Убей меня, если сможешь

Воздух в комнате был тяжелым, почти вязким. Ни один из ребят не произносил ни слова в течение долгих минут — просто сидели, каждый со своими мыслями, как будто не решаясь начать разговор. Юнги стоял у окна, смотрел сквозь стекло на тускло мерцающие огни улицы. В его голове крутилось одно и то же: взгляд Тэхена в ту секунду. Спокойный, холодный. Слишком целеустремленный, чтобы это была просто вспышка ярости. Намджун сел на край стола, сцепив пальцы в замок. — Он ударил его трижды. В ребра, — произнес мужчина тихо, как будто озвучивая это, делал происходящее реальнее. Хосок зажал затылок руками и резко выдохнул. — Это же Бэкхен… мы его знали. Он же и порекомендовал Тэхена к нам. Что вообще произошло? Юнги оторвал взгляд от окна и повернулся к ним. — Он просто сделал это… как будто уже давно принял решение. Чонгук сидел на подоконнике, ссутулившись, взгляд упирался в пол. Он не произносил ни слова, но внутри все кипело. Сердце стучало, как будто требуя ответа: почему Тэхен ничего не сказал? Почему ушел молча? — Думаете, Бэк мог быть предателем? — тихо спросил Намджун, глядя в пустоту. — Или это какая-то разборка из прошлого? — А почему мы так слепо доверяем Тэхену? — вдруг резко произнес Хосок, глядя на Юнги, словно пытаясь поймать у него сомнение. Мин резко повернулся, его голос стал жестче: — Потому что, если бы хотел нас предать — уже сделал бы это. Хосок нахмурился, но промолчал. Чонгук сжал кулаки, и, наконец, заговорил: — Я не собираюсь судить его, пока не услышу все от него самого. Уверен — это было не просто так. Тишина опустилась снова, но уже другая — наполненная ожиданием, тревогой и чем-то неясным, почти болезненным. Каждый из них чувствовал, что это только начало. И, возможно, дальше будет только хуже. *** Намджун сбежал по ступенькам вниз почти вприпрыжку. В кабинете, где обсуждали убийство Бэкхена, воздух был таким плотным, что дышать становилось невозможно. Он решил отвлечься совсем ненадолго. И почему-то сразу позвал Чимина на встречу. Его невероятно тянуло к этому пареньку. Но причины Джун пока и сам не знал, не мог объяснить. Даже самому себе. Пак был недалеко, поэтому охотно согласился встретиться. Вечер был ясным, но еще прохладным. Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в оттенки персика и лаванды. Намджун ждал на мосту — с термосом в одной руке и небольшим бумажным пакетом в другой. Он выглядел немного нервным, хотя и пытался казаться спокойным. Чимин пришел через минут пять. Парень заметил Джуна издалека и чуть ускорил шаг. Улыбка, едва заметная, скользнула по его губам. — Ты как раз вовремя, — улыбнулся Ким, его голос звучал немного мягче, чем обычно. — Я подумал, что здесь спокойно. И красиво, — он протянул Чимину бумажный пакет. — Булочка с черникой. Уточнял трижды, — добавил мужчина, и оба рассмеялись. — Ты, похоже, теперь боишься навлечь на меня аллергический шок, — пошутил Пак, принимая угощение. — Я просто ценю живых собеседников, — сдержанно улыбнулся Намджун. Они пошли вдоль набережной, не торопясь. Ветер шевелил волосы, а вода под мостом тихо плескалась о бетонные стены. Поначалу парни говорили о простом — о погоде, о странной рекламе на улице. Чимин пару раз смеялся вслух, Ким ловил каждый момент — как будто хотел сохранить его на потом. Они остановились на смотровой площадке. Сверху открывался красивый вид на город, огни начинали мерцать, как звезды. Пак облокотился на перила, а Намджун встал рядом. — Когда я был маленьким, — начал Джун, — я думал, что огни города — это что-то магическое. Что за каждым из них стоит чья-то история. Кто-то смотрит телевизор, кто-то дерется, кто-то только что влюбился. — А кто-то смотрит на нас сверху и думает, что мы история, — сказал Чимин, и голос его звучал чуть тише. Ким улыбнулся. И в ту секунду между ними повисло что-то почти неуловимое — легкое, тихое, но вполне осязаемое. Взгляд, чуть дольше, чем обычно. Молчание, которое ничего не требовало. Чимин первым отвел глаза. Его пальцы сжали перила, как будто ему нужно было во что-то уцепиться. Намджун был готов провести с ним еще целую