Есть ли зарисовки/или арты с персонажем сделанные вне аска ? Показывайте ~
20 мая 2021 г., 15:00
Семья:
Отец высокий, укутанный величием пышной, забавной формы — такую носят бледные люди, правящие кораблями на картах, но давно не выходящие в Море.
Его черты размыты, но присмотревшись, встав на мыски Патриция может сказать, что у него было тонкое, длинное лицо, красивое — достающей до правой щеки прядью; выбилась ли она из уложенного парика или всегда была там, своей сединой напоминая о пережитом.
У него что-то с рукой — он никогда, подхватив не поднимал юную Джонсон, только приобнимал за плечи, изредка ощутимо хлопал по спине ладонью; под звонкий смех трепал волосы.
Матушка — она всегда была рядом. Её объятия напоминали уютное гнездо, безмятежный островок в шумном, ярком мире.
Сирена не помнит её рук: были ли они у неё или их место занимали широкие, заботливые крылья — прятались ли под широкой юбкой тонкие лапы, был ли подрезан хвост?
Если Патриция могла приблизиться к фантому отца, уткнуться лбом в мимолётно крепкую спину, то матушка оставалась далёкой, призрачной фигурой.
Безликой.
Джонсон не помнила имён, только своё.
Туман тяжелой парусиной обхватывал память, укрывал, отталкивая вопросы, медленно сковывая.
Разве — мать всех сирен не морская богиня? Разве — может человек связать свою жизнь с сиреной?
Тогда, почему она видит их?
Тон:
— Как ты нашёл меня? — сирена смущена.
— Русалки напели — они ещё те сплетницы, — протягивает Капитан, скрестив руки опирается на фальшборт.
— Почему? — сглотнув, Патриция отходит, переступает, готовясь сорваться с места.
— Если ты «ведьма», то определённо должна знать где прячется пиратский барон, — почти укор.
— Я не знаю, — Джонсон сводит крылья перед собой, защищается.
— Мне казалось, что вы все вышли из одного котла, — смех.
Этого достаточно, чтобы спугнуть сирену — взмахнув, она отталкивается, но Капитан успевает поймать её за цепь на поясе.
— Постой, — он старается говорить мягче, — Тогда, найди мне пророка.
Черепашье мясо:
Подарок странный, неожиданный — перевёрнутый панцирь, не пустой. Патриция опасается, подходит прыжками, ожидая подвоха, ловушки — приподняв лапу, когтями касается края, вскрикнув отпрыгивает.
С сопением отводит крылья за спину, распушив хвост, склоняется. Мелким шажком приближается; ударом переворачивает «блюдо», сбивая прикрывающее его костяное дно.
Она хватает: резко, прямо с палубы.
Взмахом отступает, чтобы попробовать тёмно-розовое, почти фиолетовое мясо.
Джонсон ест; сгорбившись, торопливо, доверчиво — случайно прикусывая пальцы.
О людях:
— Кто ты? Твоё лицо мне знакомо.
— Патриция Джонсон.
— Дочь того, упокой Океан его душу, скряги?
— Мой отец — был хорошим человеком.
— Я и не спорю, но история может припомнить другое.
— Если, вы не хотите, чтобы я переступала порог вашего дома, то просто закройте дверь.
— Как прикажете, миз.
Цепь:
Море неспокойно; волнами-ладонями ловит корабль — царапает широкие бока, когтями тянется к палубе — к россыпи фигур-моряков, скалится капитану.
— Это конец, — забившись в угол, шепчет Патриция, дрожащими губами целует тонкую цепочку, талисман.
— Юнга! — чья-то рука грубо вытягивает её из укрытия, под свет обличающего фонаря.
