Не оставляй меня

— Нет! — Смотрю на маму, а в глазах слёзы. — Нет! — Успокойся, — она тянется ко мне рукой и прикасается к щеке, пальцами вытирая с них слёзы. — Лера, я заберу тебя. — Забери сейчас, — в ужасе смотрю на мрачное здание интерната. — Забери сейчас и не оставляй меня тут. — Тише, — она погладила меня по голове. — Я обещаю тебе, что заберу тебя. Поджимаю губы и снова плачу, уткнувшись лицом ей в живот. Может, в тот момент я ждала, что она обнимет меня в ответ, но, к сожалению, этого не произошло. Она продолжала стоять как скала, не предпринимая никаких попыток меня обнять. — Лера, — она отстранила меня от себя придерживая руками за плечи. — Я заберу тебя домой, как только появится возможность. — Я не хочу сюда, — простонала я, видя боковым зрением, как к нам подходит священник. — Тем более к ним. — И киваю на священника. — Не оставляй. — Лера, — уже строгим голосом. — Я же сказала, что заберу тебя. Ты мне что, не веришь? Чувствую где-то глубоко внутри, что она не вернется и от этого становится ещё больней. — Ну всё, Валерия, — меня за руку берет священник. — Пойдём. — Нет! — Пытаюсь вырвать руку. — Нет! Мама! — Я вернусь, — не вижу, чтоб глаза у неё были красные или мокрые от слёз. — Ты же понимаешь, что сейчас с деньгами у нас всё плохо. — Я готова голодать! Мама! Она просто развернулась и пошла к машине. Дёргаюсь ещё сильнее и умудряюсь всё же вырвать руку. Бегу к ней и с разбегу налетаю на маму, крепко обняв. Утыкаюсь заплаканным лицом в её костюм и всхлипываю: — Не оставляй меня, — вздрагиваю, почувствовав её тёплую руку на своей голове. Поднимаю заплаканные глаза и смотрю на бесстрастное лицо мамы. — Мама, я люблю тебя. Она тяжело вздохнула и схватив меня за шиворот отшвырнула меня от себя. Пошатнувшись, падаю на землю и уже даже не пытаюсь встать. Просто смотрю, как моя мама садится в машину и уезжает. — Лера, — слышу голос священника. Он берет меня и ставит на ноги, начиная отряхивать. — Пойдём. — Бога нет! — Закричала я, от чего он вздрогнул. Священник ничего не ответил, но уверенно сжал мою ладонь. — Вы просто посмешище, — понимаю, что поступаю некрасиво, но ничего поделать с собой не могу. — