Дьявол позади тебя (Сборник драбблов)

— Мы все одержимы.

***

Сколько Лёва Хлопов знал Леру Лагунову, всё удивлялся. Как, как можно быть настолько правильным и неправильным человеком одновременно? Они ведь ещё с раннего детства знакомы были, на одной лестничной площадке жили. Родители думали даже, сойдутся. А нет-с, не сошлись. Характером совершенно разные. Хлопов круги на поле нарезает, а Лагунова, отыскав место потише, сядет на скамеечку и давай читать. — И тебе не скучно? — спросил он однажды. Близкими друзьями, конечно, они не были, но хорошими знакомыми — да. — Почему мне должно быть скучно? — Не знаю, просто… — Лёва пнул камушек, что валялся на дороге. — Ты целый день читаешь. Может, стоит немного отдохнуть? — Хлопов, — Лера вдруг остановилась, поправила указательным пальцем очки, сложила руки на уровне груди. — Я, конечно, понимаю, что ты спортсмен, но… это твоё дело. Не пытайся навязать мне своё мнение, — нахмурила брови. — Да, да, да, — повторил он трижды. Только бы она перестала вести себя так. Лёва на три месяца старше, так почему он должен чувствовать себя глупым ребёнком? Но в этом вся Лагунова. Ей вести себя как все не вариант. Но Лёве то это нравится

***

Говоря по чести, Лагунова его временами раздражает. Она — невыносимая всезнайка, которая в глубине души этим фактом гордится. Хотя нет. Пожалуй, она показывает это открыто. Действительно, ведь на большинство школьных вопросов Лера знает ответы. Одна-единственная. Она тянет руку на очередное задание, отвечает, получает одобрительный кивок учителя, улыбается. А Лёва… нет, не злится. Он просто не понимает, почему сердце в его груди стучит с такой силой. — О-о-о, смотрите-ка, — тянет Жанна, кивая в сторону школьного крыльца, — невеста нашего Лёвы, кажется, нашла себе другого женишка. Что скажешь, Бекля? Но Лёва пропускает мимо ушей несколько колких речей, всё внимание приковывает парень, что стоит рядом с Лагуновой. Это же Антон Сергушин. Но из другой школы. Парень как бы случайно сталкивается с ними. — Пойдём домой? — спрашивает Лёва. Лагунова головой мотает, вновь поправляя очки. — Мне ещё в библиотеку заглянуть надо. — Понятно, — кивает, чувствуя внутри какое-то едкое чувство. Лера и Антон уходят, а Лёве нехорошо. Так не должно быть!

***

Летом они едут в лагерь. «Буревестник» встречает их веселой и оживленной обстановкой. — Помните, когда-то мы и сами сюда отдыхать приезжали? — тянет Венька Гельбич. — Эх, хорошие были времена. — Будто сейчас ты работать собираешься, — скептически смотрит на парня Жанна. — Может, и собираюсь. — Да, да, конечно. — Но я правда… Лёва вновь пропускает разговор приятелей мимо ушей. Больше его интересует парочка позади. Специально ради этого Хлопов чуть замедляет шаг. На самом деле, это жутко неудобно, наблюдать за кем-то, всё время оборачиваясь. Ясное дело, поймут. Только, увлечённые обсуждением какого-то очередного доклада, Лера и Антон не видят очевидного. Лёва думает, что это очень плохо. Уж лучше бы видели. Видели и не делали так больше. Наконец, гнетущее наблюдение прерывается появлением главного вожатого. Лёве стоит забыть пока о Лагуновой и Сергушине. Пока что.

***

— Что это тут у тебя? — Гельбич смотрит на книжку в руках Серёжи Домрачева. — Интересно? — тот, кивая головой и тряся густой копной рыжих волос, принимается рассказывать обо всём на свете. То есть, это Лёве так кажется. Впрочем, ему сейчас много чего кажется. Перед глазами вновь всплывает картина минувшего утра. Лёва не хочет думать о Лере и Антоне, но… они сами приходят в его мысли. Хочется отвлечься. Наверное, поэтому он вновь и вновь задаёт Серёже вопросы. А тот, к слову, хороший рассказчик. — Стоп-стоп-стоп, так кто такая Немезида? Ещё раз! — просит Бекля. — Что, историей заинтересовался? — с издёвкой спрашивает Гельбич. — Да говори же! — неожиданно пропускает выпад мимо ушей. — Немезида, — начинает Домрачев, — это крылатая богиня возмездия, карающая за нарушение общественных и нравственных порядков. — Хм, кого-то она мне напоминает. Лёва, уверен, ты знаешь ответ… — взгляды ребят устремляются на него. — Что? — Твою Леру так и надо было назвать. Немезида. Злая богиня. — Вообще-то… Немезида… — пытается сказать Серёжа, но Бекля не слушает. — Лера совсем злая стала, — продолжает тот, — даже обещала сдать нас свистухе, если в комнату девочек придём. Представляешь? Это её новый друг научил, да? — конечно, Бекля ждёт, что Лёва разозлится и поспешит избавиться от соперника. Только… нет, он не пойдет на поводу у эмоций. — Если и научил, правильно сделал. Нечего ходить туда.

