Убей меня, если сможешь

Свет ещё не проникал сквозь жалюзи, но утро уже чувствовалось — в тишине, в прохладе, в запахе кофе, доносившемся из соседней комнаты. Тэхен открыл глаза, лежа на узком диване в углу офиса Чонгука. Его тело слегка затекло от непривычной позы, но он не двигался. Он чувствовал, как рядом ровно и спокойно дышит Чон, полуобнимая его даже во сне, будто всё ещё держит в своих объятиях ту ночь. «Слишком близко, ” — подумал Тэ. Но не отстранился. Он смотрел в потолок, не моргая, чувствуя, как холод бетонных стен просачивается под кожу, медленно вытесняя остатки жара, оставшегося после их близости. Он привык быть один. Спать один. Просыпаться — тем более. Это утро было другим, и именно в этом — опасность. Осторожно высвободившись из-под руки Чонгука, Ким поднялся. Тот чуть шевельнулся, но не проснулся. Тэхен стоял над ним несколько секунд, разглядывая расслабленное лицо, в котором не осталось ни капли угрозы. Сейчас Гук выглядел моложе, почти уязвимым. Почти — ключевое слово. Он отошёл в угол офиса, умывшись ледяной водой из маленькой раковины, и налил себе кофе из термоса, который кто-то оставил ещё ночью. Сделал глоток — обжёгся, но не поморщился. Ему нужно было ощущение — острое, настоящее, живое. Достав телефон, он открыл защищённый канал и отправил короткое сообщение: «Проверь. Тот же адрес. Нужно знать, есть ли кто-то. Срочно.» Это место… тот склад, где он когда-то встречался с Ли Чаном, казалось, было стёрто с карты. Но Тэхен не верил в совпадения. Если они ушли, значит, знали. Либо кто-то проговорился… либо следили. Он встал у окна, прислушиваясь к звукам пробуждающегося города. За спиной послышалось движение, и голос Чонгука, всё ещё хриплый от сна, нарушил утреннюю тишину: — Ты всегда такой бодрый или просто хочешь сбежать до того, как я открою глаза? Тэ не обернулся. — Просто не люблю привязываться к чужим подушкам. — Хм. А я думал, тебе понравилось, — Чон подошёл ближе, забирая у него чашку и делая глоток. — Холодный. Как ты. — С тобой любой кофе остынет, — спокойно бросил Тэхен. — Ты вообще когда-нибудь говоришь спасибо после хорошей ночи? — Чонгук прищурился, с ленцой опираясь на стол. Ким медленно повернул голову, уголки губ дёрнулись в ленивой, почти хищной усмешке. — Я предпочитаю… выражать благодарность по-другому. Но, если ты хочешь — могу подарить тебе открытку с сердечком. Или, может, с пистолетом — по твоей теме. — Романтик, — усмехнулся Гук, покачав головой. — Какой есть, — бросил Тэхен, отворачиваясь к окну. И чуть тише, с едва заметной теплотой добавил: — Ты же всё равно с меня глаз не сводишь. Чон улыбнулся, быстро чмокнул парня в губы и начал одеваться. Ведь остальные должны быть здесь с минуты на минуту. *** Кофе в пластиковых стаканах обжигал пальцы, аромат смешивался с запахом документов, оружия и мужского пота — всё то, что стало повседневностью для этой комнаты. Окна были приоткрыты, и в кабинет проникал утренний свет, превращая пыль в золотую дымку. Чонгук стоял у стола, держа в руке планшет, по экрану которого он лениво листал какую-то карту. В его движениях была собранность, но глаза выдавали бессонную ночь. — У нас слишком мало информации, — буркнул Хосок, садясь на подлокотник кресла. — Мы даже не знаем, где теперь находится их база. Ли Чану ведь не дурак — он мог переехать сразу после той стычки. — Уже переехал, — отозвался Тэхен с дивана, на котором он только что вытянулся в полный рост, но теперь сидел, облокотившись на колени. Он только что вернулся после разговора с человеком, которого отправил проверить старое место. — Мой парень