Ведьма. Книга II

Что-то глубокого внутри него бурлило и поднималось, что-то темное и садистское вскинуло свою уродливую голову, ища глазами того, кто подошел бы лучше. И пусть сгодилось бы любая кровь, Джеку хотелось в очередной раз ощутить свое превосходство. Поэтому и жертва должна была быть сильной, смелой. Такой, за которую было бы не стыдно побороться. Молодой охотник из Мортона подошел идеально. Решивший отстать от группы в силу своего желания поохотиться самостоятельно, он попал в ловушку. Джек не стал подкрадываться или нападать со спины. Он вышел, улыбнулся, и заявил: — Лучше беги, — улыбка стала еще шире. Человек перед ним не понимал, что происходит до тех самых пор, пока Джек все же не напал. Парень не особо хорошо дрался, поэтому Джеку удалось повалить его на землю без лишних слов. Веревка обвилась вокруг шеи охотника и не отпускала до тех самых пор, пока лицо его не покраснело, а дыхание не прервалось. Воспоминание о том, как Джек волок тяжелое, живое и бессознательное тело, почти отсутствовало. Все, что осталось — собственная сила, почти нечеловеческая. Она не позволяла ему выдохнуться в такой момент. Ветви одобрительно шелестели и приглашающе раздвигались, стоило ему пройти мимо. Что-то вело его сквозь заросли, показывая наиболее быструю и безопасную дорогу. Он дошел до поляны прежде, чем охотник полностью очнулся. Человек резко запыхтел и замычал уже рядом со столбом. Конструкция представляла собой толстое деревянное бревно, которое подпирали тяжелые булыжники с вырезанными символами. Джек мог бы поклясться, что это настоящие руны. Дерево имело прорези с продетыми надежными веревками, на самом верху гордо восседал большой коровий череп. Пустые глазницы были направлены чуть вниз, так что чувство присутствия кого-то недоброго ни на миг не отпускало. Словно темный дух следит за всеми твоими действиями. Джек любовно провел рукой по выгравированным на дереве мелким и плохо различимым символам—закорючкам. Потом взял заранее подготовленный увесистый камень и подошел к охотнику, перевернул того на спину и резко ударил по голове. Удар вышел что надо — не пролилось ни капли крови, при этом звон у жертвы в ушах зазвучал такой, что парень просто повис на руках мучителя, жалобно постанывая. Джек прислонил его к камням, связал руки над головой. Веревка также накидывалась от одного плеча к подмышечной впадине внахлест, что позволяло надежно закрепить корпус. Почему-то он не задавался вопросом, откуда узнал подобные нюансы. Все казалось слишком правильным и логичным. Жертва начинала приходить в себя и активно зашевелилась, но Джек уже был позади столба. Схватился поудобнее за веревки, уперся ногой в основание конструкции и дернул изо всех сил. Пара механических колесиков у верха легко поддалась, и вскоре охотник уже болтался в воздухе. Завязанные веревки надежно фиксировались с помощью ржавого и старинного металлического крюка. Охотник закричал. — Не раздражай, — Джек поместил ему кусок подготовленной ткани в рот, без каких-либо проблем разжав челюсти и увернувшись от укуса. Он обмотал рот жертвы еще одной тряпкой, чтобы тот не смог вытолкнуть кляп, а потом накинул мешок на голову. Но не потому, что боялся смотреть в испуганные светло-карие глаза, а просто потому, что счел это забавным. К тому же ему не хотелось, чтобы жертва видела, с каким неумением он будет приступать к процессу, как будет в раздумьях выбирать нужное орудие для пыток. Ему хотелось производить впечатление хладнокровного и величественного вершителя судеб, а не неумехи, впервые взявшегося за нож. Даже в такой ситуации в какой-то степени Джек оставался самим собой. Жертва еще сильнее замахала ногами. Однако бревно оставалось неподвижным, только небольшая вибрация проходила по нему время от времени из-за особо сильных толчков. Джек подождал немного, когда у жертвы не закончатся силы, а ноги не опустятся, а потом перевязал и их веревкой. Полностью обездвиженный человек, что-то мычащий сквозь кляп, уже больше напоминал куклу. Джек так и не понял, нравится ему это или нет. Но сейчас и не время разбираться в себе. — Да, я знаю. Сейчас… куда я положил оружие? Сумка покоилась опять же между камней, только с левой стороны. Открыв ее, Джек присвистнул. — Все же тут больше, чем надо… Внутри лежали самые разные ножи: большие и маленькие, с искривленными и прямыми лезвиями, со вздернутым носом. Однако все в пределах нормы. Так, никаких огромных мачете, кукри или других экзотических приспособлений не было видно. Да и для такой кропотливой работы они не годились. Джеку предстояло выполнить задачу максимально аккуратно, увлекаться не стоит. Нужно руководствоваться только разумом, сохраняя холодный рассудок и твердую руку. В конце концов, именно поэтому его и выбрали. Он взял легкий охотничий нож с наиболее острым лезвием, вздернутым у конца, чтобы проще было поддевать и разрезать кожу. Слыша краем уха разговор, охотник забрыкался с удвоенной силой, но Джек уже мог не обращать на него внимания. Зафиксированный со всех сторон парень просто не мог оказывать должного сопротивления. Нож без труда разрезал его кофту, обнажая волосатую часто вздымающуюся грудь и четко выступающие ребра. Джек прислонил холодное лезвие к коже жертвы. Та вздрогнула, а по телу пробежали мурашки. — Нет. Я не собираюсь играться с ним, — раздраженно заметил Джек, — он мне ничего не сделал. Хотел бы я, конечно, видеть на его месте кое-кого другого… — Перед лицом предстала картина с истерзанным трупом Терренса, потом такие же виды с телами его последователей и особое место в этом аду было отведено вечно бесящему Ллойду. — Но, видимо, не судьба. Нащупав место прямо под ребрами, Джек резко ввел нож. Тело жертвы замерло, а хорошо заостренное лезвие, пожалуй, слишком легко прошло сквозь мышцы. Джек даже не особо что-то почувствовал. Потом, перехватив рукоятку поудобнее, он резко с силой рванул вниз, разрезая желудок и калеча кишечник. Кровь хлынула вниз, замарав и без того грязные джинсы охотника. От хлюпающих вязких звуков становилось слегка не по себе. Джек ощутил на языке легкий привкус брезгливости. — Помочь мне? Еще пара надрезов и кожа вместе с мускулами просто начала болтаться. Жертва забилась в конвульсиях и поникла. Через прорези начали пролезать истерзанные внутренние органы. Столб слегка завибрировал, от него повеяло благодарным теплом. Захотелось прижаться к нему щекой и расслабиться, но нужно было продолжать. Джек отошел чуть назад и еще раз осмотрел результат своих трудов. — Мда. Немного не так. Что? — Он обернулся, а потом фыркнул. — Слушай, я впервые такую грязь развожу, обычно ты во все в ответе. Терпение. — Нож снова погрузился в плоть, аккуратно срезал все ненужные куски. Части внутренних органов и кожа повалились на землю. — Да… вот так. Вполне аккуратно, надо просто резать по чуть-чуть. Лезвие накренилось вбок и пропутешествовало вверх по грудной клетке. Джек сменил клинок на более прочный и тяжелый, а потом принялся раздвигать ребра. — Боже, — пыхтя, произносил он. — Это, конечно, вообще не похоже на консервную банку, — и сам же засмеялся. Кости поддавались явно неохотно, но он вновь почувствовал в себе прилив сил. Нож был выброшен на землю. Джек даже не закатал рукава рубашки, он и так уже был перепачкан, потом схватился за ребра поудобнее и надавил изо всех сил, которые у него были. Кости с каким-то хлопком хрустнули, тело жертвы дернулось и во все стороны полетели брызги крови. Джек успел вовремя закрыть глаза, но чувствовал, что несколько капель стекают по его лбу и носу. Та же участь ждала и остальные ребра. Теперь вместо живота и груди у жертвы будто бы была огромная зубастая пасть с высунутым языком — кишечником. Начинало соответствующе пованивать, и Джек поморщился. — Значит, так тебе нравится… — он залез внутрь груди и без труда нащупал сердце. В сумерках блеснуло лезвие, отрывая сердце от остального тела. Тело наконец можно было оставить в покое. Весь перемазанный кровью, Джек обернулся, встречаясь нос к носу с огромной зубастой звериной пастью. Чудище мотнуло головой в сторону, чуть не задевая Джека увесистыми рогами, а потом разомкнуло челюсти. Без каких-либо опасений Джек просунул руку и положил теплое сердце