Дьявол позади тебя (Сборник драбблов)

— Я просто хочу, чтобы мы были друзьями. — …

***

Валера боится. Боится до дрожи в коленках. И не потому что его окружают вампиры. Просто… вампиры… они же… это же невозможно. Невозможно ведь? Логике не поддается. А, может быть, это Валера сам невозможен. С доводами разума и всем подобным. С этими записями, экспериментами, логическими цепочками, которые он выстраивает… только ответ не сходится. Нет, что-то точно идёт не так. Вампиры существуют. Они часть той среды, в которой он обитает. Да больше даже. Ведь его родной брат сам был таким. Стал. А как стал? Почему стал? Почему именно он? И почему умер? Нет, об этом слишком тяжело думать. Особенно когда Лёва смотрит на него так изучающе, с каким-то странным желанием. Подчинить хочет? Да, наверное, так оно и есть. Если подумать, Лёва уже давно мог сделать всё по-плохому. Но… Лёва так не поступает. Почему? Но брат же намекал Валере. Намекал, что не всё можно делить на «чёрное и белое». Не виноват же Хлопов, что с ним это произошло. Просто попался в ловушку хищника. Теперь вот и у Лёвы временами взгляд ужас вселяет. Валера чувствует себя жертвой, на которую вот-вот нападёт зверь. Но зверь почему-то растерзать добычу не спешит. Напротив, делает вид, что ничего дурного не замышляет, дружить только хочет. Но ведь кровь друзей не пьют. Не пьют же? А Лёва страдает. Правда страдает. Он ведь хочет подружиться с Валерой, только тот носом воротит. А поначалу же не так всё было. Хлопову казалось, вот оно, то, чего он так хотел. Хороший друг, умный, лишенный злобы. Несчастный только, брат же умер. Брат. Кажется, его только Лагунов за друга и считал. За лучшего друга. Но теперь-то брата нет. Но есть Анастасийка. Нет, Лёва не кривит лицо, завидев тонкую фигуру девочки. В ней его раздражает всё — белое платье, две косички, губы, нос, уши, манера говорить. Абсолютно всё. Но… Если подумать, больше всего Хлопова раздражает тот факт, что Валера смотрит на Анастасийку так, как никогда не посмотрит на Лёву. Во взгляде Валеры, стоит Анастасийке пройти мимо, читается нежность и желание защитить, скрыть от всех бед этого мира. Однако на Хлопова мальчишка смотрит недоверчиво, иногда со злостью. Лёве больно. Хотя и не должно так быть. — Я же звал тебя к нам… — Лёва кричит вслед Валере. Хочет казаться сильным, смелым. А ещё — нужным. Потому что… так Валерка точно встанет на его сторону. Но Лагунов не такой. Ему совсем этого не хочется. Правильно, Лагунов чёртов герой и однажды его это обязательно погубит. Хлопов ещё, кажется, что-то говорил. Прежде чем Лагунов вдруг обернулся и подошёл к соседу по комнате. — Возьми своё сердце, зажги его смело, отдай его людям, чтоб вечно горело! — бросил Лёва напоследок. Что, Хлопов, теперь ты рад? Добился своего? А что значит это «своего»? Если подумать, мальчишка злился из-за увиденного чуть ранее. Ведь вновь и вновь Лагунов дарил улыбку Анастасийке. Лёва не выносил этого. Почему-то ему хотелось в эти моменты сделать Валере больно. Хотелось, чтобы Валера от боли забыл о ней. Хотелось… Просто хотелось. А что тут такого? И всё же Валера был для него особенным. И пусть временами тот его раздражал, Лёва не смог бы сделать Лагунову по-настоящему больно. Он ведь Анастасийку даже не тронул. Хотел, но не тронул. Потому что друзья так не поступают. А Лагунов был его другом, хоть и отрицал всякую связь между ними. Но это пока. Пока что. А Лёва терпеливый, он подождёт. Терпение всегда вознаграждается. Он всё по доброй воле хочет, не по принуждению. Но это пока… по доброй. А Валера чувствует неладное, но только делает вид, что способен всё контролировать. Потому что так надо. Так правильно. Но…долго ли Валера сможет продержаться? Ведь терпению каждого однажды приходит конец…