Дьявол позади тебя (Сборник драбблов)

— Я была мертвой. Возможно, это прозвучит странно, но единственным способом выжить было… прекратить жить. Нет, не накинуть на шею петлю, а прекратить чувствовать, прекратить реагировать.

(С.) Вера Эфрон

***

Хан Со трясёт. Она боится. До дрожи в коленях боится гнева старшего брата, которого по глупости пыталась убрать собственными руками. Глупая-глупая-глупая. Думала, сможет победить того, кого даже отец боялся. Дура. Полная идиотка. — Можешь уходить, — бросает Хан Сок, — нам с сестрой нужно многое… обсудить, — мужчина многозначительно смотрит на Хан Со. Мён Хи кивает, девушка в последний момент за ней следом срывается. Из кабинета выйти хочет, только Хан Сок быстрее. Перехватывает за запястье, дверь закрывает с хлопком, а сестру тянет назад. — Далеко собралась? — шипит со злостью. Гневом взгляд пылает. Теперь сдерживаться смысла нет. — Оппа, — от неожиданности вскрикивает, прижатая телом брата к дивану. Всё, о чём мечтать сейчас может — оказаться отсюда как можно дальше. Не хочет, не может просто и дальше быть председателем. Хотя постойте, Хан Сок ведь теперь возглавляет Вавилон. Значит, ей теперь совсем необязательно здесь быть. Значит… Глаза в глаза смотрит. Они у Хан Сока всегда на тон светлее были, но в такие моменты становятся темнее. Зол. Конечно, зол. — Пыталась убить меня, маленькая дрянь! — цедит сквозь зубы. На ум сразу приходит тот вечер, когда он едва не задушил её полотенцем. Полотенца сейчас нет, но существует ещё множество способов лишить жизни. Быстро и не очень. Хан Сок же привык наслаждаться процессом. — Что, думала, справишься? — Оппа, я ничего не… — Ты ничего «что»? — Я… ружьё… случайно. Оно само… — Оно… само? — с издевкой спрашивает Чан-старший. — Может, ты и глупая, но настолько… я не верю. — Это правда, — она кивает так быстро, словно это действительно может помочь. Может… спасти. — Моя глупая младшая сестричка, — аккуратно проводит пальцами по её скуле, опускается к шее, сдавливает лишь одной рукой, другой же упирается. Убивать не хочет. Точнее, не планирует. Пока что. — Не пытайся солгать мне, маленькая дрянь. Я всегда знаю, что за мысли в твоей грязной голове. Не думай, что получишь быструю смерть за предательство. На этот раз, — теперь надавливает пальцами на губы, даря неприятные (но увы, чересчур привычные) ощущения, — я прощаю тебя, — отстараняется. — Оппа, я уеду. Хочешь? Ты больше никогда не услышишь обо мне. Я никому и ничего не расскажу. — Что именно не расскажешь? — боже, какая же она всё-таки дура! Зачем только сказала? Идиотка. — Н-ничего, я ничего… не знаю. Конечно. Я же очень глупая, ничего без тебя не могу. Просто не хочу мешаться под ногами, — смотрит в пол, только бы не видеть его. Только бы… — Никуда ты не уедешь. Нужна здесь. Говорил же уже. Просто будь хорошей девочкой. Да? — Д-да… — она не смотрит на брата, но точно уверена — безумная улыбка расцветает на его лице со скоростью света. — Хорошая девочка, — несколько хлопков по щекам. Чёрт! Почему каждый раз Хан Со чувствует себя так паршиво? Впрочем, думать об этом не хочется. Точно не сегодня. Главное, она осталась жива. А остальное… потом. Всё потом. Нужно что-то предпринять, как-то задобрить брата. «Не думай, просто делай…» — подсказывает внутренний голос. Не думай — делай. Она должна выжить. Должна… пока она просто будет существовать. Хотя бы так.