сказал, что всё пусто. Ни одного следа. Как будто там вообще никто не жил. — И что дальше? — Юнги сложил руки на груди, задумчиво склонив голову. — Мы снова в тени. А он, чёрт побери, продолжает вырезать людей, как будто это шахматная партия. — Или охота, — вставил Намджун, стоя в углу с планшетом в руках. Он листал данные — то, что осталось после дешифровки флешки Бэкхена. — Мне удалось кое-что вытащить. Пару имён, несколько зашифрованных маршрутов. Думаю, это логистика — поставки, возможно, оружие. — Думаешь, это поможет? — посмотрел на него Чонгук. — Если повезёт — это даст нам точку, где они держат склад. Или где кто-то из них появится. Надо пробить через старые связи. Я займусь этим. Чон кивнул, взгляд задержался на Намджуне чуть дольше. Он ценил его спокойствие и аналитический ум — особенно сейчас, когда каждый их шаг становился всё опаснее. — Тогда так. Юнги, копай дальше по бумажной части. Хосок, ищи активность. Джун — твои маршруты могут стать ключом, работай с ними и держи меня в курсе. — А мне что? — кивнул Тэхен, тон у него был скорее игривый, чем деловой. — Ты и так уже развлекаешься с его людьми, — холодно бросил Чонгук, но в голосе скользнуло что-то вроде тени улыбки. — Но если хочешь поработать всерьёз — иди на разведку. Я доверяю твоим глазам больше, чем любому другому. Ким коротко хмыкнул, не уточняя, было ли это насмешкой или согласием. — Мне стоит подключить Чимина, если будет что-то странное в логистике, — добавил Намджун, будто между делом. — Он хорошо ориентируется в таких потоках, даже если сам этого не замечает. Юнги усмехнулся. — Любишь ты своего Чимина, а? Джун только пожал плечами, не отвечая. Хосок хлопнул в ладони. — Ладно, парни, за работу. Пока ещё есть время дышать. Команда начала расходиться — каждый в свою сторону, каждый в своём ритме. Юнги задержался у выхода, взглянул через плечо на Тэхена и чуть кивнул, будто в знак поддержки. Хосок что-то тихо буркнул себе под нос и исчез в коридоре. Намджун, последний на выходе, встретился взглядом с Чонгуком, и тот кивнул ему почти незаметно — уважительно. В кабинете остались только двое. Вскоре, каждый из них тоже принялся за дело. Тэ нашёл Юнги в комнате отдыха — не то чтобы он искал его специально, просто ноги сами привели туда. Просторное, но всё равно какое-то душное помещение, с облупившимися стенами и тусклым светом старой лампы под потолком. У окна кто-то поставил диван и низкий стол, на котором стояла кружка с засохшими следами кофе и открытая пачка печенья. Юнги сидел, откинувшись на спинку дивана, с накинутым капюшоном и закрытыми глазами. Поначалу Тэхен подумал, что тот спит, но стоило ему только тихо прикрыть дверь, как Мин лениво пробормотал: — Если пришёл просто посидеть в тишине — садись. Если хочешь поныть — предупреди, чтобы я успел сбежать. — Ты добрый, как всегда, — усмехнулся Ким и, не раздумывая, опустился рядом. — А если я пришёл принести тебе подарок? Юнги одним глазом приоткрыл веки: — Подарок? Неужели наконец решил сдаться мне с повинной? — Почти, — хмыкнул Тэхен и вытащил из-за пазухи маленькую шоколадку. — Вот, сладкое помогает от хандры. И от таких, как ты. Мин взял шоколадку, недоверчиво покрутил в руках, но не стал отказываться: — А ты, оказывается, умеешь быть милым. Правда, немного пугающе это видеть. — Не привыкай, — усмехнулся Тэ, опираясь локтями на колени. — У меня это раз в столетие случается. Как солнечное затмение. Повисла лёгкая тишина. Та, что бывает только между людьми, которым не нужно заполнять каждый момент словами. Где воздух как будто плотнее — но не от напряжения, а от