Птица высокого полета

Начавшийся еще утром снег к вечеру решил превратиться в настоящую, не по-весеннему колючую метель. На парковке у университета было людно и шумно: полумертвые после тяжелой недели и подгоняемые холодным ветром под зад, студенты торопились покинуть обитель знаний и разлететься по своим уютным гнездышкам. Вряд ли магловское общежитие можно было назвать таковым, но и оно было лучше бьющего по лицу снежного крошева. Сергей в очередной раз стер с лица лишнюю влагу и хлюпнул носом, без особого интереса наблюдая за тем, как две старшекурсницы ловко маневрируют по превратившемуся в каток тротуару. Шедшему следом угрюмому парню в легкой кожаной куртке повезло меньше, и через несколько секунд к скрипу колес и общему гомону добавились смачный шлепок, непечатное, хоть и весьма заковыристое ругательство и дружный гогот друзей пострадавшего. Разумовский прикрыл глаза и глубоко вздохнул, мысленно перебирая то, что предстояло сделать на выходных. Перед глазами все еще мельтешили строки кода вперемешку с цветными пятнами, а ноги потихоньку начинали дрожать. Ему хватило мозгов использовать согревающее заклинание перед выходом из здания, а вот догадаться изменить место встречи или вовсе отписаться Олегу, что он лучше сам трансгрессирует… − Не замерз еще? – раздалось сзади над ухом, и Сергей от неожиданности резко шарахнулся в сторону, на ходу поворачиваясь и выхватывая спрятанную под курткой палочку. Олег недоуменно моргнул и поднял ладони вверх, но Разумовский не видел у него на лице и тени раскаяния. К ним тут же поспешила оказавшая неподалеку староста, и палочку пришлось столь же спешно прятать обратно. − Хорошая реакция, − Волков опустил руки и сделал шаг вперед. Плащ мракоборца удивительно гармонично вписывался в тенденции моды магловского студенчества, но не привлечь лишнего внимания им все равно не удалось. − Сережа, у тебя все в порядке? – Настя с подозрением зыркнула на Олега снизу вверх из-под наполовину залепленных снегом очков, и Разумовский не сдержал улыбку. По какой-то причине вся женская часть группы еще на первом курсе решила взять над ним своеобразную опеку, выражавшуюся в постоянном подкармливании (против чего он совсем не возражал) и не менее постоянном надзоре, переходящем порой в откровенную слежку. Это уже напрягало, учитывая наличие у него волшебной палочки и Марго. Староста, впрочем, считала своим долгом ненавязчиво присматривать за всеми в группе, и пару раз действительно выручала Сергея в трудную минуту. Злиться смысла не было, но и представлять ей Олега он совершенно не планировал. − Все нормально, Насть. Я просто… немного из реальности выпал, пока друга ждал. − Тогда ладно, − мгновенно выйдя из боевого режима, староста окинула Олега с головы до ног цепким взглядом. Будто фоторобот составила. – Хороших выходных. И выспись, наконец. Девушка поспешила к машине, а Олег уважительно хмыкнул, провожая ее взглядом. − Тут тебя любят куда больше, чем в школе. Я мог бы быть спокоен, не пытайся ты угробить себя самостоятельно. Сергей хотел было возразить, но, открыв рот, неожиданно для самого себя громко и смачно зевнул, и возражать и спорить как-то сразу расхотелось. − Где оставил мотоцикл? − На работе и оставил. – Олег взял его за руку, и они, наконец, поспешили покинуть парковку. − В такую погоду летать еще гаже, чем стоять в пробке. Я так понимаю, ужин в кафе отменяется? Разумовский лишь утвердительно застонал, не желая и думать о том, сколько времени они потратят, пользуясь обычным транспортом. Трансгрессировать же после хорошего ужина было бы сущим кошмаром. − Закажем на дом? – найти достаточно безлюдное местечко в такой час оказалось делом непростым, и Олег продолжал шагать прочь от здания института, почти как на буксире волоча за собой едва переставляющего ноги Сергея. − Угу, − ответил он, из последних сил стараясь не спотыкаться и борясь с искушением попроситься на ручки. В школе держаться по трое суток без сна было куда как проще… Предательски скрывшаяся под снегом яма тут же свела на нет все его усилия. Оказаться в объятиях Олега