Второй шанс

Кто это передо мной?.. Это точно мой брат?.. Я смотрела на его окровавленное худи и не понимала ровным счётом ничего из происходящего. Я бежала сюда, чтобы отдать маме подарок, но… но… Лександр резко схватил меня за волосы и ударил о стену, от чего я безвольно сползла на пол. Хотелось что-то сделать, дать отпор, но меня словно заморозили, и я никак не могла избавиться от этого льда. Он спустился ниже и провёл ладонью по моей щеке, что пробрало до неприятных мурашек и дрожи. От него сильно пахло кровью. Я просто начала рыдать. Потому что на полу в крови валялись, растоптанные и больше никому ненужные, два подарка в двух милых упаковках. Потому что почувствовала себя преданной. Потому что хотела обрадовать маму, а её больше нет. Потому что за несколько секунд лишилась всего. — Ой, что же это случилось? Мне казалось, тебе нравятся безумные парни. Ты же постоянно на игры с маньяками дрочила, а сейчас что? Не нравится, когда такое по-настоящему случается, а, идеальная невинная Гаст? Я задрожала всем телом. Откуда он вообще об этом узнал?.. И это же совсем не то. То — всего лишь выдумка, ещё и совершенно другая. — Что молчишь, язык проглотила? Знаешь, Гаст, ты мне всегда нравилась. Тело твоё, в смысле, характер у тебя просто невыносимый. А вот сама по себе… хоть и с лишним весом, но ради такого размера груди и бёдер я и больше киллограм вытерпел бы. Хотя, наверное, весь этот жир тебе всё равно идёт. А давай-ка проверим? Вряд ли ты в силах раздеться сейчас, поэтому… Меня выворачивало от каждого его мерзкого слова, а ещё противнее стало, когда он разорвал мою любимую одежду. Милая юбка, любимый милый свитер с голыми плечами, всё превратилось в жалкие лоскутки. Я должна хотя бы оттолкнуть его. Должна… но почему-то просто не могу. И от этого ещё противнее. Всё, что я чувствовала в ближайшее время — лишь отвращение. Оно поглощало меня, съедало заживо. Казалось, что всё это происходит не со мной, а с кем-то ещё, это будто бы просто страшный сумасшедший сон. Его руки вовсе не исследуют моё тело, оно чужое, из сна. Следующие события начали мелькать отрывками, будто каждые несколько секунд я теряла сознание. Лександр резал мою кожу топором, но мне даже не больно — словно все чувства и эмоции отключились. Я не чувствовала, как по щекам моим потекла кровь, как она, выливаясь из маленьких ран на груди, спине и даже руках, покрыла всё моё тело. А потом он провёл рукой по моему лобку. Затем спустился ниже. Что-то прошипел. Злорадное такое. В каждом его прикосновении словно чувствовалось отсутствие желания сделать что-то приятное для меня, вместо этого остался лишь эгоизм. Я не так себе всё представляла. Я хотела, чтобы впервые у меня это было с человеком, которого люблю, а не чтобы меня… изнасиловали…? И вправду. Меня насилуют, а я просто лежу и позволяю использовать моё тело как вздумается этому человеку. Сейчас стошнит и от самой себя, и от Лександра, и от… от всего. Прикрыв глаза, я отвлеклась на мысленное чтение молитвы. А пока я безмолвно её читала, что-то попыталось раздвинуть мои плотно сомкнутые ноги. Я противилась как могла, но довольно быстро поняла, что чужие руки гораздо сильнее. В отчаянии я просто попыталась вернуться