в огромный рот, а потом отошел, все же зажмуриваясь от отвратительного гнилостного дыхания. Желтые грязные зубы сомкнулись, и чудище, зажмурившись от блаженства, переживало орган несколько раз. Желтые глаза распахнулись и горизонтальные зрачки чуть сузились. — Ты бы действительно сделал это ради меня? Ну, если мы оба от этого выиграем… Почту за честь скормить кое-кого, — Джек слегка улыбнулся и извлек телефон из кармана. Потом задумался над тем, как можно было бы выманить Ллойда. Ответ пришел сам собой. Вскоре смс было отправлено, — теперь главное добраться до озера. Но мы ведь недалеко, верно? Нужно было немного прибраться после себя. Обтереть оружие и спрятать обратно в сумки. Для этого рядом находилась уже подготовленная бочка с водой, но он не успел ей воспользоваться. Подойдя ближе к столбу, Джек увидел, что горячая кровь, падая на камни, начинает пениться и испаряться, вырезанные символы становились отчетливее. И тут ему стало дурно. Голова закружилась, на подкосившихся ногах он навалился на труп. Из скользких от крови пальцев телефон скользнул внутрь истерзанной жертвы. Он попытался чертыхнуться, но из-за сильной усталости продолжил висеть на веревках, практически утыкаясь носом в направленные в его сторону ребра. Джек правда хотел достать телефон, но получил четкий приказ заканчивать работу. Нужно было действовать быстрее, чем обычно. — Хорошо-хорошо! — Закричал Джек, хватаясь за голову и напрочь забывая о своем телефоне. Надо было проделать еще несколько дыр в жертве, чтобы напитать остальные камни, а потом убираться подальше, пока воздействие еще не закончилось. Под влиянием чужой воли он вмиг забыл обо всем. Джек шел вперед, точно зная, кто следует за ним. Оставалось только добраться до озера и подождать Ллойда, чтобы свершить месть, а хозяин получил еще больше мяса. В будущем, если Фортуна будет на его стороне, Джек хотел бы расправиться со всеми своими обидчиками. Но это будет потом. Уже в лесу на полпути к месту, усталость окончательно одолела его. Перед глазами запрыгали яркие круги, переросшие в черные точки. Изможденный разум отказался воспринимать действительность, ноги подкосились, и Джек упал на холодную землю. Последнее, что он ощутил — чужое недовольство, медленно покидающее его собственное тело.

***

Джек проснулся рано утром, на рассвете. Он не чувствовал себя так, будто очнулся от ночного кошмара. Никакого головокружения или холодного пота, покрывающего кожу, не было сбивчивого дыхания или невероятного ужаса под кожей. Просто внутри черепа что-то звякнуло, провернулось и открылось, предоставляя доступ к запертым до этого воспоминаниям. Он лежал так еще несколько минут, анализируя свои действия, потом поднялся и ушел в ванную комнату, где в полной темноте поднял крышку унитаза и опорожнил желудок. Джек не знал, как относиться к тому, что вспомнил. Хотелось бы верить, что напарник, когда он его найдет, прольет свет на этот кошмар. Но его ждал еще один день без Криса. Телефон продолжал молчать, в комнату больше никто не приходил. Еще вчера Джек после полицейского участка решил прогуляться и поспрашивать местных о его напарнике. Никто и ничего о нем не слышал, никто его не видел. Большинство отмахивалось, а те, кто хорошо знал Криса, морщились или вообще сплевывали при произношении его имени. Джек уже даже не волновался, он был по-настоящему взбешен. Единственное, что останавливало его от того, чтобы собственноручно не свернуть кому-нибудь шею (а после проснувшихся воспоминаний он чувствовал, что остался практически без тормозов) — собственная занятость. Если честно, Джек думал, что Терренс его никуда не выпустит. Однако вышло наоборот. Он, напротив, поддержал его решение, велел как следует отдохнуть и высказать бывшей жене все, что хотелось. Джек даже всерьез задумался, не был ли шериф женат, хотя и прекрасно понимал, что держать его под рукой 24/7 никто не собирался. — Линдси не отдам, но одного не отпущу, — спокойно сказал ему шериф, после чего попросил выйти из кабинета. К слову, никто из полицейских ничего не сказал ему, не попытался посмотреть на телефон и сравнить хотя бы марку с найденным в трупе. Оказалось, что пока он вне подозрений. И все равно на всякий случай мелодия звонка была сменена, как и обои, пин-код, Джек ножом прочертил несколько царапин на корпусе. Он подчистил даже историю звонков, чтобы не было входящих, датировавшихся вчерашним-позавчерашним днем. Линдси же взяла на себя обязанность по розыску Криса. Она подала официальное заявление в полицию о его пропаже. Хотя что-то и подсказывало обоим, что помогать в поисках местной «ведьмы» мало кто будет. Но это и не было важно. Сегодня Джек и сам разберется, где находится его напарник. Джек выкинул в мусорный бак затушенную сигарету, а потом открыл пассажирскую дверь и сел рядом с водителем. Парень рядом невольно покосился на него, но ничего не сказал. Джек послал ему небольшую улыбку, осознав, что это тот самый полицейский, которого он обманул в день неудавшегося побега. — Ну как? — спросил он, все еще смотря на подручного шерифа. Тому было явно не по себе. — Что как? — Ты ведь все-таки прокатился на моей машине в тот день. Как она тебе? Парень фыркнул и нарочито расслабленно откинулся назад. — Думал, что будет лучше. Джек засмеялся. Настолько неприкрытого вранья он не слышал уже давно. Руки полицейского сильнее сжали руль, и Джек решил ничего больше ему не говорить. Мало ли аварию спровоцирует. Телефон в кармане завибрировал. «Ты уже едешь? Я буду уже через двадцать минут», — писала Шэннон. Джек внимательно осмотрел дорогу, окинул взглядом ряд машин перед ними и красный свет светофора. «Ты рано. А я опоздаю минут на десять». Пойдя ему навстречу, Шэннон согласилась провести встречу недалеко от центра города, а не в любимом кафе около торговой площади. Совсем рядом находился «Перст Судьбы», куда Джек хотел отправиться сразу после встречи. Правда не совсем понимал, каким образом об этом можно рассказать своему надсмотрщику. Но всегда есть возможность как-то выкрутиться. Успокоив себя этими мыслями, можно было окончательно расслабиться. Погода стояла пасмурная, хоть и довольно теплая, безветренная. Джек посмотрел на часы на смартфоне, а потом вышел из машины, чуть подтягиваясь. Посмотрелся в витрину магазина, поправил волосы, а потом подошел к небольшому уютному кафе. Столики на улице все еще стояли, но сегодня за ними никто не сидел. Яркая розовая вывеска гласила: «Богемия». Не очень подходящее название для такой маленькой забегаловки, хоть и не из дешевых, если судить по ярким цветастым вывескам и украшенным входным дверям. Идя вперед, он невольно пытался высмотреть в окнах интерьер, но видел только собственное отражение и кусок улицы. Колокольчик над дверью звякнул, стоило только сделать шаг вперед. Запах свежей выпечки практически сразу лишил самообладания, желудок заурчал. Навстречу вышла молодая девушка. — Добрый день! — сказала она, улыбаясь и поправляя прядь выбившихся из косы волос. — У вас заказано? — Меня ждут. — Джек! Он посмотрел в дальний угол помещения. Шэннон привстала и махнула рукой. — Я только возьму меню и подойду. Официантка сразу скрылась, но Джек даже ухом не повел. Оба бывших супруга, не стесняясь, разглядывали друг друга, пока Джек подходил к столику. Шэннон практически прожигала его взглядом, явно пытаясь что-то сказать, но не решаясь. Поэтому начал он: — Значит, ты теперь блондинка? — Да, — ее улыбка стала чуть шире. — Тебе нравится? Джек посмотрел на ее лицо, на маленькие веснушки около аккуратного носа и пожал плечами. — Рыжие волосы мне нравятся больше. Ее улыбка оставалась такой же натянутой. — С каких пор? Ты до меня преимущественно с брюнетками встречался. Даже меня пару раз убеждал перекраситься. Джек глухо рыкнул, потер переносицу. Но, кажется, его раздраженный вид Шэннон ни капли не взволновал. — Я тебя с трудом узнала, — ее нескромный взгляд еще раз скользнул по его телу. Прошелся по отросшим волосам, небольшой щетине, спустился ниже и огладил широкие плечи. — Ты еще подкачался? Выглядишь хорошо, только… уставшим что ли… И что это за взгляд? Мысленно Джек уже подошел, схватил ее за теперь светлые волосы и как следует потрепал. — Ты