Качели

             Антон внимательно разглядывает своё отражение в зеркале напротив.       На нём одни только серые спортивные штаны.       Парень стоит, засунув руки в карманы, медленно проводя взглядом сверху вниз и обратно, осматривая каждый сантиметр своего тощего тела, такого несовершенного на его взгляд. Руки неспеша поднимаются вверх по бледной коже, длинные тонкие пальцы пробегаются по выпирающим рёбрам, выше, сквозь солнечное сплетение, останавливаются на груди на секунду, а после вновь скользят вниз. Изящные кисти перемещаются на худую спину, обнимая тело. Парень водит пальцами по позвонкам, гладит острые лопатки. Он застывает так на пару секунд, взгляд останавливается на собственных кистях. Он ни о чём не думает в этот момент. Выдержав паузу, руки вновь скользят по коже: оглаживают ключицы, тонкую шею, линию челюсти. Парень игнорирует навязчивое желание немного сжать её. Левая рука движется ниже. По прямой. И застывает чуть не доходя до пупка. Кончиками пальцев юноша проводит по впалому животу. Вниз… Вверх… Вниз… Рука останавливается. Антон смотрит на себя. Глубокий вдох, медленный выдох. Правая рука также опускается вниз, и вот он уже проводит обеими по бокам, чуть повернувшись, чтобы лучше видеть себя в зеркале. В отражении на коже белых запястий расцветают широкие красные полосы. На данный момент об этом думать совершенно не хочется. Вообще почти ничего не хочется. Даже курить. Но он знает ради чего старается. Спустя пару долгих минут Антон засовывает руки обратно в карманы. Повертевшись ещё немного перед зеркалом, он наконец выдыхает. Выпрямляется, разминает плечи, немного встряхивает руками. Бегло осматривает себя ещё раз и запускает пальцы под резинку штанов. Руками ощущает остро выпирающие тазовые кости. Оглаживает их, и, не позволяя себе зайти дальше, быстро достаёт руки обратно. Кидает взгляд на отражение ещё раз и, развернувшись, отходит от зеркала. На весах он видит число 51,7.

***

      Антон устало плетётся по школьным коридорам. Последним сегодня алгебра, так что он не в особо приподнятом настроении. Безусловно, ему нравится предмет, нравится математика в целом как наука, да и как школьная дисциплина вполне, так как ему это довольно легко даётся, но есть во всём этом один нюанс… И именно этот нюанс сейчас стоит и болтает с какой-то новенькой учительницей начальных классов. Странно смотреть на него, чувствуешь себя так, будто подглядываешь за кем-то, но парень не собирается даже подавать виду, а потому спокойно идёт по осточертевшому коридору дальше, в сторону лестничной клетки, по пути раздумывая, сваливать с последнего урока или нет, так как преподаватель, вроде бы, даже не обратил на него внимания. Вроде бы.       Кто знает. Но летя по лестничным пролётам парень решил, что лучше остаться.

