How to Disappear Completely

В середине дня в Гильдии воров Садрит Моры снова завыла сирена. Ириэль скатился с кровати, книга упала на пол. Быстро проскользнув через люк, он спустился по лестнице в бар. Летнее солнце проникало лишь узкими, острыми лучами, пробиваясь сквозь самодельные доски, наспех отпиленные от столов и стульев и прибитые к окнам. Осколки стекла блестели среди опилок. Там была Мюриэль, с мрачным лицом доставала бутылки из шкафа и расставляла их вдоль барной стойки. Он прошел мимо, опасаясь их взрывоопасного содержимого. Он помогал ей готовить их прошлой ночью, показывая, как регулировать пламя под перегонным кубом и отмерять разные соли. В последнее время у него было мало способностей к алхимии, но вместе они могли следовать рецепту, и она оказалась очень искусной. Особенно после того, как он заверил её, что выбранная ими ядовитая кислота подействует только на плоть Камонны Тонг, а не на её деревянный пол. Ей и так было достаточно грустно из-за мебели, она горько плакала, когда топор вонзился в её дубовый обеденный стол. — Ириэль! — Он обернулся и увидел, как она готовится присесть за барной стойкой, надевая маску на рот и нос. — Хеленд охраняет комнату Эрера, последняя линия обороны, чтобы поддерживать щиты. Наша задача — уничтожить всех, кто прорвётся, а не играть в героев. Оставайся здесь со мной, парень. Там внизу ты не принесёшь пользы ни людям, ни мерам. — Она цокнула языком. — Особенно не в пижаме, ты, ленивый слоад. У него не было времени размышлять о вероятности того, что слоад будет в розовой льняной пижаме. — Я вернусь, если они прорвутся через дверь, — крикнул он, скользя по перилам и падая на лестницу. Остались только семь воров после первой, неудачной, попытки полного уничтожения гильдии со стороны Камонна Тонг. Их главарь, поняв, что дома только половина гильдии, в последнюю минуту решил отложить штурм. Слишком поздно, чтобы остановить троицу кинжальников, которые ворвались в клуб без подкрепления. Келегорн и Эрер расправились с ними, но не раньше, чем Риссиния получил удар клинком в живот в возникшем хаосе. В отсутствие Хеленд командование взяла на себя Мюриэль, зная, что полномасштабный штурм возобновится, как только Тонг осознают свою ошибку. Фандус, единственный, у кого была безопасная Метка, телепортировался с Риссинией к своей сестре в Кальдеру в надежде спасти ему жизнь. Им было строго-настрого поручено не пытаться вернуться, пока не будет получен сигнал безопасности. Когда Хеленд телепортировалась, сообщив о судьбе других гильдий, стало ясно, что сигнал не будет отправлен в спешке. Ириэль и Джулан прибыли в осадное место. Невидимость позволила им прорваться сквозь кордон часовых Камонны Тонг, но чуть не стоила им жизни из-за магических ловушек, расставленных Эрером Даротрилом вокруг клуба. К счастью, ловушки, предназначенные для противодействия заклинаниям иллюзии, сработали до взрывов мороза и шока, и их в последний момент затащили внутрь. Хеленд было всё равно на прошлые грехи Джулана, лишь бы он мог держать меч. Осталось семеро: Хеленд, Эрер, Мюриэль, Келегорн, Боду, Джулан и Ириэль, живущие в тесноте, постоянно настороже, ожидая новой атаки. Они постоянно спорили о том, сколько Тонг ещё осталось, скольких они убили, и сколько подкреплений может быть отправлено. Сколько ещё они смогут продержаться, и, если им придётся бежать, как это можно организовать. Возвращение Ириэля означало, что Хеленд и Боду получили поддержку своей теории о том, что в сочетании с Эрером у них может быть достаточно магии, чтобы скрыть побег. Им противостояли Мюриэль и Келегорн, которые заявляли (громко, в случае Келегорна), что никуда не денутся, пока их дом не будет полностью захвачен, и пока они не уничтожат всех возможных Камонна Тонг. Ириэль старался не вмешиваться, поскольку эти споры тянулись бесконечно. Он мог бы встать на сторону плана побега, если бы не тот факт, что никто не мог