спокойствия. — Как ты, вообще? — спросил Юнги уже мягче, отламывая кусочек шоколадки. — Ты выглядишь… не то чтобы хуже, чем обычно, но и не лучше. — А ты, оказывается, умеешь беспокоиться, — удивился Тэхен, бросив в него взгляд сбоку. — Что-то я не узнаю тебя. — Пфф, не льсти себе. Я просто не хочу, чтобы ты психанул и всех поубивал раньше времени. Ким рассмеялся — тихо, с лёгкой хрипотцой. — Ты единственный, кто шутит об этом, как о погоде. — А что ещё остаётся? — пожал плечами Юнги. — Тут или смеяться, или с ума сойти. — Или оба варианта одновременно. — Добро пожаловать в наш клуб. Пауза. Тэхен сжал в руках свою кружку, которую зачем-то захватил с собой, даже не налив ничего. Просто привычка. Тепло от пальцев передавалось на керамику, и он вдруг почувствовал, как сильно ему не хватало этого — обычного, спокойного момента. — Иногда мне кажется, — сказал он негромко, — что я всё это выдумал. Что на самом деле я сплю где-то в грязной комнате, и всё это — сны. Кошмары. Все вы. Мин не смеялся, не шутил. Просто спокойно посмотрел на него. — А если это сон… Ты хочешь проснуться? Тэхен долго молчал, затем пожал плечами: — Даже не знаю. Иногда — да. А иногда думаю, что, может, даже здесь есть что-то, ради чего стоит остаться. — Кто-то, — уточнил Юнги. — Или «что-то»? Тэ не ответил. Но и не отвернулся. Мин встал первым, бросил обёртку от шоколадки в мусорку и уже на выходе, повернувшись к нему через плечо, сказал: — Если всё это и сон… я бы не хотел просыпаться. Потому что здесь есть все вы. И это, чёрт возьми, иногда даже неплохо. Он ушёл, оставив Тэхена в лёгком ступоре и с лёгкой, почти детской улыбкой на губах. *** В комнате, где Ким устроил себе временный «центр связи», пахло пылью, кофе и металлом — запахи, к которым он уже привык. На столе беспорядочно валялись карты, фото, старые отчёты и планшет с обновлёнными координатами. За окном медленно тянулось утро, размытое серыми облаками. Он сидел, закинув одну ногу на другую, в полутени, щёлкая пальцами по поверхности телефона. Рядом, на стуле, лежал включённый рацией наушник — тонкий гул в эфире говорил, что связь установлена, но отчётов всё ещё не было. — «Пятно» на связи, — раздался наконец хрипловатый голос одного из его людей. — Подхожу к точке. Здесь тихо. Похоже, база опустела. Тэхен напрягся. Его взгляд стал острее, как лезвие. — Проверяй всё. Камеры, подходы, вентиляцию. И не зевай — это может быть ловушка. — Понял. Проникаю внутрь. Прошло несколько долгих минут. Гул рации стал почти невыносимо навязчивым — как комар, кружащий у виска. Тэ откинулся назад и сжал челюсть, будто проглатывая раздражение. — Чисто. Всё вычищено, — наконец снова заговорил разведчик. — Они не просто ушли. Они стерли всё. Даже следов почти нет. Но тут один момент… Пауза была слишком долгой. — Говори, — резко бросил Тэхен. — На полу остался мелкий кусок ткани. Знаешь, как будто кто-то порвал одежду. И… свежая кровь. Очень мало. Пятно у стены, как будто кто-то опёрся. Ким замер. Вдохнул носом, медленно. — Забери образец. И уходим. Через тридцать минут хочу видеть тебя здесь. — Принято. Рация затихла. Тэхен убрал наушник и задумчиво провёл пальцами по губам. Они переехали. И сделали это настолько чисто, что обычный человек и следа бы не заметил. Это было не бегство. Это — план. Он встал, подошёл к карте на стене и приколол туда новый флажок. Словно это была шахматная доска, и фигура сделала тихий, выверенный ход. Он смотрел на карту так, будто видел на ней Ли Чану — стоящего в тени, наблюдающего. Ускользающего. — Прячешься, значит? — тихо сказал Тэ, почти шепча. — Ну