Птица высокого полета

Вечером идея встать пораньше и приготовить раненому другу завтрак казалась вполне реальной, однако полностью продрать глаза Сергей смог лишь после двенадцати, и то не без помощи приземлившейся прямо на его грудь Марго. Ласковый клевок в руку он бы еще стерпел, но громогласное карканье прямо в ухо заставило открыть-таки глаза и принюхаться. С кухни пахло котлетами. Приласкав соскучившуюся по хозяину птицу, Сергей нехотя выполз из кровати, накинул нашедшийся на спинке стула халат и направился в ванную, приводить в порядок свою заспанную рожу, спутанные после ночи волосы и не менее спутанные мысли. Он обещал Олегу не делать опрометчивых поступков. Не высовываться раньше времени, не ставить опасных экспериментов. Тихонечко учиться и исследовать, закладывать фундамент для будущих свершений… К логичным и успокаивающим мыслям тут же присоединились другие. Мрачные. Хищные. Он ведь знает себя, знает, что теперь не сможет просто забыть, как забыл и забил сам Олег. Работать не сможет, будет сидеть и думать о том, как раскромсать Гречкина на ленточки. Нет, кромсать все же нельзя, сынок одного из Земских* председателей – цель слишком приметная, шум поднимется на всю страну. Нельзя. Но ведь можно и иначе? Для эксперимента понадобятся волосы. Странное проклятие, сильно отдает детскими магловскими страшилками о том, как в их понимании выглядит темная магия. Полученные знания нужно использовать. Нужно, конечно нужно. Иначе зачем все это? Подкараулить поганца не проблема, он продолжит шляться по магловским барам, клубам и концертам. Скандальная звезда, чтоб его, не боится толпы. А в толпе подкрасться не так уж и сложно. И кровь, понадобится его кровь. − Сереж, ты там утоп? – Олег сунул голову в ванную, не удосужившись даже постучаться. – Я готов любить тебя и русалом, но давай не надо, просвещение в мир нести некому будет. – Увидев нацеленный в него душ, Волков тут же убрался за дверь и доложил уже оттуда. – Котлеты, кстати, готовы.

***

Котлеты в исполнении Олега всегда казались ему пищей богов, о чем Сергей не преминул упомянуть и в этот раз. День выдался еще хуже вчерашнего, ветреный и мрачный из-за круживших над городом сизых туч, так что сидеть на диване под теплым пледом и понимать, что идти никуда не надо, было особенно приятно. После позднего (по меркам проснувшегося в девять Олега) завтрака они скачали зацепивший своим волшебным названием сериал и полтора часа с интересом наблюдали за тем, как юный чародей спасает от всяческих напастей свое бедовое королевство и своего осла-принца. Рискуя головой и, конечно же, получая в ответ черную неблагодарность. − Мем смешной, а ситуация страшная, − прокомментировал очередной эпизод Сережа, уже успевший дважды подскочить с дивана в приступе праведного гнева на бестолковых персонажей. И если в первый раз он просто опрокинул миску с печеньем (умудрившись запустить одним из них прямо в лицо оставшегося на стоп-кадре короля), то во второй без жертв уже не обошлось. Как можно было оторвать толстенный провод от колонки легким движением пятки, Олег не знал, но и задуматься об этом не успел – Сергей, сделав два круга вокруг него и ноута, спохватился, перестал шипеть и починил все, даже не утруждаясь произнесением заклинания вслух. Когда только научился? − В общежитии особенно не поколдуешь, − пояснил Разумовский в ответ на вопросительный взгляд. – Приходится обходиться без палочки. − И без заклинаний, − Олег кивнул, словно невербальная магия в двадцать с хвостиком лет была обычным делом. – При других лучше так не делай. − Не буду, − слишком быстро пообещал Сергей, в такие моменты особенно напоминающий хитрого лиса. Мелкого такого, домашнего. Как из старого мультика. Олег попытался припомнить, что они там с псом в итоге не поделили и почему расстались, но его собственный рыжий лис уже вернулся к нему под бок, требовательно надавив острым подбородком на плечо. – Давай еще серию? − А как же твой ужасный Эверест непокоренной домашки? − Ну Олежа, − Сергей притворно надул губы, − неужели тебе не интересно, что там с драконом? − Интересно, − не стал лукавить Олег. – Только чур больше ничем не кидаться. Они выдуманные, в конце концов. − В отличие от их проблем, − буркнул Сергей, изворачиваясь и отнимая у него мышку.

