How to Disappear Completely

— Ты же сказал, что отвезёшь меня домой! — Руки Боду, ещё мгновение назад небрежно лежавшие на планшире, сжали его. — Я и везу. — Грудь тяжело вздымалась, Ириэль налёг на весла, когда киль маленькой лодочки заскреб по песку побережья Шигорада. — Но сеть Вмешательства связана здесь только с Альд’руном. — Я не хочу в Альд’рун! — Там есть Храм, целители могут тебе помочь. — Я не хочу застрять на целую вечность в какой-нибудь храмовой лазаретной койке, совсем один! Я хочу в Садрит Мору, где мои друзья! — Знаю, но я на сегодня больше не могу грести, и что бы ты ни говорил, ты тоже не в состоянии. — Ты даже не даёшь мне попробовать! Да и сколько вообще осталось? Похоже, мы уже в Грейзленде. Ириэль всматривался в залитый лунным светом пляж. — Так и должно быть. Я сделал большой крюк на восток, чтобы избежать тех даэдрических руин и гораздо более серьёзной опасности, которая обитает недалеко отсюда. — А? — Матери моего бывшего. — Э-э… ладно, приятель. — Брови Боду дрогнули, но он не стал настаивать. — И сколько нам ждать до магического дома? Не слишком далеко? — Его лицо расплылось в простодушной, дружелюбной улыбке, которая, очевидно, была его уникальным способом добиваться своего. — А что, если мы пойдём по суше? Будет меньше работы, чем если ты будешь грести, придётся только произносить заклинания, чтобы нести меня. Ириэль сердито посмотрел на него сквозь волосы, прилипшие к лицу как минимум тремя разными видами солёной воды. — Не меньше работы, — сказал он. — Столько же работы, только другой. — То есть это уже другое дело, да? Ириэль пытался сделать вид, что не падок на простодушные, дружелюбные улыбки. — Слушай, ты же не всерьёз ожидаешь… — Пожаааалуйста, не заставляй меня идти в Альд’рун. В прошлый раз, когда я был там, Аэнгот очень разозлился на нас с Кел. Я не хочу туда идти, я хочу домой. Ты же сказал, Кел уже был там, да? Надеюсь, он не слишком зол на меня за то, что я его бросил. Я собирался вернуться, как только получу помощь, но, похоже, заблудился. Потом меня подобрали работорговцы. — Он печально посмотрел на свои ноги, театрально поморщился, а затем перевёл взгляд на Ирэ, золотистые глаза которого сияли от волнения. — Я просто хочу домой. Ириэль вздохнул. Хотя он видел, что жалостливое представление Боду было во многом искусственным, он не мог отрицать, что молодой орк имел на это полное право. Он сбросил сапоги, готовясь вытащить лодку на берег. — Ладно. Полагаю, сигнал от Садрит Моры я получу не более, чем через пару миль.

