Останься. [Stay]

«Ты — единственное, за что я держусь, Потому что мое сердце остановилось бы без тебя...»

Баки провел следующие три дня, раздумывая, стоит ли ему все же встретиться со Стивом, и, в конце концов, решился. Целых три дня полные сомнений и вопросов прошли для него в поисках возможных ответов и предугадывании событий, вероятно произошедших со Стивом в его путешествии во времени. Все это лишь все больше сбивало Баки с толку, беспокоя и заставляя вновь грустить, но одновременно и радоваться. Где-то в глубине души он был безмерно счастлив вновь увидеть Стива, но из-за паники, поселившейся в его мыслях, он даже попытался вернуться обратно в Ваканду, собрав свои вещи и вещи Лукаса, но его вовремя остановила Накия, которая крепко обняла его и заставила признаться в причине такого порывистого поступка. Он мог бы попытаться просто забаррикадироваться в комнате, притворившись, что его не существует, если бы не Лукас. Лукас… Малыш мгновенно почувствовал его совсем не добродушное настроение и тревогу и стал капризничать, стоило только Баки вернуться в номер в слезах и полнейшем раздрае, и теперь Лукас засыпал только рядом с ним и практически ни на минуту не хотел оставаться с кем-то другим, успокаиваясь лишь у Баки на руках. Причина таких долгих раздумий Баки была довольна очевидна — Стив отправился в прошлое, чтобы остаться там с Пегги, он выбрал ее, не Баки, не человека, с которым дружил с самого детства, проведя с ним практически каждую минуту своей жизни. Он решил вернуться к ней в то время, жить долго и счастливо, а Баки должен был остаться в настоящем с мыслью о том, что либо потеряет ребенка, либо наконец-то сможет ощутить радость отцовства, проживая свою жизнь с ним в одиночку. Однако, перебирая все это в голове, он мгновенно посмотрел на Лукаса, уютно устроившегося в его объятьях, на малыша, которого, он считал, у него никогда уже не будет, и вспомнил о Стиве — альфе, который не должен был больше появиться в его судьбе. Эти двое — самые главные люди в его жизни — были связаны, и Баки возненавидел бы себя, если бы позволил своему сыну жить, не зная отца, как и он сам когда-то. Поэтому Баки поклялся самому себе что, что бы ни случилось, он обязательно расскажет Стиву о Лукасе, даже несмотря на то, что тот вернулся только потому, что с Пегги у него ничего не вышло, или же он так и не смог попасть к ней, или еще из-за миллиона других возможных причин. Поэтому он решил, что должен встретиться со Стивом, должен выслушать его и понять, а затем уже продолжить свою жизнь с ним или без него. — Помни, что мы будем здесь, и ты в любой момент можешь выйти оттуда, хорошо? — пояснил Сэм, пока Баки готовился войти в палату Стива, стоя в нерешительности перед дверью. Все же кивнув, он выдохнул и потянулся к ручке. Сэм добавил, — Удачи, Бак. Неторопливо открыв дверь, Баки заглянул внутрь. Стив сидел на кровати, угрюмо таращась в пол, одетый в белую футболку с короткими рукавами и укрытый по пояс легким одеялом; все приборы в комнате были отключены за ненадобностью. Сэм рассказал Баки, что сегодня Стива выписывают из медицинского крыла. Пятница провела всевозможные тесты, которые показали, что с ним все отлично, а его состояние «спящей красавицы» было связано с долгим нахождением в квантовом мире. Благодаря уже известной ему информации о здоровье Стива, Баки без удивления рассматривал выключенные приборы и пациента, сидящего на кровати, а вот сам пациент, заметивший, наконец, его, надо сказать, необычайно удивился. — Баки? — Привет… — О, Господи, Баки! Иди сюда, — пробормотал Стив, и Баки не смог воспротивиться ему, подходя ближе и обнимая его, словно в первый и последний раз, и почувствовал, что не один он такой. Они пробыли так несколько минут, уткнувшись носами друг другу в шею и вдыхая родные запахи, которые узнали бы из миллиона