***

Драконом, как водится, дело не ограничилось. Спустя еще пару серий Сергей понял, что если они не остановятся сейчас, то он точно что-нибудь спалит. И без того хотелось встать и выбежать под дождь. И побегать кругами. Возможно, подвывая. − Знаешь, я начинаю понимать твою жажду перемен, – провожавший взглядом последние титры Олег отмер и начал разминать затекшую от неподвижного сидения шею. Если Сергей от обиды за молодого спасителя королевства каждый раз дергался, шипел и начинал вслух перебирать все возможные варианты скорейшего избавления от короля и запретов на магию, то Волков, напротив, будто бы каменел. Поначалу Сергею даже показалось, что он уходит в свои мысли и не следит за сюжетом, но на шутки Олег реагировал вполне себе живо. − Так зацепило? Ответом был тяжелый вздох. Подскочив на ноги и с наслаждением, до хруста потянувшись, Сережа взял все еще подбирающего слова Олега за здоровое плечо и развернул к себе спиной, принявшись выплескивать накопившуюся энергию быстрым и безопасным способом. Волков одобрительно замычал и прикрыл глаза, чуть нагибаясь вперед и подставляя под умелые движения рук затекшую спину. Массаж его Волк любил ничуть не меньше секса, правда, формулировке сложных философских мыслей это мало способствовало. Разумовский сосредоточился на том, чтобы не задевать бинты и не думать о том, как Олег собирается в понедельник выходить на смену. − Так что ты там начинаешь понимать? – вопросил Сергей пять минут и пару благодарных поцелуев спустя. Он лежал на груди расплывшегося по дивану Олега и наслаждался тем, как знакомые до последней линии на ладони руки скользят по его волосам, то приглаживая и мягко массируя затылок, то разлохмачивая все на манер гнезда. − Почему ты не можешь оставаться в стороне. Пропускаешь все через себя, не отворачиваешься. Не хочешь быть безучастным зрителем. – Несмотря на общую расслабленную позу и полуприкрытые глаза, голос Олега звучал максимально серьезно. – Я бы еще мог просто жить как живется, бесился бы иногда, вот после таких вот случаев, − он приподнял пострадавшую руку, и Сергей вновь почувствовал мимолетный жаркий укол злобы, заставивший сжать зубы и отвести взгляд. – В Отделе все бесятся, и проклинают, и полномочия превышают, не без того. Только с поводка все равно не срываются. Порычат, побуянят, выплеснут накопившееся – и вновь за работу. В совсем запущенных случаях начинают запивать… раньше казалось – по глупости. Рука в волосах замерла, и Сергей понял, что и сам затаил дыхание, ожидая от этих откровений невесть чего. Повернул голову, ткнулся требовательно носом в запястье, клюнул мягким поцелуем в ладонь, мол, продолжай. Олег продолжил. − Я, когда меня вчера латали, об одном только думал. – Олег потянул легонько за волосы, и Сергей послушно приподнял голову, встретившись взглядом с яркими, полными странной решимости глазами. – Что я хоть что-то делаю. Не бегаю срывать злость в спортзал и страдать потом в обнимку с бутылкой, а приближаю момент, когда все изменится. Тебе помогаю. Потому что иначе оставалось бы только выть. Сергей судорожно выдохнул, сжал в пальцах чужую футболку, не в силах отвести глаза и поднять метафорически отвалившуюся челюсть. Как легко, оказывается, каждый раз заново влюбляться в одного и того же человека… Особенно если преданность в его глазах дороже любых клятв, что на крови, что на магии сделанных.