договориться о том, куда идти. Осталось семеро — ах да, и гуар. Не будем забывать и о Паше, гуаре. Поскольку выпускать её на улицу было уже небезопасно, всем было трудно забыть о ней. Сейчас она была заперта в подвале, но Ириэль слышал её вой даже сквозь звук сирены, когда он спускался по лестнице в гостиную. — ЗАТКНИСЬ, НАХУЙ!!! — Он закричал на сирену. С верхней полки книжного шкафа Келегорн сделал вульгарный жест и продолжил издавать воющий крик из широко раскрытого рта. Ириэль бросил в него подушку. — Мы все тебя слышали! Мы поняли! Можешь остановиться! Боду расхохотался на диване и в дружеском ответе бросил подушку в Ириэля. — Думаешь, — строго сказал ему Джулан, — нам стоит сосредоточиться на угрозе? — Несмотря на свои слова, он всё ещё сидел, сгорбившись, рядом с Боду на диване, а его меч лежал в ножнах на полу. Боду рассмеялся еще громче и скорчил ему косую гримасу. Если их поведение кажется безрассудно беззаботным, то, пожалуйста, поймите, что они получали эти сигналы тревоги несколько раз в день, большинство из которых оказывались ложными. Особенно когда на страже стоял Келегорн. У него был самый острый взгляд, но самые неустойчивые рефлексы, и ему нравился звук собственного голоса. Тем не менее, он наконец решил перестать визжать. — Заткнись! — прошипел он вместо этого. — Это по-настоящему! Он прищурился между досками на окне, руки то сжимались, то разжимались. — Один, на дороге! — Он начал выплёвывать описания, как семечки дыни (не то чтобы я осмелился предположить, что Кел ест дыню). — Данмерка. Доспехи из нетча. Кинжал, хитиновый. В руке, умеет держать. Короткий лук, натянут, но на спине. Колчан… двенадцать стрел. Никакой магии на ней я не вижу. Джулан переместился на край дивана и взял свой меч. — Только одна? — Одна, я сказал, одна. Если больше, то скажу «больше», сейчас: одна. — Кел поморщился, качая головой из стороны в сторону. — Всё ещё на дороге. — Ты думаешь, она из Тонг? — Не та Тонг, что раньше. Новая. — В голос Кела прозвучало отвращение, когда он добавил, — Красивая. Боду бросил замок, который чинил, себе на колени. — Покажи! Кто-нибудь, помогите мне, я хочу посмотреть! Келегорн проигнорировал его, не отрывая глаз от шпионской щели. — Она смотрит на дверь. Убирает кинжал. Берёт лук и стрелы. Смотрит в окно. Не видит меня, не видит меня, но я вижу её, вижу её глаза. Тонг или нет, она здесь, чтобы делать трупы. Предсказываю, я предсказываю! Боду подпрыгивал от волнения. — Покажи!!! Даротрил подготовил магические ловушки так, что любой мог активировать их, используя нужное ключевое слово. Это была любимая часть игры для Келегорна, даже лучше, чем изображать сирену. Я уже упоминал, что он был отрезан от подавляющего действия лунного сахара более трёх недель? Он присел на корточки на книжном шкафу, вцепившись босыми пальцами ног и дрожа от предвкушения. — Недостаточно близко. Нужно, чтобы она прошла за стену, иначе ловушка не сработает. Она натягивает стрелу, подкрадывается по тропинке. Ближе, девочка. Не смогу попасть тебе в глаз сосулькой, пока ты не подойдешь ближе. — Он облизнул губы. — Хочу сказать слово за тебя, дорогая, но тебе нужно быть блииииииже. Вот так. По тропинке. — Может, она какая-то особенная убийца из Тонг, — предположил Джулан. — Может, поэтому она одна. Ирэ поджал губы. — Разве она тогда не стала бы использовать заклинания невидимости? Я не слышал, чтобы сработали антииллюзионные глифы. — Дай нам посмотреть, Кел! Тон Боду был удивительно умоляющим, но Кел не собирался прислушиваться. — Нет! Я должен быть готов произнести слово! — Забаррикадированное половиной дерева в доме, переднее окно было непроницаемым, и только он мог хоть что-то видеть наружу. — Она подходит ближе. Направляет лук на дверь, готовая натянуть. Да, можешь попробовать, милая, но ещё три шага, и ты перевалишь через мою точку замерзания. — Его губы оторвались от острых зубов. — Ещё три шага, и эти жестокие