зачем меня позвала? В глазах Шэннон мелькнуло разочарование. Она одернула бледно-голубую блузку и отвела взгляд. Теребящие поверхность стола пальцы ясно давали понять, что она расстроилась. — Ты настолько не рад меня видеть? Мы столько лет были вместе, не чужие же люди, — она подняла на него печальный взгляд. — Договорились же, что расстанемся друзьями. Джек, я не желаю тебе зла, правда. Давай нормально поговорим. Джек боялся уже что-либо сказать. Еще чуть-чуть, и он мог бы довести ее до слез своим явно пренебрежительным поведением. «Боже… она всегда была такой размазней?» Он внимательно прошелся по ее аккуратным и явно уложенным с помощью лака волосам, посмотрел на припухлые накрашенные блеском губы и остановился на нарощенных черных ресницах, которые напомнили волосатую гусеницу, которую он видел в лесу в Солпорте. Захотелось ее отодрать и потрогать. Появившуюся на его лице улыбку Шэннон приняла за смягчившийся нрав и заметно расслабилась. Джек откинулся на спинку стула и помассировал шею. — Прости, но у меня мало времени. Говори, чего хотела. Шэннон надула свои пухловатые щеки и посмотрела за спину Джека. Нахмурилась и вздохнула. — Мы кого-то ждем? — догадался Джек. — Да. В этот момент подошла официантка и приняла заказ. Девушка предлагала им самые разные позиции из меню, но оба посетителя ограничились небольшим десертом и чаем. — Я начну с самого начала, если ты не против, — сказала Шэннон, когда официантка ушла в сторону кухни. — Я… — она закусила губу, — я давно хотела извиниться перед тобой. За то, что порвала с тобой в такой момент. Я не знала, что у твоей матери опять приступ, ты ничего не говорил. Мы расстались, и почти сразу ее не стало. Это должно быть очень… непростое было время для тебя, — она тщательно подбирала каждое слово, стараясь не смотреть в темно-карие равнодушные глаза. — Я знала, что уже ничем не могла тебе помочь, хотя и очень хотела. Знаешь, чувство вины так сильно жгло меня, что я все время интересовалась у твоих друзей о том, что с тобой происходит… Я разбирала старые вещи, которые мы при переезде отдали моим родителям на время, и которые ты не захотел забирать. — Которые я сказал все выкинуть? — Да, именно их. — Сдалось тебе это старье. — Просто послушай, — она вздохнула и продолжила. — Я разбирала их несколько дней и среди хлама наткнулась на очень старые вещи. Включая вот это, — она взяла с соседнего стула свою сумку и извлекла оттуда небольшой ежедневник с давно пожелтевшими страницами, — узнаешь? Джек нахмурился. Он пока совсем не понимал, к чему ведет его бывшая жена. Правда книжка в синем переплете все же была ему знакома. — Да, это мамино. Я случайно увез после того, как съехал из дома, и так и не вернул. Она и не спрашивала про нее. Ни разу. — Почему ты ее не выкинул? Джек пожал плечами. — Думал завезти при удобном случае. Слушай, — он поставил локти на стол, взмахнув руками перед собой, — к чему ты ведешь? Там только старые адреса и телефоны ее бывших любовников или еще кого-нибудь. Шэннон с каким-то благоговением посмотрела на ежедневник в своих руках, провела указательным пальцем по корешку. Она виделась с матерью Джека всего несколько раз, но, казалось, была поражена этой женщиной. Это читалась в ее глазах даже сейчас. Конечно, Шэннон не могла так просто избавиться от этих вещей. — Я пыталась найти твоего отца. Джек чувствовал, что горло его моментально пересохло. Напряжение практически звенело в воздухе. — Что? — откашлявшись, спросил он. — Я знаю, как это звучит. Но мне и вправду хотелось хоть что-то для тебя сделать. Никого с фамилией «Палмер» я не нашла. Тогда я начала обзванивать неподписанные номера. Один из них был обведен несколько раз, да еще рядом и сердечко нарисовано. Я подумала, что это знак. Твоя мать была такой прагматичной и серьезной женщиной… весь ее блокнот — это сухое изложение фактов, даже мелкие записи четко структурированы. Вот я и подумала, что это странно. — Странно лишь то, что ты решила покопаться в моей родословной. Стоило ли говорить, что «Палмер» — это фамилия матери? Карен никогда не была замужем. Фактически, отцом Джека мог быть любой мужчина из этой книжки. Она всплеснула руками. — Ты остался один! С тетей и дядей ты почти не общаешься, они даже не приехали на похороны, насколько я знаю. Я волновалась! — Откуда ты только все это знаешь? — Не важно! — кажется, он порядком ее разозлил, Шэннон даже хлопнула ладонью по столу. — Просто выслушай меня уже. «Сара, черт бы тебя побрал», — подумал Джек о своей подруге, только она из друзей поддерживала связи с его бывшей женой. И именно она была на похоронах матери Джека, ведь часто выступала в роли сиделки мисс Палмер, когда той стало совсем плохо. — Хорошо-хорошо… Девушка успокоилась и продолжила рассказ: — Так я нашла твою сестру. Она понятия не имела о твоем существовании и была крайне удивлена тем, что ее мать перестала брать трубки. Джек поджал губы. Все внутри него замерло, будто к чему-то подготавливаясь. Но информация все еще не хотела укладываться в голове. — Это невозможно. — Невозможно? — Думаю, я бы заметил, если бы мать пропала на продолжительное время, чтобы родить. Шэннон покачала головой. — У вас всего год разница. Я не думаю, что ты помнишь то время, когда был совсем маленьким. Джек приоткрыл рот и тут же его закрыл. Ему было просто нечего сказать. Да, его мать частенько пропадала из дома, но Джек мог поклясться, что виной тому очередная интрижка. Неужели она жила на две семьи? Он сам задал себе этот вопрос и качнул головой в ответ. Шэннон встрепенулась, видя кого-то позади Джека, а потом также привстала и помахала рукой. Через пару секунд Джек услышал отчетливый стук каблуков у себя за спиной. — Извините, я опоздала! — О, ничего страшного! — сказала Шэннон, приветливо улыбаясь и кивая в сторону пустого стула рядом с Джеком. — Я как раз рассказала предысторию о нашем знакомстве. Краем глаза Джек разглядел струящуюся бледно-розовую ткань платья. Девушка неловко хмыкнула, отодвинула стул и села. Вздрогнула, стоило ей только взглянуть на Джека. — Мир… тесен, — сказала сестра. Уголок ее губ дернулся, но улыбка так и не появилась. — Селена, — произнес ее имя Джек, прищуриваясь. — Получается… тот боксер был прав, — сказала она, — когда заговорил о нашем сходстве. Как его там… — Ленни. — Точно. Селена провела рукой по своим собранным в высокий хвост темным волосам и вздохнула. Шэннон чуть пригнулась в их сторону, внимательно всматриваясь то в одно лицо, то в другое. — Погодите. Вы знакомы? Селена, ты говорила, что… — Да-да, — перебила она ее, — мы знакомы, но не знали, что приходимся друг другу родственниками. Шэннон улыбнулась. — Забавно получилось! — она сделала голос намеренно веселым и восторженным, искренне не понимая причины зарождающейся враждебности в воздухе. — Джек! Есть что-нибудь, что ты хочешь узнать у своей сестры? Уверена, что вам есть, о чем поговорить! Джек неотрывно смотрел на Селену. Еще раз прошелся взглядом по ее лицу, на этот раз улавливая что-то общее, особенно в темно-карих глазах и длинных черных ресницах. Девушка, казалось, испепеляет его тем же самым взглядом. Пришла официантка, принесла заказ. — Вообще есть, — все же ответил он, — Селена, ты знаешь, где Крис? Она абсолютно не удивилась вопросу. Будто знала, к чему все в итоге приведет. Тонкие пальцы перестали перебирать массивное украшение на шее. Селена повернулась к Шэннон. — Слушай, — максимально вкрадчиво начала она, — не обижайся, пожалуйста, но нам с Джеком о многом нужно поговорить. Шэннон извинилась перед ними, оставила банкноту на столе за нетронутый заказ, а потом поднялась и вышла из кафе, чуть косо посматривая в сторону Джека. Кажется, она была недовольна его поведением, и его ждал очередной неприятный звонок. Он достал свой телефон и быстро занес номер бывшей жены в черный список. «Давно пора это сделать… Жаль меня ей. Чертова мать Тереза. Однако кое в чем все же помогла, удивительно». Селена сразу села на ее место, выставив руки на стол. Она постукивала длинными красными ногтями, неотрывно вглядываясь в темные глаза напротив. — Как я сразу не поняла… — говорила она. — Хороший вопрос, — согласился Джек. Ему дико не нравилась сложившаяся