других. — Сопляк, — прошептал Баки, прежде чем отодвинуться, но оставаясь все также близко к Стиву. Тот смотрел на него, будто никуда не хотел отпускать его от себя дальше, чем нужно. — Даже если для меня прошла всего пара секунд, я все равно ужасно соскучился по тебе, тупица… — Ладно, а вот здесь Баки немного не понял, что тот имеет в виду, и про себя пораженно подумал: «Что?» — Я… тоже скучал по тебе… — к счастью поблизости от кровати оказался стул, на который Баки благополучно присел. — Ну и как тебе удалось вернуться, Кэп? Стив мягко улыбнулся, услышав свое прозвище. — Брюс так до конца и не отключил машину времени, запрограммировав ее, чтобы она периодически активировалась. Я попал в передрягу и опоздал… пропустил свой прыжок и провел все эти месяцы в квантовом мире. — О… но тебе хотя бы удалось побыть с ней какое-то время? — С Пегги? Да, удалось, — ответил Стив, на что Баки слегка кивнул, сглотнув образовавшийся в горле ком. — Все-таки сходил на свое заветное свидание? — Нет, но мы отлично поговорили, — произнес Стив задумчиво, — ну, конечно же, после того, как она попыталась меня убить. — И почему-то я ничуточки не удивлен этим, — рассмеялся он, — что ты ей рассказал? — Немногое, только самое необходимое, некоторые новости, мои планы… — Она наверняка была рада тебя видеть? — Да… она была рада узнать, что я жив. В последний раз, когда она слышала мой голос, я направил Валькирию в воды океана. — Боже мой, и почему каждый раз, когда ты произносишь это так, словно твои сумасбродства какое-то совершенно обычное дело, мне хочется тебе врезать? — Баки получил в ответ яркую улыбку Стива и пораженно покачал головой, продолжив, — А после того, как команда рассказала мне, что ты постоянно забывал, для чего вообще нужен парашют... ты серьезно, сопляк? Я не для того спасал твой зад в прошлом, чтобы ты самоубился, но уже в этом веке! — Я знаю, но… прости за те я-справлюсь-и-без-парашюта ситуации, а еще за то, что превратил себя в сосульку на 70 лет, — Баки фыркнул, рассмеявшись, и хлопнул его по плечу. — То, что ты способен шутить над этим, не спасет тебя от моего праведного гнева. Так и знай! За стеклом в палату Стива все еще стояли Сэм, Ванда и Питер и наблюдали за парочкой, иногда переглядываясь и улыбаясь друг другу. Они еще не видели, чтобы Стив произнес за все свое пребывание здесь больше пары слов, а что уж говорить об его улыбке или даже смехе, который был слышен им сейчас из комнаты. Этого вечно жертвующего собой идиота, которого они все очень любили, необходимо было вернуть к жизни, и, судя по его оживленности после лишь пяти минут наедине со своим лучшим другом, Стиву наконец-то получилось это сделать. — Думаете, они сейчас начнут целоваться? Это было бы супер мило! — Питер! — полушепотом проворчали Сэм с Вандой. — А что? У них же сердечки из глаз выпрыгивают, когда они смотрят друг на друга, словно в мультфильмах! Я тут ни при чем! — запротестовал Питер, кивнув в сторону этих двоих. То выражение на лице Стива, с которым он смотрел на Баки, пока они разговаривали, можно было описать строками из любого любовного романа. — Мне кажется, как будто мы следим за ними, и это как-то неправильно. — Сказала Ванда, скрестив руки на груди, — может, уйдем отсюда? У них там, может быть, происходит какой-то важный разговор? — Никогда не думал, что скажу это, но вы просто посмотрите на них, — произнес Сэм, — Баки никогда не признает этого, но он выглядит сейчас точно так же, как и когда он держит на руках Лукаса. Такой же расслабленный, умиротворенный… А Стив, Господи, я еще не видел его таким счастливым, с тех пор как… — Сэм замолчал, долгое время раздумывая, прежде чем Ванда с Питером наконец не начали подозрительно глядеть на него в ожидании продолжения. — Я еще не видел Стива таким счастливым. Конец предложения. — Мы еще увидим его таким, но