V.A.C.C.I.N.U.S.

***

      Эстер поплотнее завернулась в одеяло и откинулась на жесткую подушку. Она улыбалась, вспоминая как испугалась за Хорхе, как его искала и в итоге обнаружила на берегу, окоченевшего и обессиленного, как его отогревала.       Черт! Его кожа была такой холодной, от чего становилось не по себе. Такой белой и кажется прозрачной, что сквозь нее были видны синеватые ниточки вен. Эстер хотела согреть его, прижать к своей груди и почувствовать, как он теплеет от ее объятий.       Когда Хорхе задышал глубже, когда его щеки чуть порозовели и кожа стала чуть теплее, только тогда Эстер могла вздохнуть и улыбнуться. Он выжил! Она вырвала его из холодных объятий моря. Предложив взамен свои горячие руки, горячее тело.       Посмотрела на Хорхе, он спал и выглядел таким спокойным и умиротворенным. Эстер медленно и аккуратно провела по его подбородку, опустилась к ключицам. Некогда хорошо накаченное тело стало худым. Эстер понимала, что и она сбросила десяток килограмм. Воистину «Будьте осторожны в своих желаниях, они имеют свойство сбываться, рано или поздно, так или иначе.» *       Одна банка тушенки в день не дает погибнуть от голода, но не насыщает полностью. Ее пальцы могли пересчитать ребра Хорхе. Эстер наклонилась и поцеловала живот Хорхе. Вряд ли он почувствует ее губы. Но Эстер хотела прижать его к себе и не отпускать. Глупое чувство, пронеслось у нее в голове. Надо думать как нам выжить.       Эстер положила голову на грудь Хорхе. Ее взгляд скользил по его рифленому животу и опустился ниже. Кончики пальцев застыли, в то время как внизу живота она почувствовала зародившееся желание. Эстер гладила его мускулы и прислушивалась к дыханию Хорхе, которое стало неровным и более глубоким.       Подняла голову и обернулась, заостренное лицо Хорхе выглядело сонным, он хмурил брови, затем прохрипел ее имя.       Эстер поднесла теплой воды, приподняла его голову, чтобы помочь напиться. Хорхе старался улыбнуться, его потрескавшиеся губы пытались изобразить нечто похожее на улыбку. — Gracias… Спасибо… Эстер…       Она заплакала. Снова вернулась к нему на грудь и плакала, не утирая слезы, не боясь всхлипываний. Она так боялась потерять Хорхе, так боялась! Эстер плакала словно хотела вместе со слезами избавиться от постоянного страха. За Хорхе, за себя, за будущее.       Хорхе сделал усилие и положил ей на голову свою руку, пытаясь погладить ее. Он был еще совсем слаб. Но жив! Хорхе сам не понимал, как он выжил, как Эстер нашла его, как смогла спасти его. Он только повторял слова благодарности и извинялся. — Дотронься до меня, — попросил Хорхе, — обними меня.       Эстер очнулась от слез. Надо жить дальше. Она с удвоенной силой прижалась к Хорхе и покрыла поцелуями его лицо. Они были так близки, тела сталкивались друг с другом, а дыхания переплетались между собой. Эстер высунув кончик языка, медленно провела им по своим губам. — Ляг на меня, — прошептал Хорхе.       Он заключил Эстер в свои руки, исхудавшие, но все еще крепкие и сильные. Хорхе толкнулся в ее бедра, позволяя почувствовать набухающий член. Эстер нервно хихикнула. — Не может быть! — ее глаза засияли.       Хорхе не просто выжил, а он даже очень жив. Эстер не могла прийти в себя от нахлынувших эмоций, она снова плакала, смеялась, целовала Хорхе, обнимала, вытирала слезы, которые казалось были неподвластны ей.       Эстер не хотела торопиться. Каждая ласка, каждый поцелуй, звук и движение должны были отложиться в памяти. Эстер с сожалением думала, что не ценила время, проведенное с Хорхе. Они завтракали, обедали, изредка выбирались осмотреть окрестности, прятались от вертолетов и посторонних людей; пересчитывали свои запасы, укрепляли подвал. И с каждым днем все меньше прикасались друг к другу, все меньше разговаривали. После всего, что пережили они, бросив Мадрид и отправившись в неизвестность, после изнасилований и выкидыша, после потери их друзей… Эстер часто мысленно обращалась к ним.       Погибла Тереза Лусена, медсестра, которая спасла Густаво Инганнаморте, старшего из двух братьев-итальянцев, готовивших вкуснейшую пиццу в центре Мадрида. Она сгорела вместе с госпиталем.       