ситуация. Все так лихо завернулось, что его роль начинала казаться по-настоящему важной. Больше он не был просто приезжим, вляпавшимся в неприятную история. Будто кто-то стоит за всем этим, помыкает и его судьбой, и остальных марионеток. — Ты не кажешься удивленным факту, что мы родственники. — Не поверю, пока экспертизу не сделаю. Селена помотала головой. — Значит, я не зря принесла вот это, — она сняла небольшой рюкзачок со своей спины и вытащила маленькую рамку, украшенную стразами, — моя мама. Джек внимательно посмотрел на фотографию. На темноволосую женщину, стоящую рядом с маленькой десятилетней девочкой, в которой без труда угадывалась Селена. Какое-то странное ощущение поселилось в его горле, и Джек поспешил отпить немного чая в надежде избавиться от него. — Хорошо, — он передал фоторамку обратно, — у нас один отец или нет? Селена пожала плечами. — Я не знаю, кто мой отец. Жила в круге с самого детства. У ведьм редко бывает один постоянный партнер. Да и детей рожают скорее из надобности, чем по желанию. Джек почувствовал, как против воли его лицо вытягивается в удивлении. — Ведьма? Моя мать? Ты шутишь? Селена помотала головой. — Нет. Но ты не волнуйся, по мужской линии наш дар не передается. — Она вздохнула. — Так что нет ничего удивительного в том, что ты ничего не знал. — Карие глаза блеснули каким-то нездоровым светом. — Ты что-то недоговариваешь. — Просто… у меня не были особо хорошие отношения с матерью. Джек пожал плечами. Хоть что-то у них было общее. Они пообщались еще немного на тему семьи, путаясь в загадках все сильнее. Как-то так получилось, что Карен действительно жила на две семьи, но если раньше Джек не знал, по какой причине она пропадала, то теперь не мог избавиться от одного вопроса: почему она не осталась с Селеной? С дочерью, которая унаследовала ее дар, которую нужно было не только воспитывать, но и учить жить с талантом? Это куда важнее, чем неуправляемый сын. Получалось, что его мать тоже принадлежала к их ведьминскому кругу, хоть и появлялась там гораздо реже, чем другие ведьмы, хотя бы потому, что никогда не использовала свои силы. Она откупилась от них, «подарив» еще одну ведьму. Даже забавно. Будь у Джека мало-мальские способности, он бы непременно ими воспользовался. Слушая Селену, Джек на миг задумался. А изменится ли его жизнь после того факта, что у него теперь есть сестра? Если все закончится, нужна ли будет ему семья в ее лице, даже если жизнь предоставляет ему второй шанс? Нет, пожалуй. Ответ был бы — нет. Он перебил ее: — Ладно, вернемся к нашим пропавшим баранам. Ты знаешь, где Крис, Селена? Не говори, что ничего не знаешь. Она была его последней надеждой. Если Селена вдруг скажет, что ничего не знает об исчезновении своего коллеги, это конец. Джек чувствовал себя настолько отчаявшимся, что готов был сразу бежать после этого к мортоновской альма-матер. Но вдруг Селена вскинула свой подбородок и воинствующе нахмурилась. — Я видела ужасный сон, так что я знаю, что он пропал. И не смей идти к ней, — сказала ведьма, прищуриваясь, — как бы тяжело ни было — не проси помощи у того, кому не можешь доверять. У Джека мороз прошел по спине от этого злого нравоучительного полушепота. Перед ним сидела не просто девушка — ведьма видела его насквозь. И то, что предстало перед ее глазами, не могло ей понравиться. — С чего ты взяла, что я пойду к главной? — попытался разрядить обстановку Джек, неожиданно почувствовав себя слишком уязвимым. И несмотря на свои вопящие инстинкты, он не позволил себе расслабиться или хотя бы убрать снисходительную улыбку с лица. Вскоре сердцебиение пришло в норму, и Селена перестала казаться такой враждебной. Вот сейчас она очень сильно напомнила ему мать. — Потому что ты в отчаянии. Это невооруженным глазом видно, — ее грудь приподнялась на вздохе и резко упала на выдохе. Если бы Джек не знал о кровном родстве, то подумал бы, что его соблазняют. — Отвечая на твой вопрос, я не знаю, где находится Крис, но! — Она предупреждающе выставила указательный палец вперед, чтобы никто даже не вздумал ее перебить. — Я знаю, что может помочь его найти. Крис не рассказывал, что делал много разнообразных вещиц для нас? — Он упоминал о тех, которые вырезал сам. Селена вдруг замерла, заинтересованно смотря на брата. — И как много он тебе рассказал? — Ничего особенного, — недовольно поморщился Джек, — на этом все. Просто знаю, что он делал для вас всякое-разное. Селена резко обернулась. Джек посмотрел в эту же сторону, но ничего не увидел. Его сестра, тем не менее, с трудом сглотнула, потом достала из рюкзака небольшой талисман из дерева. Треугольник, набитый цветами, которые от падения защищала аккуратная сетка. Весь он был испещрен небольшими символами и узорами. Безукоризненная и аккуратная резьба, на которую хотелось смотреть и даже потрогать пальцем. Работа Криса. Однозначно. — Ладно. Все, что тебе нужно знать — его последние работы хранят еще его отпечаток. Он сильно порезался при мне, когда делал эту вещицу и дерево кровь впитало. Вот, — она протянула небольшой треугольник своему брату. — Зажги в полнолуние ночью цветы внутри и посмотри на луну через дым. Если ты действительно сын моей матери, то легко увидишь место, где он находится, ты восприимчив. Да и с Крисом вы крепко связаны, просто думай о нем все время. У тебя должно получиться. — Не понимаю, — Джек покрутил в руках деревянный треугольник, провел пальцем по выступающим частям, перевернул его, стараясь не особо потревожить сухие лепестки, сокрытые небольшими решеточками, — почему ты этого сама не сделала? Ты же ведьма, в конце концов. — Я говорила, что видела сон, — она отвела глаза, — я чувствовала, как он захлебывается этой порчей, я видела, что он там. Братья из озера забрали его и куда-то унесли. Если бы Крис не был им нужен, его убили бы на месте. Но он где-то еще… пока живой. — А твоя альма-матер? Она знает? — Уверена, что да. Я вообще думаю, что этот сон, который я увидела, на самом деле принадлежит ей, — Селена вдруг дотронулась до его руки, будто ища поддержки, — но она ничего не говорит. Странно, да? Джек искоса посмотрел на свою большую ладонь и на то, как нежно ее обхватили женские длинные пальцы. Кажется, Селене было нелегко говорить об этом, и она искала утешения. Просто небольшое прикосновение, желание достучаться до эмоций другого человека, найти поддержку. «Неприятно», — подумал Джек, все же решив перетерпеть эту неловкость, — «но, возможно, я для нее действительно теперь брат». — Так что еще было в этом сне? — Я чувствовала, что Крис все еще в Солпорте. Я знаю, что он там. Хотела собраться и тут же поехать к вам, но меня слишком завалили работой, даже сюда выбралась всего на полчаса. Я не смогу поехать с тобой, чтобы провести ритуал. Именно поэтому тебе, как человеку без способностей, придется дождаться полнолуния и выполнить необходимые требования. Но не волнуйся, я буду поддерживать тебя… дистанционно! — она слегка хлопнула Джека по ладони, и в удивлении охнула. — Джек! Господи! У тебя мизинца нет! И все в бинтах… — Да тихо ты! — он быстро выдернул свою руку. — Ты сразу не заметила? — Нет, извини, пожалуйста! Ее глаза наполнились раскаянием, но эту эмоцию с каждой секундой все сильнее вытеснял интерес. Джеку совсем не хотелось рассказывать о своих неприятностях, поэтому он решил, что на этом их разговор окончен. Теперь не помешало бы только обменяться своими номерами телефонов. — Полнолуние сегодня ночью, нам повезло, это судьба, — Селена первая подорвалась с места. — Прошу, найди его. Я не прощу себя, если с ним что-то случилось, — ее глаза выражали неподдельную взволнованность, и на секунду Джек увидел в них отражение своих собственных чувств — глубоких, сильных и противоречивых. Это ему абсолютно не понравилось. Но больше всего ему не понравилась это недосказанность, повисшая в воздухе, и загадочная грустная улыбка, исказившая ее черты лица. Селена в последний раз обернулась и практически выбежала из здания. Джек посмотрел на одиноко стоящие пирожные и печально улыбнулся. Рука непроизвольно слишком сильно сжала треугольник, и его грани начали больно впиваться в кожу. Боясь его повредить, Джек тут же разжал пальцы, смотря на аккуратные