Изгнанные из рая

      На кухне у Пушкаревых всегда было тепло и уютно. Елена Александровна в жизни не преуспела ни в одной профессии, зато в совершенстве овладела искусством хранения домашнего очага. Пока муж мотался по военным гарнизонам, женщина, стойко перенося тяготы и лишения, следовала за ним по всей огромной России. Лишь спустя двенадцать лет совместной жизни Бог дал им ребенка. Девочка росла слабой и болезненной, поэтому полковник все чаще стал подумывать о том, чтобы уйти на пенсию и уже осесть окончательно в каком-нибудь хорошем городе, чтобы пустить корни. Выбор пал на столицу не случайно. Катерина была на редкость умной девочкой, прекрасно училась и подавала большие надежды, а реализовать их в большом городе было бы однозначно проще. Только вот сейчас Пушкарёв стал все чаще задумываться о том, что же для девочки должно быть первостепенным — блестящее образование, карьера или всё-таки семья? Ему до сих пор казалось, что у них с Леной могло бы быть больше детей, и она бы смогла родить ему долгожданного сына, если бы они не откладывали рождение ребёнка на потом, из-за постоянных переездов и его желания достичь высот в военном деле.       Этим вечером Пушкаревы сидели за ужином, с аппетитом уплетая превосходную лазанью — коронное блюдо Елены Александровны. — Как же вкусно, Лен! Просто пальчики оближешь, — восхищался отец семейства, даря супруге теплые благодарные взгляды. — Спасибо, мама. Правда, очень вкусно, — улыбнулась Катерина, с наслаждением смакуя каждый кусочек. — Ну захвалили прямо! — смутилась женщина и махнула рукой. — Жалко что готовить поздно начала, когда Коленька уже уехал. — Ладно тебе, мать. Вот поженятся с Катериной, и будет на твоих харчах барствовать. Мать-то его, вертихвостка, поди и сготовить ничего не умеет. — Валера! — возмутилась Пушкарёва и тут же бросилась в защиту лучшей подруги. — А для кого Ольге готовить? С мужем они разошлись, Колька взрослый, а она на работе все время. — Хороша же она, что от нее муж ушёл. Ну хоть парня путного вырастила. Надо брать, пока жизнь не испортила.       Их полемику нарушил громкий лязг вилки, с силой стукнувшейся о тарелку. Родители тут же обратили внимание на дочь, которая, казалось, была вне себя от раздражения и негодования. — Мама, папочка, — процедила Катя, напряжённо поджав губы. — Вы действительно хотите, чтобы мы с Колей поженились? — она говорила тихо, сдавленным голосом, задыхаясь от возмущения. Ее щеки пылали, а глаза сверкали нездоровым блеском. — Я что похож на человека, который с вами шутки будет шутить, — усмехнулся Пушкарёв, и плеснув в рюмку кедровой настойки, наколол на вилку солёный огурчик. — Пап, ну это же… Да это же абсурд, в самом деле! Мне учиться надо. Потом работу найти, а потом, — Катя бурно начала свою речь, горячо жестикулируя, но вздрогнула от гулкого удара кулаком по столу. — Катерина! — гаркнул Валерий Сергеевич и одним махом осушил рюмку. — Учёба, карьера, а потом? А я тебе скажу, что будет потом. Потом ты встретишь какого-нибудь хлыща, он тебя соблазнит, ты нам принесешь с матерью в подоле и будешь всю жизнь матерью-одиночкой. Ребёнок твой вырастет, мы помрем, а ты будешь одна остатки жизни куковать. — Пап, да почему ты решил, что в подоле обязательно? — буркнула себе под нос девушка. — Да потому что знаю! Жизнь прожил. Мы в Москве живём. Здесь на каждом шагу такие прохвосты шныряют. В постель затащил и был таков! А ты, Катюш, уж извини меня, у нас получилась не красавица! Вот тебе от Кольки открещиваться совсем глупо. Такой парень готов жениться. — Да он ради прописки готов жениться, — голос Катерины сорвался на хрип, а сама она подскочила с места, с силой отодвинув от себя тарелку с ужином. — Цыц мне тут! Пока в моем доме живёшь, ты орать не будешь! — гаркнул отец и уже был готов спустить на дочь всех собак, как в углу на тумбочке зазвонил телефон. — Алло! — рявкнул мужчина. — Да, Пушкарёвы это. Катька? Катька болеет. А это у вас надо бы спросить, молодой человек. Ваши факультативы во всем виноваты. Сидит в институте до вечера, а потом по холоду домой возвращается. Вот и простыла! — бросив еще пару резких фраз собеседнику, Валерий шумно хлопнул телефонной трубкой. — Кто это звонил? Наш староста? — спросила Катя, с трудом перебирая непослушными губами. Она вся побледнела и уже принялась терзать дрожащими руками свисающий угол скатерти. — Ваш преподаватель звонил по экономике. Как там его звать?! Жданов этот. Интересуется, куда ты пропала. Наверное, никто кроме тебя на его дурацкие монополии и не ходит.       Катерина уже не слушала отца. Все ее мысли были заняты одним — Андрей ей позвонил, сам, и он переживает. Сославшись на плохое самочувствие, она поспешила перебраться в свою комнату, открыла ящик стола, и немного порывшись, отыскала на дне маленькую черно-белую фотографию. — У нас никогда ничего не будет! Но можно же мне хоть немного помечтать? — проговорила девушка, то и дело прижимая фото к губам.

