Второй шанс

Началась довольно усиленная работа. Впрочем, мне это только в радость — надоело уже сидеть почти без дела. Я была единственным лекарем в отколовшейся части Второго Шанса, но и остальных работников осталось не так уж много, а получившие второй шанс — огромная редкость. Наконец, занавеска отодвинулась, и внутрь зашла полненькая девушка с белым каре и в тёплой одежде слегка не по погоде: нежно-розовом свитере, большом голубом шарфе, но при этом в короткой юбке, чёрных туфлях и белых чулках. — Жалобы есть? Что-нибудь болит? Девушка испуганно вздрогнула и упорно смотрела в пол. Я решила не пытаться понять, почему она ведёт себя так, потому что давно заметила, что люди, получившие второй шанс, очень от меня отличаются. Странно себя ведут и как-то… выделяются. Чувствуется, что в них что-то иначе. Но всё же ответ нужен был обязательно. — Я не кусаюсь. — интересно, сколько раз за время работы здесь я пыталась такой ласковой фразой успокоить вот этих странных людей? — Что-нибудь изменилось с момента твоей… вашей смерти? А девушка просто резко вскинула голову и поискала глазами… зеркало? А оно как раз висело на стене неподалёку от неё, среди полок с бутылочками, в которых хранились зелья, и прикреплённых к всё той же стене сухих веточек. И, когда она столкнулась взглядом со своим отражением, дотронулась до волос с шокированным выражением лица. — Волосы изменились? — отчаянно продолжала пытаться разговорить её я, дружелюбно улыбаясь. Она снова опустила глаза, но на этот раз хотя бы кивнула. — Ладно. Теперь раздевайся, я должна тебя осмотреть, а ещё выдать тебе временную одежду. Ой, путаюсь всё время, можно на ты? Она снова кивнула. — И… как тебя зовут? Молчание. В принципе, ладно, не хочет отвечать — зачем заставлять человека? К тому же, я просто лекарь. Может, любящий заводить новых друзей, но всё же лекарь. А значит, должна лишь выполнять свой долг. — Эм… девушка? — неуверенная, как к ней обращаться, спросила я, не особо надеясь получить всё-таки объяснение, — я попросила тебя раздеться для осмотра… к слову, мы ведь не давали тебе выпить молока, к тому же, магия от тебя не чувствуется совсем. Ты чувствуешь что-то другое в теле? Вместо ожидаемого игнорирования, я получила кивок и попытку дрожащими руками снять туфли. Именно попытку, потому что она закончилась падением. — Погоди-ка. Я прошла через ещё одну шторку в довольно беспорядочное место с кучей книг, как валяющихся на полу, так и ровно стоящих на полках, очередных целебных трав, каких-то кухонных принадлежностей, связки дров и, конечно, с одним маленьким столом и стулом почти такого же размера. На столе лежала книга, рядом — перо и чернила. Я раскрыла магнитную застёжку, открыла ещё не исписанную страницу и быстро записала только что замеченную особенность. Здоровые люди на ровном месте падать не должны. С ней бы ещё беседу провести… вот только вряд ли такими темпами я хоть чего-то внятного от неё дождусь. Я вернулась. Девушка всё ещё смотрела в пол, но на этот раз она очень сильно дрожала. Если бы я не видела гораздо хуже, то ужаснулась. Грудь, плечи, несколько других мест — всё покрывали шрамы и царапины. Вот только… — Тебе придётся смириться. После получения второго шанса шрамы и раны не затягиваются, твоё тело будет таким всю жизнь. Тебе придётся постараться полюбить его вот таким. Первая фраза для меня и для всего эльфийского клана, где я родилась, имела совсем не такое значение, как для остальных. Более глубокое, как что-то божественное. Как заповедь, но важнее. Она посмотрела на своё тело, как на чужое, затем снова стала мерить глазами пол. Я постаралась хоть немного приободрить девушку: — Но, если честно, я не считаю шрамы чем-то плохим. Они как будто просто воспоминания, оставшиеся на теле. Пусть и неприятные, но всё же воспоминания. Она ничего не ответила. Я осмотрела её. Шрамов много, но открытых ран не осталось — бывали случаи, когда у получивших второй шанс почему-то не до конца затягивались. Главный, кажется, пересекал живот. Видимо, после этой раны она и умерла — как раз оттуда чувствовалось слабое присутствие магии. Значит, она всё-таки её получила. И, кажется, светлую. Ещё немного, и стала бы ангелом. К нам не попала, сейчас в их школе в раю бы училась… Ещё я отметила относительно небольшой перевес. Надеюсь, она не наберёт ещё больше из-за стресса. Не обнаружив никаких проблем помимо этих, я отправила её одеваться и идти обратно. Вернее, должна была это сделать. Но почему-то решила ещё раз попробовать с ней заговорить: — Так… может, всё-таки скажешь мне своё имя? — Г-гаст… — пробормотала она тихим нежным голосом. Я улыбнулась. Наконец-то! — У тебя очень красивый голос, поче… Она молча ушла, и я, не успев спросить причину молчания, почувствовала, что сказала что-то не то. Ну что поделать, одним из предположений было, что она своего голоса стесняется. Впрочем, неважно, главное, что вообще ответила.