к молитве, зажмурилась что есть сил, потому что просто не хотела видеть, что происходит. Расплакалась ли?.. Попросила ли слабым голосом остановиться, сказала ли, что не хочу?.. Начала ли умолять?.. Что-то внутри меня совсем не хотело признавать, что со мной это делает именно Лександр, именно мой брат, казалось, что стоит его попросить — он остановится, что он просто не услышал моих слов, мне просто нужно было его хоть как-то оправдать, но попытки сделать это перебили следующие жестокие слова: — Эй, Гаст. Тебе повезло, что я решил надеть презерватив. Не хочу, чтобы ты от меня залетела. Хотя если бы я этого не сделал, тебе необязательно было бы делать аборт. Сразу после рождения ребёнка я бы просто убил его. Какого там размера дети рождаются? Достаточного, чтобы смыть их в унитаз, надеюсь? Эта фраза добила меня. Я просто начала кричать и отчаянно звать на помощь, захлёбываясь своими слезами, кашляя. — Ты совсем тупая? Здесь тебе никто не поможет, нет никого живого кроме нас двоих, — Лександр прервался на удовлетворённое мычание, — а знаешь? Мне нравится. Не будь ты такой паникующей и окровавленной, было бы совсем не так здорово. Пожалуйста, перестань, замолчи, остановись, хочу, чтобы всё было как раньше, чтобы день рождения мамы прошёл так, как я того ожидала, как это отменить?.. Как вернуться в прошлое и сделать так, чтобы этого никогда не происходило? Больно. Очень больно. Между ног пронзило такой невероятной болью, какой никогда в жизни не чувствовала. Кажется, я провалилась во тьму в какой-то момент. А очнулась уже в луже крови и своих выделений. И заплакала снова. Сжалась, задрожала всем телом и рыдала до тех пор, пока просто не устала это делать. Покачнувшись — всё тело всё ещё болело, особенно там, я дошла до ванной. Как обычно, набрала полную ванну горячей воды, легла в неё… и вместо обычного расслабления схватила мочалку и мыло и стала тереть каждую часть тела с такой силой, будто пыталась стереть с себя всё недавнее прошлое. Настолько грязной себя никогда не чувствовала. Мне даже стало плевать на то, что мыло могло попасть в раны, я просто продолжала остервенело втирать его в себя. Впервые в жизни мне показалось, что я сошла с ума. Несмотря на и так раскалывающуюся голову и сорванный голос, я снова расплакалась. Почему всё… всё вот так? Я даже не могла нормально сформулировать ни единой мысли. Наверное, нужно было бежать в полицию. Но отчего-то начало казаться, что если так сделаю, там меня просто пошлют, обвинят саму, спросят, с чего это сама не сопротивлялась… и правда. Почему? Я что, на самом деле этого хотела подсознательно? Нет, такого не может быть. И… он ведь мой брат. Был им, вернее. Больше его родственником называть язык не поворачивался. Вытирая очередные слёзы, я вышла из ванной. Всё разболелось лишь ещё сильнее. Облегчённо вздохнула, когда увидела, что полы недавно вымыты. А затем одёрнула себя. У меня умерли родители, а я радуюсь тому, что мне не нужно вытирать их кровь. Кошмар. Никогда бы не подумала, что окажусь настолько циничной. Весь этот день можно было описать одним словом. «Отвращение». В итоге я легла в кровать и, не знаю, как вообще умудрилась заснуть после произошедшего, провалилась в сон.