***

Боду радостно откинулся на одеяло. — Ещё раз спасибо, приятель. Надо проверить, всё ли в порядке с Келом? Он не всегда хорошо справляется, когда меня нет рядом. Ириэль стиснул зубы, пытаясь удержать контроль. Казалось, безопаснее использовать телекинез на одеяле, чем левитировать самого Боду, но это значило бы, что Ириэлю нужно было бы следить за большим количеством подвижных частей. А именно, четыре угла одеяла, которые нужно было удерживать в подобной стулу форме, параллельно не позволять своим ногам провалиться в норы квама или наступить на шалка. Ко всему этому, вести непринуждённую беседу было ему не по плечу. Но для Боду это было не проблемой, и, от нечего делать, он взял на себя управление обеими сторонами беседы. — Он не мой парень, если тебе интересно, — говорил он. — У нас не так. Мы лучшие друзья. Братаны на всю жизнь! Мы были в гильдии в Балморе, но после того, как Хабаси разозлилась, мы с Хеленд основали новую ветку. Чрезмерное недоумение наконец побудило Ириэля вмешаться. — После…? — Я имею в виду, после разрыва. Я был рад этому, потому что Хабаси всегда ненавидела нас с Келом. От неё шла одна лишь агрессия, пока мы были там. — Не могу не заподозрить, — прохрипел Ирэ, шатаясь сквозь неровные заросли виквита, — что каждый раз, когда ты говоришь, что кто-то рассердился на тебя и Кела, ты на самом деле имеешь в виду, что Келегорн кого-то разозлил, и ты встал на его сторону. Боду пожал плечами. — Ну да, типа. Это то же самое. Споришь с Келом, споришь со мной, окей? — Тебя не раздражает, что отношения постоянно рушатся из-за того, что Келегорн… из-за Келегорна? — Нет. Потому что он мой бро. — Вы, эмм… у меня нет большого объёма данных, но… похоже, у вас мало общего. — На самом деле нет. Он увлекается писательством, игрой на барабанах и ножами, а я больше чиню вещи, тусуюсь и занимаюсь делами, налаживаю связи. Если только Кел не доберётся до них первым! У Ириэля дёрнулся глаз при упоминании Кела, играющего на барабанах. — Ты ему жизнью обязан или что? — недоверчиво спросил он. — Я слышал слухи о строгих гендерных ролях в орочьих общинах. Он помог тебе сбежать или… Боду смеялся. — Не-е-ет, приятель, да ладно, ничего подобного! Я вырос в Пелагиаде, помогал в антикварном магазине мамы. Всё было нормально, просто скучно. Пока мама не велела мне избавиться от крысы, которая, по её мнению, жила в подвале, и это оказался Кел. Он сбежал с плантаций, врубаешься? Вот в каком он был состоянии. Прошло несколько дней, прежде чем я узнал, что он вообще может говорить. В общем, мама сказала, что ему нельзя остаться, и мы ушли. Ириэль скептически посмотрел через плечо. — Значит… вы не пара, у вас разные интересы, кроме того, что ему нравится саботировать твои, и время от времени он так сильно портит тебе жизнь, что вам приходится переезжать. Это явно неравные отношения, и я с трудом понимаю, почему вы всё ещё друзья, не говоря уже о том, чтобы быть «братанами». — Нет, но да, но… мы же братаны! Дело не в равенстве или каких-то причинах. Мы решили быть братанами, значит, так оно и есть. — Ну. — У Ириэля не было сил спорить о целесообразности этого решения. — Звучит как тяжёлая работа. — Наверное, — миролюбиво ответил Боду. Ириэль знал, что рискованно истощать себя одновременно физически и магически, но он думал, что контролировал уровень своей энергии. Внезапный обморок стал для него полной неожиданностью. Он даже не пытался использовать Божественное Вмешательство, а лишь проверял соединение, чтобы определить, к какой сети у него сейчас есть доступ. Сигнал от маяка в Вольверин Холле был различимым, но слабым и прерывистым, и внезапно отнял у него гораздо больше энергии, чем он ожидал. Он заметил это, но слишком поздно. Все его чувства потонули в серой дымке, и одеяло Боду с громким визгом уронило того на траву. Он знал, что был без сознания недолго, отчасти потому, что было всё ещё темно, но главным образом потому, что Боду всё ещё кричал. Вокруг него теперь слышались и другие звуки, и ощущалось нечто тёплое и влажное на затылке. Вскоре ему удалось перевернуться. Гуар, всё ещё истекая слюной, ткнулся своей мягкой кожистой мордой ему в лицо. Открыв глаза, Ирэ увидел лишь бледную массу, которая раскрылась, обнажив огромный фиолетовый язык, принявшийся ласкать его. Сквозь хлюпанье и лязганье он услышал знакомый голос: — Паша! Ишух на! Оставь его в покое, глупая девчонка, он думает, что ты хочешь его съесть! Когда она получила достаточно наслаждения от сложившейся ситуации, Шани вернула себе контроль над поводьями гуара и оттянула голову Паши в сторону. Теперь Ирэ увидел её ухмыляющееся лицо высоко над собой. Её косы развевались, когда она уверенно откинулась в седле. — Не обольщайся, это не комплимент, — сказала она. — Эта девчонка всё что угодно готова вылизать.