***

Через несколько дней вожатые в футбол играют. Так сказать, былое вспоминают. Лера сидит на одной из скамеек, наблюдает. Лёва то и дело бросает на неё взгляд украдкой. Поэтому, наверное, упускает мяч. Обидно. Бекля смеяться начинает, Лёва его по плечу бьёт. Затем начинает с самого начала. Отец всегда учил его, что даже упав, человек должен встать и продолжить путь к заветной цели. И Лёва упорно шёл. Потому что так. Потому что правильно. И вот, он делает заключительный рывок, он выигрывает. — Хлопов! Хлопов! Хлопов! — кричат члены команды. Лёва бросает полный надежды взгляд на прежнее место, но Леры там уже нет. На одинокой скамейке лишь книжка, которую та, должно быть, забыла.

***

На ужин Лера и Антон пришли вместе. Почти сразу же к Лагуновой обратился Лёва. Он хотел о чём-то поговорить с ней, однако девушка отмахнулась, сказав, что у них будет время после собрания. Но Хлопов не стал дожидаться, уговорил Серёжу сходить до футбольной площадки. Тот, конечно, согласился, но позже ушёл. — Лёва, пошли уже, нам ведь вставать завтра рано! — пожаловался Домрачев, но другу, казалось, на сей факт абсолютно всё равно. — Лёва! — Да иди-иди, я позже приду. Подышу ещё воздухом и приду. — Точно? — Да точно, точно. Знай Серёжа о дальнейших событиях, наверное, не оставил бы Хлопкина одного. Но он даже не догадывался. Никто не догадывался.

***

— Ребят, может лучше На… — договорить Домрачев не успел. — Ты совсем, да? — Бекля крутанул пальцем у виска. — Свистухе рассказать? Вот хорошая идея. — А искать его ночью? Это лучше? Мы ведь даже не знаем… куда он мог пойти. — Да уж, трудная задачка. Лагунова поводила фонариком в разные стороны, стараясь как можно внимательнее всё изучить. И вот, когда она уже было отчаялась найти хоть какую-то зацепку, виновник торжества сам явил себя. — Лёвка, где тебя носило? — обеспокоенно спросил Гельбич. — Мы тебя тут уже час почти ищем. — Говорил же, прячется где-то, издевается над нами, — раздраженно заметил Бекля, хоть и сам был рад, что Хлопов нашёлся. — Лёва, что случилось-то? — Всё хорошо, ребята. Не переживайте, — ответил он. Тихо и спокойно. Остановил взгляд на Лере, улыбнулся. Лагуновой бы радоваться, только… ей как-то не по себе стало. Неуютно.

***

Отчасти она чувствовала себя виноватой. Хотя ничем и не обязана. Но… наверное, ей всё же стоило быть более приветливой с Лёвой. Они ведь раньше дружны были, это потом уже… всё пошло иначе. Осталось только «привет-пока», редкие разговоры в гостях. Да она и сама этого в упор не замечала, пока Жанна не сказала. — Ну и глупая ты, Лагунова. Дальше своего носа не видишь. Лагунова лицо кривит. Ей бы ответить пару ласковых, только… в том нет смысла. А разве может Лера позволить себе делать то, что лишено смысла? Нет. Родители бы этого не одобрили. Не одобрили бы они и дурного отношения к Лёве. Они ведь соседи, нужно быть мягче. — будь мягче, Валерия, мягче… Вот что так часто повторяет мама. И Лера чувствует именно сейчас, что так и следует поступить. Да, она должна проведать Хлопова. Думает постучать, но потом почему-то просто заходит. Но уж лучше бы она продолжала чувствовать себя эгоисткой. Уж лучше бы не пыталась сделать шаг вперёд. Ведь этот шаг подвёл её к пропасти.

***

Лагунова с головой кутается в одеяло. В голову лезут дурные мысли. Нет. Должно быть, она просто что-то перепутала. Должно быть… то, что она увидела вчера… *Лёва прижимал ко рту руку Серёжи. Домрачев не сопротивлялся. Напротив, словно получал удовольствие* Она замотала головой, пытаясь выкинуть дурные воспоминания. Но куда сильнее пугал взгляд Хлопова. Прямо как в ту ночь, когда они его искали. Взгляд, который пробирает до мурашек. Убежать хочется. Исчезнуть. — Денис, это ведь всё происходит только в моей голове? — а как ты думаешь? — я не знаю. — подумай. — Денис… Скрип двери. Шаги, что отдавались тяжестью. И это были не подруги. Вожатые после ужина решили собраться вместе. Медленно повернула голову. Может, не стоило ей оставаться тут одной? Или в ней это сыграло любопытство? Верно же, она могла уйти, спрятаться, убежать. Но не сделала этого. Потому что Денис бы этого не одобрил? Потому что слишком просто? Или… Лагунова действительно хочет дойти до истины. — Улыбнись же, Немезида…