что ж. Я найду тебя. Даже если для этого придётся сжечь всё к чёрту. Он выключил свет и вышел из комнаты, захлопнув дверь. Позади осталась тишина, и красная точка на карте — крошечная, но опасная. Как капля яда. *** В кабинете стояла тишина, прерываемая только едва слышным жужжанием компьютера. Тусклый свет из окна ложился на лица Чонгука, Юнги, Хосока и Намджуна, собравшихся вокруг ноутбука, как будто это был портал в другой мир — мир ответов. Юнги вёл мышкой, щёлкая по папкам, пока в одной из них не всплыла единственная видеозапись. Название — неинформативное, просто набор цифр и букв. Но что-то в этом уже казалось тревожным. — Включай, — коротко бросил Гук, сцепив пальцы перед лицом. Экран мигнул, и началась запись. Камера вела съёмку со скрытого угла — комната плохо освещена, но можно разглядеть фигуру Бэкхена. Он сидел за столом, напротив него — неизвестный мужчина в маске. Голос исказился от обработки, но сам факт разговора уже был достаточным: — Ты уверен, что справишься? — Я не первый год рядом с ним. Если потребуется — уберу сам. Главное, чтобы ты сдержал слово. — Мы всегда сдерживаем свои обещания. В отличие от тебя, мальчик. Но посмотрим. Чонгук медленно выпрямился в кресле. Лицо его оставалось бесстрастным, но пальцы сжались крепче. — Чёрт, — прошептал Хосок. — Он действительно шпионил? — Или был вынужден, — добавил Юнги, не отводя взгляда от экрана. — Его могли шантажировать. Семья, друзья, долги — кто знает. Он не выглядел, как человек, получающий от этого удовольствие. Намджун молчал. Он, пожалуй, единственный из всех выглядел по-настоящему подавленным. Запись шла ещё несколько секунд, и в конце Бэкхен, словно колеблясь, поднял глаза прямо в камеру. Как будто знал, что его кто-то когда-нибудь увидит. Видео закончилось. — Это значит, он знал. Знал, что его раскроют, — тихо сказал Гук. — Но продолжал играть. — Значит, всё, что он узнал — мог передать Ли Чану, — пробормотал Хосок, ударив кулаком по колену. — А мы даже не подозревали. — Нет, — Мин покачал головой. — Он мог что-то изменить. Может быть, он пытался. Может быть, он… не успел. Повисла тишина. Тяжёлая, густая. — Мы берём это с собой. Пусть всё будет документировано, — наконец проговорил Чонгук и закрыл крышку ноутбука. — Идём дальше. У нас нет времени на сожаления. Он поднялся, а следом — и остальные. Они больше не выглядели просто командой. Сейчас — это были соратники, спаянные не только делом, но и предательством, утратой и общей целью. И в этом молчании каждый из них знал: теперь всё станет только сложнее. Когда они снова собрались в кабинете, напряжение в воздухе стало почти осязаемым. Все молчали — каждый обдумывал увиденное. Чонгук стоял у окна, спиной к остальным, но даже без слов было ясно: он уже просчитывает всё наперёд. — Нам нужно действовать быстро, — первым нарушил тишину Юнги, скрестив руки на груди. — Если эта запись — всё, что у нас есть, у нас не так много времени до того, как они сменят базу или затрут следы. — Уже сменили, — отозвался Хосок. — Тэхен с утра отправил одного из своих людей на старую точку. Пусто. Только выброшенные упаковки и пара окурков. Всё чисто. — Значит, они знали, что мы близко, — хмыкнул Намджун. — Или Бэкхен что-то успел им передать. Гук обернулся, медленно, с задумчивым выражением лица. — У нас есть всего один шанс ударить первыми, — сказал он. — Нужно разбить нас на группы. Каждая займётся своей задачей. Кто-то ищет новую базу, кто-то проверяет связи Ли Чану. Кто-то… идёт в обход. — Что за обход? — прищурился Юнги. — Информационный. Через чиновников, связи на рынке, через их