Если однажды я потеряю контроль...

Стояла глубокая ночь и часть Мондштада погрузилась в тишину: все уже спали. Лишь оживленные разговоры, громкий мужской смех и звонкий стук от чоканья бутылок вина доносился из таверны, куда и направлялся Альбедо, дабы отыскать барда. «Пришла пора приступить к выполнению второй части плана», — сказал он про себя, открывая дверь. Однако на его удивление парня он там не обнаружил. Из-за чего, вдруг сменившись в лице, решительно направился к барной стойке. — Где он?! — грозно спросил алхимик, посмотрев на поникшего Чарльза, чей рабочий день сегодня и так не задался, тот аж подскочил. — Кто? — Бард! — Сегодня его не было тут… — Тогда где он? — Альбедо резко стукнул кулаком прямо перед барменом от чего все стаканы, стоящие на столе, зазвенели. — Е-если не здесь, то его можно найти в Долине Ветров… У статуи семи Архонтов… — дрожащим голосом ответил он, чувствуя, как по его спине бегут мурашки, а по лбу стекает капля холодного пота. Хоть внешне Хельмер и оставался милым светловолосым мальчиком, его вырвавшееся наружу неконтролируемое агрессивное поведение приводило в ужас, что все посетители таверны тут же лишились дара речи. Алхимик, получив нужную информацию, вылетел из помещения, оставив дверь открытой нараспашку. Дорога заняла у него всего минут пятнадцать и, очутившись под тем самым деревом, он начал судорожно искать Венти в темноте. Кристаллические бабочки Анемо, грациозно порхая вместе со светлячками, освещали это волшебное место, однако исходящая от Альбедо угнетающая атмосфера разрушила их умиротворение. — Выходи, черт тебя дери, — бросил он, лишаясь терпения. Листья наверху зашелестели, и с ветки спрыгнул бард, мягко приземлившись. — Здравствуй, Хельмер, — спокойным тоном ответил ему тот. — Ха-ха, так ты догадался. Я приятно удивлен. — На его лице вновь появилась та жуткая улыбка. — Зачем ты вернулся? — Что ж планы у меня грандиозные… Но сейчас от тебя мне нужно лишь одно – Небесный меч. — Ты же понимаешь, что не получишь его так просто? — Венти бросил на него воинственный взгляд, одной рукой потянувшись за стрелой. — Здесь я бы с тобой поспорил. — Темная энергия окутала тело Венти, препятствуя любым попыткам пошевелиться. — Слушай меня внимательно, — начал Архонт. — Сейчас ты отведешь меня прямо к мечу и отдашь его мне, а после я наконец отомщу. Начну с тебя, потом Моракс, а на сладкое оставлю Алатуса. Венти не мог противиться такому количеству кармы, пускай он и был Архонтом, он все же являлся самым слабым из них. — Слушай, Венти, — протянул Хельмер, — а расскажи-ка мне побольше об этом мече. Все, что я знаю, по сути, так это то, что в нем хранится неописуемая сила, из-за которой много веков назад ходили легенды. Известно было лишь то, что его хранителем являлся Анемо Архонт. Услышав очередной приказ, бард начал свой рассказ: — В далеком прошлом злой дракон Дурин пожелал завладеть цветущими землями Мондштада и принялся опустошать поля и равнины. Когда его чёрные крылья затмили солнце, по небу расплылась тёмная отравленная туча. Тысяча ветров словно отступила, не вынеся её гнилой тяжести, и она обрушилась на землю чёрным дождём, перекрывавшим крики и плач людей. Горестные рыдания пробудили Архонта Ветра, его сердце пронзила боль молчания утерянной надежды. И тогда был призван Двалин, и вместе с бесчисленными ветрами он пронзил застившую небо ядовитую