***

Следующим ко мне зашёл парень с растрёпанными розовыми волосами до плеч, облачённый в странную чёрную одежду: нечто вроде короткой осенней куртки с капюшоном и двумя шнурками, прикреплёнными к его части, в мешковатые штаны из странного материала и обувь, тоже на шнурке. На верхе, тем не менее, была вышита очень ровная красная пентаграмма. Мысленно оценив ручную работу, я осмотрела его на предмет проблем со здоровьем. В целом, обыкновенный парнишка, с виду ничего такого не наблюдалось. Разве что взгляд казался каким-то отрешённым. — А я чё, в Аду? Как-то на него не тянет просто, я по-другому себе представлял. Я рассмеялась. — Нет, вы не в аду. Значит, вы верующий? Многие думают, что они сошли с ума, ведь не верят в загробный мир. — На «ты». — то ли попросил, то ли приказал он, — ага. Я сатанист. — Сатанист? Кажется, я слышала что-то такое. Ад действительно существует, только он ниже, а мы на Земле. Только никакого Сатаны там нет. Ну, вернее… там, скажем так, периодически меняется правительство, как и везде, но сейчас, вроде как, у них анархия. Но я никогда на нижний уровень не спускалась, там сейчас особенно опасно, да и незачем. Но демоны действительно существуют. — Нихуя не понял, но интересно, заебись просто. Половины слов я не поняла, но предположила, что он не понял, но звучит интересно. Ну ладно, потом разберётся. — Ой, прости, заболталась я совсем что-то. Как себя чувствуешь? Ничего не болит? — Ну… горло побаливает, а чё?.. — он спросил это с осторожностью, как будто боялся меня. Хотя, наверное, так и было. Это неудивительно, многие относятся к нам с подозрением первое время. — Сейчас я тебя осмотрю. Ты раздевайся, я не только горло посмотрю, мало ли. Как тебя по имени, к слову? — Лекс. Полное имя Лександр. — произнёс он без особых эмоций, спокойно снимая одежду. Странно. Обычно люди всегда стеснялись меня… всё-таки я эльфийка. Хотя, наверное, это лишь ещё одно отличие людей из другого мира. Они понятия не имеют о том, как тут всё устроено, а потому и о стереотипах не знают, не знают, что к эльфам относятся с восхищением, граничащим со страхом, что их считают невероятно красивыми, а потому раздеться до нижнего белья перед эльфийкой — ненормально. Но он об этом же не знал. — Красивая пентаграмма, — похвалила я. Лекс вздрогнул и посмотрел на меня так, словно Богиню Любви увидел. — Спасибо, сам вышивал, — ответил он с невероятной гордостью. Я весело улыбнулась. А затем наконец-то приступила к осмотру. Телосложение у парня было куда спортивнее, чем у Гаст. Проблем с весом не обнаружилось, как, впрочем, и со всем остальным. Открытых ран не нашлось, шрамы были, но не так много. Я не совсем понимала, какая рана была смертельной, а спрашивать как-то нехорошо. У бедного парнишки и так стресс, а я тут ещё со своими вопросами странными полезу. Нет, так дело не пойдёт. Хотя… если он пожаловался на боль в горле, а во время его прибытия в мир, по большей части, тёмная магия исходила изо рта… — Как в целом самочувствие? В плане эмоций. Лекс неопределённо повёл плечами. — А нахуя тебе эта инфа? Для меня его слова звучали примерно как бессмысленный набор букв, о чём я ему довольно быстро и сообщила. Он недовольно закатил глаза и объяснился. — Потому что мне нужно знать, сколько ещё дать тебе молока, чтобы магия снова не вышла из-под контроля. — А мне это навредит? Типа, не окружению, а именно мне. — он сделал акцент на последнем слове, из-за чего мне стало слегка не по себе. Конечно, работая в этой Организации, да ещё и лекарем, я ко многому привыкла, но таких вопросов прежде никто не задавал. И это напрягало. Но всё же это моё ремесло. — Навредит. Во-первых, под стражу попадёшь, — засмеялась я, дабы развеять обстановку, а затем продолжила гораздо серьёзнее, — а во-вторых, если перестараться с использованием магии, это в целом сильно пошатнёт твоё здоровье. Она ведь у людей от эмоций зависит, вот и действует на психику. Да и не только на неё. От магии можно и ожог получить, а у тебя, насколько я поняла, основное место, где она скапливается — горло, вдвойне опасно. И отравиться ей можно, если долго не использовать, потому что она накапливается. — Чё… жесть, ну нахуй эту магию, — кажется, мои убеждения на Лександра подействовали чересчур хорошо, поэтому волнение бесследно исчезло. Правда, такой вывод я сделала лишь по выражению лица, потому что непонятные слова из другого мира решила пропустить мимо ушей. — Но пока что не переживай, — ободряюще улыбнулась я, — мы тебе выдадим молоко, потом Дэн тебе объяснит, как её контролировать. — «Пока что», — фыркнул парень. Я не знала, что ему ответить, поэтому просто оповестила его об окончании осмотра, после чего парень помахал рукой и вышел из кабинета. Что ж, пришло время небольшого перерыва на чай.