поставщиков. Если они сменили место, они всё равно что-то закупают. Это зацепка. — Я могу этим заняться, — сказал Намджун. — У меня есть пара знакомых, способных нарыть что-то неофициально. Без следов. — Отлично, — кивнул Чонгук. — Хосок, займись финансовым потоком. Найди, откуда поступают деньги и куда уходят. Отследи переводы. Безопасно. Юнги, ты со мной. — А что насчёт Тэхена? — спросил Хосок. — Я поговорю с ним лично. Он знает больше, чем говорит. И, похоже, готов играть на нашей стороне… пока что. Чон посмотрел на часы. — Вечером мы снова собираемся. У каждого должна быть информация. Времени мало. Ли Чану думает, что у него фора. Давайте сделаем так, чтобы он ошибся. Он коротко кивнул — это был сигнал к действию. Они начали расходиться, каждый загруженный мыслями, но с чётким пониманием своей роли. Это было начало настоящей охоты. *** В кабинете было тихо. Даже слишком. За окном лениво моросил дождь, постукивая по стеклу и создавая тягучий фон. Тэхен сидел за столом, опершись локтями и сцепив пальцы перед лицом. Слабый свет от монитора освещал его уставшее лицо: под глазами — тени, в уголках рта — привычная мрачная складка. На столе перед ним — флешка, блокнот с записями и пустая чашка от остывшего кофе. Телефон завибрировал. Чимин. Он ответил, не раздумывая. — Что, соскучился? — хрипловато бросил он, чуть усмехаясь. — Я бы сказал, обеспокоен, — отозвался Чимин. — Ты уже вторые сутки не выходишь на связь нормально. Если бы я не знал тебя — подумал бы, что ты опять исчез. — Ну, не совсем. Я всё ещё на месте. Просто… слишком много дерьма на квадратный метр. — Я могу приехать. — Не надо, — тихо сказал Тэхен. — Правда. Всё нормально. — Ты никогда не звонишь, когда нормально. Ким промолчал. Он взглянул на экран, где всё ещё висело фото с камер наблюдения, распечатка, подписи — улики. Все они начинали складываться в жуткую мозаику. — Я справляюсь, Чим. Честно. — Я тебе верю, — после короткой паузы произнёс Пак. — Но знай, я рядом. Всегда. Даже если ты решишь, что тебе никто не нужен. Тэхен прикрыл глаза и выдохнул. Что-то внутри дрогнуло — не боль, не тревога. Просто тепло, настоящее, забытое чувство. — Ты как бабушка, — хрипло усмехнулся он. — Только без печенек. — В следующий раз привезу. И если ещё раз исчезнешь — врежу. — Окей, я запомню. Береги себя, Чим. — Ты тоже, Тэ. Он отключился, и в тишине кабинета Тэхен на секунду закрыл глаза. Потом поднялся, расправляя плечи. У него была работа. Но буквально через минуту скрипнула ручка входной двери. Парень даже не шевельнулся. Когда Чонгук вошёл, Ким сидел, свесив одну ногу с подлокотника кресла, и лениво листал распечатки. Его голова чуть качнулась в сторону, но он не встал. — Что, решил снова прийти без стука? — лениво спросил Тэ. — Ты ведь не запираешься, — спокойно отозвался Чон. — А я счёл, что после… ночи на моём диване — мы уже перешли эту черту. Тэхен чуть усмехнулся, уголки губ дрогнули. — Считай, тебе выпала привилегия. Что-то случилось? — Мы почти полностью расшифровали содержимое флешки. Завтра будут точные координаты одной из точек снабжения Ли Чану. И да — у меня к тебе просьба. — Интересно, — Ким выпрямился. — Говори. — Один из людей, с кем ты раньше работал… был у тебя в контактах. Ты знаешь местность, знаешь, как мыслят такие, как Ли Чану. Хочу, чтобы ты был тем, кто отправит своих проверить старое место встречи. Вдруг они оставили следы. Тэхен смотрел на него в упор. В глазах — лёгкое удивление, затем напряжение сменилось пониманием. Он встал, подошёл ближе. — Ты правда доверяешь мне настолько? — Я не держу врагов у себя на