глазки и твои струящиеся косички превратятся в прекрасную ледяную скульптуру… — Эй, Кел. — Джулан нахмурился. — Просто… дай мне минутку посмотреть туда, ладно? — Шшш, почти на месте! Ещё один шаг, точно. Нет-нет, не останавливайся! Подойди ближе. Ооо, она явно настроена на убийство. Я вижу. Почти время произнести слово, да! Пронзительный, полный ярости голос прорвался сквозь блокаду. — …де мой гуар… вы, мерзкие васситские ублю… Ириэль внезапно забыл, как двигаться или издавать звуки, но Боду одновременно с Джуланом спрыгнул с дивана, и оба закричали на Келегорна. Джулан имел преимущество в движении ногами, но Боду начал двигаться ближе, что лишь привело к столкновению с Джуланом на пути, и, вцепившись в его пояс, Боду соскользнул вниз и таскался по полу, пока Джулан пробирался к книжному шкафу Келегорна. — БРО, СТОП!!! — КЕЛ, НЕ ГОВОРИ! — ОНА ПЕРЕШЛА ГРАНИЦУ, Я ГОВОРЮ СЛОВО!!! — НЕТ!!! — Я ГОВОРЮ!!! — БОДУ, УБЕРИСЬ НАХУЙ С МОИХ НОГ, Я НЕ МОГУ- Боду пытался забраться на Джулана, чтобы приблизиться к Келу. Джулан, цепляясь за полки, яростно пнул Боду свободной ногой. Полки затряслись, и Кел потерял равновесие, магическое кодовое слово раздалось с пронзительным визгом, и он прыгнул на голову Джулана. — ПРЕДАТЕЛЬСТВО!!! — кричал теперь Кел, — ПРЕДАТЕЛЬСТВО ТЁМНОГО ЭЛЬФА ВНУТРИ СТЕН!!! — КЕЛ, ТЫ Н’ВА, Я… АААААГХ! ОН МЕНЯ УКУСИЛ!!! ЭТОТ УБЛЮДОК… В отчаянной попытке удержаться на ногах Джулан снова пнул Боду, на этот раз достаточно сильно, чтобы тот покатился по комнате и оказался у входной двери. Пока его друзья вслепую цеплялись друг за друга, Боду протянул руку, ловко расстегнул замки и немного отступил назад. Через несколько секунд входная дверь распахнулась, пролетев мимо носа Боду и врезавшись в стену. — Украсть моего ПАРНЯ? — раздался возмущенный вой. — — Можешь оставить его себе, клянусь Азурой, но УКРАСТЬ МОЕГО ГУАРА??? Переступив порог, подперев голову локтем, Боду ухмыльнулся, устремив взгляд от стрелы Шани до её пылающих глаз. — Добро пожаловать, моя дорогая госпожа, — сказал он, — в наш скромный дом.

***

— ЧТО ЗНАЧИТ «я в ловушке»? — Шани встряхнула головой и оглядела комнату. — Я не собираюсь оставаться здесь со всеми вами, странными уродами, мне и так потребовалось много времени, чтобы вас выследить! Я беру с собой гуара и иду домой! Тебе повезло, — здесь, — она погрозила пальцем Ириэлю, который стоял на перилах между ними, — что я решила его не убивать! И только ради Боду, а не ради него. Она ухмыльнулась орку, сидевшему рядом с ней на диване. Он ответил ей бесконечно самодовольной ухмылкой, а Джулан закатил глаза. Он был с Ириэлем на лестнице, прижимая тряпку к кровоточащему уху. Хеленд отнесла Келегорна в подвал, чтобы тот успокоился. — Мне очень жаль, что приходится тебе это говорить, — сказал Боду, — но теперь, когда мы тебя впустили, все Тонг, которые за тобой наблюдают, узнают, что ты наша подруга. Если ты выйдешь, они попытаются тебя убить. — Если она телепортируется прямо сейчас, — резко сказал Джулан, — они ещё не успели отправить сообщение своим отрядам в пунктах Вмешательства. У кого-нибудь есть свиток для неё? — О, ты хочешь от меня избавиться? — Шани резко обернулась. — Уверена. Не хочешь, чтобы я рассказывала всем твоим новым друзьям, какой ты крысолицый ублюдок? При этих словах Джулан расхохотался. — Они знают, поверь мне. — Он встал. — Вот, я пытался. Не могу сказать, что не пытался. Пойду посмотрю, не нужна ли Хеленд помощь с Келегорном. Сейчас это будет приятная компания. — Он махнул большим пальцем в сторону окна. — Кто-нибудь из вас, с’витов, возвращайтесь на стражу. Шани смотрела ему вслед с недоверием. — Когда это он превратился в такого высокомерного никс-хетта? Эй… — она обратилась к Ириэлю, который переместился, чтобы следить за шпионом, — Эй, тебе не нужно делать то, что он тебе говорит, знаешь ли. Я никогда ничего не делала из того, что он мне говорил! — Ирэ сделал