тучу. Он взревел, и буйные ветра, словно кинжалом, разрубили чёрные как смоль крылья злого дракона, а затем растрепали тучу на клочки. Двалин, когтями и клыками вцепившись в чёрного дракона, вылетел вместе с ним за её пределы. Чёрная туча развеялась, а вместе с ней прекратился и дождь. В пылающих небесах насмерть столкнулись два гигантских дракона. Клыки дракона ветра глубоко вонзились второму в глотку, а когти рaспорoли его прогнившее брюхо, и тот с непорочных небес тяжело упал на дремлющие под снегом горы. Так, произошедшая далеко в небе схватка, уберегла народ Анемо Архонта от неминуемой погибели. В победные мгновения порочная кровь протекла сквозь сомкнувшиеся на горле злодея клыки и проникла в нутро Двалина. Дракон ветра свивался кольцами от боли в глубине древних развалин, когда она просачивалась в самый его костный мозг. Двалин зализывал раны и представлял, как его призовут ещё раз. Как он устремится в голубую высь, разгонит мглу и вместе со своим другом, Архонтом Ветра, будет петь под мелодию его лиры. — Вдруг, его прервали. — Эх... Какая жалость, ведь совсем скоро я разрушу Тейват мечом, который все это время служил для его спасения... Он, наверное, много для тебя значил, как и дракон, что с ним кстати? — спросил Хельмер с наигранным сочувствием. — Это еще не конец истории, — Венти продолжил. — Прошли века: всё это время Двалин спал, и народ Мондштадта стал забывать о его жертве. Когда он, противясь действию пропитавшего его до мозга костей яда, очнулся ото сна, он не услышал пения лиры, не было рядом его лучшего друга. Теперь люди, которых он некогда защищал, бежали от него; в их глазах Двалин стал Ужасом бури. Именно этим мечом путешественник сумел очистить кровь Двалина. Слава была восстановлена, тело и разум очистились от яда. Песни вернули людям воспоминания. Этот меч - воплощение молитвы о восстановлении славного имени дракона ветра. Меч рыцаря, символ вернувшего свою честь Двалина. Благословения Анемо Архонта питают его силой небес и ветров. Клык, пронзивший небеса. — Ох уж этот Итер, везде преуспел! Из воспоминаний Альбедо я понял, что именно он спас город от Ужаса Бури, мое почтение почетному рыцарю! Прости, что перебиваю... Продолжай, мне не терпится услышать обо всех возможностях меча не из легенд, а из уст его создателя! — Ты ошибаешься, меч создал, вовсе не я и ни один из Архонтов, ему уже много тысячелетий, даже в Селестии о нем ходили легенды. Краем уха я слышал рассказы о том, что меч из другого измерения, правды я не знаю до сих пор. Он просто оказался у меня во время битвы с драконом и с тех пор я считаю себя его хранителем, как жаль, что я не справился, даже с этим. — Если бы карма – темная энергия не сковывала все мускулы на его лице, он бы горько усмехнулся. — И хотя в твое время меч и впрямь обладал необычайной мощью, сейчас же в нем запечатана не только большая часть моих сил, но и сил того самого Дурина. — Отлично, а, кстати, куда мы направляемся? — наконец, поинтересовался Хельмер. — В логово Ужаса Бури, — бросил в ответ бард. — Сгораю от нетерпения! Спустя столько лет я увижу этот меч воочию,— посмеялся Архонт. Ступив на территорию Ужаса Бури, они преодолели ветряной барьер и начали подниматься в полуразрушенную башню, стоящую прямо в центре бывшего убежища дракона. Звезды отсюда были особо отчетливо видны. Оттуда, казалось, открывался обзор на весь Тейват.