письмена. — Красиво, — сказал он, после чего встал и подозвал официантку. Девушка отказалась выпускать его просто так и аккуратно упаковала пирожные в небольшой контейнер. Аппетита не было, но он не возражал. Вполне возможно, что вернувшись в номер, голод настигнет его. Было бы неплохо как следует подготовиться и выспаться. Этой ночью он планировал отправиться на поиски Криса сразу, как только получит предсказание, о котором говорила Селена. Так больше не может продолжаться. Он найдет его. Найдет. Джек провел рукой по лицу и только сейчас понял, что она влажная и холодная. Открыв глаза, он уставился в удивленное и изможденное лицо напротив. Темно-карие глаза, дикие и жестокие, смотрели на него, полыхая изнутри. Это не было лицо нормально человека. Перед ним стоял безумец, с ходившей из стороны в сторону нижней челюстью. Спустя пару секунд Джек понял, что смотрится в зеркало. Еще через одну он с непониманием оглядывал уборную, где так внезапно себя обнаружил. Рядом — на раковине — лежали аккуратно завернутые в пакет пирожные. Припаркованная машина стояла все там же, а полицейский, казалось, даже не выходил из нее. Его руки крепко держали руль. Он только косо посмотрел на только что вышедшего из кафе слишком бледного Джека, который умудрился сначала подойти не к той машине. Полицейский усмехнулся, а потом нажал на гудок. Джек дернулся и чуть было не схватился за сердце, медленно оборачиваясь к нужной машине. Джек пришел в себя и посмотрел на водителя исподлобья таким взглядом, что полицейскому стало неловко. Вскоре пассажир занял свое место в салоне, но так ничего и не сказал. Автомобиль двинулся с места. Джек, удерживая одной рукой пирожные, с печалью смотрел на пролетающие мимо окна жилых домов и крупных магазинов. Этот ухоженный город показался ему впервые в жизни чуть ли не стерильным. Сейчас уже не верилось, что он сможет когда-либо сюда вернуться. Голова начинала болеть. Джек откинулся на спинку кресла и попытался вздремнуть, несмотря на косые взгляды в его сторону. Его высадили ближе к центральной площади. Джек не видел смысла возвращаться в гостиницу сейчас. К тому же ее хозяин так презрительно смотрит на него все время, что не хотелось даже попадаться ему на глаза. Мэттью опять мог завязать разговор о том, что Джек, раз не платит за комнату, должен хотя бы помогать по хозяйству. Полировать пол в холле? Ну уж нет. Джек отнекивался каждый раз, и их отношения портились с каждым отказом. «Хочу отдохнуть. Эти провалы в памяти меня беспокоят», — некоторое время думая об этом, Джек решил, что безопаснее для него же самого будет дождаться окончания смены Линдси в каком-нибудь месте, где никто не спустит с него глаз. Поэтому было принято решение зайти в «Плакучую Иву». Дорога до центра была долгой и изнурительной, дурацкие пирожные абсолютно не вызывали аппетита, но почему-то Джек начинал чувствовать голод. Рядом стояла лавочка, но он не остановился, чтобы сесть на нее и распаковать контейнер. Мысли о сладостях заставляли брезгливо морщиться. «Вот бы нормальной еды…» — другой мысли в голове попросту не было. Решив отвлечься, Джек осмотрелся. Скоро наступит Хэллоуин, поэтому Солпорт стал потихоньку готовиться к новому празднику. Конечно же, большинство гирлянд все еще не были убраны. Можно было даже сказать, что они использовались на Празднике Урожая, потому что все эти разноцветные шарики Джек уже видел. Но появились и уникальные необычные вещи. Со столбов спускалась искусственная пластмассовая паутина, в конце улицы можно было различить два больших приведения с мультяшными глазами. Это были лишь небольшие метаморфозы, которые можно было даже пропустить, если не быть внимательным. Но кое-что изменилось значительно за те несколько дней, что он не был в центре. Джек чуть было не прошел мимо «Плакучей Ивы», потому что теперь фасад здания почти полностью изменился. Обвитый искусственным вьюном, он напоминал вход в логово вампира. Даже вывеску поменяли — она теперь была старомодной, покачивалась слегка на ветру, а когда останавливалась, позволяла рассмотреть аккуратный рисунок с изображением дерева, с другой стороны отображалось название заведения. Окна в этот раз были занавешены изнутри какими-то красными не особо плотными занавесками, сквозь них виднелся свет и проходящие туда-сюда силуэты людей. — Мда, — сказал Джек, переводя взгляд на небольшую зеленокожую ведьму возле лестницы. Статуэтка едва ли доходила ему до пояса и была особо уродлива — гротескное вытянутое лицо, огромный нос с бородавкой и неизменное хитрое выражение лица. «Зато теперь известно, какой у Тома любимый праздник», — быстро проанализировал увиденное Джек. Он взбежал вверх по ступенькам, напоследок проводив взглядом конусообразную черную шляпу на голове статуи. Однако только дотронувшись до ручки двери, он понял — что-то не так. Дверь открылась, и все присутствующие охотники синхронно повернулись, разглядывая пришедшего гостя. Свет был даже ярче, чем обычно, барная уютная атмосфера попросту испарилась. — Эм… Здравствуйте, — нехотя сказал Джек, раздумывая о том, чтобы уйти. — О, Джек Палмер! — вскрикнул Райли, который стоял в центре вместе с другими капитанами. — Подойди, пожалуйста. Джек пожал плечами, закрыл за собой дверь и протиснулся через ряд мужчин и женщин, одетых в одинаковые охотничьи жилеты и бейсболки. Кажется, до его прихода здесь стоял настоящий балаган. Лица, хмурые и сосредоточенные, буквально буравили его спину любопытными взглядами. Райли вытянул руку, а когда Джек приблизился совсем близко, обхватил того за плечи, ставя рядом с собой. — Джек, это ведь ты нашел труп того мальчишки? Питера, кажется? — Да, я. — Джек нахмурился, догадавшись, к чему все идет. Женщина перед ними протестующе закачала головой. — Райли, начинай не с этого, — она взглянула в глаза Джеку. — Ты знаешь, что произошло несколько дней назад? — Нет. В воцарившемся молчании можно было услышать даже то, как медленно переворачиваются стрелки на часах, стоявших в дальнем углу. Райли похлопал его по плечу и убрал руку. — Одного из наших убили, — сказал он, — Артура. Вы не были знакомы? «Этот тот охотник!» — Джек почувствовал, как мышцы его напрягаются, и мигом приказал себе расслабиться. Не было в тоне Райли ничего обвиняющего. Просто они все были из Мортона. — Нет, не знаком. Как? — Мы не знаем как. Копы здесь какие-то странные, — сказал Райли, — тут родственники его, а они молчат, труп не выдают, — он качнул в сторону женщины, у которой глаза были на мокром месте, но она стоически держалась. — Ее вызвали на опознание, да и все. — Они говорят, что это звери! — вскрикнула она. — Сами они звери! Его тело изуродовано! Я прекрасно знаю, как атакуют волки, — женщина резко рванула штанину на ноге, засучивая, на коже красовался огромный и уродливый шрам вплоть до самого колена. — Вот это от волка! А тут явно не их работа! Такие разрезы не мог оставить волк! Это следы ножа! Джек удивился. — Вам показали в каком состоянии тело? Это негуманно. Она, особо не церемонясь, сплюнула прямо на пол. Где-то за спиной разочарованно вдохнул Томас. — К черту гуманность! Я сама простынь с него сдернула! — она все же не выдержала, из глаз хлынули слезы. К ней подошла женщина из команды Питча и, обняв, отвела подальше. Райли рядом вздохнул. — Итак. Джек, — он повернулся, и взгляд этот не сулил его собеседнику ничего хорошего, — ты видел тело Питера. Говорят, тот был искалечен абсолютно так же. Их животы вспороты, большинство внутренних органов пропало. Зная все это, скажи, ты веришь в то, что это звери? Джек чувствовал на своей шкуре десятки умоляющих взглядов. И он единственный в этом здании, кто действительно знал правду. На секунду Джек почувствовал в своих руках власть. Никто кроме зверя-хозяина не смог бы обвинить Джека в содеянном. И он видел, что Терренс опять рискует, настраивая гневную толпу против себя. Можно было бы вывернуть правду как угодно… Джек всего на секунду позволил себе размечтаться. Вот он сейчас расскажет охотникам, что полицейские снова соврали, и произошедшее — дело рук человека по большей части. Джек уже предвкушал тот момент, когда он вместе с Райли и остальными выйдут на площадь, и разнесут весь Солпорт. К