***

Когда открыла глаза, поняла, что будильник почему-то не прозвонил. Получается, я проспала?.. Надеюсь, ещё не слишком поздно, не хочу маме в день рождения настроение портить… стоп. В голове всплыло произошедшее вчера, я спрыгнула с кровати, упала, случайно задев табуретку, на которой лежал телефон. И он, и она, больно обрушились мне на спину. Отряхнулась, не стала проверять время и дату, потому что боялась убедиться, что всё это мне не приснилось, и побежала в туалет. Ведь поняла, что если ещё немного пробуду здесь, наедине со своими жуткими воспоминаниями, меня стошнит прямо на пол. Туалет. Я крепко сжимала края унитаза. Голова кружилась, становилось страшно, что просто задохнусь и умру вот так, с головой, опущенной в унитаз, упаду лицом в содержимое своего желудка. Странно, но надежда на то, что сегодня восьмое сентября, а не девятое, всё ещё не угасала. Наконец-то почувствовав себя совсем немного лучше, я умылась, почистила зубы и, в общем-то, сделала всё, что делаю по утрам обычно. Никогда бы не подумала, что такие обычные вещи могут стать такими успокаивающими. Просто это словно говорило о том, что всё хорошо, что ничего страшного никогда не происходило. Вернулась в комнату, подобрала телефон с пола и… Девятое сентября. 15:00 Кажется, я упала, истерические рыдая и сжимая коврик в руках. Руках, вдоль и поперёк исполосованных порезами. Да, я уже видела в зеркале свои изуродованные щёки, но постаралась об этом не думать, списать на что-то другое, но теперь… Почему?.. Почему?.. Что я ему сделала? Всё ещё всхлипывая, нажала на уведомление о непрочитанных сообщениях. Ифи спрашивала, почему я не появилась на парах. Дрожащими руками начала набирать «Извини, мне» и зависла. Плохо? Проспала? Что? Она моя лучшая подруга, я могу рассказать ей обо всём, доверяю ей безоговорочно. Она меня не осудит, поддержит, что-нибудь посоветует… Не осудит. Но как могу теперь вообще кому-то доверять, если Лександру я тоже доверяла? Я не ожидала от него ничего такого. Может, мне всё-таки всё это приснилось и на самом деле всё было не так… Взгляд наткнулся на страшное напоминание о всей боли в виде розовой полосы на ноге, кожа вокруг которой покраснела. Всё это вчера действительно произошло со мной. Я никак не могла это оспорить. И вообще, не до института сейчас. Нужно скорее звонить в полицию и рассказать о произошедшем. Нужно рассказать… хотя бы кому-нибудь. Телефон выпал из ослабевших рук. Я не могла… я… боялась. Не знаю, почему, но меня пробирал ужас от малейшей мысли о социальном взаимодействии с кем-нибудь. Весь мир показался враждебным. Телефон засветился, раздался звук оповещения. Ифи Блэйз, 15:10 Гаст? Ты что-то писала, я видела. Если ты решила стать прогульщицей, рассказывай, я только поддержу. Кстати, а ведь я точно ставила будильник… его выключил Лександр? Больше некому ведь. Точно. Некому… я осталась совсем одна. Ифи Блэйз, 15:11 Приём, приём. Ладно, сорри за спам. Просто ты не пропускаешь без предупреждения обычно, вот я и волнуюсь. Я прислонилась к кровати и, продолжая сидеть на полу, обняла себя руками. Почему Лександр поступил в тот же институт, что и я, ещё и на ту же специальность?.. Мне теперь придётся постоянно его видеть, а я даже ничего сделать не смогу. Я слишком слабая. Может, и правда начать прогуливать?.. Нет, так нельзя. Я должна хорошо учиться, несмотря ни на что, чтобы получить специальность, о которой мечтала, и пойти на работу, которую буду любить. Стану независимой и буду жить где-нибудь очень далеко от этого человека… Где-то дверь скрипнула, из-за чего я вздрогнула и вжалась спиной в кровать. А затем, не успев ничего подумать, добежала до шкафа и спряталась там, среди одежды, пахнущей конфетами, будто ребёнок от монстра. И вся ткань, среди которой находилась, напомнила о том, как пришлось попрощаться со своим любимым свитером. А ведь это был подарок от родителей… — Здаров, Гаст, — знакомый голос, из-за которого меня окутала смесь отвращения, ужаса и ненависти. Наверное, молитва снова мне не поможет, да?.. От меня отвернулся не только Лександр, но и Бог? Я не понимаю, за что мне это и, кажется, никогда не дождусь объяснения. Не