***

Раньше Олег не имел ничего против громкой музыки, большой толпы, алкогольных напитков разной степени крепости и маглов. Комбинация всего этого тоже по идее не должна была вызывать негативные эмоции, однако последней каплей яда в этой гремучей смеси стала работа. Именно необходимость быть постоянно начеку и внимательно смотреть по сторонам, не отвлекаясь ни на крики толпы, ни на полный бар напитков заставила его возненавидеть подобные «открытые для неволшебников» концерты. Острое желание достать палочку и наложить на пространство вокруг заклятие тишины появилось уже через четверть часа пребывания на позиции. Через час Волков мечтал о таблетке обезболивающего и был готов убивать. Грызть глотки, впрочем, было некому: все присутствующие на концерте маги, что среди выступающих групп, что среди зрителей вели себя совершенно законопослушно и орали, бухали и веселились абсолютно наравне с простыми людьми, ничем себя не выдавая. Использованные для украшения выступлений заклятия полностью соответствовали возможностям современной техники и нареканий не вызывали, также как и то и дело за несколько секунд меняющие костюмы и прически артисты. Ловкость рук, игра света, толпа помощников за сценой… оправданий при желании найдется сотня, ничего криминального. О том, что творилось в ложах VIP-зоны, Волков старался не думать. За плотно задернутыми шторками его полномочия как наблюдателя от Отдела магической безопасности заканчивались, хотя по лицам то и дело снующих туда-сюда официанток и так было понятно, что творится там если не оргия под веселую музыку, так наверняка нечто очень похожее. В последнее время подобных мероприятий становилось все больше, и Олег уже не знал, как к этому относиться. С одной стороны – столь желанная дружба народов и мирно сосуществующая с маглами магическая молодежь (а то он сам не молодежь, кхм) радовала глаз, с другой – именно после таких мероприятий по телевизору начинали вещать о странных исчезновениях. Или о влиянии наркотиков на впечатлительных молодых людей, что, к сожалению, в трети случаев было правдой, а не халатностью со стороны магов-наблюдателей. Не трудно было догадаться, кто с легкостью протаскивает «волшебную трын-траву» на мероприятия и почти в открытую ее там толкает. Но догадки догадками, а все собранные доказательства в лучшем случае бросали собравшим их в морду, а в худшем… Черная штора всколыхнулась, выпуская бледную официантку из царства беззакония, и тут же вильнула в сторону вновь, словно грохот финальных аккордов омерзительно громкой песни поднял порыв ветра, долетевший аж до второго яруса у самой дальней от сцены стены. Олег, тут же не то загривком, не то чем пониже почуяв неприятности, двинулся «ветру» наперерез, ловко вклиниваясь в толпу и сразу же на всякий случай наполовину вытряхивая из рукава плаща палочку. Заклинание обнаружения предсказуемо ничего не дало, а вот поиск чар разнаваждения позволил уловить использование магии на нижних ступеньках ведущей из VIP-зоны лестницы. Мантию в такой толпе не используешь, а заклятие отвода глаз, даже самое мощное, оставляет следы. Ловко стертые, впрочем – палочка едва нагрелась, еще минута – и не отреагировала бы вовсе. Куда теперь? В толпу? На выход? И с чего он вообще взял, что что-то не так? Мало ли кому из золотой молодежи приспичило уйти с вечеринки инкогнито… Только вот входные двери закрыты, и к ним никто не спешит. Черный выход? Туалет? На ходу поправляющий джинсы парень вздрогнул, уставившись на пустое пространство справа, а дверь с буквой «М» замерла на секунду, прежде чем закрыться. Бинго! Новая композиция сопровождалась безумным перемигиванием стробоскопов. Протискиваться в другой конец зала стало куда сложнее, и Волков плюнул, сменив тактику и из ужа превратился в таранящий все на своем пути ледокол. Негоже, конечно, орудием волшебства пляшущих мальчишек и девчонок в бока тыкать, но зато как действенно… Веселый азарт вытеснил и усталость, и головную боль. Озлобленность и зуд в кулаках, впрочем, никуда не делись, но Олег не спешил радоваться, морально готовясь увидеть в туалете вдохновенно блюющего и при этом невидимого для маглов парня. Сколько их там сегодня собралось, пять? Семь? Вроде бы семь, двое подтянулись позже, уже поддатые, и никто не выходил. К тому моменту, когда Олег взялся наконец за ручку двери, палочка окончательно остыла. Так что любитель красиво уходить должен был стать видимым, и, к сожалению, имел целых полминуты на то, чтоб смыться. − Ах ты ж сраный… полтергейст, − процедил Волков, обозревая толпу, скопившуюся в мужской уборной. Ровный яркий свет после творящегося снаружи безумия слепил не хуже оглушающего заклятия. Ну да, зачем здесь скрываться, здесь каждый своим делом занят, материализуйся кто в пустой кабинке – не заметят, что вышел, а не заходил… − Мужик, ты давай или туда, или сюда, − пробасило за спиной. Олег, не оборачиваясь, шагнул в сторону, мазнув взглядом по зеркалу, и тут же вновь замер, как вкопанный. Сраный полтергейст тоже замер, хлопнув растерянно темными из-за напяленных линз глазами. То есть мало того, что за каким-то хером вместо учебы поперся в другой город