Погибла Кармен, зеленоглазая брюнетка, сбежавшая от мужа к любовнику Лукасу, спортсмену, футболисту, мечтавшему когда-нибудь попасть в основной состав Real Madrid.       От ран скончался Густаво. По иронии судьбы его и Кармен довел до смерти священник, служитель церкви, тот, кто должен был спасать и помогать.       Лукас исчез вместе с врачом-инфекционистом Альфредо Хосе Руис Милано. Эстер не знала, что они погибли в закрытой биохимической лаборатории.       Погиб Висенте Мендоса Кáсерес, его выловили каннибалы. Эстер думала, что они должны были вернуться, должны были как-то противостоять. Но каждый раз, когда она анализировала все возможные варианты, то выходил только один путь. Оставить Висенте, а самим бежать.       Инма, Мария Инмакулада Сантос Гарсия, старшая медсестра мадридского госпиталя Санта Кристина, не выдержала смерти Висенте, своего друга, любовника и мужа. Она винила себя в его смерти. Инма погибла в канализационных трубах, не дойдя до моря всего несколько километров.       Остался Хорхе, адвокат Хорхе Мануэль Сантовеньа Прадо из Барселоны, приехавший на похороны своего отца в Мадрид.       И она, Эстер Акирова, испанка с русскими корнями, которая волею случая оказалась в полицейском участке вместо квартиры Хорхе.       Эстер чувствовала, что они с Хорхе стали дальше друг от друга, словно каждый нес свою боль в себе, не доверяя другому. Хорхе отдалился от нее после того, как похоронили Кармен, как потеряли Лукаса, как исчез Альфредо. Она уже думала, что всему виной был ее выкидыш, Эстер потеряла ребенка Хорхе. Но все произошло не по ее вине. Она не виновата в изнасиловании. Эстер не могла сдержать слез. Что она могла сделать, если бы удалось вернуть время вспять? Самое простое — не регистрироваться на том сайте знакомств. Она осталась бы у себя в общежитии и погибла бы от Фэн-вируса.       Хорхе как мог пытался успокоить Эстер, его тело еще не слушалось. Он прикоснулся к ее щеке, неуклюже обнял и привлек к себе. Хорхе услышал как его сердце стало биться сильнее. Ему стало жарко и он ощутил, как потянуло низ живота. Хорхе тихо застонал. Его руки скользили вверх и вниз по спине Эстер, она дрожала в его объятиях.       Эстер сверху наблюдала за его губами, вспоминая какие жаркие поцелуи они оставляли на ее теле, и их терпкий, сладко-горький вкус. Когда это было? Когда они в последний раз обнимались по-настоящему, а не как друзья-соседи по несчастью? Когда они в последний раз целовались по-настоящему, глубоко, с замиранием сердца и дрожью во всем теле, а не дежурные прикосновения к щеке по утрам? Когда они любили друг друга в последний раз? Эстер казалось, что прошла целая вечность.       Она ближе сильнее прижалась к Хорхе. Его кожа все еще была холоднее ее, но Хорхе был жив и его прикосновения были горячими.       Эстер отчаянно захотела стать его, принадлежать ему, она жаждала, чтобы он взял ее прямо сейчас.       Ее рука прильнула к его груди, затем обвила его за шею. Нежное дыхание Эстер щекотало Хорхе. Он немного отстранился, его член уже восстал и требовал освобождения. Эстер завороженно смотрела в его почти черные глаза, его расширенные зрачки не оставили места изумруду. На худом лице Хорхе остались эти два зеленых омута. Эстер тонула в его глазах, они манили, обещали, завораживали. Его учащенное дыхание возбуждало.       Эстер почувствовала как его твердый член выпирает из-под шерстяного одеяла и давит на ее бедро. Надо только откинуть покрывало. Эстер сама сняла всю мокрую одежду Хорхе, она два дня и две ночи согревала его своим обнаженным телом. Хорхе опустил глаза и ухмыльнулся. Он только сейчас сообразил, что единственная преграда между ними — два одеяла.       Эстер нависла над ним и облизала его губы. Теплые, соленые. Хорхе тут же ответил, сжав ее в руках. Он гладил Эстер по волосам, его пальцы осторожно распутали несколько прядей. Осторожные поцелуи перешли в несдержанные дикие. — Я… так… скучал… — голос Хорхе был хриплый и низкий.       Эстер чувствовала как жар распространился по ее телу, от макушки до пальцев на ногах. В животе все стянуло в тугой узел, ее тело напряглось, ожидая продолжения. Ее накрыла такая безумная жажда, желание обладать, желание защищать, желание любить.       