*Двумя днями ранее*

Итер неожиданно почувствовал резкую колющую боль в области талии, но не обратил на нее особого внимания, продолжая бороться с Пиро слаймами, которые неожиданно напали на парней по пути в Ли Юэ. Почти всю дорогу они так и не сказали друг другу ни слова, видимо, каждому из них заговорить первым не давала гордость. После того, как Сяо добил последнего врага, путешественник наконец решил найти источник боли. На боку у него образовалось красное пятно, которое начало болеть еще сильнее. — Черт… — сказал он себе под нос, рассматривая полученный ожог. Адепт молча взял его за руку и повел к ручью, который был неподалёку. Оторвав кусок ткани от задней части одежды, которую было меньше всего видно, он намочил ее, после чего аккуратно приложил к ране Итера, другой рукой держась за талию. На лице блондина выступил лёгкий румянец от прикосновений Сяо, но, к счастью, увлеченный адепт ничего не заметил. Вскоре от прохладной воды боль утихла, и в благодарность путешественник все таки осилил слово «спасибо», проговорив его сквозь зубы. Утром следующего дня, переночевав на постоялом дворе «Ван Шу», они отправились в Заоблачный предел и почти весь день потратили на поиски анемонии. Уже начало садиться солнце, когда они, почти отчаявшись, бродили по озелененным местам этой горной местности, и по пути им попадался лишь Цветок-сахарок. Все время они шли чуть поодаль, чтобы радиус обзора был больше, а может, чтобы не нужно было пересекаться и отвлекаться на мысли о недавней ссоре. Однако у обоих это не очень хорошо выходило, потому что каждый думал о том, как бы сделать первый шаг к примирению и стоит ли вообще жертвовать своей гордостью или лучшем вариантом будет просто оставить все как есть и ждать, пока их отношения сами вернуться в норму, если вернуться. «Неужели.» — Глаза Итера загорелись, когда в его поле зрения наконец попал Цинсинь, и, тяжело вздохнув, он направился прямиком к нему. С него как будто упал камень, он был на столько рад, что проведенный здесь день не прошел зря, что на миг забыл об их «молчанке» и рванул к Сяо, который сидел на корточках и что-то пристально разглядывал. Адепт резко обернулся и успел сделать только один стремительный шаг, когда не успевший во время притормозить из-за неожиданного движения Якши Итер повалился прямо на него. Тот факт, что целый день они провели в метрах пятнадцати друг от друга, а сейчас внезапно дистанция между ними сократилась до нуля, застал путешественника врасплох. По этой причине его щеки вновь окрасились в красноватый оттенок и начали пылать, напоминая заоблачный перчик. Однако, если такая реакция на смущающие вещи была для него обычной, почему бесчувственный Сяо выглядел точно так же? Адепт буквально начал тонуть в янтарных глазах Итера, уже не надеясь на спасение, но через мгновенье длиной в бесконечность ему удалось перевести взгляд. «Не туда…» — пронеслось в его голове. Все стало только хуже: его бросило в жар пуще прежнего, так как теперь его взору предстали чуть розоватые припухшие губы блондина, которые так и манили его. В животе уже не просто щекотали бабочки, он чувствовал как будто в нем сформировался целый ураган, которому нет выхода. Сяо еле заметно впился зубами в свою нижнюю губу, почти до крови кусая ее, чтобы хоть как-то сдерживаться. Наконец ему удалось оторваться от Итера: он вспомнил о Цинсине, который он сжимал в руках так, что на обратной стороне ладони выступили вены, а сама кисть начала дрожать, однако цветок остался невредим. — Я нашел его, — спокойном тоном разрядил обстановку Сяо, головой указывая на растение. — Я тоже… — Итер искренне рассмеялся, уткнувшись лицом в твердую грудь адепта, что заставило его тоже улыбнуться. Вскоре путешественник догадался слезть с Якши, садясь на колени рядом. — Ты не ушибся? — Адепт заметил, как Итер безуспешно пытался переплести свои запутавшиеся волосы и, не дождавшись ответа, добавил: — Я могу помочь. — Ты умеешь плести косы? — Конечно, за такую долгую жизнь я много чему научился. Блондина одолевало любопытство, и поэтому он пододвинулся ближе. Оказавшись в ногах у адепта, он расправил свои длинные волосы и приготовился к тянущей боли, которую зачастую испытываешь, когда кто-то усердно пытается привести твою голову в порядок. Однако, на его удивление, Сяо очень нежно и легко