только, если Баки останется рядом. А мы знаем, что они не смогут долго друг без друга, правда, ведь? Это значит, что этого нового счастливого Стива мы будем видеть постоянно, — добавила Ванда, улыбаясь, не отрывая взгляда от Стива с улыбкой что-то рассказывающего Баки. Стив стал для нее, как второй отец, всегда справедливый и серьезный, и было здорово увидеть, как он меняется, так естественно ведя себя с Баки, расслабленно улыбаясь, и сняв, наконец, маску Капитана Америка и заботливого отца хотя бы на мгновение. — Может быть… но... — О нет, никаких больше «но», — возразила Ванда, потянув их за руки, пытаясь утащить их подальше от палаты Стива. — Мы уходим, а они пусть поговорят без свидетелей. — Но я хотел посмотреть, как они целуются! Когда еще у меня появится шанс увидеть этот момент снова?! — Питер! — О, Господи! Хорошо! Идемте уже! Но, если в будущем я так и не смогу увидеть, как эти голубки целуются, виноваты будете вы! — Так, эм… — Баки опустил взгляд, не решаясь задать самый главный вопрос. — Почему ты вернулся? С ней ничего не вышло? — Бак, я не собирался оставаться с Пегги в ее времени. Баки нахмурился, непонимание так и читалось на его лице. — О чем ты? Ты же сам вызвался волонтером, чтобы вернуть камни на место, но было вполне очевидно, что твоя главная цель — это вернуться к ней. Я не понимаю… — Я передумал… — И это все, что ты можешь сказать? Что передумал? — Стив кивнул. Баки уткнулся взглядом в пол, не зная, что сказать или спросить. Хотя нет, он очень хотел спросить, что же заставило его изменить свое решение, но жутко боялся услышать ответ. Посидев в тишине, Баки пытался подобрать слова, правильные слова, которые помогут ему задать правильный вопрос. Стив словно чувствовал, как он паникует внутри, перебирая в голове варианты, поэтому решил заговорить первым и признаться. — Я слышал тебя… — А? — Прежде чем переместиться в квантовый мир, я услышал, что ты сказал, — Баки мгновенно побледнел, — я никогда бы не смог жить в прошлом, зная, что ты остался здесь один с нашим ребенком. Комната резко начала вращаться, перед глазами завертелись разноцветные круги, словно в калейдоскопе, он словно начал падать куда-то, легкие отказывались нормально работать. Стив вернулся, потому что услышал его. Он услышал его. И вернулся. Ради их ребенка. О, Господи, Стив знал о том, что у них будет ребенок. О, Господи! — Бак, ты в порядке? — Да. Да… просто пытаюсь поверить во все это. Это…это… Стив слегка улыбнулся, перебирая в пальцах край одеяла и дожидаясь, пока Баки что-нибудь скажет, но, так и не услышав продолжение, произнес: — Могу я… могу я сказать тебе кое-что? — Да… — Ты просто невероятно пахнешь, — стоило Баки услышать это, как он вновь почувствовал себя подростком. Щеки мгновенно загорелись румянцем, напоминая ему о временах, когда в прошлом Стив постоянно одаривал его комплиментами, называя его деткой, идеальным омегой и любовью всей своей жизни. Баки отвернулся, пытаясь скрыть свое смущение, и ответил первой пришедшей на ум фразой. — Это мой новый парфюм. Называется «я-теперь-папа-и-пахну-всякими-детскими-штучками», — Стив фыркнул в ответ, рассмеявшись, как безумный, и Баки улыбнулся, услышав его смех спустя столько времени, и засмеялся вместе с ним. Он не соврал и знал, что пахнет больше Лукасом, чем самим собой, но обожал его запах и считал, что ему чертовски повезло иметь такого потрясающего ребенка. — Так значит, у нас есть ребенок… — Конечно, Стив! На третий раз обязательно все получается, ты же знаешь? — сказал Баки, не подумав, и тут же обругал себя за то, что не сумел вовремя прикусить язык. Улыбка Стива, как и его собственная, тут же испарилась. Черт возьми! — Третий? Ты… ты ждал ребенка… Бак? — Да, я… когда меня призвали… — признался он шепотом, не рискуя поднимать глаза на Стива, переплетя пальцы на руках и нервно сжимая