***

Аромат зелёного чая наполнил помещение, смешиваясь с горьковатым запахом целебных трав. Я расслабленно прислонилась к стене. Мне нравился мой кабинет. В отличие от Серафимы, Дэн позволил мне место, очень близкое к природе. Подобное напоминало о клане, в котором я родилась. В нём, помимо того, что мы и так жили посреди густого леса, дома обвивали лианы, внутри среди трещин в досках прорастала трава, а работали многие в пещерах. Это не про, например, шахтёрское ремесло, даже лекари занимались своим делом лишь в них, раскладывали травы в углублениях камней и… Мои мысли прервал шум. Приподнялась занавеска. Сначала я не поняла, кто ко мне пожаловал, ведь новоприбывших в этот мир я уже осмотрела на предмет травм и убедилась, что помимо стресса да шрамов, которые уже никогда не затянутся, никаких проблем не наблюдалось. А затем увидела Ифи. — Эсмеральда…? Точно, совсем из головы вылетело. Я же должна сейчас осматривать всех, кто вообще находится в нашей части Организации. И не только получивших второй шанс или вроде того, но и коллег. Коллеги… какое слово странное. Дэн с Доном, что ли, его использовали периодически. Жаль, Дон с нами не ушёл из основной части. — Заходи, Ифи. Как себя чувствуешь? Голоса больше не мучают? Девушка медленно зашла в комнату, нервно поглядывая по сторонам, иногда надолго задерживая взгляд на одной точке, будто там что-то находилось. — Ну… — замялась она, поворачивая голову в сторону, — Катрина со мной всё ещё… но никаких теней или чего-то подобного больше не было. Она вновь бросила виноватый взгляд в сторону, где, наверное, видела несуществующую девушку. Я тяжело вздохнула. Не думала, что однажды познакомлюсь с человеком, который так привязался к собственной галлюцинации. — Ладно, Ифи, я позже постараюсь приготовить тебе более сильное зелье. Что насчёт магии? Получается контролировать? — А насчёт зелья… это, ну… — она нервно засмеялась, — безопасно ваще? Я заметила, что и Лекс, и Ифи произносили слово «вообще» как-то странно, словно выкидывая из него букву «б», а иногда заодно и половину гласных. Кажется, Дэн с Доном тоже какое-то время так говорили… или нет? — Безопасно-безопасно, не переживай, — успокоила её я, — так что там с магией? — Не получается. Я всё время чего-то пугаюсь, а потом электричество это дурацкое меня саму и бьёт, — она поморщилась и добавила немного тише, — или Катрину… — Катрину никак электричество не может бить, её не существует. Ифи тут же погрустнела: — Я знаю. Просто кажется, что оно её бьёт. Я сделала глоток чая. — А эта Катрина, она сейчас с нами, в одной комнате? — Да, она здесь… — пробормотала Ифи, затем, смеясь, добавила, — блин, я себя какой-то поехавшей совсем чувствую, когда такое говорю. Не, я и так поехавшая, а так ваще. — И что она говорит? — поинтересовалась я. Конечно, Ифи говорила, что Катрина совсем не опасная, что они друг другу как сёстры, но меня всё равно она напрягала. По правде говоря, напрягала меня в целом ситуация с проблемами с психикой у Ифи. — Говорит, что вы ей не нравитесь. — А ты что думаешь? — Ну, мне вы нравитесь, — засмеялась девушка, потом задумалась о чём-то и поспешно исправилась, — нет, в смысле как человек просто, как человек! И снова залилась смехом. Улыбаясь, я покачала головой. Хорошо, что она умудрилась сохранять такое приподнятое настроение, учитывая всю ситуацию. — Я поняла, что как человек, Ифи. Правда, я не совсем человек, я эльфийка. — Кри сказала, это раса людей… — Не обманула. Ладно, дать тебе ещё молока? Ифи тут же оживилась и горячо закивала головой: — Да, пожалуйста! По-моему, ей просто вкус местного молока очень понравился… хотя, может, оно и к лучшему. Правда, слишком много именно ей его пить не стоило — нельзя, чтобы зелье, которое я ей дала от галлюцинаций, совсем исчезло из организма. К тому же, одним из предположений, почему её проблемы с психикой прошли не до конца, было именно распитие молока. Вот только совсем его лишать девушку нельзя было — она ещё не научилась контролировать магию.