справился с этой задачей, так, что Итер почти ничего не почувствовал. Они просидели так минут двадцать, пока Якша кропотливо вплетал лепестки Цинсиня в золотистые пряди путешественника, а тот любовался небом, которое под вечер переливалось от ярко-розового до фиолетового цвета. Их окутывал полупрозрачный туман, который, медленно приближаясь, приносил с собой насыщенный запах цветов, а над ними кружили два одиноких ястреба, которые игриво летали друг за другом. Природа вокруг умиротворяла и Итеру не хотелось, чтобы этот момент заканчивался. Они помирились. По возвращению на постоялый двор Итер валился с ног. Он даже мог бы заснуть, если бы не эмоции, которые остались после вечера, и, если бы не скрип двери, который пробудил его от размышлений. — Вечно он куда-то уходит, — пробормотал под нос блондин. — Хоть бы раз спокойно поспал, больше не отделаешься. Мальчик встал с кровати и, взяв свой меч, отправился вслед за охотником на демонов. Итер спустился по лестнице, какие-то ее части все еще были на ремонте. Благодаря чувству стихий блондин понял, что его друг успел уйти достаточно далеко, но не настолько, чтобы заставить сонного путешественника вернуться обратно в кровать, так и не найдя Якши. Ему надоело это пренебрежение адепта сном. С этого дня Сяо, будет всегда спать вместе с ним и не важно, что, по словам его самого, «сон адептам не нужен». Путешественник отправился на юг от постоялого двора, ведь именно туда вели следы Анемо стихии. Он чувствовал, что приближается к Якше все ближе. На улице была теплая ночь. Ощущение, что к утру начнется гроза и пойдет ливень, столь редкий для этого засушливого региона. По его предположениям Якша уже находился в районе Долины Гуйли, у этого региона была невероятно красивая история, адепт поведал ее блондину, когда они возвращались в Ван Шу из Ли Юэ после очередного поручения. Итер невольно задумался, что будет говорить Сяо при встрече, с одной стороны, отчитывать тысячелетнего адепта – не правильно и он сам решает, что для него лучше, но с другой... Даже Итер пару раз замечал, как Сяо чуть ли не засыпал стоя, пришло время наконец-то с этим разобраться. Проходя очередные руины Итер увидел останки двух Стражей руин, он подошел к ним, чтобы вынуть устройство хаоса, на случай если они пригодятся Альбедо в алхимии. Прикоснувшись к одной из машин, путешественник увидел непонятное темное свечение, воспользовавшись чувством стихий и осмотревшись он понял, что свечение – это карма Сяо, помимо нее здесь также было много Анемо частиц. Сколько они с Сяо до этого не сражались, блондин ни разу не видел такой большой концентрации кармы. За горой виднелись вспышки света, там определенно проходила битва. «А вдруг Сяо нужна моя помощь, нельзя терять ни минуты» — Итер сорвался с места и побежал туда, где, по его мнению, сейчас происходил бой между несколькими обладателями Глаз Бога. Подобравшись чуть ближе, он наконец заметил адепта. Сяо был один против небольшой армии Фатуи. После падения Нефритового дворца их и без того низкая репутация в городе упала еще ниже. И не успев, хоть как-то восстановить потерянное доверие жителей Ли Юэ, они решают напасть на одного из адептов. Разумеется, если путешественник заметит, что Сяо не справляется с таким большим количеством магов, он попытается ему помочь, а пока следует сидеть в засаде и ждать, когда Якша расправится с ними сам. Спустя некоторое время после их знакомства, Сяо рассказал блондину малую часть своей истории, из которой стало ясно, что он ни за что больше не станет убивать людей, ведь он поклялся Мораксу оберегать Ли Юэ и его жителей, истребляя демонов, которые угрожают их спокойствию. Пускай контракт уже недействителен, Итер надеется на то, что он не станет изменять своим принципам и сохранит жизни этим, пускай и глупым Фатуи. Бой продолжается уже несколько минут. Движения Сяо были быстрыми, но очень плавными. Он обезоруживал Фатуи одного за другим. Большинство уже лежали без сознания на влажной траве. Итер обратил внимание на его оружие. «Нефритовый коршун... Он так ему подходит. Почему Сяо выбрал в качестве оружия именно копье... Готов поспорить, он хотел быть похожим на Чжун Ли!». В этот момент Итера отбросило на несколько метров ударной волной. В ушах было слышно лишь звон. В него словно ударила молния. Тело подрагивало от