может же это быть наказанием за прохождение эротических визуальных новелл с яндере. — Смотрю, ты уже проснулась. Если ты спряталась где-то в комнате, лучше тебе выйти. Я ведь всё равно тебя найду. И изнасилую ещё раз, но, не переживай, на этот раз без травм. Мне понравилось. Хочешь успокаивающую новость? Вчера не ты одна потеряла девственность, это был первый раз и для меня, — он сделал небольшую паузу. — конечно, я шучу. Тебе, наверное, похуй, какой там это для меня раз. Вряд ли тебя волнуют венерические заболевания. Да и я вообще как-то не думал, что ты девственницей окажешься, думал, с таким размером груди это невозможно. А, или ты ей и не была? Извини, просто крови слишком много было, я так и не понял, где какая. Пришлось сдержать крик, умоляющий прекратить плеваться мерзостью. Он снова замолчал, судя по звукам, медленно прошёлся взад-вперёд по комнате. — Бля, если окажется, что тебя правда здесь нет, я со стыда сдохну. А вот если ты спряталась в шкафу, — сердце облилось кровью, — то сдохну я уже с испанского стыда. Шаги раздались всё ближе, он открыл дверцу, я рухнула на пол. — Ты чё, ребёнок? — фыркнул он. — или ты типа думала, что так моё желание снизишь, если притворишься мелкой? Не, план хороший, даже сработал. А я… кажется, окончательно слетела с катушек, и снова зарыдала. — Прости меня, пожалуйста, извини, я не думала, что всё будет так, извини, я была ужасной сестрой, прости, прости, прости, — сквозь судорожный плач едва ли не кричала я, жалобно глядя на него снизу вверх. Лександр отшатнулся с сложным выражением лица. — Э-э… ты чего… — Прости, прости, прости, прости, прости меня, прости! Он просто смотрел, словно не понимая, кто перед ним, а затем присел на корточки и обнял меня. Запах крови всё ещё не выветрился с его худи, и меня в очередной раз пробило дрожью и заморозило. — И где эти слова были раньше?.. Я просто хотел, чтобы кто-то мне посочувствовал, сказал мне что-то приятное. Похвалил меня. Не осуждал за то, какой я. А ведь я просто обычный пацан, не маньяк какой-то, и не знаю, зачем так долго говорил кучу пафосных слов… наверное, хотел казаться круче, чем есть на самом деле. Лександр отстранился. — Ладно, похуй, есть пойдёшь? Просто я тебе готовку доверять не собираюсь, ещё дом сожжёшь, я пока что жить хочу. Как-то странно. Такая спокойная фраза, какую можно услышать в обычной семье сказана при таких ужаных обстоятельствах таким… человеком. Может, он прав. Может, это я во всём виновата. Или… наши родители. Да и фраза не такая уж обычная, особенно последняя её часть.

***

Я вернула свой бесконечный оптимизм, поверила в свои силы, поэтому на следующий день (Лександр, слава Богу, не выключил будильник на этот раз) отправилась на пары. Родителей объявили пропавшими без вести, меня и этого человека должны были опросить. Я чувствовала себя готовой к разговору с ними. Всё хорошо, может, доказательств убийства и нет, но, по крайней мере, за изнасилование и нанесение мне прочих увечий его точно должны наказать. Это нужно просто для восстановления справедливости. Ещё меня очень сильно волновали деньги. Стипендия у меня повышенная (до двойной), конечно, плюс пенсия по потере кормильца, плюс обычная стипендия Лександра, плюс какие-то отложенные деньги родителей… не уверена, что на это возможно выжить. А если я хочу доказать его вину, нужен суд. А для суда нужен адвокат. А для адвоката нужны деньги… В каком ужасном мире мы живём. Я зашла в здание, забрала рапортичку у зама (я снова староста) и столкнулась со странным взглядом. Вернее, взглядами. Почему-то студенты перешёптывались, глядя на меня. Так, что здесь опять произошло?.. Ладно, неважно, потом разберусь. Я поискала глазами Ифи. На этот раз, удивительно, она не опоздала и приветливо помахала мне рукой, улыбаясь. Мы всегда сидели вместе, и сегодняшний день, разумеется, не стал исключением. — Хеллоу, чего не было вчера всё-таки? Ты так и не ответила, — напомнила она. Я опустила глаза. Недавние события всё ещё стояли перед глазами. Как много времени у меня уйдёт на то чтобы полностью оправиться от них? — П-плохо было… — вырвалось слабое, испуганное. Ифи нахмурилась. — Ты какая-то странная сегодня, всё ещё плохо, что ли? Кстати, тут про тебя всякую ерунду говорят, но я не верю. — Ерунду…? — пытаясь не заикаться, пробормотала я. Ифи сдвинула брови ещё сильнее. Ну конечно, она заметила, что что-то не так. Всё-таки с четырнадцати лет друг друга знаем. — Ну-у-у… блин, неважно, просто забей на них. Люди любят придумывать всякий бред про тех, кто им почему-то не понравился. Ладно, окей, тебе скинуть фотографии конспектов? Она, как обычно, очень энергичная и весёлая. Если бы только я могла сейчас заразиться её настроением, посмеяться с разных глупостей, обсудить с ней своих персонажей и учёбу…