диване, — коротко бросил Чонгук. — А ты знаешь, что я не идиот. Если бы ты хотел нас сдать — ты бы уже это сделал. — Вот это признание, — усмехнулся Тэ. — Ну хорошо. Я всё организую. — И ещё. Сегодня вечером соберёмся у тебя. Все. Сверим часы, выложим то, что удалось нарыть. — У меня с тех пор, как ты устраивал там день рождения, особо ничего не изменилось. Чимин только добавил какие-то свечи, говорит «у дома должен быть уют». — У твоего дома уже есть преимущество — в нём ты, — бросил Гук и вышел, не оборачиваясь. Тэхен провёл взглядом по его спине и усмехнулся. Иронично, но приятно. Почти… домашне. *** Комната была залита мягким тёплым светом, откуда-то из кухни доносился негромкий стук посуды — Чимин что-то делал, не вмешиваясь в разговор. На столе перед всеми — ноутбук, флешки, распечатки, блокноты. Атмосфера была собранной, но не напряжённой — между этими людьми уже чувствовалась сработанность. — Я начну, — спокойно сказал Юнги, наклоняясь вперёд и открывая папку с бумагами. — Мы проверили склад на южной окраине. Раньше там хранили оружие, сейчас — пусто. Но камеры наружного наблюдения работали — кое-что удалось восстановить. Он перелистнул несколько фото. — За последние три недели там появлялась машина с фальшивыми номерами. Водитель — лицо не видно, но рост и комплекция совпадают с тем, кто был в розыске год назад. Связан с Ли Чану. Хосок присвистнул. — Они заметают следы. — Да, — кивнул Юнги. — Но кое-что упустили. В одной из записей на заднем плане — новый логотип. Мы проверили — его используют в одной логистической фирме. И… В этот момент раздался виброзвонок. Резкий и неуместный, будто кто-то вбросил камень в воду. Все одновременно обернулись к Чонгуку — именно его телефон загорелся тусклым светом. — Неизвестный, — тихо сказал он, поднимая устройство. Юнги на миг замолчал, рука его зависла над бумагами. В воздухе повисла тревожная тишина, как будто все чувствовали, что это — не просто спам и не случайный звонок. Чон нажал на экран. Видео запустилось без лишних эффектов — просто чёрный экран. Несколько секунд тишины, только лёгкое эхо, будто шаги где-то в пустом коридоре. Затем на экране проступили белые буквы — не печатные, а как будто нарисованные от руки, неровные, будто торопливо выведенные пальцем по стеклу: «Враг внутри. Ты сам его впустил.» В комнате на секунду повисла мёртвая тишина. — Это что, угроза? — выдохнул Хосок, выпрямляясь. Юнги медленно нахмурился, взгляд стал острым, как лезвие. Намджун, заходя в комнату с чашкой чая, замер, уставившись в экран. Даже он, казавшийся всегда спокойным, теперь выглядел встревоженным. А вот Тэхен будто застыл. Внутри всё сжалось, словно кто-то сжал сердце в кулак. Он знал, чьё это послание. И кому оно адресовано. И кем именно был «враг». Он. Он пришёл к ним с конкретной задачей — убить Чонгука. Но теперь… всё стало слишком настоящим. Чонгук. Эти ребята. Это место. Он впустил их в себя — точно так же, как они впустили его. Он заставил себя не отводить взгляда, хотя всё внутри кричало: «Прячься. Не дай им заметить.» — Кажется, кто-то играет в психологию, — резко бросил Чонгук, выключая экран. — Только вот пусть знает: я умею резать маски так же хорошо, как и горло. Он посмотрел на каждого — пристально, поочерёдно. Но дольше всего его взгляд задержался на Тэхене. — И если внутри действительно есть враг… — он прищурился, голос стал тише, почти ласковым, — …то я лично посмотрю ему в глаза. Прежде чем разорву на куски. Ким не шелохнулся. Ни один мускул не дрогнул. Но внутри него бушевал ураган. Они ещё не знали. Но он уже начал проигрывать.