ладони. — Я узнал об этом за пару дней до того, как должен был отправиться на фронт, и ты так беспокоился обо мне, поэтому я не хотел, чтобы… — Баки… — перебил его Стив, но он, будто не слыша, продолжил бормотать. — Я не хотел зря обнадеживать тебя… но и не рассказать тебе казалось неправильным, но я решил, что уберегу тебя от боли и плохих вестей. — Бак… — Я потерял его в Англии, прости меня… — прошептал он, — прости, что не рассказал тебе, — Стив взял его за руку и переплел их пальцы. — Бак, все в порядке… Это я должен извиняться за то, что меня не было рядом, — ответил он, с ужасом представляя Баки в чужой стране, напуганного войной и плачущего о потере их ребенка. — Я не хотел, чтобы ты еще больше во мне разочаровывался… — Я никогда не смогу разочароваться в тебе, — уверенно отозвался Стив, смотря Баки прямо в глаза, пытаясь внушить эту уверенность и ему. — Никогда. Никогда, слышишь? Ты — лучшее, что случалось со мной в жизни. — Ну, а ты для меня уже нет, прости, — усмехнулся Баки, — малыш занял твое место. — Стив внезапно широко улыбнулся, и Баки последовал его примеру, улыбнувшись скромно, когда Стив поднял его ладонь и легко поцеловал. — Я знаю, что мы не вместе, но… я надеюсь, ты позволишь мне быть в жизни нашего ребенка… — Собираешься быть вечно пропадающим где-то отцом? Будешь уезжать на неделю на миссию и все такое? — предположил Баки вслух, вызвал на лице Стива совершенно серьезное выражение. — Нет, вообще-то я собирался уйти в отставку… — В отставку? — Да… хочу начать жить так, как посоветовали мне Тони и Нат. Хочу спокойную жизнь с нашим малышом, и никаких больше миссий, никаких войн… Я хочу быть полезным где-то еще, кроме как на поле боя. — Хорошо… — Хорошо? — Да, Стив… Только знаешь, мне немного жаль этот мир. Уверен, ему будет не хватать Капитана Америка. — Ну, я-то ухожу в отставку, но это совсем не значит, что я не могу никому передать свои полномочия, — усмехнулся он, выразительно приподняв бровь, и ему не нужно было продолжать, потому что, как в старые добрые времена, Баки уже все понял, улыбнулся и кивнул ему, поддерживая. — Он будет безумно рад, Стиви. — Правда? Думаешь, он примет щит? — Сперва он будет носиться с ним, как ребенок с новой игрушкой, но я убежден, что из него выйдет чертовски отличный Кэп, поверь мне. — Баки уже и забыл, что они держатся за руки, но Стив напомнил ему об этом, слегка погладив по ладони и довольно вздохнув, наслаждаясь прикосновением. — И, чтобы ты знал, я в любом случае позволил бы тебе участвовать в жизни нашего малыша, даже если бы ты и решил остаться Кэпом. Ты ему нужен. — Ему? — он, наконец, расслышал, что у него теперь есть сын. — Ага… кстати, он безумно на тебя похож. Хотя это именно я носил его под сердцем в течение многих месяцев, и вот как он мне отплатил! — показательно возмутился Баки, заставив Стива прикусить губу, только чтобы не рассмеяться. — Сколько ему? — На прошлой неделе исполнилось пять месяцев. Видел бы ты его милые толстенькие щечки — я только бы и делал, что целовал их! — поделился Баки, хихикая, почувствовав, что Стив сжал его ладонь сильнее. — Похож на меня, но с пухлыми щечками? Не может быть, Бак — в детстве я был кожа да кости. Скорее всего, он похож на тебя. — Неа, он абсолютно здоров, именно поэтому… к счастью, он самый обычный ребенок. — Это здорово! Не нужно беспокоиться из-за болезней или суперспособностей, так? — получив от Баки в ответ согласное хмыканье, он облегченно выдохнул, — он здесь? — В комнате с Накией… не хочешь потом познакомиться с ним? — Абсолютно счастливое выражение, появившееся на лице Стива, не нуждалось в дополнительных словах, и если бы Стив был псом, то завилял бы сейчас хвостом в ожидании, пока хозяин не отопрет дверь и не выпустит его, радостного и немного взволнованного, на встречу с тем, кто ждет его всего в паре этажей ниже.