***

Мы с Лександром и Ифи учились в одном институте. Только после окончания двенадцатого класса Лександр год ушёл работать, а поступил уже после этого. И так вышло, что все мы учились на одной специальности, мы с Ифи на третьем курсе, а он — на четвёртом. И вот, оказалось, Лександр распустил обо мне слухи. О том, что я беру деньги с других студентов института за секс. Ко мне начали приставать, причём во всех смыслах этого слова. Домогаться, издеваться… Ифи не верила и продолжала считать меня хорошим человеком. И сказала, что даже если бы я так делала, то, значит, у меня были бы какие-то причины, и она бы не стала меня осуждать. А я… я окончательно сломалась. Перестала верить в лучшее, разговаривать из-за страха быть осуждённой даже лучшей подругой и в какой-то момент даже не стала пытаться выйти из дома. Вернее, я хотела ходить на пары как обычно, но однажды Лександр запер дверь, снова отключил мой будильник и ушёл. И я почему-то не стала даже пытаться. Я просто сдалась. Поэтому мне стало уже всё равно, что будет дальше. Вот так мрачно проходил сентябрь. Ифи почему-то перестала мне писать, из-за чего я окончательно разочаровалась в людях. Может, зря. Может, это всё ещё было моей виной. Может, потому что Ифи причинило боль то, что я замкнулась в себе и не смогла объяснить, что происходит. В конце концов, общение прекратилось в первую очередь из-за моего необъяснимого страха. Я уже даже не пыталась сопротивляться, когда Лександр приходил ко мне в комнату и вновь использовал моё тело. Лишь приняла своё поражение. Просто видела его, в последнее время даже стала безэмоционально интересоваться, как и недавно: — Опять? Он кивнул с улыбкой. — Не переживай, я сегодня не в настроении на грубость. Ещё бы мне было до этого дело… я продолжила проходить какую-то игру в телефоне, читать текст и игнорировать звук расстёгивающейся ширинки и шуршания брюк. Как-то привыкла уже абстрагироваться и терпеть боль. Только немного жмурилась и шипела, когда чувствовала, что в меня что-то погружается. Больше у меня не получалось ни с кем заговорить, когда полиция опрашивала меня, я молчала, дрожа и опустив глаза. Слишком страшно было. Иногда этот человек вёл себя странно нежно по отношению ко мне. Спрашивал, хочу ли я, чтобы он что-то мне купил, что хочу на ужин, принести ли сладостей. Я решила даже не предполагать, откуда у нас появлялось так много денег, что он мог позволить столь многое. А после очередного раза, лёжа в кровати глубокой ночью и рыдая в подушку, я не выдержала. И в те минуты вдруг поняла, что так продолжаться не может. Тихо, на цыпочках, встала с кровати, осторожно приоткрыла дверь и, стараясь не упасть, пробралась на кухню. Взяла кухонный нож и, всё ещё очень-очень тихо, зашла в комнату Лександра. К счастью, он спал. Покрепче сжала рукоятку, постаралась унять сбившееся дыхание и бешено забившееся сердце. Подошла к его кровати, убедилась, что он спит крепко и на спине, залезла с ногами на его грудь и, пока он не проснулся, раскрыла одной рукой его рот, а второй изрезала его горло изнутри. Что-то забулькало, он закашлял, мои руки окрасились кровью и слюнями. Сдерживая рвотный позыв, я проткнула ещё и его грудь — а вдруг он всё ещё жив?.. Я знала, что совершила ужасный поступок. И с таким грехом на душе жить бы просто не смогла продолжать. Но и его жизнь важной посчитать не могла. Он разрушил все мои представления о мире и моральные принципы. Зажмурившись, я вспорола себе живот. Тепло, расползающееся вдоль всего тела, вспышка света, погружение во тьму.