***

— Эсмеральда… — знакомый медленный голос с небольшой хрипотцой. У её обладательницы не было никаких проблем с горлом, он просто всегда таким был сам по себе. — Заходи, Кри. Как самочувствие? Низкая девушка с волосами зеленоватого оттенка подошла ко мне и посмотрела по сторонам, словно видела всё это впервые. Хотя она вроде говорила, что ей просто нравится разглядывать комнаты. От Кри исходил слабый запах ацетона, смешанный с запахом земли и чем-то сладковатым. Если аромат магии в чистом виде меня отталкивал, то вот магия земли — совсем другое дело. Он мне казался очень даже приятным, поэтому находиться в одном месте с Кри для меня стало сплошным удовольствием. — Всё хорошо, а у тебя как дела? Вообще я просто для галочки пришла, потому что надо. — У меня всё прекрасно, — рассмеялась я. — ладно, но осмотрю я тебя всё равно. Но сначала руки покажи. А то вдруг у тебя опять ожоги. — Ты что, меня с Дэном перепутала?.. — пробормотала она, показывая загорелые ладони, на которых, к счастью, отсутствовали красные пятна. — Нет, у Дэна от магии они вечно. А ты что со своими руками для такого эффекта делаешь — я вообще не понимаю. — Поделиться секретом? — она слабо вскинула брови. Немного сложно было понять, что она чувствовала, потому что Кри эмоции выражала очень слабо. — Спасибо, не надо. Ладно, если я всерьёз попрошу объяснить, ты же мне всё равно ничего не расскажешь? — Не расскажу, — она кротко загадочно улыбнулась. После этого Кри стала снимать форму — красный пиджак, длинный серый галстук в чёрную полоску (или чёрный галстук в серую?..), белую рубашку, чёрную плиссированную юбку, гольфы, тоже полосатые и короткие сапоги. Вообще, если для лиц мужского пола вся форма шилась одинаковой, то девушки могли позволить себе два варианта: юбку с гольфами или просто брюки, кому как удобнее. А я лекарь и, естественно, моя форма отличалась абсолютно. К тому же, так вышло, что я вполне законно нарушаю некоторые правила её ношения… Общение с Кри ощущалось спокойнее всего. Нет, конечно, с остальными членами Организации я тоже находилась в более-менее неплохих отношениях, а с кем-то даже дружила, просто её я могла понять сильнее. Наверное, потому что она родилась и всегда жила в этом мире, в этой стране и даже довольно близко к лесу, где находился мой эльфийский клан. Правда, совсем слабое чувство, что она другая, всё ещё присутствовало, да и знала я о ней не так много — молчаливая она.