было, впрочем, больше приятно, чем стыдно. − Я, кажется, обещал выкинуть весь кофе и энергетики, если ты еще раз докатишься до подобного. – Олег наверняка хотел звучать грозно, но вместо волка у него все равно получался обеспокоенный пес. Сергей тихо хмыкнул ему в плечо, пряча улыбку. – Наложу на твоих соседей Империус и заставлю кормить тебя по часам. Не веришь? − Верю, товарищ мракоборец Волков. − Тут же соврал он. – Давай уже, из-за снега все равно никто дальше своего носа не видит. − И то верно. – Олегу попытки найти безлюдный уголок тоже порядком надоели, и в следующий миг он притянул Сергея еще ближе к себе, словно боялся, что во время трансгрессии тот может куда-то потеряться. Внутренности привычно сдавило, и Разумовский порадовался, что в этот раз ему даже блевать нечем. В обеденный перерыв он допечатывал домашку, а на перемену их с семинара и вовсе не отпустили. Учеба в мире маглов вообще оказалась не такой простой и радужной, как поначалу представлялось юному амбициозному волшебнику. В этом мире, конечно, риск умереть или покалечиться на занятиях почти полностью отсутствовал, если не считать регулярные отравления едой из столовой. Но и общий темп жизни, и сроки, за которые требовалось вспомнить, как пользоваться общественным транспортом и всей современной бытовой техникой (в общежитии палочкой не помашешь) выматывали Разумовского так, что в первые полгода он едва не сдался и не оставил свою великую затею объединения двух миров. В самом деле, когда у тебя нет времени не то что следить за тревожными новостями волшебного мира, а даже на то, чтобы сходить в магазин или убраться, ведь приходится вспоминать, как держать в руках тряпку и швабру… Подленькие мысли о переезде к Олегу, быстро получившему от Министерства квартиру в безопасном и чистом районе, почти полностью заселенном магами, посещали его все чаще и чаще. О том, что в таком случае им даже не придется скрываться, ведь магическое сообщество относится к таким отношениям куда спокойнее магловского, думать было обиднее всего. Разумовский каждый раз напоминал себе, что поселиться бок о бок с магическим ОМОНом и прикинуться мирным содержанцем в качестве алиби он всегда успеет. Но это – на крайний случай, а пока пускай Олег изображает волка-одиночку. − Сереж, ты там живой? – обеспокоенное лицо Волкова как-то совершенно неожиданно оказалось рядом, и Сергей вздрогнул, возвращаясь в реальность и не без труда фокусируя взгляд. − Я опять отключился? – глупый вопрос, но Олег все равно кивнул и сунул в руку стакан с водой. – Надолго? Судя по тому, что он уже лежит на диване, укрытый пятнистым пледом, а Волков успел раздеться… − Четыре с половиной минуты. Дольше обычного. Подозреваю, что время увеличивается, когда ты устаешь, − укор и обеспокоенность Волков пытается прятать за короткими, нарочито сухими фразами, и выходит у него неплохо. Если бы не попытки отвести взгляд, Сергей мог бы даже поверить. − Я должен был сдать этот проект вовремя. – Во рту горчит, но Сергей уже знает, что это всего лишь последствия трансгрессии. Что поделать, если его сознание все время пытается отлететь куда-то не туда. – Он напрямую связан с моей основной работой, Олег. Я и так потерял много времени из-за… сессии. – Вообще-то из-за последовавших за сессией каникул, которые они посвятили исключительно друг другу, катанию на летающих санях и изучению прилегающих к школе магии просторов своей бескрайней родины, но этот отдых был заслуженным. И крайне продуктивным, так что грешно жаловаться. Разумовский поймал чужую ладонь и потянул к себе, приглашая сесть рядом на мягкий потертый диван. Олег неожиданно вздрогнул и попытался отдернуть руку, но не тут-то было: хватка у Сергея всегда была что надо, как хищный ворон когтями в добычу вцепится и не отпустит, пока своего не добьется. Рукав черной водолазки оказался задран, и взору Разумовского предстал конец белого, совсем недавно наложенного бинта, явно закрепленного на предплечье не иначе как магией. Один слой, второй… там что, живого места не осталось? Водолазка сидела неплотно, но