дьяволу этих ведьм, шерифа и прочих. Вероятнее всего, ничего хорошего из этого все равно не выйдет. Но, может, стоило бы попытаться. Джек осмотрел маленькую армию перед собой. Одно его слово, и эти люди сорвутся с места, разнося все в клочья. Но сможет ли он тогда в этом хаосе найти Криса? Джек покачал головой и тяжело вздохнул, снова повстречался глазами с Райли. Охотник не прекращал в задумчивости поглаживать свою бороду. Его светло-голубые глаза были чуть сощурены из-за яркого освещения. — Я не знаю, — это тот ответ, которого от себя не ожидал даже Джек, — не спорю, все выглядит странно, но может это и не волк? Может, другой зверь? В случае с Питером вроде бы обвинили медведя. — Ага, или потрошитель! — Ты серьезно?! — Версия с маньяком вам больше нравится? И снова гул голосов наполнил «Плакучую Иву». Джека даже кто-то пихнул, пробираясь к выходу, но он этого не заметил, гипнотизируя взглядом Райли. Тот неотрывно смотрел в темные глаза собеседника и едва заметно кивнул. Сигнал был подан и принят. Кажется, позже их ждал серьезный разговор. Было видно, что Райли, заканчивая собрание охотников, серьезно задумался над поведением Джека, над секретностью всей истории. Он то и дело кидал на него осторожные взгляды, незаметно от остальных. Как бы то ни было, люди начали расходиться, недовольные результатами. Джек же мог выдохнуть, присаживаясь за барную стойку и заказывая полноценный ужин. Он единственный был крайне доволен произошедшим. Одновременно и под удар не подставился, и заручился поддержкой сильного охотника, желающего разузнать правду. С каждой встречей этот Райли нравился Джеку все больше. Во-первых, охотнику не приходилось доказывать свои самые честные намерения, потому что у того уже сложился в голове положительный образ Джека на основе всех домыслов, фактов и пересудов, ходивших по Солпорту; а во-вторых, Райли был из Мортона, что сближало их еще сильнее. Джек даже не мог сказать, что вечера в отеле проводил в одиночестве, потому что частенько разговаривал с очень неглупым, но слегка доверчивым Райли. Теперь предстояло как следует обдумать произошедшее и то, как преподать историю максимально выгодно для собственной безопасности. «Решающее слово за мной», — понимал Джек, — «только дернись, Терренс». Настроение стало чуточку лучше. Джек поймал взгляд Томаса и в приветствии махнул ему рукой. Том даже не улыбнулся своему знакомому. Было видно, насколько бармен устал. И не столько физически, сколько морально. Его голубые глаза несколько потухли, а спина осунулась. Он то и дело перекладывал посуду с места на место в собственных раздумьях. А когда остались в кафе только те, кто заинтересован в еде, подошел к Джеку. — Говорят, Крис пропал? — его голос был едва различим. Джек даже не сразу понял, что он говорит именно с ним. Просто среагировал на знакомое имя. — Да. Полицейские приходили? Томас кивнул, а потом сглотнул. — Джек, в Солпорте что-то происходит. Я волнуюсь. — Понимаю. — Думаешь, его найдут? Джек махом допил остатки воды в своем стакане и со звоном резко поставил его на место. — Не сомневайся. — А вдруг и его уже… — Нет! Томас вздрогнул от громкого и раздраженного голоса, а потом поджал нижнюю губу. Джек, поняв, что разошелся, попросил прощения, но напряжение не исчезло. Том неловко улыбнулся и вышел из-за стойки, делая вид, что протирает и без того чистые столы на том конце кафе. Джек доел заказанный ранее кусок мяса, чувствуя как он встает поперек горла. Его тело, тем не менее, явно было благодарно за подпитку. Посидев еще немного, Джек покосился на часы. Томас явно не спешил составлять ему компанию, но это и не было нужно. Джек вытер губы салфеткой, расплатился, а потом вышел, застегивая куртку на ходу. Томас нагнал его спустя пару шагов, вручая забытые пирожные. Проходя мимо заправки, Джек остановился. Прямо перед ним заправилась знакомая полицейская машина, а потом уехала, чуть не угодив правым колесом в довольно большую выбоину. Что самое удивительное — она почти сразу свернула на нехоженую тропу с главной трассы. Джек даже не зал, что там можно поворачивать. Любопытство кольнуло его изнутри. — Добрый день, мистер Палмер, — сказал Мортимер, приветливо чуть склонив голову. Джек кивнул ему в ответ и подошел ближе. Больше на заправке никого не было. Было немного странно разговаривать с таким человеком, как Мортимер. Однако Джек уже слишком привык заправлять здесь машину, чтобы шарахаться от бездомного. Старик перед ним приветливо улыбнулся, явно рассчитывая хотя бы немного просто поговорить. — Здравствуй, Мортимер. — Все зовут меня Морти, мистер Палмер, — бомж дружелюбно улыбнулся, — Вам тоже можно. — Спасибо, — Джек указал в сторону, куда поехала машина, — что там находится? Мортимер проследил за его взглядом. — Там? Выезд на проселочную дорогу, от него можно добраться до реки быстрее всего. — То есть эта дорога ведет через лес. — Именно, мистер Палмер, — он посмотрел собеседнику в глаза и чуть улыбнулся. — Правда, исключительно не советую ею пользоваться на вашей машине. Того гляди в ямах увязните и не выберетесь. Низковата. Джек помотал головой, как бы говоря этим жестом, что совсем не собирался ехать за полицейскими. Но старик перед ним был слишком проницательным. Даже сейчас, если присмотреться, можно было увидеть, как глаза Мортимера немного смеялись над попытками Джека отнекиваться. Неожиданно для себя Джек заметил, что пакет в руках стал несколько тяжеловат, напоминая о себе. — Слушай, я вспомнил, что так и не поблагодарил тебя еще за тот случай с Ллойдом. Ты вмешался, когда все грозилось выйти из-под контроля. — Что вы… столько воды утекло. — Именно. А я все еще не сказал спасибо, — Джек протянул мужчине пирожные, которые уже устал таскать. — Чисто символически. Угощайся. Мортимер оглядел коробку в своих руках, поднял крышку и удивленно распахнул глаза. — Отравлено? — Что? Крышка закрылась. Мортимер посмотрел на Джека с неприкрытой благодарностью. — Шуткую. Простите старика, — он улыбнулся, — в жизни не видел таких красивых десертов. Благодарю. Джек улыбнулся ему, а потом пошел обратно по направлению к гостинице. Дорога, серая и уже порядком потемневшая в надвигающихся сумерках, казалась слишком пустой, пока навстречу не выехала небольшая машина серебряного цвета. А после опять все стихло, только ветер неторопливо обрывал листья у растущих вдоль дороги деревьев. На улице похолодало. Теплый свитер немного спасал, но ноги слишком замерзли в неподходящей обуви. Поежившись, Джек свернул с дороги и теперь шел мимо деревьев, рассчитывая, что здесь ветер будет более милосердным по отношению к нему. Из полуприкрытых губ вырывались клубы теплого пара. Шорох листьев под ногами успокаивал, и Джек впервые за эти несколько дней позволил себе хоть немного расслабиться. Теперь, когда у него появился план, как будто дышать стало легче. Задрав подбородок и повертев головой, он смог найти бледное очертание луны и затаил дыхание. Он постоял неподвижно еще немного, а потом продолжил свой путь, постепенно погружаясь в размышления. Сегодня он узнал, что у него есть сестра. И не просто кто-то, а сама Селена, которая являлась их единственным союзником среди мортоновских ведьм. Конечно же, внезапно открытые кровные узы были слишком большой неожиданностью, чтобы он сразу принял факт родства, но теперь против воли часто возвращался мыслями к этой ведьме. Джека немного успокаивал тот факт, что Крис ей доверял настолько, что просил несколько раз о личных одолжениях. «Она сказала, что тоже хочет его вернуть и что не простит себя, если с ним что-нибудь случится», — этот ее неловкий, но при этом многозначительный взгляд, последовавший сразу после этих слов, ярко вспыхнул в его памяти. Джек почувствовал внутри бурлящее раздражение, но не позволил своим мыслям двинуться в неправильное русло. В любом случае это сейчас неважно. Селена была права в одном — Джек настолько отчаялся, что действительно готов к радикальным мерам. Нащупав в кармане пальцем деревянную грань треугольника, он моментально успокоился. С полупустой головой, нетвердой походкой Джек неторопливо догулял до гостиницы, а потом вытащил сигарету. В больших окнах (а в холле они возвышались от потолка до самого пола) уже горел свет. На диванчиках разместилась семейка туристов с сыном подростком, рассматривая какую-то афишу. Женщина почувствовала чужой взгляд и подняла голову. Джек был вынужден отвернуться и зашагать дальше, чтобы не показаться странным. Проходя мимо, он краем глаза заметил у стойки молодую девушку в темно-зеленой парке. Он остановился, сигарета выскочила из расслабленных пальцев. Озарение пришло внезапно. —Нет, — тихо сказал Джек, надеясь, что ему просто показалось. — Нет, нет, нет! — бурчал он себе под нос, распахивая двери трясущимися руками. Он буквально ворвался в холл, замирая только на секунду, прежде чем сделать более уверенный шаг вперед. Собраться было очень сложно, почти невозможно. Терренс, вышедший со стороны комнаты для сотрудников, с любопытством задержал взгляд на его лице и улыбнулся, но Джек смотрел не на него, а на девушку рядом. — Какого хера ты здесь делаешь? — Я? — Сара ответила таким же холодным взглядом.