___ ... ___

Стива выписали из мед. крыла уже утром, и он отправился на приветственный обед с оставшимися Мстителями и вновь получил в свое распоряжение свои старые апартаменты, в которых уже давно не бывал. Питер сообщил ему, что Баки с малышом вместе с Накией и Шури пошли на прогулку в Центральный Парк, где заодно собирались и перекусить, а вернутся они, скорее всего, ближе к вечеру. Стив решил воспользоваться этим временем, поговорив с Сэмом, расспрашивая его, как обстояли дела, пока он отсутствовал, также прося у него совет по поводу происходящего. Обсудив с Сэмом все интересующие его вопросы, он получил все необходимые ему ответы: оказалось, что Баки не жил все это время в башне, уехав в Ваканду, и работал там, вполне гармонично совмещая работу и уход за малышом, имея при этом деньги на все, что ему может понадобиться. Об их сыне он спрашивать не стал, думая, что логичнее будет задать эти вопросы Баки. Уже позднее Баки прислал Сэму сообщение, прося передать Стиву, чтобы тот поднялся в общую комнату, где они с малышом будут ждать его после его послеобеденного сна. И вот он уже стоит в лифте, нервничая и словно на иголках проверяя свой наряд, как будто его пятимесячному сыну будет дело до его одежды. Приближаясь к 13 этажу, он заметил, что уже знакомый детский запах, который он чувствовал ранее на Баки, здесь стал намного сильнее. Стив еще раз одернул свою серую хенли, проверив, что с ней все нормально, и поднял взгляд, когда перед ним раскрылись двери лифта. — Нет, нет, нет! Мы не дергаем папочку за волосы! Это не игрушка, мой хороший! — проворковал Баки таким нежным голосом, которым Стив еще никогда не слышал, чтобы тот говорил. Оба аромата — и Баки, и их ребенка — стали еще сильнее, и по телу Стива поползли приятные мурашки, стоило только взглянуть на открывшуюся перед ним картину: Баки был одет в футболку с изображением какой-то группы, которую Стив и не знал, что тот любит, потертые джинсы и конверсы, с перекинутым через плечо рюкзаком и светловолосым карапузом на руках, который был одет точно так же, за исключением разве что обуви. Стив замер на месте, не решаясь приблизиться к ним, но, к счастью, Баки сделал это за него, подходя ближе и очаровательно улыбаясь, но в то же время заметно нервничая. — Эй, посмотри-ка, это же Капитан Америка! — воскликнул Баки, заставляя малыша посмотреть в его сторону, и, когда он послушно повернулся, Господи, Стиву захотелось расплакаться, ведь этот кроха казался слишком милым, чтобы быть настоящим! С красной пустышкой во рту, он внимательно рассматривал Стива, умильно хлопая ресницами, — Скажи Стиву привет, Лукас. Лукас — Привет, малыш, — произнес Стив таким же тоном, что и Баки ранее, и несмело улыбался, не зная, что делать дальше. Лукас сперва непонимающе смотрел на него, а затем мило улыбнулся в ответ, да так широко, что стал виден его пока беззубый рот — пустышка оказалась забыта — и потянулся к нему своими пухленькими ручками. — Ты можешь взять его на руки, — поощрительно подсказал Баки, ловя пустышку в воздухе, прежде чем она окажется на полу, — ему нравится, когда его держат, а тем более, когда он сам предлагает это сделать. Стив медленно взял малыша за подмышки и осторожно приподнял, укладывая себе на грудь. Стоило только Лукасу оказаться у него на руках, как он сразу же начал играть с его волосами, улыбаясь, довольный самим собой, слегка потягивая и подергивая за прядки. Баки же наблюдал за ними и не стал скрывать радостной улыбки, замечая, что аромат Стива изменился, в нем явно ощущалась защита и гордость, которую тот чувствовал, держа на руках их сына. Сначала он беспокоился, что Лукас не захочет идти к своему папуле, но тут же успокоился, зная, что благодаря тому, что он постоянно носит одежду Стива, не говоря уже о том, что в гнезде Баки присутствует парочка его вещей, их знакомство пройдет гладко и совершенно спокойно. Лукас