вечность, но нужно было возвращаться обратно. Дела не ждут. — Мне пора идти. Спасибо, что пришел, — проговорил Джун. — Это… значит больше, чем кажется. — Я это знаю, — коротко ответил Пак. — И тебе спасибо. Они стояли так еще пару секунд — в тишине, в которой не было ни напряжения, ни неловкости. Просто пауза между двумя людьми, которые пока не знали, как назвать то, что между ними происходит. Чимин развернулся первым. Намджун смотрел ему вслед, пока тот не скрылся за углом, и только тогда выдохнул — медленно, почти беззвучно. «Он такой… живой», — подумал мужчина. — «Словно каждый его жест, каждое слово — как искра. Не знаю, к чему все это идет. Но я точно хочу быть рядом». Ким провел пальцами по перилам, задержавшись еще на минуту. А потом шагнул прочь, но с легкостью внутри, которую не чувствовал уже давно. *** Ветер на крыше был прохладным, но не колючим — он словно пытался привести мысли в порядок. Тэхен стоял, опершись на парапет, и смотрел на город внизу. Ночные огни казались далекими и нереальными, как будто принадлежали другой жизни. Он пытался разобраться в себе. В том, правильно ли поступил. За последние пару дней парень своими же руками все кардинально поменял. Убив тех людей, убив Бэкхена, начав привязываться к Чонгуку и остальным. Ему казалось, что это правильное решение, но очень сложное. С ужасными последствиями. Через минуту Ким переключился на другие мысли, которые волновали его не меньше. Он пытался понять, что чувствовал, когда вспоминал Гука. Когда ловил на себе его взгляд. Когда слышал, как тот произносит его имя. Все внутри будто ломалось и перестраивалось — это было пугающе, но в то же время… маняще. «Я не должен этого чувствовать», — подумал Тэ. — «Не сейчас. Я не могу себе этого позволить». Но все равно позволял. Он закрыл глаза, вдыхая прохладный воздух. Вспомнил, как Чонгук смотрел, когда думал, что Тэхен не замечает. Как сжимались его губы, когда он злился, и как светлел взгляд, когда он смеялся. Шаги за спиной заставили его обернуться. Чонгук. Он выглядел иначе — не таким собранным, не таким резким. В его глазах больше не было гнева. Только усталость и какая-то внутренняя борьба, от которой Тэ стало тесно в груди. — Я знал, что найду тебя здесь, — сказал Чон, подходя ближе. — Ты же как кошка — прячешься на высоте, когда не хочешь, чтобы тебя трогали. — А ты, как всегда, лезешь туда, куда не просят, — отозвался Тэхен, не оборачиваясь. Чонгук встал рядом, взглянув на него сбоку. — Я был неправ. Сорвался. Не стоило мне ругаться. Я… — он замолчал, тяжело выдохнув. — Я просто злился, но не на тебя. На ситуацию. На себя. Ким посмотрел на него краем глаза. — Прощения не просишь? — Я бы не удивился, если бы ты вмазал мне. Но нет. Я не за прощением. Просто… не хочу, чтобы ты думал, будто я тебя ненавижу. Потому что это не так. — Знаешь, ты бы и правда меньше бесил, если бы просто помалкивал, — пробурчал Тэхен, и угол его губ чуть дернулся. Чонгук усмехнулся. — А ты бы пугал меньше, если бы не швырялся ножами и взглядами, будто мы все тебе должны. Где ты вообще научился так драться? — В Интернете, — не моргнув, ответил Ким. — Ну конечно. Курс «10 способов убить человека и не испачкать футболку»? Тэхен хмыкнул. — Просто жизнь такая. Приходится учиться быстро. — Ты слишком много всего умеешь для обычного новенького. Подозрительно. — А ты слишком много говоришь, когда нервничаешь. Тоже подозрительно, — усмехнулся Тэ. Чонгук замолчал на пару секунд, затем чуть склонил голову. — Кто ты вообще, Тэхен? Тот посмотрел на него долгим взглядом, в котором таилось и что-то колкое, и почти усталое. — Кто-то, кого тебе лучше не пытаться раскусить. — Поздно, — пробормотал Чонгук, их лица сблизились, дыхание смешалось. — Уже интересно. Тэхен на мгновение замер. Всё в нём кричало, что это ошибка. Что он не должен. Что между ними — слишком много чужого, слишком много лжи, слишком много опасности. Но Чонгук был рядом, смотрел на него так, будто хотел его понять. Хоть немного. Хоть часть. А может — просто почувствовать. И вдруг этого оказалось достаточно. — Тогда перестань пытаться меня читать… и