судорог. Взрыв спровоцировала та самая энергия, которую Итер обнаружил на стражах руин — карма Сяо. Даже в такой ситуации блондин заботился лишь о благополучии друга. Повернув голову в сторону поля боя. Он увидел адепта, стоящего над десятком тел, которым повезло чуть меньше путешественника. Судя по всему они погибли сразу, как карма вышла из-под контроля. «Хорошо, что ты цел», — последнее о чем подумал блондин, перед тем, как потерять сознание. Он чувствует... Вот-вот все выйдет из-под контроля. Вот-вот карма вновь возьмет над ним верх. В голове он ведет обратный отсчет. Он не сможет долго ее удерживать, как бы сильно он не хотел ранить окружающих, другого выбора нет. «Главное, что он в безопасности.» Взрыв. Пыль опустилась, вокруг были еще теплые тела агентов Фатуи, которым не повезло быть отправленными сегодня ночью на миссию именно в этот район. Больше они не смогут вернуться домой. На его удивление карма не нанесла ему не царапины. Стоит убедиться, что никто, кроме несчастных деревьев и Фатуи не пострадал. Сяо стер кровь с копья об рукав. Он не убивал людей уже много столетий. Последний человек убитый им, точнее не им, а темной энергией запечатанной в нем, была маленькая девочка. Простая девушка по имени Ци Ци собирала травы и случайно забрела в царство Адептов. Подвернув ногу, она быстро спряталась в пещере, чтобы передохнуть. Пока она перевязывала ее, до неё доносились звуки, смертным не принадлежащие. Но она и предположить не могла, что после громогласного гула окажется в вечной ловушке на грани жизни и смерти. Адепты или демоны, добро или зло... Она понимала только, что была простой, невинной смертной, очутившейся между двух огней. Она получила Глаз Бога на краю гибели и тем самым положила конец войне адептов и демонов по воле небес. Адепты всем сердцем не желали допустить её смерти, и каждый из них вложил в тело Ци Ци частичку своей бессмертной силы, чтобы воскресить её. Она ожила, но необузданная сила адептов, что бурлила в ней, повергла её в безумие. Чтобы прекратить это возмущение, Творец Гор с сожалением заточил несчастную девушку в янтаре. По сей день Сяо винит себя в ее смерти. Ведь тогда она умерла из-за темной энергии, вышедшей из-под контроля Защитника Якши. Он оглянулся вокруг, взывая к семерым Архонтам, чтобы ни один невинный человек не пострадал. «Нет... Нет... Не может быть» — Глаза Сяо расширились от страха при виде еще одного тела, человек лежал в двадцати метрах от него. Нельзя было разглядеть, кто это, темная энергия особо сильно концентрировалась вокруг несчастного. Адепт не готов был признавать, что повинен в гибели еще одного невинного человека. Он старается дышать ровно, чтобы унять ужас, поселившийся глубоко в сердце. На сей раз он не сможет себя простить. Сяо рванул прямо к телу, в надежде, что еще есть время… В миг все перестает существовать. Звон в ушах уходит на второй план. Адепт падает на колени, хватая путешественника за запястье, чтобы нащупать пульс. — Прости, прости, прости, прости, — его словно заело. Слабый пульс все же присутствовал. С его души свалился не камень, а все горы Ли Юэ вместе взятые. Сяо осознал, что вероятнее всего он отключился. На теле было множество мелких порезов, через которые просачивалась темная энергия. В уголках его глаз скопились слезы. Сяо предпочел бы не знать, что испытывал путешественник, прежде чем потерять сознание, но к его сожалению, он, как никто другой, знаком с болью, причиняемой кармой. Защитник Якша терпит эту самую боль всю свою жизнь. В его волосах все еще был цветок Цинсиня, собранный ими сегодня. — Зачем же ты увязался за мной, Итер, — произнес он почти шепотом, прикоснувшись к щеке путешественника, вытирая слезы, которые еще не успели скатиться на землю. Сяо начал перебирать все возможные варианты спасения друга. Медлить значило бы дать блондину погибнуть прямо у него на руках. Один он не справится, единственное решение, которое пришло ему в голову. — «Рекс Ляпис... Уж он-то сможет нам помочь. Я ни за что не дам тебе погибнуть, только потерпи еще немного» — Адепт подхватил мальчика на руки, стараясь не задеть ни единой царапины. С очередным потоком ветра они перенеслись прямо в гавань. В обычных условиях такой трюк требовал слишком много энергии, Сяо использовал его лишь в крайних случаях... Таких как сейчас.