на концерт, прокрался куда не звали (о том, что за красивую мордаху могли и позвать, Олег старательно не думал), так еще и «хвост» за собой не заметил! Гений, мать его! На захлопнувшуюся за спинами двух мужчин дверь кабинки никто и в самом деле не обратил внимания. Заклятие тишины Волков прорычал, уже разжав руку на плече не то испуганно, не то обиженно пискнувшего Сергея. Выпавший из его кармана крохотный пузырек – классическая небьющаяся склянка для зелий – Олег на автомате подхватил и сунул уже в свой карман. Потом отдаст. − Дома поговорим? – с отчаянной надеждой вопросил прижатый к стенке Разумовский. Черный парик на нем успел перекоситься, но держался, похоже, крепко. Нелепая щегольская рубашка отлично справлялась со своей задачей – цепляла взгляд немыслимой расцветкой типа «павлин, расписанный под хохлому». При виде такого разглядывать лицо случайно толкнувшего в толпе парня начнешь не сразу. Их взгляды встретились, и Сергей тут же опустил голову, разом став будто бы ниже, младше и как-то прозрачнее. Сработали остатки заклятия? − Дома – договорим, − уже начавший остывать Олег нарочно старался напустить в голос больше угрозы. Если этот самозваный мститель сумел проклясть Гречкина… – Что ты успел сделать и что собирался? И давай без прелюдий, я не один в зале дежурю, скоро хватятся. − Успел все, что нужно было, − неожиданно резко отозвался Сергей, вздергивая подбородок и стараясь расправить плечи. Олег отшатнулся, едва не получив макушкой в челюсть, и этой заминки хватило. Скрытые под цветными линзами, глаза напротив опасно блеснули, и вот уже сам Волков оказался впечатан в стену. – Ты знал, что я не буду сидеть, сложа руки. Сам сказал, что понимаешь – я так не могу. А теперь удивляешься? Держать его Разумовский не стал – отстранился сразу же, как дошипел последнюю фразу прямо в лицо. Фыркнул, сдувая со лба растрепавшиеся черные пряди, отвернулся и тяжело выдохнул. Спрятанные в карманах брюк руки едва заметно дрожали. − Не думал, что ты так просто захочешь похерить свое светлое будущее. – Как можно спокойнее ответил Олег, отлепляясь от стены и пряча палочку обратно в специальную подкладку рукава. – Эту скотину пасут, как священного быка, и ежедневно проверяют дома на любое магическое воздействие. А если ты ему просто слабительное в бокал кинул, как в школе − риск тем более того не сто… − темные брови Сережи на долю секунды взметнулись вверх, уголки губ дрогнули. Олегу на миг показалось, что от осознания масштаба этой «шалости» мозгошмыги у него в голове начали бить в барабаны в такт раздававшейся из зала музыке. Захотелось схватить эту бестолочь в охапку, перенести домой и хорошенько отшлепать. В кои-то веки не в рамках игры. − Серый, ты дебил. – Волков завалился обратно, в прохладные бодрящие объятия грязного клубного кафеля неопределенной расцветки. – Ты, мать твою, уникальнейший из всех дебилов. Вали отсюда, а? − Так я это и пытался сделать, пока вы на меня не набросились, товарищ оперативник. – Попытался съязвить заметно пристыженный Разумовский. – И ты тоже давай… а то тут скоро толпа нуждающихся будет, − гордость за содеянное победила и стыд, и даже не подумавшую просыпаться совесть. Будущий вершитель судеб пакостно ухмыльнулся, хищно облизнув тонкие губы: − Я над всеми бокалами пошаманить успел, чего мелочиться-то? Олег закрыл глаза. Медленно вдохнул. Выдохнул. Досчитал до шестнадцати – именно столько дней оставалось до отпуска – и, поправив воротник, вышел из кабинки, не оглядываясь. Через пару минут в дверях уборной началась давка. Через пару часов Гречкин и компания стали звездами Ютюба. Через три дня всю администрацию клуба уволили, а всех присутствовавших на месте магов нашли и допросили с помощью привлеченного к делу Особого комитета из их же Отдела. Олега допрашивали тоже, но он, как и его напарник, следствию ничем помочь не смог, отделавшись выговором за халатное отношение к работе и лишением премии. Жаловаться утонувшему в подступающей сессии Сереже Волков не стал – шоу того стоило. Так ему показалось. Шумиха и напряжение все нарастали, шуточки про обделавшихся говнюков сменились настороженным переглядыванием и ожиданием бури. Еще через неделю врачи озвучили свой вердикт, несмотря на все старания председателя Гречкина-старшего мигом ставший достоянием широкой магической общественности. Кирилл Гречкин, в отличие от своих товарищей, оправиться от серьезнейшего отравления так и не смог. Провалявшись в тяжелой лихорадке несколько суток, молодой человек полностью утратил способность к магии. Сначала обеспокоенные родители свалили все на алкоголь и наркотики, затем – на поцарапанную в паре мест волшебную палочку. Только вот дело было вовсе не в ней. Приглашенные специально по такому случаю светила западной магической медицины оказались так же бессильны, как и отечественные. В Земстве засуетились, началась волна кадровых перестановок… Подобных трагедий не случалось уже добрую тысячу лет, но даже в древние времена магических войн и могущественных темных проклятий подобное принято было считать если не карой богов, то знаком свыше как минимум. Спустя еще неделю дело было закрыто.