***

      Урок выдался довольно тихим.       Слышно только давящий утренний гул с улицы и ровный голос преподавателя. Весь класс тихонько конспектирует материал, из-за двери периодически доносятся звуки шагов и открывающихся окон. Антон с головой погрузился в тему, решая одно задание за другим, параллельно переписывая примеры решения задач с доски, читая выведенные ровным аккуратным почерком строки.       Спустя какое-то время тишина разрезается приглушённым звуком звонка, доносящимся из коридора. Ученики мигом поднимают головы от тетрадей, сметая все принадлежности в кучу, и, закинув всё это в портфель, спешат как можно скорее покинуть здание школы.       Один только парень спокойно убирает всё с парты, не отрываясь от решения задачи, одной рукой держа ручку, а другой закрывая и, легко подхватив и сжав пальцами, бросая учебник в чёрный рюкзак.       Преподаватель кидает на него внимательный взгляд, а после, прищурившись, видимо подумав о чём-то своём, разворачивается и произносит:       — Шастун, задержись.       У любого нормального человека от такого тона пробежали бы мурашки по коже, но только не у Антона, нет. Он сосредоточенно смотрит в тетрадь, быстро выводя всё новые и новые записи, которые неаккуратно разбрасываются по страницам. Очень трудно добиться того, чтобы собственное тело поспевало за твоими же мыслями. Рука движется с бешеной скоростью, пальцы с силой сжимают шариковую ручку. Несмотря на, казалось бы, немного нервно трясущиеся руки, лицо парня выражает абсолютное спокойствие. Он легко и даже как-то непринуждённо облокачивается на спинку стула, продолжая смотреть на парту.       Класс постепенно пустеет. Когда последние пара человек наконец-таки покидают класс, преподаватель отходит от стола. Спустя пару секунд по помещению разносится звук закрывающейся двери.       В классе только они.       Математик медленно, на ходу поправляя очки, подходит к первой парте и облокачивается на неё. Скрестив на груди руки, он смотрит на ученика.       Антон как ни в чём не бывало продолжает решать задачу, периодически встряхивая руками, снимая напряжение, от чего тишина в классе прерывается звуком удара друг о друга металлических колец.       Спустя минуту тишины преподаватель не выдерживает.       — Антон.       — Ага… — парень даже не поднимает на него взгляда.       — Ты ведь понимаешь, что нам сейчас нужно серьёзно с тобой поговорить касательно случившегося? — учитель строго смотрит на ученика, ожидая ответа, но тому, кажется, не до него.       Ответа он не дожидается.       — Антон, курить вредно. В твоём случае вообще запрещено. Ты должен думать о себе, с твоей стороны это безответственно. По-хорошему, я должен отвести тебя к директору, и разбирайтесь там сами как хотите, но я не хочу портить день ни тебе, ни себе.       Парень резко откидывается на стуле, запрокидывая голову и с силой захлопывая тетрадь, шумно выдыхая.       Арсений вздрогнул.       — Что случилось? — испуганно спросил он.       — Я решил задачу.       — Антон, ты охренел?       Парень молча опускает голову, берёт в руки тетрадь, и вот на парте уже ничего нет кроме парочки ручек. Последние принадлежности падают в рюкзак. Преподаватель внимательно смотрит на ученика, ожидая ответа.       Юноша молча поднимается из-за парты, закидывая рюкзак на плечо, и проходит мимо учителя.       — Антон!       — До свидания, Арсений Сергеевич.       Парень спокойно идёт к двери. Его не волнует то, что происходит. Ему похуй, как и обычно. Антон ничего не чувствует сейчас. Антон просто молча идёт к выходу из кабинета. На его лице ни единой эмоции. Абсолютное нихуя.       Он надавливает на ручку двери, но тут он чувствует на своём плече чужую руку.       Рывок.       Его грубо разворачивают за плечо.       Толчок, и вот он уже оказывается прижат к стене.       На секунду в его глазах, кажется, даже промелькнуло что-то, но лицо быстро приняло прежний вид. Он спокойно смотрит на преподавателя из-под полуопущенных век, пробегаясь взглядом по оппоненту, не скидывая его руку с плеча. Смотрит в глаза. Ему не страшно. Ему похуй.       — Ты меня не понял? — математик выглядел уже строже. Толкнул несильно, даже слабенько, но держал вполне ощутимо, конечно следов не останется, так что не прикопаешься. Говорит вполне сдержанно, спокойно, но стальные нотки чувствуются. Учитель чуть склонил голову, немного улыбаясь. Что ж, вполне приветливо. Очень дружелюбно, класс. Антона аж подташнивать начало.       — Что-то не так, Арсений Сергеевич? — холодно произносит тот.       — Да-а, Антон, что-то не та-ак, — тянет тот. — Ты так мне и не ответил.       — Вы не задали мне вопрос — юноша небрежно поднимает бровь.       — Антон, либо я отправляю тебя к директору, либо ты нормально со мной разговариваешь.       — Без проблем, пойдёмте.       — Анто-он, — цокает преподаватель, — ты ведь мог просто сказать мне, что больше так не будешь и прочую хрень.       — Зачем? — парень продолжает устало смотреть ему в глаза.       Преподаватель устало опускает голову вниз, тяжело выдыхая через нос. Он резко поднимает взгляд на парня и вжимает, видимо ненарочно, его руку в стену.       Его взгляд. Что.       Что?       Пронзающий насквозь. Насквозь пронзающий. Глаза светлые, холодные, ледяные. Смотрит внутрь. Выворачивает наизнанку. Острый.       Внутри что-то кольнуло. Антон неощутимо вздрагивает. Зрачки чуть расширяются.       Математик устало выдыхает и опускает руку. Стало странно.       — Так, ладно… Иди. Директору я докладывать не буду. Всё-таки постарайся не губить своё здоровье, пожалуйста. Парень пытается держать лицо. Пытается.       — До свидания, Антон.       — До свидания.       Парень выходит из кабинета.       Спустя пару минут он уже шагает по улице. Сердце бьётся немного громче чем обычно.       Он не понимает, что происходит. Ему всё равно. Он просто сжимает рукой своё предплечье.       Этим вечером его бледные запястья окрасятся в тёмно-красный.       Весело.             С собой не ношу,             Шучу,                   Бывает.