***

В комнате приятно пахло свежезаваренным чаем, на тумбочке около кровати горел ночник, проливая теплый свет на книгу в руках Моракса, очередной сборник легенд Ли Юэ, Чайлд никогда не понимал зачем Чжун Ли читать истории, которые тот когда-то пережил сам. — Сяньшэн, пора спать, — прошептал одиннадцатый предвестник, уткнувшись носом в плечо Архонта. — Уже скоро конец, потерпи еще немного, — он легонько потрепал рыжие волосы, а после наклонился, чтобы оставить невесомый поцелуй на щеке. Предвестник улыбнулся: — Хорошо, но у меня завтра утром дела в банке, так что поторопись. За окном изредка слышались раскаты грома, стук дождя о карниз крыши и что-то еще… — Ты тоже это слышишь или у меня начались слуховые галлюцинации от недосыпа, — промычал Тарталья. — Да, слышу, я пойду проверю. — Кто-то яростно стучал в дверь так, что еще немного и она бы слетела с петель. Кто-бы не заявился к ним в дом, будь то день или ночь, бывшему Властелину Камня и сильнейшему из всех предвестников Фатуи определено не было чего боятся. Чайлд попытался уснуть, он мог спокойно доверить Архонту не только свою душу, но и свою защиту, не боясь показаться перед ним недостаточно сильным. Поняв, что его парня нет уже больше двух минут, он все же решил встать с кровати и проверить, кто все-таки посмел помешать их совместному времяпрепровождению. Пройдя в гостиную, Чайлд увидел пару янтарных глаз наполненных ужасом. Чжун Ли пытался расспросить адепта о произошедшем, но тот явно находясь в состоянии шока не мог ничего ответить. На его руках лежал путешественник весь в крови, а его тело окутывала неизвестная темная аура. — Расскажи, что случилось, — сказал Гео Архонт, пытаясь сохранять спокойствие. Где-то еще минуту ответа не последовало, Сяо, держа на руках Итера, даже не заметил, как дверь открылась, поэтому Чжун Ли, увидев, что адепт сам еле держится на ногах, перехватил путешественника и направился к дивану. — Что случилось? — повторил он. Наконец Якша справился с эмоциями и, вспомнив, что времени у них совсем нет и нужно действовать быстро, вкратце рассказал произошедшее. — Ты должен знать, как нам помочь! Ты единственный, кто может нам помочь... — Он смотрел на него со взглядом полным надежды, пока Архонт, скрестив руки перед собой и нахмурив брови, стал усердно обдумывать способ решения этой проблемы. — Ты же помнишь, как Анемо Архонт спас тебя тогда? В голове Сяо сразу же всплыли воспоминания о той ночи, когда, лишившись всех сил, он чувствовал, как гнев Архонтов сковывает его тело. Карма захлестнула его, и в припадке он упал на траву. Но, как только до него понеслись звуки флейты, которые принес ветер, вся боль неожиданно отступила. — Венти? Я никогда не забуду этого. — Тебе следует идти к нему. Боюсь, здесь я не смогу тебе помочь. — Н-но мы же не успеем... — Адепт жалобно посмотрел на него и добавил: — Неужели нет другого способа? — Мне жаль, что тебе тоже придётся испытать боль от потери близкого человека. — Его слова казались холоднокровными, однако в душе он очень пережевал за парней. Он понимал, что сейчас, когда кто-то действительно нуждается в его