Они и их зарисовки жизни.

— Я существую, я не понимаю себя. Я отдаю все, что имею ему, что только могу, но я заканчиваюсь. Атсуму обессилен, слаб и готов выпрыгнуть хоть сейчас в это сранное окно. — Он великолепен, он… Он делает все для того, чтобы реализовать свои идеи. Чтобы построить свою жизнь без чьей-либо помощи. Но а я… — усмехается Мия, — Я просто глупый мальчик, что старается всеми силами удержаться и не упасть в пропасть. Я просто мальчик, что не знает, чего хочет в жизни. Просто плывёт. Я… И он заплакал, заплакал правда как маленький мальчик. На разрыв. И весь мир слышал его плач, весь мир знал, как он старается не исчезнуть. — Больше ничего не интересует. Ничего не хочу. Я смотрю на него и понимаю какая я обуза для него. Я вижу его глаза, когда он говорит о том, что ему нравится и все, я пропал. Я чувствую себя отвратительно, подавлено. Осаму, я — разрушаюсь. Улыбка на его лице, что светила ежедневно, исчезает постепенно, и все, что остаётся — слёзы на его щеках. Он плачет так громко, как никогда не плакал. И где-то там, в другом конце города, сидит парень, у которого болит сердце. Парень, что не может понять, что же происходит и почему он даже не заметил, что что-то не так. — Я люблю его. Но я ненавижу себя сейчас. А как кто-то может полюбить того, кто терпеть себя не может? Как?! — Тсуму, почему ты только сейчас это говоришь? Почему ты все время молчал? Я же… Я же твой брат. — Именно. Брат, а не нянька или психолог. Даже в этом я ему уступаю. — улыбнулся Атсуму, и не поймёшь, по-привычке или от боли, — Не могу разобраться с проблемой сам. Своей собственной проблемой. И телефон разрывается от смс и звонков, а он лишь смотрит. «- Тсуму, я умоляю, возьми трубку. Что происходит с тобой? Я сейчас же приеду, если не ответишь!» Смеётся, со слезами на глазах, так истерично и противно одновременно. Думает: «Хах, снова я проблемы создаю.» «- Все хорошо, Оми.» — пишет он, а следом отправляет ещё одно, вытирая слёзы, держась за прохладную футболку, крепко сжимая ту в руке, будто боясь ее потерять. «- Прости меня, Киёми, но я не тот, кто тебе нужен. Давай расстанемся. Не приезжай, я же не проблема. Мне жаль, что я был такой обузой для тебя.» А Осаму сидит и не знает что делать. Влезет — получит от брата и неплохих. А если ничего не сделает? Что тогда будет? — Может стоило просто поговорить с ним? — И принести ему ещё проблем? А Сакуса в шоке падает на пол. «Что.?» И смотрит, вчитываясь в каждое слово, в каждую букву, стараясь поверить в то, что это его очередная тупая шутка. «Проблема?» Хватается за голову и понимает, что не уследил. Не уследил за тем, кто всегда так ярко ему улыбался, даже будучи уставшим, злым или грустным. Понимает, что все это правда. Нет больше шуток. Не смешно. «Обуза?» И не понимает, что ему делать. Куда идти? Куда ехать? Что говорить? » Атсуму… Почему?» И в голове проносится все: как он часто делал странные вещи. Писал бессмысленные сообщение, отвлекая от работы. Говорил о кошке, что встретил по-дороге на работу. Как смеялся, падая в сугроб. Как красиво выглядел, работая за ноутбуком, и, особенно красив был, когда перебирал пальцами клавиши пианино. И снова смс, такое краткое, но вызывает уже не приятное чувства тепла, а боль. Плёткой по открытой ране. «Я люблю тебя, Сакуса.»