— Приехала в глаза тебе посмотреть, Джеки. — Уезжай, — он нахмурился, сжимая руки в кулаки, а потом посмотрел в лицо шерифу, — заставь ее уехать. Сейчас же. Терренс покачал головой. — Это не в моих силах, — он сложил руки на груди и еще раз осмотрел Сару с ног до головы. — Мне нечего ей предъявить. Я просто полицейский, в конце-то концов, — он подмигнул Джеку, подходя ближе и кладя руку ему на плечо. Его лицо неожиданно оказалось слишком близко, вынуждая поморщиться. — Тебе везет как утопленнику, — тихо сказал он, посмеиваясь, а потом направился к выходу. Джек проследил за тем, как он вышел. Дыхание все еще не пришло в норму, сердце билось чуть быстрее, чем обычно. — Эй, обрати уже на меня внимание! — крикнула Сара. — Я здесь для того, чтобы сказать тебе все, что о тебе думаю, мразь бесхребетная! Джек зло зыркнул на нее, складывая руки на груди, как шериф ранее. — Сказала? А теперь просто проваливай! Он не знал, почему Сара не звонила ему все это время, а теперь приехала в таком настроении. Фрэнка рядом, судя по всему, не было. Да и сумка была всего одна — ее. Приезд старой подруги стал слишком большой неожиданностью. Сара выглядела не так, как всегда. Ее обычно уложенные светлые волосы сейчас были собраны в высокий неопрятный пучок, косметика на лице отсутствовала, вместо привычных платьев — джинсы и толстовка с накинутой поверх теплой паркой. Но Джеку и не надо было знать причину. Что бы там ни было, вряд ли оно было важнее его цели выдворить ее отсюда, пока это еще возможно. Если Сара уедет прямо сейчас, то шерифу нечего будет ему предъявить. Сейчас перед ним маячила задача сохранить жизнь девушки и ничего более. За размышлениями он и не заметил резкой перемены ее настроения. Она быстро подбежала к нему и дала пощечину. Голова покачнулась в сторону. Послышался свист от заинтересованного зрителя с дивана неподалеку. — Так, молодые люди! — не выдержал хозяин гостиницы. — Разбирайтесь в отношениях в другом месте! Эй, а как же оформ… Но Джек уже не слышал, он схватил Сару за руку, а потом помчался наверх — к себе в номер. Девушка что-то кричала за спиной и дважды ударила его по спине. Она не успевала за ним и чуть было не упала на лестнице. Когда дверь номера закрылась, он припечатал Сару к ней спиной, а сам отошел на безопасное расстояние, пытаясь собраться свои разлетевшиеся во все стороны мысли. — Ты. Должна. Уехать. — Тихо, но вкрадчиво произнес Джек, пытаясь сделать все возможное, чтобы голос не рычал. — Поверь, это очень важно, — немного подумав, он положил руки на чужие плечи и встряхнул ее. — Мы поговорим позже. Только уезжай сейчас. Сара фыркнула и стряхнула его руки. Грубо пихнула в грудь. — Даже не спросишь, почему я здесь? — лукаво произнесла она, прищуриваясь, ее светлые ресницы затрепетали. — И у тебя нет причин на меня злиться. Это моя привилегия на сегодня. И без того взбешенный, Джек просто не мог успокоиться сейчас. Его кулак врезался в дверь прямо над головой Сары. Девушка инстинктивно вздрогнула и прикрыла глаза, сжавшись. — Ты глухая? Я сказал «уезжай», — почти угроза. «Почти», — потому что Сара не поверила ни на секунду. Она распрямилась, вперяя в него взгляд, лишенный каких-либо сомнений. — Нет, — сказала она, чуть вздернув брови. Джек смотрел на ее лицо какое-то время, искал хотя бы тень сомнений, но не находил. Ее сердитое дыхание неприятно оседало на коже, и в итоге он отстранился, думая, что же делать дальше. Рука сама потянулась к сотовому телефону. — И кому ты звонишь? — спросила Сара. — Фрэнку, — Джек кинул на нее быстрый взгляд, следя за реакцией, — хочу, чтобы он забрал тебя. — Пф! Телефон моментально исчез из его руки и оказался в другой стороне комнаты. Послышался треск. Джек мог только попытаться успокоиться, закрыв глаза и начав считать до десяти. — Ты еще не понял? — сказала Сара, грозя рукой, которой только что выкинула его телефон, — Мы расстались! Благодаря тебе! — Мне? — Джек непонимающе посмотрел на нее. — Точнее не так. Только благодаря тебе весь этот маразм и продолжался так долго! Я думала мы друзья, Джек. Вот надо же было тебе предать меня! — она зло улыбнулась, но в глазах у нее стояли слезы. — Я нашла ваши переписки и все эти фотографии… — она поморщилась. — Ты ничего мне не говорил. Мы с тобой с пеленок дружим! Этот сукин сын шлялся где попало, а ты его прикрывал, и мне врал! Да ты жил у меня, когда из дома сбежал! Я сидела с твоей матерью, когда у нее случались приступы, а ты… Я доверяла тебе, я… — она начала задыхаться. Слезы буквально душили ее. Сара вцепилась в свое горло и качнулась в сторону, чуть не упав. Джек разочарованно вздохнул, схватил ее за плечо и заставил сесть на кровать. Потом отошел к столу, быстро вытряхнул хлеб, который хранил в бумажном пакете, и всучил этот пакет ей в руки. Сара ответила злым взглядом, но послушно стала делать дыхательные упражнения. Довольно скоро ей полегчало, хотя спина все равно тряслась от всхлипов. Джек же продолжал молчать. Он подошел к телефону, который теперь лежал на полу. Повертел его в руках и потрогал треснувшее стекло. Потом улыбнулся. — Ты даже представить себе не можешь, что этот телефон пережил, но, судя по всему, не тебя. Девушка в последний раз всхлипнула, прежде чем снова начать говорить. И говорила она много, и в основном ругательства в сторону Джека. На миг ему показалось, что предательство друга ей сложнее пережить, чем даже этот болезненный разрыв с любимым человеком. И стало понятно еще кое-что. Именно из-за найденных фотографий и собственных проблем никто из этих двоих и не звонил ему все это время. Бывшие любовники выясняли отношения, так или иначе считая Джека вовлеченным во все это. Сара снова задала ему тот самый вопрос, который он задал себе еще много лет назад. — Ты встал на его сторону, зная, что он неправ. Я для тебя худший друг, чем он? — она попыталась проморгаться, но бесполезно. — После всего, что мы вместе пережили? Джек не знал, что ответить. Ни тогда, ни сейчас. — Не в этом дело, — сказал он, копаясь в себе. — Это был способ сохранить вас обоих. — Звучит эгоистично, — ее трясущиеся губы растянулись в очередной улыбке, — тебе подходит. Джек пожал плечами и поднялся. Кажется, он потерял обоих своих друзей. Чувство неполноценности резко надавило на него. Приезжая в этот город, Джек не думал, что потеряет остатки своих связей, которые соединяли его с внешним миром. Друзья? Уже нет. Работа? Легче новую найти. Семья? Ее и до приезда не было. Чувство пустоты разрасталось, тем не менее будто бы освобождая его от оков. Теперь Джек не мог ответить, стоило ли вообще цепляться за старый образ жизни. К нему попросту не вернуться. Джек обернулся к Саре. Подруга все это время гипнотизировала его спину. Девушка попыталась прокашляться в кулак. Получалось плохо, ее голос все еще оставался сиплым. Джек видел ее растерянность и, позволив себе испытать заслуженное чувство вины, заговорил уже куда более спокойным голосом: — Уезжай. — Нет. Джека ответ удивил. — Я же плохой друг. Сама тут распиналась. Я не отрицаю, — он развел руками в стороны, взгляд Сары сразу зацепился за этот жест. — Тебе нужно уехать и начать жизнь заново. Без Фрэнка или меня. Она слезла с кровати. — Не уеду. — Почему? Она подняла на него агрессивный