всегда сиял улыбкой, чувствуя запах своего второго папы, даже когда того не было рядом, а их связь крепла также, как если бы Стив присутствовал в их жизни со дня его рождения. К тому же, Баки был искренне рад, что встреча Стива с Лукасом значительно помогла утихомирить последнего. — А как его второе имя? — спросил Стив, пока усаживался на ковер, чтобы поиграть с сыном. Баки расположился рядом, помогая им вывалить игрушки из рюкзачка Лукаса на пол. — Батандва. Батандва Лукас Барнс… Но знаешь, мы можем поменять его фамилию на Роджерс, если хочешь… — Или же мы может просто добавить к твоей фамилии мою. Все же он и твой сын тоже. Баки улыбнулся и кивнул в ответ: — Звучит разумно, спасибо… Стив просиял ему улыбкой, прежде чем вернул свое внимание обратно Лукасу, который строил башенку из кубиков и тут же разбивал ее, на что Стив каждый раз притворялся жутко удивленным и корчил забавные рожицы, заставляя малыша задорно смеяться над своей реакцией и хлопать в ладоши от радости. Омежья натура Баки внутренне ликовала, чуть ли не мурлыкая от счастья, пока он наблюдал за своими мальчишками, чувствуя, как вся тревога и нервозность прошлых дней исчезает без следа. Лукас тоже ощущал, что папочка доволен и вел себя со Стивом вполне добродушно. Если представить, что они познакомились бы в день их прилета, когда Баки находился в полнейшем шоке от осознания, что Стив вернулся к ним, и, не переставая, рыдал навзрыд, то Лукас встретил бы Стива совсем не так радушно, а скорее кричал бы во всю глотку, требуя вернуть его к папочке, и не обращал бы никакого внимания на то, что запах Стива был ему вполне знаком. — О, Боже, — рассмеялся Стив, и Баки сразу же перевел взгляд на него, отгоняя плохие мысли, — его футболка — это самая очаровательная вещь, что я когда-либо видел! Ах, да, точно. На Лукасе сегодня была надета подаренная Роуди темно-синяя футболка со щитом Кэпа в центре и надписью «Супер малыш» внизу. — Она милая, и если честно, то у него полно одежды с твоим символом. — О, может быть, тогда нарядим его в костюм Кэпа на Хэллоуин? — восторженно воскликнул Стив, — что думаешь, Луки? Тебе нравится моя идея? Малыш заливисто рассмеялся, наблюдая, как воодушевлен его отец своим же предложением, а Баки лишь удивленно вскинул бровь, всеми силами сдерживая улыбку, которая так и грозила сейчас появиться на губах. — Луки? — А… просто как-то само собой вылетело… как ему нравится, чтобы его называли? — Я всегда называю его просто Лукас, ну, и иногда бывает, что проскальзывает какое-нибудь ласковое прозвище. Но если ему нравится Луки, то я совсем не против. Стив кивнул, счастливый, что получил одобрение, и вновь вернул все свое внимание крохе. — А какое значение у имени Лукас? — Оно значит «светлый» или «излучающий свет». Он стал для меня счастливым талисманом, и когда я думаю о нем, я представляю что-то сияющее и прекрасное, как он. — Стив улыбался, слушая его. Конечно же, Баки выбрал идеальное имя для их сына с прекрасным значением. — А Батандва? — На языке Ко́са* оно значит «любимый», потому что он любим и ну, родился он все-таки в Ваканде, и ему нужно было Вакандское имя, я прав? — Точно… — Стив со всей любовью посмотрел на Лукаса, поглаживая его по золотистым прядям, и нежно поцеловал в маленькие щечки, которые так и хотелось целовать и потискать. — Ты планируешь растить его в Ваканде? — Да… мы уже привыкли к ней и наладили там какую-никакую, но жизнь. И если быть честным, то я лучше буду растить его там, среди дикой природы и настоящих джунглей, чем здесь, среди бетонных. — Звучит разумно… — А ты… планируешь остаться в Нью-Йорке после своей отставки? — Пока не знаю, но я, вроде как, надеялся отправиться туда, куда и вы с малышом, — в груди Баки потеплело от его слов, и он улыбнулся, покусывая нижнюю губу, а на сердце стало так легко от понимания, что Стив будет рядом с ними, рядом с Лукасом, — если ты