***

      Весь день Жданов провёл как на иголках. Вчерашняя беседа с Катиным отцом до сих пор отзывалась в памяти шлейфом неприятных воспоминаний. Он и не ожидал, что незнакомый мужчина вот так с ходу бросится на него с упрёками и обвинениями. Придя утром на работу, он тут же дал задание Арсеньеву — позвонить Пушкаревой и выяснить наверняка чем и как серьезно та болеет. Генка распоряжение беспрекословно выполнил. Врагов в лице преподавателей ему наживать не хотелось, поэтому он послушно пошел на кафедру и набрал домашний номер Кати. К его радости он нарвался на ее маму. Добродушная и словоохотливая женщина во всех красках описала парню, как их дочь хворает уже на протяжении нескольких недель, и как буквально только на днях ей, наконец, стало получше. — Так и сказала? — нахмурившись, переспросил Жданов.       Он и сам предполагал, что с Катериной что-то приключилось, и это что-то было напрямую связано с его резкой реакцией на ее чистый порыв. Ну а что он должен был делать? — Наобещать ей с три короба и ждать пока ее внимание переключится на кого-нибудь из сверстников? А с другой стороны, отчитать же сможет каждый, а вот поговорить по душам, подобрать нужные слова, постараться понять дано отнюдь немногим. А он ведь не только строгий профессор. Он — преподаватель, а значит должны быть в нем педагогические задатки. А может, было еще не поздно все исправить. Взять и поехать к Кате, чтобы навестить ее и поговорить. Надо же было объяснить девочке, что это никакая не любовь, что ее чувства были обусловлены банальным гормональным всплеском на данном этапе взросления. Он досконально все продумал. Построил в голове подробнейший план их разговора, по дороге заехал в супермаркет и купил фруктов — всё-таки к болеющему человеку идет да еще и без приглашения.       Сегодня с самого утра Катю мучило какое-то непонятное предчувствие. Она попыталась почитать конспекты, чтобы хоть как-то отвлечься, но побороть смутную тоску и свербящее чувство беспокойства внутри так и не смогла, а после обеда ее мандраж только усилился. Она начала уже это связывать с приходом отца с работы. Вчера он так и не устроил ей разнос за непослушание, а сегодня наверняка переспал с этой мыслью, выносил ее на протяжении дня и приготовился непременно задать ей очередную грандиозную взбучку.       Девушка подошла к большому зеркалу в прихожей и стала внимательно рассматривать свое отражение. Неужели она действительно настолько некрасива, что даже родной отец, не стесняясь, говорит ей в глаза об ее непривлекательности? Но ведь внешность же в жизни не главное. Главное — какой человек внутри.       Катя очертила пальчиком пухлые губы и представила на мгновение, будто кто-то касается их поцелуем. Перед глазами невольно возник образ Жданова. Девушка зажмурилась и отвернулась. Было совершенно глупо мечтать, что Андрей когда-нибудь обратит на нее внимание. Свои нулевые шансы Пушкарёва здраво оценивала, но несмотря ни на что, бросаться в омут и выходить замуж за Зорькина она была не готова. Если и жить всю жизнь без любви, то лучше тогда остаться в свободном одиночестве, ведь семья с нелюбимым человеком — это тяжелые цепи, сковывающие тебя на всю жизнь.       От раздавшегося звонка в дверь Катя вздрогнула. Посмотрев в глазок, она чуть слышно чертыхнулась и принялась нехотя открывать замок. — О, Пушкарёва, а ты уже не такая кислая как вчера. И щёчки уже порозовели. Да, Кать? — с порога затараторил Зорькин и потянулся к девушке за дежурным поцелуем в щеку. — Да, мне уже лучше. А ты, наверное, просто мимо проходил? — спросила Катерина с сарказмом и поспешила отстраниться от новоиспеченного жениха. — Совершенно верно, — кивнул он и лучезарно улыбнулся. — Меня папа твой на ужин позвал.       Катя глубоко вздохнула, не в состоянии скрыть от дорогого гостя своего удрученного настроения. Честно говоря, она бы скорее предпочла очередной скандал с отцом и вечер взаперти, чем совместный ужин с Колей, вымученные улыбки и торжествующее лицедейство. — Я вижу, ты не очень рада, — усмехнулся Николай и пригладил у зеркала аккуратную стрижку.       Девушка только хмыкнула в ответ, не успев ничего возразить. На площадке послышались шаги и в квартире снова раздалась звонкая трель дверного звонка. «Неужели отец пришел пораньше или мама вернулась с рынка и забыла дома ключи?» — подумала Катя, и поспешно бросилась открывать.       Сердце подпрыгнуло и стремительно бросилось в пропасть. На пороге с виноватой улыбкой стоял Андрей. На его чёрном пальто таяли первые снежинки, а смуглое лицо слегка разрумянилось на ноябрьском холоде. Его глаза смотрели с опаской, но участливо, тепло и приветливо.       Катя от неожиданности отпрянула, вздрогнула и судорожно сглотнула. Меньше всего она ожидала увидеть за дверью Жданова. — Катюш, здравствуйте. Я вижу, вам уже лучше, — бодро произнес мужчина и протянул ей пакет с апельсинами. Оторопевшая и растерянная, она не сразу взяла его обмякшими руками. Коля тоже с удивлением рассматривал импозантного незнакомца, бросая на Катерину вопросительные взгляды. — Здравствуйте, Андрей Палыч, — наконец, она взяла себя в руки и ответила на его приветствие, стараясь сделать голос как можно спокойнее и равнодушнее. — Да, мне уже гораздо лучше. Спасибо. Кстати говоря, познакомьтесь. Коля, это мой преподаватель экономики Андрей Павлович Жданов — профессор МГУ. Андрей Палыч, вы тоже знакомьтесь. Это Николай — мой молодой человек.