Personal Relationships

      Следующие три дня, без сомнения, были самыми счастливыми днями в его жизни. Он осторожно добавил «пока», потому что у него было подозрение, что дальше всё будет только лучше, и он не мог ждать. Каждое утро они начинали с поцелуев перед завтраком в одной из своих комнат, затем проводили день, обмениваясь взглядами и украдкой целуясь между занятиями, прежде чем закончить свои вечера на его кровати, тихо разговаривая и целуясь часами. Она помнила об их соглашении не торопиться, и с каждым днём он чувствовал себя с ней всё более комфортней, до такой степени, что ему становилось всё труднее держать свои руки подальше от неё. Он никогда не испытывал такого раньше — это непреодолимое, магнетическое притяжение к другому человеку, это постоянное желание прикоснуться к ней, чувство, что каждая минута, которую он провёл, не целуя её, была потрачена впустую. Когда они были вместе, он чувствовал себя мучительно разделённым между желанием быть с ней более близким и слишком застенчивым, чтобы сделать первый шаг, так что дальше поцелуев дело не пошло, и напряжение между ними росло с каждым днём, пока всё его тело не заряжалось электричеством всякий раз, когда он был рядом с ней, каждый поцелуй и каждое прикосновение вызывали у него совершенно новые чувства и желания.       На четвёртый день они решили, что было бы неплохо выбраться из дома на полдня, поэтому Ракель предложила им взять несколько вёдер и швабр и пойти убрать ангар, который будет их диспетчерской во время ограбления. Серхио согласился, приказал команде провести вторую половину дня за учёбой под наблюдением Берлина, и они вместе отправились в машину, испытывая головокружение от облегчения, что на некоторое время оказались вдали от остальных. Он не мог не сравнить эту поездку с последним разом, когда они вместе ездили в ангар, когда он чувствовал себя так неловко наедине с ней. Теперь у него кружилась голова от счастья, и они провели всю дорогу, разговаривая и смеясь, её рука всё время лежала у него на колене, в то время как ему было очень трудно смотреть на дорогу. Когда они добрались до Мадрида, он припарковал машину в паре улиц от их штаб-квартиры.       — Почему мы остановились здесь? — Спросила она.       — Я хочу тебе кое-что показать.       Они вышли из машины, и он открыл дверь, после чего они прошли по короткому коридору, покрытому пластиковыми листами.       — Что это за место? — Спросила она.       — Вот увидишь.       Коридор вёл в тёмную комнату. Серхио нащупал выключатель, затем включил его, и Ракель ахнула от удивления, когда повсюду зажглись волшебные огоньки, открывая большое пространство, заполненное смесью мебели, например, кровать, диван и разные предметы, старая машина и пресс для яблок.       — Серьёзно, что это за место? — Улыбнулась она.       — Это запасное место, на случай, если нам понадобится прикрытие.       — Но это намного лучше, чем настоящая диспетчерская! Почему мы не можем устроиться здесь?       — Потому что у меня было другое место в течение многих лет, и мы уже прорыли часть туннеля оттуда. Я приобрёл это место гораздо позже.       — Это прекрасно, — кивнула она. — Но почему мы здесь?       Он заколебался, и его взгляд метнулся к кровати, которая до вчерашнего дня была двухъярусной кроватью, когда он сделал несколько звонков и заменил её на гораздо более удобную двуспальную кровать. Она проследила за его взглядом.       — Ой! — Она повернулась к нему с широкой улыбкой. — Понимаю.       — Если ты не против, — быстро сказал он. — Я не хочу предполагать…       Она одарила его улыбкой.       — Предположение долой.       Она подошла к нему и обвила руками его шею.       — Ты действительно гений. Уединение, комфорт, романтическое освещение… это прекрасно.       Она поцеловала его, и он тут же занервничал, его сердце бешено забилось. Он так сильно хотел её, но, о боже, что, если он сделает это неправильно? Она, казалось, почувствовала его дискомфорт, потому что отстранилась и на мгновение посмотрела на него.       — Серхио, можно тебя кое о чём спросить?       — Конечно.       — Сколько времени прошло с тех пор, как ты в последний раз занимался сексом?       Он быстро подсчитал.       — Я думаю… около четырнадцати лет.       Она уставилась на него.       — Ты… у тебя не было секса четырнадцать лет?       — Плюс-минус.       — Боже, Серхио! Неудивительно, что ты нервничаешь! Я даже представить себе не могу… Разве ты не скучаешь по нему?       Он пожал плечами.       — Не совсем. Я пробовал это несколько раз, когда мне было за двадцать, но, честно говоря, мне это никогда не нравилось.       Она поколебалась, потом осторожно спросила.        — Ты ведь не асексуален, верно?       Он фыркнул.       — Если бы ты могла видеть сны, которые мне снились в последние несколько дней, ты бы не спрашивала меня об этом.       Она радостно улыбнулась.       — Хорошо.       Он продолжил более серьёзно.       — Я, конечно, думал об этом. В течение многих лет я думал, что, возможно, я асексуален. Я всегда мог выполнять, когда мне было нужно, моё тело делало то, что должно было делать. Но это ничего не заставило меня почувствовать. Раньше я никогда не испытывал влечения к другому человеку.       Он притянул её ближе, обняв за талию, и прошептал ей на ухо.       — Но, боже, Ракель, я хочу тебя.       Она вздрогнула и прижалась ближе к нему, подняв лицо, чтобы поцеловать его в шею. Он закрыл глаза от того, как хорошо это было, и волна желания поднялась внутри него, сильнее, чем всё, что он когда-либо чувствовал. Это было удивительно и чертовски страшно, заставляя его слегка дрожать. Она заметила это, отстранилась и взяла его лицо в ладони, чтобы нежно посмотреть на него.       — Скажи мне, почему ты нервничаешь.       — Потому что это ты, — сказал он. — Потому что я хочу быть хорошим для тебя и боюсь, что не смогу сделать это правильно.       — Ты ведь знаешь, что делать, верно?       — Только основные вещи, — признался он. — Самые элементарные вещи.       — Ну, — она улыбнулась ему. — Никогда не поздно узнать что-то новое. И я думаю, что могу научить тебя кое-чему.       Он не мог не улыбнуться в ответ.       — Я уверен, что ты сможешь.       — Давай не будем торопиться. У нас есть весь день.       Мысль о том, чтобы заниматься с ней любовью весь день, была восхитительной и ужасающей. Он вдруг понял, что это будет первый раз, когда она переспит с кем-то после своего жестокого бывшего мужа — это был важный момент для неё, и он едва понимал, что делает. Он почувствовал, что снова впадает в панику, но она отстранила его, положив руку ему на щеку.       — Серхио, посмотри на меня. Зачем тебе это нужно?       Он не понял её вопроса.       — У нас отношения. Разве я не должен хотеть…       Она покачала головой.       — Мне всё равно, чего ты хочешь. Подумай об этом на мгновение и скажи мне: почему ты хочешь переспать со мной?       Он задумался, потом сказал.       — Потому что я хочу быть рядом с тобой. Потому что ты заставляешь меня чувствовать то, чего я никогда не чувствовала раньше, и мне интересно, как это будет с тобой. Потому что… — Его голос упал до смущённого шёпота. — Потому что ты очень сексуальна, и я хочу прикасаться к тебе и целовать тебя… повсюду.       — Это хорошо, — улыбнулась она. — Не смущайся.       Он ободряюще улыбнулся в ответ.       — Я также хочу сделать это, потому что хочу узнать, что тебе нравится, а затем… затем сделать эти вещи.       Её улыбка стала шире.       — Всё это отличные причины. И знаешь, что самое прекрасное? Тебе не нужны технические навыки или большой опыт для любой из них. Тебе нужно только любить и доверять друг другу. Ты мне доверяешь?       Он посмотрел ей в глаза.       — Да.       — Хорошо, — тихо сказала она. — Тогда почему бы тебе не попробовать отключить свой мозг на некоторое время и просто делать то, что кажется правильным. Что ты хочешь сделать прямо сейчас?       — Я хочу поцеловать тебя, — прошептал он.       — Ну разве это не совпадение? — Она улыбнулась. — Я тоже хочу тебя поцеловать.       Он наклонил голову и прижался губами к её губам, и большая часть его нервозности растаяла в знакомых поцелуях, в радости от этого, в восторге от её руки, ласкающей его затылок. Когда она открыла рот и углубила поцелуй, он почувствовал ещё одну волну тоски по ней, и на этот раз он не слишком задумывался об этом — он позволил ей пронестись через него и унести его прочь. Всё будет хорошо, пока он будет рядом с ней.       Она сняла с него пиджак и развязала галстук, медленно, без всякой спешки. Затем она подвела его к кровати, и они легли вместе, и она долго целовала его, пока он не почувствовал себя комфортно, а затем ещё немного, пока он не почувствовал себя более чем готовым к большему. Затем она начала целовать его шею и горло, и он тихо вздохнул, когда от этих ощущений по его спине пробежали мурашки. Она немного придвинулась и уткнулась носом в его ухо, затем взяла мочку его уха зубами и осторожно потянула, заставляя его резко вдохнуть.       — Тебе это нравится? — Пробормотала она.       — Да, — выдохнул он. — Сделай это ещё раз.       Она подчинилась, и он со стоном закрыл глаза. Затем её пальцы расстегнули верхнюю пуговицу его рубашки, и она наклонилась, чтобы поцеловать только что обнажённую кожу. Она проделывала то же самое с каждой расстёгнутой пуговицей, покрывая поцелуями его грудь и живот, разжигая в нём огонь, который никогда не зажигался раньше. Затем она помогла ему снять рубашку и одобрительно посмотрела на него.       — У тебя такие красивые плечи, — сказала она, проводя по ним лёгким движением рук. — И красивые руки.       Она провела пальцами по одной руке, рисуя дорожки восхитительного огня, пробуждая его кожу от её прикосновений.       Она взяла его за руку.       — И у тебя такие красивые руки. Сильные и чувствительные.       Она поцеловала его ладонь, затем подняла на него сияющие глаза.       — В последнее время я много думала о твоих руках.       Он сглотнул, его сердце бешено колотилось.       — Правда?       — Да, — сказала она, медленно поглаживая его ладонь и пальцы. — Мне нравятся твои руки. Я люблю их в волосах и на спине. Мне просто нравится, когда ты прикасаешься ко мне, Серхио.       Толкнув его обратно на кровать, она легла рядом с ним и позволила своей руке блуждать по его груди и животу, целуя его, сохраняя лёгкое прикосновение, заставляя его вздыхать от удовольствия. Он удивлялся тому, как хорошо, как невыразимо прекрасно чувствовать её прикосновения, когда он обычно ненавидел, когда его кто-то трогал. Когда она это делала, это казалось правильным.       Она села и начала расстёгивать свою рубашку, но он остановил её, положив руку на её руку.       — Пожалуйста, — пробормотал он. — Позволь мне.       Она радостно улыбнулась, и он осторожно расстегнул её пуговицы, одну за другой, обнажая белый топ, который она носила под ним, и ему казалось, что он разворачивает подарок. Он снял рубашку с одного плеча и медленно поцеловал его, двигаясь к её шее, она наклонила голову и вздохнула. Поощрённый, он продолжал целовать её там, и она протянула руку и запустила пальцы в его волосы, удерживая его там в течение нескольких долгих мгновений.       — Это так приятно, — прошептала она, поэтому он продолжал целовать чувствительную кожу её шеи, снимая рубашку с другого плеча и нежно поглаживая обнажённую кожу, затем провёл пальцами по её руке, заставляя её дрожать. Он вдруг понял, что больше не чувствует никакой нервозности, только удивление от того, как удивительно она пахла, восторг от того, что она вздохнула, и радостное желание исследовать её дальше.       Словно прочитав его мысли, она схватила топ и стянула его через голову, а затем откинулась на подушки. Внезапно он снова почувствовал себя немного неловко и машинально отвёл глаза.       — Серхио, — улыбнулась она. — Да ладно тебе. Ты уже видел меня такой раньше, когда давал урок анатомии.       — Тогда я едва мог смотреть на тебя.       — Ну, теперь ты можешь посмотреть на меня. Это не имеет большого значения, это просто тело.       Он серьёзно посмотрел на неё.       — Для меня это очень важно. Это не просто тело, это твоё тело, и я вижу его части, которые другие люди не видят. У меня такое чувство, будто я вторгаюсь в твою личную жизнь.       — Но в этом-то и вся прелесть, — мягко сказала она. — Обнажаю те части себя, которые обычно прикрыты, и показываю их только тебе.       — Я чувствую, что это такой драгоценный подарок, который ты мне даришь, — прошептал он.       Она села и прижалась губами к его губам.       — Да. И это так чудесно и интимно, и я действительно хочу поделиться этим с тобой.       Она снова легла, и он, наконец, позволил своим глазам скользнуть по ней, отмечая кружевной край её чёрного лифчика, завораживающие изгибы её груди и живота, впитывая каждую деталь.       — Ты такая красивая, — прошептал он. — Я не могу поверить, что могу прикоснуться к тебе.       Он протянул руку и коснулся маленькой впадинки у неё под горлом, затем его пальцы скользнули вниз по её груди, между её грудей, поверх чёрной кружевной ткани её бюстгальтера, затем по её животу, пока он не остановился у пояса её джинсов и вопросительно не посмотрел на неё.       Она улыбнулась.       — Ты можешь снять их, если хочешь.       Дрожащими пальцами он расстегнул пуговицу и молнию, и она выскользнула из брюк, а затем сбросила их с кровати. Затем она притянула его к себе, и он нежно поцеловал её, позволяя одной руке блуждать по её телу, сначала осторожно, лаская её живот, а затем немного смелее, проводя пальцами вниз по её телу и по изгибу бедра. Сделав глубокий вдох, он снова поднял руку и очень осторожно обхватил грудь. Сквозь ткань её лифчика он почувствовал, что её сосок уже затвердел, поэтому он слегка провёл по нему большим пальцем, вызвав у неё тихий вздох.       — Тебе понравилось? — Спросил он её немного обеспокоенно.       — Да, — улыбнулась она. — Очень. Пожалуйста, сделай это ещё раз.       