***

Встретиться на неделе оказалось не так-то просто, но ждать до выходных этот разговор уже не мог. Точнее, ждать не мог чудом не поседевший и не сболтнувший лишнего оперативник Волков. − Тебе не кажется, что шутка зашла слишком далеко? – осторожно начал Олег. Маленький столик в ближайшем к университету Разумовского кафе мало подходил для выяснения отношений, но делать это где-нибудь на улице за углом было еще опаснее. Вариант с общежитием Волков отмел сразу – там бы от лишних ушей никакие заклятия не спасли. А так – парочка от прослушки, стандартное для отвода глаз, отодвинуть от Сережи все колюще-режущие приборы… − Далеко? – огрызнулся Сергей, передернув судорожно плечами. Они только начали, а Разумовский уже готов был подскочить и… что? Наброситься на него? Сбежать? – Такие чары, Олеж, на одном заговоре и волосе не держатся. Мне нужна была его кровь, и я достал ее. Не спрашивай, как. − И не собирался, − Олег, напротив, замер, сосредоточившись на судорожно сжимающих телефон бледных пальцах. Хорошо, что они уже поели и всю лишнюю посуду успели унести. С такого расстояния Сергей бы не промахнулся. – Тебе повезло, что пузырек оказался у меня, а не в руках нагрянувших после следователей. − Отпечатков на нем они бы не нашли, если ты об этом. – Сережа выдохнул и прикрыл глаза руками, прошелся пальцами по вискам и устало посмотрел на Олега. – Извини. За то, что тебя в это впутал, что заставил волноваться. Но за прочее я извиняться не буду. Эта тварь идеально подходила для проведения эксперимента, но без крови завершить его мне не удалось. − И что теперь будет? − Без понятия. Сдохнуть не должен, по идее, − непривычно резкие выражения и растерянность во взгляде Разумовского не оставляли сомнений – не врет. Слишком напуган, и наверняка не уверен ни в чем, кроме собственной правоты. – Через пару недель оклемается, если его раньше насмерть не залечат. − Расскажешь, как сделал это? − Нет. – Твердо и четко. Ну что ж… − Меньше знаешь… − Я понял. В пятницу как обычно. Не забудь куртку, я, скорее всего, возьму байк. – Олег поднялся и неспешно накинул плащ, не став снимать окружающие столик чары. Не хотелось бы, чтобы все в кафе видели, как Сережа рыдает.