подозрительные выпуклости у плеча и ключиц окончательно пришедший в себя Сергей рассмотрел без труда. − Кто это сделал? − Так, придурок один. Не обращай внимания, пустяковые царапины. – Теперь уже Волков поймал его холодные ладони в свои, сухие и теплые, горячие даже. Как нос у больной собаки. – Я из-за этого опоздал, извини. − Ты меня за дурака держишь? – Олег вздрогнул и напрягся, не размыкая, однако, рук. Он всегда напрягался, когда Сергей начинал говорить так. Медленно, уверенно, словно ледяным молотом чеканя каждое слово. − Это уже не опасно. Пройдет за пару недель. Если тебе так противен вид бинтов… − Имя, Олег. Несколько секунд они меряются взглядами. Волков упрямо сжимает губы, но глаз не отводит. Сергей чувствует, как глубоко в груди начинает глухо клокотать гнев. Не признает ни его правоту, ни методы… Досадно. Сергей резко поворачивается, палочка сама прыгает в руку, а еще через несколько секунд со стола в соседней комнате вспархивают нужные бумаги. Олег не пытается его остановить. Министерство все еще не перешло к работе на компьютерах, да и не перейдет без пинка. Сергей обещал, и он действительно не собирается раньше этого самого пинка светиться, но и позволить каким-то зажравшимся мразям безнаказанно кромсать Олега проклятиями, из-за которых шкура облазит и раны не затягиваются неделями… Бумаги оказались не отчетом для начальства и даже не рецептами от латавших Волкова медиков. − Это… − Я еще не закончил сбор информации по этим двоим, − Волков положил гладко выбритый подбородок на его плечо, заглядывая в собственные заметки. – Но ребята перспективные, в громких делах и на публике не светились, залегли на дно и продолжают втихую что-то исследовать. Я мало что понял, это уже по твоей части. – Теплые губы примирительно коснулись его щеки, но Разумовский и без того успел уже остыть и переключиться. – Насчет адекватности третьего не уверен, больше на маньяка похож, если честно. Его делом Игорь занимался, так что на разговор с мракоборцами он теперь пойдет вряд ли. Придется налаживать контакт через третьих лиц или… − Я займусь, − решает Сергей прежде, чем перед глазами всплывает расписание сдачи текущих лабораторных и статей. – Если этому маньяку правда удалось заставить портал реагировать на электрические импульсы с пульта, он мне нужен, Олег. − Как скажешь. Пока что в нашем отделе он значится как относительно безопасный чудик, слежки за домом и контактами нет. А вот с этими, − Сергей следует взглядом за чужим пальцем, стараясь не думать о розовой полоске свежего шрама на тыльной стороне ладони, − лучше не спешить. Слишком серьезные ребята, нам еще рано… Сережа поспешно хватается за предательски заурчавший живот, но это мало чем помогает. Волков тут же подскакивает с дивана и ловко возвращает свои заметки, всем своим видом показывая, что рабочие вопросы отложены как минимум до окончания ужина. Который, кстати, необходимо было из чего-то срочно наколдовать, желательно не буквально. − Закажем пиццу? – Олег неуверенно глянул на зашторенное окно. Ветер тут же откликнулся, подвывая зову пустого желудка. − Олеж, а у тебя пельмени есть? Сдохнем же, пока доставят. − Были вроде, − Волков не на шутку задумался, тщетно пытаясь вспомнить, что съедобного завалялось у него в морозилке. – Чай точно есть. С мятой. − Ну, хоть не с толченой крапивой! – фыркнул Сергей, наконец поднимаясь с дивана. Олег скрылся на кухне в поисках пельменей, и совершенно забыл спрятать валявшийся на столике в прихожей свежий номер ежедневного «Вестника Ведуна». На первой же странице которого Разумовского встретила ухмыляющаяся колдография Кирилла Гречкина, выходящего из здания Министерства. Скандал в магловском ночном клубе, кончившийся задержанием. Два десятка тяжелораненных маглов, подозрение на применение запрещенных проклятий по отношению к прибывшим на место… − Сереж, я печенье нашел! − Уже иду! Печенье так печенье. Печенье – это замечательно, особенно если есть хочется уже вот прям щас, а пельменям еще вариться и вариться. Можно было бы, конечно, и пожарить… Но это он еще успеет. Один.