***

— Могу я зайти? — слегка переигрывая, произнёс Дэн, прикрывая раненный глаз. — Заходи, — я приподнялась. Если с Кри, реже использующей магию, тщательный осмотр проводить смысла было меньше, то вот с Дэном… я уже приготовилась его отчитывать. Парень зашёл, задержал на мне взгляд, затем поднял руку, явно собираясь щёлкнуть пальцами для использования магии. — Так, стоп. — твёрдо сказала я. — не в моём кабинете. Он с неохотой опустил руку. — Извини, Эсмеральда. — А теперь руки покажи. Дэн снял чёрные перчатки и небрежно кинул их на лавочку. Хорошо хоть после того, как его повысили по званию, выдали ему этот чудесный предмет одежды. Может, хотя бы от мозолей избавится. Парень протянул мне ладони. Как и ожидалось, они почти все покрылись белыми рубцами, а где-то до сих пор остались красные пятна. Если честно, в очередной раз отчитывать его не было никакого желания, но что уж поделать. — Дэн, я же тебе говорила. Хватит так часто использовать магию, у тебя все руки уже в ожогах! — Не могу, у меня такая работа, — хитро улыбнулся он. — Нет, Дэн, ты магию вообще для всего используешь, вон, даже переодеться без неё не можешь. Бросай это дело, здоровье испортишь. От тебя и так за километр магией несёт. Я практически не преувеличивала: как только Дэн зашёл в комнату, её тут же заполнил резкий запах, слегка напоминающий лак для ногтей. У меня от него едва ли не закружилась голова, благо, я привыкла. Страшно представить, каково людям, которые только попали в этот мир… — Эй! Говоришь, будто я курильщик какой-то, — обиделся он. Я тяжело вздохнула: — А разницы почти и нет. — Есть разница, магия полезная… — начал было Дэн, но я его перебила. — Для организма? Для природы? — Ладно, прости, я понял. Я… постараюсь меньше её использовать? — он неловко засмеялся, отводя здоровый глаз в сторону. Нет, хоть бы врать для начала научился. — В прошлый раз ты говорил то же самое, а теперь ожогов только больше стало. И запах усилился. Вообще-то я ругала его не только потому что так положено, но и потому что действительно переживала за его здоровье и решительно не понимала, зачем он так себя мучает. Да, Дэн всегда был из тех людей, у которых магии вырабатывается особенно много. Но ведь это не повод её при каждом удобном и неудобном случае использовать. — Да хватит мой запах оскорблять, — возмутился он, весело прищуриваясь. Не обиделся, значит. Хорошо. — Ладно, раздевайся. — Раздеваться? — наигранно удивился он и продолжил, с лукавой интонацией растягивая слова, — что, прямо здесь? Какая ты решительная. — Дэн! — одёрнула его я, сдерживая смех. — Ладно-ладно, прости, я понял… От пиджака и жабо (знак того, что он старше по званию) Дэн избавился довольно быстро, хотя и было заметно, что это действие уже стало для него непривычным, а перед тем, как снять рубашку, он ненадолго замешкался. Дэн не любил обнажать шею. И нетрудно догадаться, почему. Не знаю уж, насколько понятно большинству людей, но, как лекарь, я могла безошибочно определить, что на шее его остались шрамы от верёвки. А по запаху магии, усилившемуся в этом месте, становилось очевидно, что это когда-то его причиной смерти оказалось повешение.