Он повторил движение и был вознаграждён ещё одним тихим вздохом. Это придало ему смелости взять её сосок большим и указательным пальцами и очень нежно сжать. Она ответила тихим стоном, от которого у него забилось сердце. Ему нравилось, как она реагировала на него, нравилось, что он мог доставить ей удовольствие. Он хотел большего — больше звуков от неё, больше вздохов, он хотел прикасаться к ней, целовать её, заставлять её стонать, заставлять её дрожать, заставлять её… О боже, от одной мысли об этом у него кружилась голова.       Она снова привлекла его внимание к себе, положив руку ему на щеку.       — Эй, — улыбнулась она. — Останься со мной.       Он улыбнулся в ответ и сосредоточил своё внимание на моменте. Он наклонил голову и поцеловал её, долгим, глубоким поцелуем, сжимая сначала один, а затем другой сосок, и она одобрительно замурлыкала ему в губы. Затем он медленно провёл пальцами вниз по её животу, пока не добрался до края нижнего белья. Он поднял руку и положил её обратно на её бедро, и она слегка раздвинула ноги, чтобы он мог погладить внутреннюю сторону её бёдер. Он заметил, что теперь она дышит быстрее, и когда он поднял руку и провёл пальцами по её нижнему белью, она тихонько всхлипнула.       — Это нормально? — Серьёзно спросил он, и она улыбнулась ему.       — Да, — прошептала она. — Я просто так сильно хочу тебя.       Он почувствовал себя польщённым и немного запыхавшимся, и снова поцеловал её, чтобы скрыть своё замешательство. Он провёл легким движением пальцев вверх и вниз между её ног, лаская её через ткань нижнего белья, и она раздвинула ноги немного шире. Поняв её намек, он поднял руку к нижней части её живота, затем замешкался, положив пальцы на край её нижнего белья.       — Я могу?       — Да, — пробормотала она. — Пожалуйста, пожалуйста, сделай это. Я вся твоя.       Он удивлялся, как она так свободно отдаётся ему. Его сердце бешено колотилось, он просунул руку в её трусики и начал исследовать её лёгкими пальцами. Она вздрогнула и закрыла глаза, пока он медленно, осторожно спускался вниз. Он издал тихий стон, когда острый укол возбуждения пронзил его.       — О, — прошептал он. — Ты такая мокрая.       Она снова открыла глаза и посмотрела на него с сильным желанием.       — Да. Ты меня заводишь, Серхио. Ты так меня заводишь.       Слышать, как она это говорит, и чувствовать, насколько это правда, было одной из самых сексуальных вещей, которые он когда-либо испытывал, и ему было трудно контролировать своё дыхание. Медленно, очень медленно он просунул в неё один палец, а когда добавил второй, она тихо застонала. Затем он отстранился и немного двинулся вверх, но у него было лишь смутное представление о том, что он искал.       — Помоги мне здесь, — пробормотал он, и она взяла его за руку и положила его пальцы на нужное место.       — Здесь, — прошептала она.       Он осторожно двинулся и вдруг почувствовал это.       — Здесь? — Спросил он, шевеля пальцем, и она ахнула.       — Да! Да, прямо здесь.       Он был заинтригован и начал медленно рисовать круги вокруг места, на которое она указала. К его удовольствию, она наклонила бёдра и начала стонать, а он делал круги всё меньше и меньше, сохраняя свои прикосновения лёгкими, как пёрышко.       — О! — Вздохнула она. — О, у тебя это очень хорошо получается.       Он почувствовал тёплое сияние удовольствия от её слов и начал фокусироваться на нужном месте, двигая пальцем слева направо, а затем вверх и вниз. Её глаза были плотно закрыты, и теперь она часто дышала, и он любил, любил, любил звуки, которые она издавала. Он заметил, когда её реакция была наиболее восторженной, и он устроился там в устойчивом ритме, заставляя её вцепиться в простыни, и было так невероятно жарко, что он едва мог это вынести. Внезапно она уткнулась лицом ему в грудь и застонала, напрягшись, а он продолжал в точности то, что делал.       — Не останавливайся, — прошептала она ему в кожу. — Не останавливайся, не останавливайся, о, это так приятно!       Она возбуждала его так сильно, что это было почти больно, но он едва замечал это, сосредоточив всё своё внимание на ней. Она вдруг выгнула спину и вскрикнула, и он крепко прижал её к себе, пока она дрожала в его объятиях в течение нескольких долгих мгновений, затем она взяла его за руку и заставила его постепенно расслабиться. Она вздрогнула в последний раз, затем расслабилась на матрасе, учащённо дыша. Через несколько секунд она посмотрела на него сияющими глазами.       — Это было так сексуально, — прошептал он. — Так, так сексуально. О боже, Ракель.       Она удовлетворённо замурлыкала, роскошно потянувшись, а затем притянула его к себе для поцелуя.       — Это было потрясающе, — тихо сказала она. — О, мне нравятся твои руки.       Он был так счастлив, что всё, что он мог сделать, это покрыть её лицо поцелуями. Она радостно рассмеялась и погладила его по волосам.       — Итак, — сказала она с улыбкой. — Может, продолжим?       — Тебе не нужно время, чтобы прийти в себя?       — Нет, вовсе нет. На самом деле, — сказала она, притягивая его к себе для ещё одного поцелуя, — сейчас я хочу тебя только больше.       Он восхищался тем, как работает женское тело. Он ещё раз поцеловал её в губы, потом заколебался.       — Ты можешь спросить меня, — сказала она.       — Могу я… могу я снять с тебя лифчик?       — Конечно, — улыбнулась она.       Она села, и он осторожно расстегнул застёжку, затем стянул ремни с её плеч, целуя при этом шею. Она отбросила бюстгальтер в сторону и тоже сняла трусики, затем снова легла, и у него на мгновение перехватило дыхание.       — О, ты идеальна, — прошептал он. — Абсолютно идеальна.       Он наклонился, чтобы поцеловать её в шею, затем медленно двинулся вниз, чтобы прижаться поцелуями к её груди.       — Ты такая нежная, — пробормотал он между поцелуями. — Так, так мягко.       Она издала звук удовлетворения, когда он добрался до соска, затем ахнула, когда он провёл языком по самому кончику. Он делал это снова и снова, потом закрыл рот, и она счастливо вздохнула и запустила пальцы в его волосы. Он вдруг понял, что так наслаждается собой — ничто в его жизни не доставляло ему такого удовольствия, как это: исследуя её, находя способы доставить ей удовольствие, слышать её мягкие звуки удовольствия, заставляющие её… о, простое воспоминание об этом послало ещё один острый укол возбуждения прямо через него, и он не мог дождаться, чтобы сделать это снова. Он нежно сосал и был в восторге, когда она застонала.       — Немного сильнее, — выдохнула она, и он с радостью подчинился. Её пальцы запутались в его волосах, и она двигала бёдрами самым соблазнительным образом.Когда она снова застонала, его желание стало таким сильным, что у него перехватило дыхание, но он не хотел прекращать то, что делал для всего мира, поэтому он переместился к её другому соску, заставляя её стонать снова и снова.       Внезапно она оттолкнула его голову, и он заметил, что она снова учащенно дышит.       — Нехорошо? — Спросил он, но она покачала головой.       — Нет, это слишком хорошо, Серхио, я больше не могу этого выносить. Дай мне секунду, или я сгорю.       Ему было приятно, что она так сильно реагирует на него, поэтому он откинулся на спинку стула и наблюдал, как она сделала несколько глубоких вдохов и взяла себя в руки. Затем она посмотрела на него.       — Можно я сниму с тебя штаны?       В её голосе звучала такая надежда, что он не мог не рассмеяться и немного подразнить её.       — А что, если я скажу «нет»?       — Что ж, — сказала она, медленно улыбаясь, — тогда я немного умру, но уважаю твоё решение.       Он усмехнулся и обнял её.       — Я бы не хотел причинять тебе беспокойство. Если ты действительно хочешь, можешь снять с меня штаны.       Её глаза сверкали.       — Ты так добр. Как я могу отплатить тебе?       — У меня такое чувство, что ты сможешь что-нибудь придумать, — прошептал он и поцеловал её.       Она положила руку ему на грудь и, продолжая целовать, мягко толкнула его на подушки. Он вдруг заметил, как ему легко, как всё это естественно. Он был в постели с обнажённой женщиной и совсем не чувствовал себя неловко. Единственное, что он чувствовал сейчас, — это всепоглощающее желание к ней. На самом деле, он был удивлён, что его мозг всё ещё функционировал — казалось, что вся кровь в его теле в настоящее время находится в одном очень определённом месте. Сама мысль о том, что она собирается прикоснуться к нему, заставляла его дрожать, и он надеялся, что сможет держать себя в руках.       Теперь она целовала его шею, и он тихо застонал, когда её рука скользнула вниз по его груди, по животу, чтобы ловко расстегнуть пуговицу его брюк, а затем молнию. Он приподнял бёдра, и она стянула с него брюки, затем он сбросил их. Она подошла, легла рядом с ним и снова поцеловала его, в то время как её рука скользнула в его нижнее бельё. Его чувство комфорта и лёгкости тут же исчезло, когда он внезапно понял, что понятия не имеет, как он выглядит по сравнению с другими мужчинами, с которыми она спала. Что, если она разочаруется? Но потом её пальцы коснулись его, и все тревоги вылетели у него из головы, оставив только одну мысль: боже, да.       Она гладила его несколько мгновений, и он не мог дышать, не мог двигаться — она касалась его так нежно, заставляя его жаждать большего. Затем она обхватила его пальцами, и он резко вдохнул и крепче обнял её за талию, затем повернул голову и крепко поцеловал её.       — Ракель, — прошептал он ей в губы, — я хочу тебя, я так сильно хочу тебя.       — О, слава богу, — сказала она, убирая руку. — Не думаю, что смогу ждать ещё секунду.       Он радостно улыбнулся, снимая нижнее бельё.       — Ты очень нетерпелива.       Она усмехнулась.       — Держу пари, что да. Я уже несколько недель мечтаю о тебе. О, мне это так нравится.       — Нам нужен презерватив?       — Нет, у меня ВМС, я не могу забеременеть.       Она твёрдой рукой толкнула его обратно на подушки, и он прикусил губу, когда она села на него верхом. Ему нравилось, что она берёт всё под свой контроль, облегчая ему задачу, и он не мог представить себе ничего сексуальнее, чем видеть её сверху, наблюдающую, как она обнимает его и ведёт внутрь. Когда она опустилась на него, это было такое полное блаженство, что у него перехватило дыхание. Он не мог поверить, как хорошо было находиться внутри неё — она была такой тёплой, такой мягкой, такой влажной, и когда она начала двигаться, удовольствие от этого было настолько велико, что на мгновение он испугался, что сразу потеряет контроль, но затем глубоко вздохнул и сосредоточился на ней. Теперь она двигалась вверх и вниз, и вид её был восхитителен: её волосы струились по плечам, её губы слегка приоткрывались, чтобы издавать тихий стон каждый раз, когда она опускалась на него, и, боже, то, как она двигала бёдрами, сводило его с ума.       Он обхватил её бедра одной рукой, затем позволил другой руке скользнуть между её ног, положив большой палец на то место, которое она показала ему ранее. Он сразу понял, что сделал правильный выбор, когда она откинула голову назад и застонала, и он рисовал узкие круги, когда она начала двигаться на нём сильнее. Теперь она часто дышала, её грудь раскраснелась, глаза были плотно закрыты, руки лежали на его груди, и он не мог перестать смотреть на неё, пока его пальцы продолжали свою работу. Когда она внезапно напряглась, он приподнял бёдра, чтобы взять её глубже, снова, и снова, и снова, и она начала дрожать, издавая самые восхитительные звуки, и ему пришлось держать себя в руках, чтобы не опрокинуться, когда её ногти впились в его грудь, в то время как она вскрикнула, дрожа, сжавшись вокруг него, когда оргазм пронёсся через неё в течение нескольких долгих мгновений. Затем она рухнула на него, и он обнял её и поцеловал в волосы, когда она затаила дыхание.       Через несколько мгновений она подняла глаза и крепко поцеловала его.       — Мне нравится твоя выносливость, — одобрительно пробормотала она, и он почувствовал тёплый прилив гордости от её слов. — Мне нравится, что нам ещё не нужно останавливаться.       Он крепче обнял её за талию и прошептал.       — Пожалуйста, оставайся сейчас рядом со мной.       — Конечно, — тихо сказала она и поцеловала его глубоко и чувственно, когда снова начала медленно двигаться, прижимаясь к нему всем телом, заставляя его вздыхать в экстазе. Вот оно, подумал он, это, должно быть, лучшее чувство в мире. Он никогда в жизни не чувствовал себя так близко к другому человеку, и он никогда не хотел, чтобы это прекратилось, он хотел, чтобы это продолжалось вечно. Но сейчас она целовала его шею, и он знал, что долго не протянет — то, как она двигалась, было слишком хорошо, её обнажённое тело в его объятиях было слишком сексуальным, и когда она укусила его за мочку уха, он задохнулся и закрыл глаза. Она ускорилась, издавая тихое, шепчущее «о!» каждый раз, когда он наполнял её, и напряжение, которое росло в нём, быстро становилось невыносимым.       — Это так приятно, — прошептала она ему на ухо. — Ты чувствуешь себя так потрясающе внутри меня. Её слова довели его до крайности. Он крепко обнял её и зарылся лицом в её волосы, когда напряжение внутри него достигло пика и сломалось, посылая волну за волной удовольствия через него, заставляя его задыхаться, когда оргазм сотрясал его, мгновение за мгновение. Наконец, постепенно ощущение отступило, и он снова расслабился, тяжело дыша, прижимая её к себе, всё его тело гудело от удивления и удовлетворения.       — О боже, — ошеломлённо прошептал он. — О боже, Ракель. О боже мой.       Она поцеловала его в щёку и улыбнулась.       — Это было лучше, чем ты помнил?       — Лучше? — Сказал он. — Это ни в малейшей степени не идёт ни в какое сравнение, Ракель, я не знаю, что ты со мной сделала, но о! Раньше секс никогда не заставлял меня чувствовать что-либо, но теперь я почувствовал… всё. Это было так интенсивно, так удивительно. Ты потрясающая.       Она посмотрела на него с довольной улыбкой.       — Я рад, что ты полон энтузиазма. Значит ли это, что ты захочешь сделать это снова?       Он притянул её голову к себе и поцеловал.       — Да, пожалуйста. Снова, и снова, и снова. — Он разочарованно вздохнул. — На самом деле, я хотел бы, чтобы мы могли сделать это снова прямо сейчас.       Она рассмеялась и соскользнула с него.       — У нас ещё есть время, дай мне час или около того, а затем мы можем попробовать ещё раз.       Она начала вставать с кровати, но он схватил её за талию и потянул назад.       — Куда ты идёшь? — Спросил он, уткнувшись носом в её шею.       — В ванную, — рассмеялась она. — Чтобы привести себя в порядок. Могу я?       — Я не знаю, — пробормотал он, прижимаясь поцелуями к её плечу. — Как долго тебя не будет?       — Десять минут?       — Это неприемлемо. Пусть будет пять.       — Девять, — предложила она, улыбаясь.       — Шесть, — предложил он.       — Как насчёт компромисса в семь с половиной?       — Хорошо, — сказал он, неохотно отпуская её. — Но ни секундой дольше.       Она поцеловала его в губы.       — Я потороплюсь.       Он с тоской посмотрел ей вслед, когда она пересекла комнату и исчезла в маленькой ванной. После того, что он только что пережил, он больше не хотел расставаться с ней ни на секунду, и ему до смешного хотелось, чтобы она вернулась. Когда через несколько минут она вышла из ванной и вернулась к кровати, улыбаясь ему, у него перехватило дыхание от того, как она была прекрасна. Он тут же снова обнял её и жадно поцеловал.       — Итак, — сказал он. — Нам придётся ждать целый час?       — В твоём возрасте? Да, я думаю, тебе понадобится по крайней мере столько.       Он посмотрел на неё.       — Но ты не знаешь.       — Ну, технически я не знаю, но…       — Пожалуйста, — прошептал он ей на ухо, проводя пальцами между её грудей и вниз по животу. — Час — это слишком долго. Я не могу ждать целый час, чтобы снова услышать твой стон.       Он снова поднял руку и нежно ущипнул её за сосок, и она издала тихое «о»!.       — Да, — выдохнул он. — Вот так просто.       Он наклонился и погладил внутреннюю сторону её бедер, и она со вздохом раздвинула ноги.       — Ракель, — прошептал он. — Мне бы очень хотелось узнать, какая ты на вкус. Могу я?       Она прикусила губу от удовольствия и кивнула, затем удобно устроилась на спине, когда он опустился, чтобы сесть между её ног. Затем он заколебался и посмотрел на неё.       — Я… на самом деле никогда не делал этого раньше, — признался он. — Возможно, мне понадобится небольшое руководство.       — Всё в порядке, — улыбнулась она. — Я не против того, чтобы направлять тебя.       Он наклонился и поразился тому, как она открылась ему. Он начал с поцелуев внутренней стороны её бедер, медленно приближаясь к ней, пока она не начала извиваться для контакта. Затем он высунул язык и лизнул её, одним широким движением вверх, от которого она задрожала. Ему нравился её вкус, поэтому он лизал её снова, и снова, и снова, заставляя её вздыхать, когда она шире раздвигала ноги. Затем он прижался к ней ртом и начал исследовать её языком, медленно и тщательно, и она одобрительно замурлыкала и наклонилась, чтобы запустить пальцы в его волосы. Когда его язык достиг нужного места, она немедленно дала ему знать, издав тихий стон и наклонив бедра, и он устроился там, кружась и облизывая, пробуя разные вещи, чтобы увидеть, что заставило её реагировать с наибольшим энтузиазмом.       — О! — Прошептала она. — Это потрясающее чувство.       Он протянул руку и коснулся её пальцами, радуясь, что она снова мокрая. Он скользнул двумя пальцами, и она издала долгий, низкий стон, когда он начал двигаться. Через несколько мгновений она подняла голову, её глаза были мягкими и тёмными.       — Серхио, — пробормотала она. — Согни пальцы и посмотри, сможешь ли ты нащупать мягкое место.       Он ощупал все вокруг, но…       — Всё кажется мягким, — сказал он.       — Место, где текстура немного отличается. Почти… немного ниже… Она вдруг ахнула. — Ой! Да, именно там. Теперь толкай вверх, сильно.       Он сделал, как она просила, и она откинулась на подушки, тихо застонав.Он снова приложил рот и нашёл нужное место, затем установил устойчивый ритм языком и пальцами, и вскоре она уже учащённо дышала и вцепилась в простыни.       — Да, — выдыхала она снова и снова. — Не останавливайся!       Он продолжал, страстно желая, чтобы она снова кончила, чтобы почувствовать её дрожь и услышать её крик. Наконец она напряглась и схватила его за волосы, и он наслаждался каждой секундой, когда она выгнула спину и начала дрожать.       — О боже! — Громко выдохнула она. — О — о — о — о!       