, и его посадят, а Ибо… — Тоже, — перебивает Чжань, отстукивая пальцами по столу. — Если я скажу начальству, то, конечно, Цинхан будет найден в первую же неделю… Но, ты же знаешь из практики, что он пострадает в меньшей степени, чем Ибо. Он манипулятор, кукловод, который лишь указывал на людей, а у Ибо, по мнению суда, был «выбор», который он сделал в пользу убийств… Хотя выбора, как такового, и не было. — Цинхан же его похитил, — мягко говорит Лу. — А Ибо убил 20 человек, кто в этом случае сядет на дольше? — Чжань швыряет в Лу взгляд полный злобы и гнева. — Ну, мы попробуем найти доказательства того, что это не он, — продолжает она, — точнее, не по своей воле. — Кого волнует? По своей, не по своей, — усмехается Чжань, а потом положив локти на стол, обхватывает затылок, будто прячась. — Я не могу, я не отправлю его за решетку, — мотает он головой. — Он этого не заслужил. — Хоть и не по свей воле, но он убийца. — Лу наконец-то говорит то, чего так боялся Сяо Чжань. — Пять человек, Чжань… Пять, и это не винтовка… Ты уверен, что хорошо знаешь того человека, которого ищешь? — голос её тверд, ниразу не надламывается, пока Чжань смотрит на нее. — Уверен, — сквозь зубы шипит Чжань. — Ты поступаешь как эгоист последний. — шипит Лу и детектив удивленно поднимает бровь. — Думаешь только о себе. Ты не хочешь его потерять, поэтому думаешь, что найдешь его сам и спрячешь, убережешь от тюрьмы, и он будет с тобой. Но Чжань, так не бывает. Если он действительно тебе дорог, то подумай о нем, а не о том, как ты будешь жить, когда его посадят. Он сейчас в месте куда хуже… — она говорит и говорит, и с каждым словом Чжань чувствует, что ком в горле становится все больше, в какой-то момент не давая сделать вдох. — Тем более, он сам просил ему помочь. Да, возможно, он познакомился с тобой именно ради того, чтобы ты его спас, но под спасением он имел в виду вытащить его из лап Цинхана, а не отмазать от тюрьмы, ведь так не бывает. Он уже зверски убил пятерых, а сколько было до этого, а сколько будет после… — Это не… — Точно ты этого не знаешь! Перестань и подумай здраво! Однажды ты сказал, что, что бы я тебе ни говорила, и как бы ты ни отрицал мои советы, они всегда оказывались верными. Так вот, Чжань, — она берет его за руки, — сейчас самым верным решением будет рассказать. Хван Чон поверит во все, что ты ему скажешь, так было, есть и будет всегда. Он поможет, он что-нибудь придумает. Ты и сам знаешь, что это лучший вариант для Ван Ибо. Чем дольше он у него, тем больше людей он убьет. — Но… — Он будет в безопасности, хоть и в камере. Это лучше, чем то, что он делает сейчас.***
Целыми днями Ибо ждет, когда же придет Чжань. Он, как маленький ребенок, смотрит вдаль через окно в надежде, что старший вот-вот спасет его, но этого не происходит. Каждый раз в комнату входит Цинхан, поит его какими-то таблетками и уводит куда-то, а затем Ибо просыпается весь в крови. В один из дней Цинхан уходит из дома. Ибо слышит это по уезжающей за всё это время в глухом лесу машине. Встать у Ибо не получается, он пытается, но каждый раз падает, не в силах контролировать свои движения. И тогда он ползет. Он не знает успеет ли до приезда Цинхана, но очень надеется, что если нет, то тот хотя бы разозлиться по-настоящему и убьет его с концами. Потому что терпеть Ван Ибо уже не может. Ползком Ибо добирается до соседней комнаты. Отдышавшись, он всё-таки поднимается, опираясь сначала о комод, а затем об дверь. Когда та была открыта, он распахивает её, и тяжело дыша, смотрит на содержимое комнаты. Видит стол с ноутбуком и облегченно выдыхает. Он делает пару шагов без опоры, от двери до стола, и тут же валится на пол, успевая ухватится за край. Он подтягивает себя и садится на стул. — Блядство, — ругается и откидывается на спинку стула. В горле пересохло, он тяжело сглатывает, осмотрев стол он видит не только ноутбук, но брошенный рядом телефон. Безграничное везение, о последствиях которых Ибо не думает. Он тянет руку к телефону, решая, что так будет быстрее. Зная номер Чжаня наизусть, он делает большой шаг к своему «спасению-приговору». Ибо отправляет короткое сообщение, которое сразу же даст детективу понять, кто отправитель. Не зная, отправилось оно или нет, он быстро нажимает «удалить у себя» и выйдя из чата, кладет телефон обратно. Ибо снова сглатывает, нервно посмотрев на дверь, ему сейчас предстоит хоть и короткий, но очень тяжелый путь обратно. Ибо сжимает край стола и встает, ноги уже не такие ватные, но он все равно чувствует ужасную слабость, а еще и голова неожиданно начинает кружится. Ибо доходит до двери, открывает ее и замирает. — Лин…юй? — очень слабо, практически одними губами шепчет Ибо и чувствует, как ноги подкашиваются. Он не успел.