***

Яркий свет ударил в только открывшиеся глаза. Взору предстало голубое небо, по которому медленно плыли пушистые облака. На меня упал пожелтевший листик — оказывается, я лежала под деревом… погодите-ка… Я встрепенулась и посмотрела по сторонам. В загробный мир я верила, но на Ад это похоже не было, а в Рай я уж точно попасть не могла. Я посмотрела на руки, прислушалась к запахам и звукам. Птички пели, шелестели деревья, пахло свежим воздухом с примесью чего-то странного, сладковатого, неестественного. А во мне будто что-то изменилось, но я никак не могла понять, что. Словно что-то… появилось?.. Но очень слабое, едва заметное. Кажется, я всё ещё была одета в шарф, свитер, закрывающий руки, юбку, гольфы и туфли. Теперь я почти всегда ходила в подобной одежде — не хотела, чтобы кто-то увидел мои шрамы. Не знаю, боялась ли я реакции этого человека или очередного осуждения со стороны окружающих. В конце концов, теперь, казалось, кроме своего тела я больше ничего и не представляла. — Ого, двое подряд? — раздался чей-то высокий, но мужской, голос сзади. Испуганно вздрогнув, я заглянула за ствол высокого дерева. Посреди небольшой лесной рощи стояли четыре человека… или… только двое из них были людьми… в первую секунду я успела заметить только эльфийские уши у босой девушки, драконьи крылья за спиной парня с фиолетовыми глазами и шрамы, пересекающие глаз третьего человека, полностью белый, без зрачка. Но быстрее всего, конечно, я узнала фигуру этого человека. — А чё вообще происх… — наши взгляды встретились и тут же разошлись. — О, вы знакомы? А, хотя прошу прощения, я не хотел вмешиваться в ваши личные дела, — произнёс парень и подмигнул, от чего меня бросило в жар, и я сама не поняла, было это смущением или паникой. Он помедлил, как будто решал, стоит ли спросить что-то ещё, а потом с сомнением обратился к Лександру, — надеюсь, там не война началась?.. — Не. Не война, — ответил он, периодически поглядывая на меня… испуганно?.. — не то что бы я вообще понял чё за «там», типа… типа ничё не понял, объясните хоть что-то. Он начал меня бояться?.. — Хвала всем Богам, я уже думал… о, чёрт, а я давно говорю как все местные? Девушка-эльфийка беззлобно рассмеялась. — Немудрено, ты тут два года уже живёшь, — сказала она. — Сколько-сколько?.. — опешил он. — я думал, я вчера второй шанс получил. — Вы долго болтать собираетесь? — прервал их парень с драконьими крыльями очень низким голосом, немного похожим на рычание, и подошёл ко мне. — организация помощи получившим второй шанс вас приветствует, всё такое, сейчас эти два придурка вам всё расскажут, бла-бла-бла, идти можете? Я вжалась в дерево. Умение говорить меня покинуло окончательно. — Эм, девушка? — ко мне подошла эльфийка и с нежной улыбкой протянула свою изящную руку с красивым маникюром. — не переживайте, мы всё вам объясним, просто пройдите за нами. Парень с крыльями с тяжёлым вздохом отошёл от меня. Я медленно, облокотившись на дерево, поднялась и последовала за ними, решив не задавать лишних вопросов. Вернее… хотелось спросить о многом, но всё ещё было