взгляд и, резко мотнув головой, схватила его за руку, поднимая ее на уровень своего лица. — Потому что я хороший друг. Что с твоим пальцем? Джек отвел взгляд и, прикрыв глаза, вздохнул. В памяти сам собой всплыл образ ухмыляющегося Терренса. — Что он сказал тебе? Шериф. Что он тут вообще забыл? Сара начала рассказывать с самого начала. Она приехала к Джеку и долгое время кружила возле проклятого дома, пока ее не заметил один из подручных шерифа. Если бы не полицейская форма, девушка бы никогда не села бы в машину, но ведь и автомобиль был служебным. Терренс встретил ее радушно, будто бы ожидал, что рано или поздно за Джеком кто-то приедет. И, чтоб ему пусто было, рассказал о некоторых злоключениях. О найденном Питере, попытке утопления в реке и регулярных стычках с сомнительными личностями. Словом, он сделал все, чтобы у Сары на голове волосы зашевелились от ужаса. Конечно, когда она увидела Джека, живого и почти невредимого, испытываемая все это время боль победила, заставила наброситься с кулаками, но теперь девушка выплеснула эмоции и могла думать головой. — Ты отвратительный и ты полный мудак. Я приехала сюда, чтобы просто в глаза тебе взглянуть. Но теперь уехать обратно не могу, — она клацнула зубами и отвела взгляд, — я не прощу тебя, но я предпочту не прощать тебя в более безопасном месте. Так что собирайся и поехали. — Стоп-стоп. Нет. — Как это «нет»? И снова завязался спор. Джек пытался понять, что присутствие Сары в Солпорте теперь значит для него. «Так. Она попытается вывезти меня отсюда, но я не смогу уехать. Значит, ей придется остаться. На это шериф рассчитывал? Еще один рычаг давления на меня?» С каждым словом и с каждым отказом, Джек практически чувствовал ее взволнованный взгляд. Она все еще злилась, но теперь по большей части беспокоилась. Речь шла о серьезной опасности. «Хорошо, что я не стал устраивать восстание охотников. Черт знает, что бы он придумал для нее в наказание мне». — Я слышала, что Харрис тоже здесь. Только он не запостил ни одного бифштекса, странно это… Вы не виделись? Джеку захотелось взвыть. Громко и изо всех сил. — Нет, — довольно грубо ответил он. — Я видел его мельком, но он вроде уехал. — Даже не подошел? — Не успел. — Ммм… — по лицу было видно, что она не поверила. — Джек, что происходит? — Где твоя сумка? Сара пожала плечами. — В холле, наверное, ты же не особо церемонился, когда тащил меня сюда. — Идем за мной. Наверное, Сара думала, что Джек собрался за ней поухаживать. Она утерла глаза и молча следовала за ним, пока он не подобрал довольно увесистую сумку и не вышел на улицу. — Эй! — она выбежала на свежий воздух, моментально поморщившись от сильного порыва ветра. Джек уже кинул ее сумку в багажник и садился за руль. — Садись, — велел он, его улыбка сверкнула в сумерках, — или выкину все твои панталоны в реку. Сара цокнула языком, но послушно забралась на пассажирское кресло. Она пообещала выбить стекло, если увидит, что он везет ее в Мортон. А Джек и не собирался так подставляться — без очередной шестерки шерифа нечего было туда и лезть. Вместо этого они направились к самому центру города. Сара узнавала эти места, так как оказалась здесь днем в полицейском участке, но совсем не понимала, что они забыли в жилом секторе поблизости. Джек без лишних слов вышел из машины, вынул ее сумку и пошел вперед. Даже не стал ставить авто на сигнализацию. — И к кому мы идем? Сара осмотрела небольшой домик, возле которого они стояли, и замялась на пороге. Джек же ритмично постучал в дверь, будто существовал какой-то тайный шифр. Дверь резко приоткрылась, а потом распахнулась достаточно хорошо, чтобы различить девушку с серьезным лицом и мокрыми после душа волосами. — Дело есть, — сказал Джек. — Входите. Линдси закрыла за своими гостями дверь, предварительно убрав пистолет обратно в карман халата. Сара удивленно вытаращилась, видя этот маневр, за что получила удар локтем в бок от Джека. — Сержант, — начал нежданный гость, — окажи небольшую услугу. Отвези ее обратно в Мортон. — Кто это? — Моя подруга, — он сказал это и услышал, как фыркнула Сара. Брови Линдси изогнулись в удивлении. — И что она тут делает? — Шериф притащил. — Вот урод. Сара хотела была возмутиться, что они разговаривают так, будто ее здесь вообще нет, но замерла, услышав краткое описание шерифа. От сержанта, как назвал ее Джек, она точно такого не ожидала. Линдси же сложила руки на груди и окинула девушку тяжелым взглядом. — Как много она знает? Джек пожал плечами. — То, что знают все, — намекнул он на официальную версию, — умоляю, убеди ее хотя бы ты. — Я не оратор… — Но ты хотя бы представитель закона. Пожалуйста. Линдси еще раз с сомнением взглянула на него, а потом со вздохом перевела взгляд на Сару. Честно, речь была достаточно проникновенной и испещряла туманными намеками и предостережениями, однако, казалось, это не произвело абсолютно никакого эффекта. Сара не слыла гением, но и дурой определенно не была. С каждой минутой, проведенной в Солпорте, ей становилось не по себе. Она чувствовала душную атмосферу, даже приезжие туристы уже не веселились, то и дело опасливо осматриваясь по сторонам. Охотники вместо того, чтобы бегать по лесу, предпочли сидеть по номерам. А теперь, после встречи с Джеком и Линдси, она окончательно убедилась в том, что здесь что-то не так. Эти двое не пытались скрыть от нее всю правду, вранье было бы разгадать легче легкого. Просто пытались убедить, что нормальным людям лучше держаться подальше от этого места. — Все в порядке, — сказала Сара, — я не боюсь. Мне можно доверять. — Нет, — категорично ответил Джек, — ты должна уехать, если хочешь выжить. — Сколько пафоса, Джек, — не получив столь привычную ухмылку в ответ, она нахмурился, — я не боюсь. Линдси вздохнула. — Вы еще побадайтесь. Джек, у нас не получилось ее убедить. Это ее выбор, — видя его раздражение, резко продолжила, занизив голос, — она сможет уйти, только если сама решит. А она решит. Сара хмыкнула. — Да ну? — с вызовом произнесла она. — О да… — расплылась в неестественной улыбке ее собеседница, Линдси кивнула в сторону небольшой гостиной, — проходите и располагайтесь. Я сейчас приду. Джеку было, что обсудить со своей новой напарницей, и присутствие Сары его не могло остановить. Он не знал, как старая подруга отреагирует на всю эту сверхъестественную муть, но и по-другому выразиться не мог. Линдси, разумеется, спросила его о встрече с Шэннон. И Джек рассказал все и о Селене. Сара сидела рядом, с удивлением выслушивая эту историю. — А потом она дала мне это, — Джек вытащил из кармана небольшой деревянный треугольник и бережно передал его Линдси, — сказала, что если зажечь травы внутри и посмотреть на луну в полнолуние, то можно схлопотать… видение. Линдси покрутила находку в руках, кивнула и отдала обратно. — Джек, — вмешалась Сара, привлекая внимание собравшихся. — Извини, но кажется эта твоя «сестра» серьезно пудрит тебе мозг. Джек впервые за день по-доброму улыбнулся. Но какая-то затаенная печаль все равно отразилась в его глазах. — Ах, если бы. — Ты серьезно? Никакая магия не сможет тебе помочь найти пропавшего человека. Как его… — Крис, — Джек поморщился, будто это имя произнес с трудом. — Точно. Линдси подошла к окну и приоткрыла его. Бледный диск луны своим светом четко пронзал ночное небо. — Думаю, что из спальни видно получше, — сказала она. — Постойте! — Сара поднялась на ноги и подошла к девушке. — Сержант! Ты ведь не веришь во всю эту чушь? Кажется, Джек с ума сошел. Линдси вздохнула и проникновенно заглянула ей в глаза. — Послушай… — серьезно начала она, — больше смотри и меньше задавай вопросов. Сара насупилась и отвернулась. Сложила руки на груди. И это даже несмотря на то, что Линдси не пыталась ей нагрубить, можно сказать, что это был простой дружеский совет (но сержант была в этом не сильна). — Так точно, — цокнула языком Сара. Джек посмотрел на темно-серое небо, чувствуя как внутри у него поднимается настоящая буря из помеси волнения и предвкушения. Треугольник в его руках манил. Пальцы сами гладили деревянные грани, иногда постукивая ногтем по сетке. Джек прикрыл глаза. Еще пара часов и можно будет начинать. «Если все получится, мы снова встретимся…»