Хорхе дрожащей рукой дотронулся до ее груди. Эстер застонала, ее соски затвердели. Вторая рука Хорхе исследовала ее складки, удивляясь какая она была мокрая и готовая для него. Хорхе целовал шею, спускаясь к плечу.       Эстер двигала бедрами, скидывая покрывало с плеч. Осталось только «раздеть» Хорхе. Она сама откинула одеяло и прижалась всем телом, чувствуя как его член ищет ее горячее влагалище. Эстер еще сильнее надавила бедрами, Хорхе гладил ее спину и массировал ягодицы. Его эрекция уже не просила, а требовала войти внутрь Эстер.       Она застонала в его рот, когда их языки скользили вверх и вниз, боролись, побеждали и сдавались. Эстер стала спускаться по его телу, лаская, облизывая каждую клетку его прохладной кожи. Она сжала рукой его длинный член. Хорхе издал звук, похожий на рычание. Эрегированный пенис запульсировал, но Хорхе убрал ее руку. — Хочу… внутри… тебя… — он все еще шептал отдельные слова.       Эстер приподнялась, раздвинула бедра. Хорхе застонал, напрягая мышцы бедер, а затем скользнул в нее, вошел резко и глубоко. Они одновременно ахнули, от нахлынувших чувств. Хорхе остановился, чтобы насладиться ее влажным горячим лоном. Эстер сжимала и расслабляла мышцы влагалища будто не верила, что длинный ствол Хорхе находится внутри нее.       Из ее глаз брызнули слезы, Эстер ощущала как глубоко находится он внутри ее, как соединены их тела. — Я… люблю… тебя… — Хорхе сделал усилие и громко повторил, — Эстер, я люблю тебя. Ты… даже не представляешь… насколько… сильно…       Первые толчки его члена сопровождали признания. Эстер прикрыла глаза от удовольствия. Ей безумно нравилось как Хорхе орудовал своей эрекцией внутри нее. Он приподнимал бедра, делая мощные толчки и удерживая Эстер за ягодицы.       Хорхе хотел почувствовать, как ее тело обволакивает его целиком. Снова и снова входил в нее, и казалось, что с каждым толчком вонзался все глубже.       Эстер выгнула спину, приподнимая и раздвигая бедра, чтобы облегчить контакт. Слегка приподнявшись, Хорхе задвигался в ней, войдя еще глубже, заставив Эстер стонать от наслаждения, царапать его плечи. Она принимала его яростные удары твердым членом.       Хорхе покрылся капельками пота и тяжело дышал. Он стал двигаться неровно. Темп ускорялся, становился диким, неконтролируемым. Возбужденный до предела, он сгорал от нетерпения. Его тело требовало разрядки. Хорхе видел, что Эстер еще не достигла оргазма, он должен сдержаться.       Закусив губу, Хорхе приподнял ее бедра и стал двигаться медленнее. Эстер захныкала, ей хотелось быстрее и сильнее.       Тогда Хорхе перевернулся и Эстер оказалась под ним. Он раздвинул ее ноги и заменил свой член на язык. Такая горячая и такая влажная!       Хорхе провел языком снизу вверх по мокрым складкам и начал сосать и покусывать клитор. Эстер вскрикнула, ее тело напряглось, охваченное безумным желанием. Хорхе ускорил свои движения, его язык ласкал и обсасывал клитор, а пальцы проникли во влагалище, двигаясь одновременно с языком.       Эстер задрожала от удовольствия, горячая волна поднялась от точки удовольствия и разлилась по всему телу. Она закричала, зарыдала, заплакала.       Хорхе приподнялся и обхватил ее руками, вонзаясь твердым членом снова и снова, его худое, но все еще сильное тело рывками заполняло ее, вонзаясь жестче, глубже, яростнее. Хорхе ощущал как его сердце судорожно бьется, разгоняя сначала теплу, а затем горячую кровь по его телу. Он только сейчас почувствовал, что по-настоящему согрелся. Хорхе задрожал, прохрипел что-то несвязное, и Эстер тесно прижалась к нему. Его длинный ствол пульсировал, когда горячее семя вливалось в ее тело.       Хорхе упал без сил. Он слабо улыбался. Эстер видела, сколько сил вложил Хорхе в ее удовольствие. Она обняла Хорхе, ее рука рисовала круги на его груди и животе. Эстер заметила, что его кожа сейчас была такой же температуры как у нее.       Рука Эстер ласкала тело Хорхе, поднимаясь до подбородка и опускаясь до нижней части живота. Она массировала, гладила, пока его член не стал наливаться кровью.       