слишком страшно вообще как-либо подать голос. — Ладно, раз мы просто идём, надеюсь, вы не будете против, если я сейчас расскажу, где вы оказались и что вообще происходит? — обернулся всё тот же высокий одноглазый парень. — Я не буду, — ответил парень с драконьими крыльями, явно пряча улыбку. Эльфийка засмеялась. — Этот вопрос, Нокард, не тебе предназначался, — закатил глаза… глаз? парень, имя которого я пока что не узнала. — Только за, рассказывай быстрей давай, я уже смирился с тем, что у меня крыша поехала совсем, — пробурчал Лександр. Одноглазый парень посмотрел на меня. Я кивнула. — Хорошо. Вы, наверное, слышали легенду о получении второго шанса. Так вот… не знаю, плохие это новости для вас или хорошие, но она правдива. Сейчас вы попали в другой мир. И другой он во всех смыслах, здесь очень многое отличается. Наша Организация так и называется «Второй шанс», хотя у неё есть и более длинное название, его уже произнёс Нокард. Она нужна для того, чтобы помогать таким людям, как вы, освоиться здесь. В общем, какое-то время вас будут обучать всему, что может пригодиться: чтению и письму — говорим мы на том же языке, что и в прошлом, но буквы и грамматические правила совсем иные. Ах да, эта территория находится под защитой только определённой части Организации. Так вышло, что мы откололись от остальной. Прошу прощения, что нагрузил вас таким огромным количеством новых знаний… ах да, где мои манеры? Меня зовут Дэниэль, но можно просто Дэн. И на «ты», пожалуйста, не люблю формальности. — А меня — Эсмеральда, — весело произнесла эльфийка, — а что этого угрюмого грубияна зовут Нокард, вы, наверное, и так поняли. — Эй. — сказал угрюмый грубиян, хмурясь. От всего рассказанного у меня едва не лопнула голова. — Ничё не понял, но похуй, — чересчур честно сказал этот человек. — О-о! Это что, мат из моего родного мира? — никогда не видела, чтобы кто-то так засветился от нецензурных слов, — прошу прощения, я просто тоже получивший второй шанс, но давно. Немного по тому миру скучаю. Он отвёл гла…з в сторону и вздохнул, но быстро на его лицо вернулась прежняя хитрая улыбка. — Ещё кое-что забыл сказать. Можете не переживать, Организация обеспечит вас временным жильём — комнатой в общежитии, а также выдаст денег на проживание до конца обучения. Оно длится всего месяц, не более, так что постарайтесь не отставать и поскорее найти работу. — Ага, а ещё после окончания всего этого обучения с вас будут брать налог за прошедшее, — добавил угрюмый гру… то есть Нокард. — А если не понравитесь кому-нибудь с верхушки — то он будет больше обычного, ведь мы живём в невероятно справедливом мире. — Нокард, успокойся, я обговорю это с Серафимой, всё у тебя будет, как у всех. — Чего? Я вообще не про это, — возмутился он. — и вообще, почему мы разговариваем, просил же отвалить от меня. — Да, кстати, так как получивших второй шанс не так много, наша Организация занимается не только этим. Мы ещё следим за безопасностью этих мест и помогаем тем, с кем произошло что-то, из-за чего ему просто некуда пойти. Так, например, было со мной и с Нокардом.