***

Дома его ждала вчерашняя запеканка, как всегда приветливая Марго и странный конверт от начальства. Что-то не так с его отпуском? Новое дело? Или после позавчерашних погромов в магазинчике запрещенных к продаже ингредиентов для зелий их с Игорем все же решили отправить в бессрочный отпуск? Олег не знал, чем бы в таком случае решил заняться. Не в охранники же идти, ну, в самом деле? И не к маглам. Он, конечно, хорошо ориентируется в обоих мирах и расовых предрассудков не имеет, но чтобы жить без магии, нужно иметь куда больше денег. И нервов. Его личные запасы того и другого оставляли желать лучшего. От того, что все опять уперлось в вопрос финансов, на душе стало еще гаже. Все, чего ему хотелось – быть достаточно сильным и обеспеченным, чтобы не бояться ни за себя, ни за доверившегося ему Сережу. Менять мир, это, конечно, хорошо, но... Просто жить, не думая о копейках, просто заниматься тем, что нравится. Возможно, построить свой дом и завести собаку. Только вот Сережа, похоже, давно уже мыслил иначе. Вырос рыжий птенчик, откопал-таки свои заветные тайны магического искусства, а делиться ими не хочет. Не то боится, не то за дурака его держит. Вроде как за него, Олега, мстить пошел, а все равно мерзко. И ведь провернул, что хотел, а Волков только и знай под ногами путаться. Если так и дальше пойдет… Если Сережа изменится настолько, нужен ли ему будет такой никчемный защитник? Если сбросить розовые очки и забыть о магии, то не так уж он и крут. Молодой балбес, ничего толком не добившийся. Разве в такой опоре нуждается человек, уже на третьем курсе разрабатывающий собственную социальную сеть? Разве сможет он назваться равным через пару лет?.. − Что же ты мне принесла, красавица? − Кар, − многозначительно ответила птица, устраиваясь на плече мракоборца. Словно тоже собиралась читать. А почитать было что. Выход нашелся сам, хотя и не лучший. Остаток вечера Олег провел в раздумьях.