помощи, он не может оказать ее, поэтому лишь виновато опустил голову, а потом перевел взгляд на Чайлда, который стоял в дверях, наблюдая за адептом. Вскоре они оставили их, отлучившись в другую комнату, чтобы дать возможность Сяо проститься с другом. Якша склонился над путешественником, который до сих пор так и не очнулся. Его пульс становился все слабее и слабее, и адепт, держа его за руку, не выдержав, дал волю чувствам. По щеке начали стекать жгучие слезы, которые уже было невозможно остановить. Его трясло и , дабы хоть немного успокоиться, он обнял Итера, невольно думая, когда все пошло наперекосяк. «Я должен был быть более открытым и рассказать тебе о своем прошлом... Что мне теперь делать без тебя? Неужели все так и закончится? Прости...Я все же не смог защитить тебя.»

***

— Мы пришли, — осведомил его бывший Анемо Архонт. Венти привел его в центральный зал полуразрушенной башни, вокруг все поросло мхом, окна были выбиты, Сюда явно давно никто не заглядывал. Прямо в центре комнаты за ветряным барьером находился тот самый Небесный меч, в темноте ночи лишь он и луна хоть как-то освещали помещение. Бард подошел к барьеру, снимая его одним взмахом руки, протягивая его Архонту. — Отлично! Думаю стоит проверить его в действии. — Хельмер принял меч, тут же направляя его острие прямо на Венти. В его руках меч из небесно-голубого превратился в черный, карма начала постепенно его заполнять, убивая все то волшебное, что накапливалось в нем на протяжении многих веков. Хельмер рассмеялся: — Ух, долго же пришлось терпеть, остались лишь те шестеро и Алатус, моя месть наконец-то свершится! Последние слова? Венти лишь прикрыл глаза: «Я сделал все возможное, вы справитесь.» — Ха-ха, хорошо, как скажешь, — Не раздумывая больше ни секунды он мгновенно оказался в нескольких сантиметрах от лица барда, пронзая его насквозь, тут же вынимая меч. Взгляд Венти ничего не выражал, он не был способен управлять своим телом, даже в последние секунды жизни. Силы иссякли и Барбатос рухнул на каменный пол, его сердце прекратило биться почти сразу, а глаза больше не открывались. Пол постепенно окрашивался в красный. — Никогда прежде я не испытывал такого наслаждения, — Хельмер пару раз пнул его ногой в бок, убеждаясь в том, что тот и вправду мертв. Поняв, что все прошло, как надо, он широко улыбнулся. Душа Барбатоса мгновенно запечаталась в мече, пополнив его мощь. — Хм, насколько он теперь силен? — Архонт о чем-то задумался. — Стоит попробовать. Алатус сейчас где-то в Ли Юэ, я попробую избавить его от кармы, пускай и ненадолго... — Он взял меч в обе руки, концентрируясь на образе демона. Меч окутала темная энергия. — Работает. А мне сегодня везет, не благодари, милый, — он обращался к человеку, которого здесь и вовсе не было. Хельмер вышел из башни, погода была под стать атмосфере. Огромные темные тучи застилали небо, уже довольно долго шел сильный ливень, весь мир словно оплакивал бывшего Анемо Архонта. Лишь он смеялся громко, затмевая своим злым смехом очередной раскат грома, а глаза его светились ярко, словно молнии, изредка сверкающие высоко в небе.