просто почувствуй, — выдохнул Тэхен. И сам потянулся вперёд, стирая расстояние между ними. Поцелуй вышел не мягким — он был резким, будто удар током. Вкус гнева, жара, напряжения и чего-то, что они оба не умели называть. Тэхен будто сорвался. Он не планировал этого. Он не должен был. Но когда губы Чонгука ответили, когда пальцы вцепились в его рубашку, всё остальное исчезло. Чёрт, зачем я это сделал? — пронеслось в голове Тэхена. — Я должен был держаться от него подальше. Это не в правилах. Это не часть миссии. Это… не часть плана. Но было поздно. Потому что в ту секунду, когда он почувствовал, как Чонгук дышит с ним в унисон, он понял, что план рухнул. Он уже выбрал сторону — пусть пока и не вслух. Но этот долгожданный момент прервал звонок телефона. Тэхен резко отстранился от поцелуя, как только услышал назойливую вибрацию в кармане. Его пальцы нащупали телефон, и на экране высветилось имя, которое он надеялся никогда больше не увидеть: Ли Чану. Он ещё мгновение смотрел на экран, прежде чем всё же принять вызов и отойти в сторону. — Слушаю, — голос Тэ стал холодным. — Не думал, что ты так быстро начнёшь портить мои планы, Тэхен, — голос был ядовитым, с издёвкой. — Хотя, пожалуй, стоило ожидать. Я чувствовал, что ты перегибаешь палку, но убить Бэкхена? Ты серьёзно? Ким молчал. — Значит, теперь ты не просто предатель. Теперь ты мой враг. Убедись, что у тебя хватит времени, чтобы пожалеть об этом. Тэхен сбросил вызов и медленно выдохнул, возвращаясь к Чонгуку, будто ничего не произошло. Тот всё ещё стоял на том же месте, немного настороженный. — Кто звонил? — спросил он, глядя пристально. Тэ на мгновение замер, потом слегка усмехнулся и пожал плечами: — Старый призрак. Видимо, решил, что пора напомнить о себе. Чонгук приподнял бровь: — И часто к тебе призраки звонят? — Только те, кто не понял, что я уже живу в другой реальности. Ким отвернулся к городу, скрывая всё, что блеснуло в его взгляде. Он знал — теперь назад дороги нет. *** Тишина в комнате была почти зловещей. Она звенела в ушах, как после выстрела. Тэхен стоял чуть поодаль, в полумраке. Спокойный с виду, но внутри — раскалённый ком напряжения. Рядом с сердцем всё пульсировало. Юнги стоял у стены, сложив руки на груди, и, казалось, всё ещё переваривал произошедшее. Его взгляд периодически соскальзывал на Тэхена — не враждебный, но внимательный. Он ищет суть. Он копает глубже. — Думаю, мы имеем право знать, — наконец сказал Мин, тихо. — Бэкхен был одним из нас. Чонгук сидел, ссутулившись, пальцы сцеплены в замок, локти на коленях. Он не поднимал головы. Только сжал руки чуть сильнее. Тэхен медленно вдохнул. — Он… был опасен, — сказал Ким. Просто. Почти отрешённо. — Это не объяснение, — сказал Намджун. Его голос прозвучал слишком быстро. Он сам этого не ожидал. И тут же отвёл взгляд, будто стыдясь. — Извини. Просто… Нам нужно понять. — Я сделал то, что счёл нужным, — ровно. Голос Тэхена не дрожал. Он не давал ни одной эмоции, за которую можно было бы уцепиться. Только глаза были чуть темнее обычного. — Я не стану вдаваться в детали. Если вы мне не верите — я пойму. — Но почему ты молчал? — спросил Хосок, устало проводя рукой по лицу. — Почему сразу не сказал, что он подозрителен? Почему просто… не поговорил? Тэхен пожал плечами. Почти незаметно. — Иногда слова только мешают. Чонгук наконец поднял голову. Его взгляд впился в лицо Тэ, будто пытаясь пробить брешь в непроницаемой броне. — Где ты научился так… действовать? — спросил он тихо. — Так, чтобы никто не успел понять, что происходит? Внутри у Кима что-то болезненно дернулось. Но он ответил с лёгкой усмешкой: — Думаешь, это можно где-то выучить? — Я думаю, ты слишком хорошо умеешь убивать, — сказал Гук, глядя прямо. — И слишком хладнокровно держишься. Даже сейчас. Юнги перевёл взгляд с одного на другого. Сквозь его лицо проскользнула тень сомнения — но тут же исчезла. Он выдохнул: — Не знаю, что ты скрываешь, — тихо, почти с сожалением. — Но я всё равно не верю, что ты сделал это просто так. Ты не безумец. Ты всегда просчитываешь на шаг вперёд. Тэхен кивнул. Благодарно, без слов. — А