***

Толпа на парковке изрядно поредела, и Сергей уже начал волноваться, прикидывая, не подзарядить ли сдохший полчаса назад телефон заклинанием. Олега опять задержали на работе? Попал по дороге в аварию? Бегает по отделам и собирает бумажки, чтобы пустили наконец в отпуск? Вызвали срочно на операцию? Или может… может, он просто не хочет забирать его на выходные после всего случившегося? − А вон и твой едет! – бодрым тоном возвестила решившая не бросать уже слегка синего от недосыпа Сережу «грустно торчать столбом одного» Настя. Разумовский аж вздрогнул, тут же судорожно сжимая в руках лямку рюкзака. – Я пойду, давай, до понедельника! − Спасибо, что подождала, − успел кивнуть ей вслед Сергей. Поставивший наконец новый глушитель Олег подъехал спустя десяток секунд, эффектно остановив байк прямо напротив него. − Куртку застегни. Пролетим над пробкой. – Сухо приветствовал его Волков, протягивая запасной шлем. Радостное предвкушение тут же схлынуло, в ушах неприятно застучало, а лицо наверняка покраснело от досады. Хорошо, что под шлемом ничего не видно. Хорошо, что Волков вообще не любит болтать за рулем. Хорошо ведь?.. В этот раз дорога домой показалась ему невероятно длинной. Светофоры, поиск нужного для незаметного взлета места, вездесущие провода, слишком вытянувшиеся вверх здания, которые приходилось облетать. Радости не прибавлял и холодный воздух, задувающий под куртку, и липкое ощущение окутывающего их заклинания невидимости. Теплая спина впереди была единственной приятной деталью, и Сережа не отказал себе в слабости обнять Олега покрепче. Дома уже поджидала вновь успевшая соскучиться Марго, пакеты с едой и горячий чай. Все как обычно, казалось бы, только вот Олег все молчал, в сторону Сергея лишний раз стараясь не смотреть даже. Укутал привычно в одеяло, но не поцеловал, отправился первым в ванную. Документы на тумбочке оставил… будто нарочно. Поборов искушение, Сергей выпутался из теплого кокона и отправился мыть посуду, дабы занять руки и мысленно выстроить предстоящий разговор. Нужно ли извиниться еще раз? Или лучше не поднимать эту тему, переключить его внимание на что-то мирное, сериал там или планы на выходные. Выходной, ему же еще к зачету готовиться… − Прочитал уже? – неожиданно раздалось из-за плеча, и Сергей вздрогнул всем телом, тут же роняя недомытый нож. – Сереж! Вот блин, извини. Я думал, ты услышишь. − Ничего, правда, я просто задумался. Это пустяки… − порез вышел неглубоким, да пролитая кровь стоила того, чтобы мигом растерявший пугающую отстраненность Олег взял его за руку. – Можно и без настойки, так, пластырем… Сам лишь неделю как избавившийся от бинтов Волков предпочел потратить пару капель заживляющего зелья. Расцеловав кончики пальцев пострадавшей руки, Олег поднял глаза и посмотрел на него взглядом провинившейся собаки. Сергей окончательно запутался. − Я думал, ты злишься. − Я… нет. − Очень содержательно. – Взяв себя в руки, Разумовский потянул Олега за пояс халата, как на поводке проведя из кухни обратно в спальню. – Ты бумаги специально так бросил, чтобы я ознакомляться полез? Волков утвердительно промолчал. Пока он переодевался в спальные шорты и майку, Сергей ждал, сверля желтоватые – под пергамент все косить пытаются, что ли? – бумаги взглядом. Осознав, что оттягивать дальше уже некуда, Волков сел на кровать с другой стороны, так, чтобы оказаться плечом к плечу с сгорбившимся в ожидании Разумовским. От стекол балкона отражалось рыжее закатное солнце, превращая маленькую комнатку с обшарпанными обоями и старым, потемневшим и рассохшимся от времени комодом в странную, будто детскими яркими красками написанную картину. − Я тоже решил испытать свои силы и набраться опыта, − подал голос Олег. Не дождавшись вопросов, после неловкой паузы он продолжил: – В правительстве проводят эксперимент, хотят укомплектовать магловскую армию отрядом мракоборцев. В глазах потемнело так, что Сереже почудилось – солнце уже село, резко и разом, раздумав радовать их последними теплыми лучами. − Ты не бойся, в горячие точки нас, воробьев не стрелянных, никто кидать не будет. Приспособят наблюдать или шпионить, наверное, может просто на учениях по особой программе погоняют… никто толком не знает, все строго секретно. Предложили вот… а я согласился. Грудь сдавило так, что дышать стало тяжело, и Сергей резко понял, почему Олег весь вечер не мог сказать ни слова. Что тут скажешь вообще… − Сереж?.. Если ты думаешь, что один не справишься, я… Хватит врать, ты уже все решил. − Справлюсь, − грубые, неоправданно жестокие слова так и вертелись на кончике языка, но Сергей в последний момент умудрился сдержать их и запихать обратно себе в глотку. Подальше, в самые глубины. Чтобы ни взглядом, ни жестом наружу не вырвались. – Ты же не домашний пес, Волков. Я все понимаю, не маленький уже. − Я вернусь! – Олег подскакивает, поворачивается резко, обхватывая горячими сухими ладонями его лицо. В глаза смотрит так, будто в самую душу заглянуть пытается. – Слышишь? Вернусь к тебе. Помогать. Защищать. Налаживать связи, прятать улики или заметать следы – что захочешь. Я не сбегаю и не бросаю тебя, даже не вздумай о таком думать. И кого же ты пытаешься убедить? − Я верю, Олеж. – Он кладет свои ладони поверх чужих, сжимает легонько, а затем отнимает от лица. Чтобы через секунду уткнуться носом в плечо и замереть так, пряча взгляд. – Мы же хотели изучить все магловское оружие. Вот и изучишь. Самым верным и неподозрительным способом. − Я… тоже об этом подумал, когда контракт читал, – облегченно вздохнул Волков. – Спасибо… − Не валяй дурака, Волче. – Раскрытая ладонь несильно бьет по зажившему плечу. Не соврал, значит, что не болит уже, даже не поморщился. Хорошо. Это – хорошо. Пусть будет цел и невредим, хоть и от него подальше. – Какие между нами благодарности?..