***

И вновь занавеска приоткрылась. — Эсмеральда, можно к тебе?.. — прозвучал необычайно робкий для своего обладателя голос. Я поставила чашку чая на стол. — Опять? — сразу спросила я, хмурясь. — Ты забыла?.. Ко мне пришло осознание, что, вообще-то, я не всех работников Организации осмотрела. Впрочем, ничего страшного. К работе я всегда готова. — Ладно-ладно, заходи, раздевайся, — спокойно сказала я и, как ни в чём не бывало, продолжила пить свой прекрасный чай и раздумывать о том, что ещё можно добавить в него. Может, ягод?.. А каких? Ах да, надо будет ещё трав нарвать, а то у меня ромашка закончилась. Нужно не забыть сказать Дэну. Я снова взглянула на Нокарда и заметила, что он хромал, когда заходил. — Возвращаемся к моему вопросу. Опять? Нокард, снимающий тёмно-красный пиджак, остановился и посмотрел куда-то то ли на мою щёку, то ли за неё. В глаза он никогда не смотрел, вроде как, не хотел, чтобы люди вспоминали, что он дракон наполовину — глаза-то фиолетовые, с чёрными кошачьими зрачками. Только логики здесь я совершенно не наблюдала. Ну не будет он смотреть мне в глаза, и что? Я сама в них посмотрю. Да и было б чего стыдиться, вполне красивый он. А о тех, кто плохо относится к полудраконам, можно и забыть просто… — Я так понимаю, врать смысла опять нет? — он тяжело вздохнул. Я беззлобно рассмеялась. — А если есть, ты бы соврал? — Да. Мы замолчали. — Ну что ты стоишь, давай раздевайся, ей-богу, как будто в первый раз, — я покачала головой, — ты для меня просто потенциальный больной, не стесняйся давай. — Иди к чёрту, — огрызнулся парень и, очевидно краснея (интересно, почему?), зашуршал одеждой, как будто пытался подтвердить, что никакого смущения он не чувствовал. С другой стороны, он это и не отрицал… Как там Дэн его иногда называл в шутку, «цундере»? Хорошее слово, в языке этого мира такого не было. Только меня волновал вопрос, почему вообще где-то существует слово, описывающее одновременно больше одной черты характера?.. — И сними бинты, у тебя так раны заживать долго будут. Последнюю неделю Нокард постоянно ходил с перебинтованными руками. При том, что наша форма (пошитая на все времена года) имела достаточно длинные рукава. Но тело парня было настолько исполосовано шрамами и прочими ранами, что теперь они достали даже до кистей обеих рук. — Не хочу. — Нокард, ну что ты как ребёнок? Я лекарь, и я так сказала. Снимай давай. — И что, что ты лекарь? Вот не сниму, что ты мне сделаешь? И вообще, не лезь не в своё дело. Я тяжело вздохнула. Даже не знаю, кто из них стал для меня большей головной болью — Дэн или Нокард, но у обоих, несмотря на все отличия, было кое-что общее: невыносимый характер и полное игнорирование заботы о своём здоровье. Хотя, пожалуй, Нокард своим поведением не только мне неудобства доставлял, но и Дэну. Вернее, ему в особенности. Я и вправду видела хуже, чем у Гаст. Левое плечо Нокарда покрыли неровные белые пятна — старый ожог, всё остальное тело бы исполосовано шрамами настолько, что на нём едва ли вообще оставались здоровые места. Ровные порезы на руках, неаккуратные рубцы на остальном теле, где-то они накладывались друг на друга, даже на спине, возле крыльев, находились небольшие. Пожалуй, сами крылья были единственным почти здоровым местом. Почти. Одно из крыльев было совсем немного порвано и уже никогда не заживёт — особенность такая у полудраконов, крылья не заживают вообще. — Ладно, что с тобой сделаешь. А что с воспоминаниями? Нокард отвёл глаза. — Ничего. И вообще, если бы меня что-то тревожило, я бы, наверное, догадался тебе сказать, — в тоне голоса парня сквозил сарказм. Я не выдержала и выпалила: — Ну почему ты всё время так себя ведёшь? Нет, этот вопрос на самом деле меня очень давно интересовал. С самого его появления в Организации. Ладно, в первый месяц понятное дело, стресс всё-таки. Но разве сейчас он не должен был уже к нам привыкнуть? — Как? — опешил он. — Агрессивно, — улыбнулась я. — я же вижу, что ты хорошо ко всем нам относишься. — Не твоё дело. — твёрдо ответил Нокард, а затем поспешно добавил, — и вообще, кто тебе сказал, что я к вам хорошо отношусь? Хватит ко мне лезть, вы меня все раздражаете. Я покачала головой. — Тогда почему ты сделал такую длинную паузу перед тем, как сказать, что мы тебя раздражаем? — Не твоё дело. — повторил он, развернулся и, резко занавесив проход так, что я в первую секунду испугалась, не порвётся ли ткань, ушёл. — А занавеску-то за что? — крикнула ему я вслед.