Эстер взяла его слегка эрегированный пенис в руку, поглаживая, сжимая, заставляя его немного дергаться. Хорхе захныкал от удовольствия.       Эстер провела рукой вверх и вниз, а сама опустилась на колени между его бедрами. — Эстер… люблю… тебя… — шепот Хорхе возбуждал ее.       Эстер придерживала основание его эрекции и медленно опустила на него рот, лаская языком и губами. Его член имел ее вкус.       Она провела языком по всему гладкому бархатному стволу, от кончика головки до основания. Облизала головку и стала погружать твердый пенис в горячий рот.       Ее губы двигались, плотно обхватывая длинный член. Рукой сжимала основание и помогала двигаться вверх и вниз. Хорхе стонал от нетерпения и удовольствия.       Эстер снова провела языком по головке, дразня его; поцеловала всю длину и взяла головку в рот. Еще один стон, и Хорхе вцепился пальцами в ее волосы.       Эстер взяла его так глубоко, как только могла, сделала несколько сосательных движений и отпустила. Хорхе быстро задышал. Она снова схватила его член рукой и почти поглотила его, сделав сосательные движения, стала играть с его головкой, лаская его кончиком языка. Его тело напряглось, вены на шее Хорхе вздулись, руки стали сжимать ее волосы.       Эстер не останавливалась, двигая головой вверх и вниз, стараясь доставить максимальное удовольствие своему партнеру. Она поднесла руку к основанию его эрекции и стала скручивать и поднимать, скручивать и опускаться, одновременно держа головку члена во рту, облизывая его языком.       Затем Эстер наклонилась еще ниже и взяла его твердый гладкий член в рот полностью, до основания. Она чуть не задохнулась. Пенис Хорхе был длинным. Эстер на секунду отпустила член, вздохнула и снова взяла его эрекцию глубоко в горло. Она постаралась расслабить горло, когда почувствовала, что Хорхе толкает свой ствол в ее горячий влажный рот. Эстер начала сосать его, облизывать, давая Хорхе возможность проникать в нее без преград.       Хорхе все сильнее и быстрее двигал своими бедрами, чтобы бить своим членом в ее горло. Эстер прикрыла глаза, чтобы чувствовать только его гладкий пульсирующий член.       Хорхе совершил несколько сильных толчков и задрожал. — Люблю… тебя… прости…       Эстер не могла ответить, она только ускорилась, и Хорхе стал помогать бедрами, увеличивая темп. Он держал ее за волосы, не давая возможности поднять голову, насаживая ее рот на свой пульсирующий и капающий член. Его сперма потекла прямо в горло Эстер.

***

— Нахуя нам лететь на этот берег? — Исан ковырял сухой веткой в зубах, чем неимоверно раздражал своего командира.       Уго рычал на солдат, когда те вели себя по-свински. Есть зубные щетки, есть зубная паста, есть мыло и даже шампуни. Какого черта ковырять в зубах какой-то палкой как первобытный недочеловек. — Есть приказ исследовать квадраты 17С, 17D, 18B, 18C, 18D, — Уго ткнул пальцем на берег Costa Blanca, показывая нужные участки. — ¡Joder! Блядь! Мы там ничего не найдем! Два дня назад там были! — Исан посмотрел на остальных солдат, ища поддержку.       Экипаж не привык ссориться с командиром. Но в последнее время требования Мадрида возросли, а оплаты военным (та же еда, средства гигиены и возможность отдохнуть в бункере среди здоровых) отодвигались на неопределенное будущее. Солдаты начинали задавать ненужные вопросы. Ведь их служба не заключалась в охране границ или в поиске нарушителей.       Они еженедельно доставляли выживших на военные базы, откуда последних переправляли в Мадрид, в военный госпиталь, для изучения и получения вакцины. Вакцины, которая спасет мир от страшного Фэн-вируса. Но сколько выживших, сколько их крови требуется исследователям? Пилоты стали считать, что ведется закулисная игра и они в ней пешки, расходный материал.       Уго почесал затылок. Приказы не обсуждаются. Хотя он тоже хотел бы знать, что они будут искать, когда вывезут всех выживших? — Начнем с квадрата 18В, — командир экипажа был хмурым, — потом долетим до берега, это район Торревьеха-Аликанте, поднимемся вдоль пляжа и снова нырнем на северо-восток. Оттуда уже на базу. — ¡Sí, señor! — экипаж отправился готовиться к вылету. ----------------------- * Макс Фрай