вид, что не слышал. Он всё ещё стоял у окна, пытаясь не слушать бессмысленную болтовню Шани и Боду, когда Келегорн вернулся из подвала, угрюмый и насквозь промокший. — Мой дозор! Мой! — рявкнул он, и Ирэ с достоинством уступил ему место. — Вы все сошли с ума, — заметила Шани, развалившись на подлокотнике дивана. — Как долго вы собираетесь это продолжать? Не можете просто убить их? Сколько их может быть? — МНОГО, — огрызнулся Келегорн. — Много-много, потому что Орвус Дрен хочет смерти воров, поэтому Дрен посылает бойцов. Бойцам нет конца, потому что Дрен получает больше бойцов на деньги рабов. Деньгам рабов нет конца, потому что рабам нет конца. Рабам нет конца, потому что у Дрена есть компромат на советников, он заставляет Дом Хлаалу голосовать так, как хочет. Не можем выгнать Дрена из Хлаалу, потому что Герцог — брат, брат защищает Дрена, защищает Камонну Тонг. — В уголках его рта собиралась пена. — Полегче, бро, — успокаивал Боду. — Нам больше не нужно об этом думать, нам просто нужно сосредоточиться на том, чтобы выбраться отсюда. — Так давайте убъём этого ф’лаха Дрена, — зевнула Шани. — Ох, я чуть не забыла. Убегать в одиночку, потому что ты думаешь, что сможешь убить большого злого дьявола на вершине горы — это решение Джулана, а нам нужно настоящее. Извини, забудь. — Она встала и направилась к дверному проему, из которого слабо доносилось «вруууууу». — Я поищу Пашу. Может у неё будет идея получше. Кел смотрел на пустую дорогу, сгорбившись на книжном шкафу, словно горгулья. — Не могу убить Дрена, — пробормотал он. — Никогда не смогу убить Дрена. Слишком много стен, слишком много охранников, слишком много невзламываемых замков. Не могу. Хочу. Хочу до боли. Не могу. — Он впивался в книжный шкаф всеми ногтями тела, оставляя вмятины на дереве. — Эй, — сказал Боду. — Хватит уже этого, ладно? Расскажи мне, что ты видишь снаружи. Ириэль во время этого разговора крутился возле лестницы. Последние несколько минут он постукивал кончиками пальцев и хмурился, глядя на затылок Келегорна. — Кел, — наконец сказал он, — ты был рабом на плантации Дрена, не так ли? — Голова Кела тут же повернулась к нему лицом, его черные глаза широко раскрылись. — Дружище, — прошипел Боду Ирэ, — не позволяй ему идти таким путём, ладно? Всё закончится плохо, поверь мне. — Ты знаешь планировку плантации Дрена, — продолжил Ириэль. — Ты знаешь оборону, порядок. Предположим, тебе не нужно беспокоиться о стенах, охране или запертых дверях. Думаешь, ты смог бы найти и убить Орваса Дрена? — Да, — мгновенно ответил Кел, промчавшись по книжному шкафу и опасно бросившись к Ирэ. — О да. О да, о да, о да, о да, о да. Я мог бы убить его ножами, или зубами, или пальцами рук, или ног! Я мог бы… — Черт возьми, прекрати! — Боду теперь был зол, повернувшись к Ириэлю. — Зачем ты это говоришь? Ты знаешь, сколько времени ему понадобилось, чтобы перестать быть таким, неспособным— — Я мог бы тебя впустить. — Глаза Ирэ были такими же широко раскрытыми, как у Келегорна, их носы почти соприкасались. — Я мог бы это сделать. Не знаю как и почему, но в последнее время я могу… проходить сквозь вещи. Через твердые вещи. Я… я мог бы это сделать. Я мог бы сделать нас обоих невидимыми, и я мог бы проходить сквозь ворота и двери и открыть их для тебя. Провести тебя прямо в его комнату. Я мог бы это сделать. Влажная чёрная бездна глаз Келегорна отражала его собственные. — Хулейя был прав, — сказал Ир. — Одна смерть, правильная смерть, может изменить всё. — Он усмехнулся. Бездна усмехнулась в ответ. — Я отомщу, — прошептал Келегорн. — Моя месть. — Он обнял Ириэля и поцеловал его в губы. — МОЯ МЕСТЬ!!! — С радостным возгласом он перепрыгнул через плечи Ирэ и исчез вверх по лестнице. Раздался грохот. Я обернулся и увидел, что замок Боду разлетелся на куски по полу, а лицо орка исказилось от ярости. — Что ты НАДЕЛАЛ?! — взревел он. — ЧТО, МАТЬ ТВОЮ, ТЫ ПЫТАЕШЬСЯ СДЕЛАТЬ С МОИМ БРО?!