почему мы так слепо ему доверяем? — вдруг бросил Намджун, но сам же и осёкся. — Потому что он один из нас, — резко сказал Чонгук. Хосок отвернулся к окну. Его пальцы стучали по подоконнику — быстро, нервно. — Это всё слишком странно, — выдохнул он. — И слишком точно. Тэхен появился, когда нам срочно нужен был человек. Знал, как себя вести. Понял всё с полуслова. А теперь — убивает одного из своих. Все снова замолчали. Тэ стоял, как статуя, но внутри его рвало на части. Им не нужен враг. Им нужен человек, которому можно доверять. Я не могу быть тем, кто разрушит их изнутри. Но и не могу рассказать правду. Пока нет. Он встретился взглядом с каждым из них. Один за другим. Без слов просил: поверьте. Пусть хоть на время. И, похоже, они поверили. Или сделали вид, что поверили. Но трещина уже появилась. И Ли Чану будет в неё бить. *** Тэхен поднялся по лестнице на свой этаж, усталый, будто бы прошёл не один день, а целый год. В голове всё ещё гудели отголоски разговора с Чонгуком и остальными. Поцелуй с Чоном так же не давал покоя. Это пугало. В то же время, ему невероятно хотелось его повторить. Но это была не самая большая проблема. Ли Чану не отступит — Ким это знал наверняка. И чем сильнее он это осознавал, тем глуше становился весь остальной шум в голове. Он чувствовал — буря ещё впереди. Но устал. Просто устал. Парень вставил ключ в замок, открыл дверь. В квартире было темно. Тэхен шагнул внутрь, и в тот же миг в комнате вспыхнул свет. — С днём рождения! — в унисон прокричали два знакомых голоса. Он дёрнулся, будто его ударили током, и застыл. Перед ним стояли Джин и Чимин. Пак держал в руках небольшой торт с тонкими свечами. Джин размахивал флажками, на лбу — нелепая блестящая корона. Тэхен замер в дверях. Его сердце застучало неровно. Он не знал, как реагировать. Не помнил, когда в последний раз ему кто-то говорил «с днём рождения». Ему никогда не было это приятно. День, в который его жизнь раскололась пополам. День, когда его больше не ждали дома. — Что за… — Тэ хотел отступить, но Чимин шагнул ближе. — Мы просто… — он улыбнулся немного виновато. — Мы знаем, ты не празднуешь. Но это не повод совсем его игнорировать. Хотя бы кусочек торта? Тэхен чуть прищурился. Он собирался что-то сказать, когда за его спиной раздались шаги. Из коридора один за другим вышли Намджун, Хосок и Юнги. — Вы издеваетесь, — пробормотал Ким, широко раскрыв глаза. — Что, черт возьми, происходит? Юнги лениво усмехнулся: — Не каждый день ты кого-то режешь, вступаешь в мафию и отмечаешь день рождения. Надо как-то это отпраздновать. — А я настоял, — добавил Джин с видом родителя, организующего утренник. Тэхен уже открыл рот, чтобы отреагировать, когда сзади кто-то тихо подошёл. Чонгук. Слегка взъерошенный, с пакетом в одной руке и коробкой в другой. Он встал рядом, посмотрел на него и с чуть кривой, тёплой полуулыбкой сказал: — С днём рождения, Тэхен. Голос был глубокий, мягкий — совсем не тот, что был, когда они ругались. Не холодный, не напряжённый. Просто… честный. И вот тогда у Тэ что-то щёлкнуло внутри. Он выдохнул. Первый раз за эти годы он не чувствовал отвращения к самому себе в этот день. Он не сжирал себя изнутри. Не корил за то, что остался жив. Он просто стоял, окружённый теми, кто выбрал быть рядом. Ким посмотрел на них — этих странных, громких, упрямых людей, что стали его новой семьёй. И вдруг захотел… остаться. Тэхен хрипло усмехнулся, провёл рукой по волосам и пробормотал: — Вы все чертовски ненормальные. — Да, — сказал Джин. — Но мы твои. Смех, торт, лёгкие поддразнивания. Тэхен принял коробку от Чонгука, даже не спросив, что там. Просто… принял. А потом в тишине его телефон завибрировал. Сообщение. От незнакомого номера. «Ты выбрал сторону. Будь готов ко всему. — Л.» Ким смотрел в экран несколько секунд, а потом просто нажал «заблокировать». Он убрал телефон в карман и вернулся к столу, где Чонгук спорил с Джином, а Чимин втихаря пытался стянуть лишний кусок торта. Но внутри него уже снова поднялась тревога. Потому что, сколько бы он ни притворялся, он знал: Ли Чану не прощает. И игра только началась.