позволишь, конечно… — Еще как позволю, приятель! Иначе Лукас просто возненавидит меня, если я не разрешу тебе последовать за нами в Ваканду. Так, малыш? — кивнул он в сторону сияющей счастьем мордашки их сына. — Похоже на то. Он ведет себя, как будто мы уже лучшие друзья! — воскликнул Стив, снова и снова чмокая Лукаса в пухлые щечки, заставляя того заливисто хихикать. Рассматривая их, Баки с умилением улыбался. — Когда я рассказал Сэму о том, что жду ребенка, то он сразу включил режим заботливого дядюшки, — прокомментировал он, — прочитал кучу всякой информации на сайтах для беременных и закупился специальными книгами. А потом прислал мне их все, добавив к книгам свои пометки, где он считал, была самая важная информация. — Баки усмехнулся, вспоминая обо всем этом. — Также он прислал мне несколько твоих старых вещей и посоветовал мне носить их или положить их в гнездо. Он сказал, что это успокоит ребенка после, а может быть, и до его рождения. И, хочу сказать, это сработало. Может быть, поэтому Лукас так спокоен и счастлив рядом с тобой — он уже знает тебя. — Ты так думаешь? — Да, Стиви. Он умный малыш, — ответил Баки, придвинувшись к Лукасу ближе, и поцеловав его в золотистую макушку, — конечно же, он умничка. Мой самый умный малыш, — Сердце Стива, кажется, пропустило пару ударов, пока он наблюдал, как их сын тает под прикосновениями своего папочки. Он всегда знал, что Баки однажды станет отличным отцом, и теперь мог вживую в этом убедиться. Стиву не терпелось стать частью их жизни, находиться рядом с Лукасом каждую секунду своего времени и вернуть то, что он уже успел упустить. Ему придется некоторое время провести вдали от Баки и их сына, пока он разбирается со своей отставкой, но Стив знал, что все у них получится, а прекрасный малыш с такими же голубыми глазами, светлыми волосами и личиком, как у него, стоил того, чтобы немного подождать. Пару часов спустя команда Мстителей вошла в комнату, чтобы вместе поужинать и посмотреть какой-нибудь фильм, как они по традиции делали каждую неделю, и ребята были определенно удивлены, увидев развернувшуюся перед ними картину: Стив сидел на диване, закинув ноги на журнальный столик, перебирая пальцами волосы на макушке Баки, лежавшего головой у него на бедре. Они оба не отрывали глаз от спящего на животе Баки Лукаса, мило вытянувшего руки вперед и устроившегося головой у папочки прямо над сердцем. Ребята извинились за то, что прервали их момент, и уже решили собраться где-нибудь в другом месте, например, в чьих-нибудь апартаментах, но Баки улыбнулся и остановил их, сказав, что не хочет мешать их традиции. Они поднялись с дивана, и Сэм с улыбкой наблюдал, как его лучшие друзья выходят из комнаты вместе: Стив заботливо поддерживал одной рукой Лукаса, а другой обнимал со спины Баки. Оба счастливо сияли улыбками. Поздно вечером Накия вернулась в их апартаменты после своего ужина с другом, сняла туфли и оставила сумочку на кухонной тумбе, захватив из холодильника бутылку воды. Решив проверить, как дела у Баки, и спросить, не хочет ли тот что-нибудь перекусить, она ожидала увидеть его, кормящим Лукаса или читающим книгу. Однако то, что она сейчас наблюдала, заставило ее расплыться с довольной улыбке: в центре огромной кровати лежали три спящих формы — Баки, Стив и Лукас. Малыш спал на груди Стива, укутанный в теплое одеяло, как обычно бывало, когда он спал у Баки. Сам же омега удобно устроился на боку, закинув железную руку Стиву на живот, а ногу — на его бедро. Стив же надежно поддерживал сына за спину, другую руку обернув вокруг плеч Баки, и обнимал их, словно боясь, что если не будет держать их, крепко прижав к себе, то они исчезнут, когда он проснется. Накия не смогла удержаться и сфотографировала их, после чего с улыбкой бесшумно прикрыла за собой дверь в комнату, надеясь, что когда они вернутся в Ваканду, то на одного пассажира в джете окажется больше.