Он продолжал, пока она не прижалась к его голове, затем он постепенно расслабился и отстранился, чтобы посмотреть на неё. Боже, она выглядела потрясающе — её волосы были взъерошены, щёки раскраснелись, она тяжело дышала. Он наслаждался этим гораздо больше, чем думал, и немного сожалел, что всё закончилось так быстро. Затем он улыбнулся, так как у него появилась идея.       — Ракель, — сказал он, и она открыла глаза, чтобы мягко взглянуть на него. — У некоторых женщин может быть больше одного оргазма, верно?       — Верно, — сказала она.       — А как насчёт тебя?       — Я не уверена. Никто никогда не пытался заставить меня кончить дважды подряд.       Это было выше его понимания.       — А почему бы и нет?       Она подняла брови.       — Честно говоря, как женщине, тебе повезло, если парень, с которым ты спишь, заботится о тебе достаточно, чтобы заставить тебя кончить хотя бы раз.       — Но какая пустая трата удивительной способности! И ты никогда не пробовала это самостоятельно?       — Я занятая женщина, Серхио, и когда я мастурбирую, то обычно для быстрого снятия напряжения.       Он ухмыльнулся.       — Что ж, тогда давай попробуем.       — Я не знаю, — слабо запротестовала она, — может быть, я сейчас слишком чувствительна, я…       Она резко остановилась, когда он снова прижался к ней губами, а затем со вздохом откинулась на подушки. Когда его язык коснулся её там, она дёрнулась.       — Осторожно! — Выдохнула она, но тут же добавила: — Нет, подожди, продолжай! О, да!       Он держал свои прикосновения лёгкими, как пёрышко, когда лизал её, и когда он снова вставил два пальца и толкнул вверх, она выгнула спину и впилась пальцами в простыни. Теперь она стонала с каждым вздохом, и прошло всего несколько минут, прежде чем она начала дрожать. Он ускорился, и она внезапно напряглась и приподнялась на локтях, всхлипывая его имя, когда чувство снова пронзило её одним коротким, интенсивным взрывом. После этого она немедленно оттолкнула его голову и откинулась на подушки, тяжело дыша и дрожа. Он был очень доволен собой, когда поднялся и обнял её, а она прижалась лицом к его груди и тихо застонала, содрогаясь. Он погладил её по плечу, глядя на неё сверху вниз, и почувствовал такой прилив нежности, что она угрожала захлестнуть его. Она была так, так дорога ему.       Наконец она успокоилась и открыла глаза, немного ошеломлённая.       — Ты в порядке? — Он спросил.       — Да, — выдохнула она, а затем одарила его лучезарной улыбкой. — Вау.       — Это было так жарко, — пробормотал он. — Слышать, как ты произносишь мое имя, когда кончаешь.       Он вздрогнул при воспоминании об этом.       Она моргнула.       — Я назвала твоё имя? Я даже не помню.       — Ты так быстро кончила, — он улыбнулся ей сверху вниз.       — Да, — удивлённо ответила она. — Всё это было так чувствительно сейчас.       Он поколебался, затем спросил немного встревоженно.       — Итак… как я справился? Это было хорошо для тебя?       Она недоверчиво посмотрела на него.       — Серьёзно? Ты заставил меня кончить четыре раза сегодня днём и спрашиваешь, хорошо ли это для меня?       Он застенчиво улыбнулся ей.       — Это значит «да»?       Она рассмеялась.       — Да, Серхио! Боже, да! — Она притянула его голову к себе и поцеловала. — Ты потрясающий. Я не знаю, почему ты нервничал раньше, ты естественен.       — Это всё благодаря тебе, — искренне сказал он. — Ты заставила меня чувствовать себя так непринуждённо. Мне это понравилось гораздо больше, чем я когда-либо думал.       — Хорошо, — сказала она, широко улыбаясь. — Должна признаться, я немного испугалась, когда ты сказал, что никогда раньше не любил секс. Я так рада, что на этот раз тебе понравилось.       — Мне понравилось, — тихо сказал он, крепче обнимая её. — Я никогда не чувствовал себя так раньше.       — Что, например?       — Как будто всё, чего я хочу в этом мире, — это быть рядом с тобой.       Она мягко улыбнулась ему и погладила по щеке.       — Тогда давай держаться поближе.       — Мне нравится делиться этим с тобой, — прошептал он. — Спасибо тебе.       — Мне тоже нравится, — улыбнулась она.       Он наклонил голову и поцеловал её. Когда он прижался губами к её губам, а она погладила его по затылку, он молча удивился тому, что она с ним сделала. Он и представить себе не мог, какое влияние она окажет на его жизнь. Он никогда не мог себе представить, что сегодня, в этот серый, обычный день вторника, она разбудит его от сна, о котором он даже не подозревал, и заставит его почувствовать себя более живым, чем когда-либо прежде. Поэтому он целовал её снова и снова, потому что не знал, как отблагодарить её за это.