Драбблы по МИФам

Самым сложным было его поймать. Я не принимал участия; я просто смотрел, в глубине души надеясь, что у Ааза ничего не выйдет. Но не стоит недооценивать разозленного изверга, даже лишившегося способностей. Через несколько минут жертва билась в его когтях. Я сжал зубы. Уж мне-то была известна сила его лап. Даже Глип старался лишний раз не подворачиваться, когда Ааз злился всерьез. А сейчас он, похоже, разошелся не на шутку. Точный удар между ушей — и жертва перестала трепыхаться. Короткий ножик, что всегда лежал у Ааза за голенищем, вонзился в неподвижный, полузатянутый белесым веком глаз. Потекла кровь. Ааз подвесил труп — ну, я надеялся, что это уже труп — к балке вниз головой и подставил миску. — Как раз успеем выпить, — почти благодушно сказал он, протягивая мне кувшин. Я покачал головой. — Ну, как хочешь. — Он приложился к горлышку. Пара капель цвета крови скатилась по подбородку. Я отвернулся. Не то чтобы я никогда раньше не видел ничего подобного: видел и даже делал своими руками. Но почему-то в исполнении Ааза это выглядело отвратительно. Допив вино, он отодвинул почти полную миску и умело освежевал жертву. Кажется, при этом он больше пользовался собственными когтями, нежели ножом. Добравшись до шеи, он отвернул снятую шкуру вниз и отсек голову одним движением, только позвонки хрустнули. Свернув все в один влажный, сочащийся кровью ком, он бросил его куда-то в сторону. — Глип, нет! — закричал я, но было поздно: мой дракон с удовольствием проглотил жуткое угощение и довольно облизнулся. Ааз сделал то же самое. Дальнейшее заняло еще меньше времени. В мгновение ока он расчленил жертву, превратив ее в кучку мяса и костей. От них шел парной запах — запах жизни, что еще недавно жила в этом теле. Ааз уложил останки на решетку и присыпал вынутыми из кармана травами. — Глип! — обратился он к дракону. — Не окажешь мне ответную любезность? Ну, за еду Глип всегда был готов продать все на свете. Он дохнул огнем — тем слабеньким огнем, что у него получался. Впрочем, его вполне хватило, чтобы через несколько минут передо мной на стол грохнулась большая тарелка, полная жареного мяса. — Ешь! — потребовал Ааз. — И если ты, ученик, еще когда-нибудь скажешь, что изверги не умеют готовить и поэтому жрут всякую дрянь, я не кролика зажарю, а тебя самого!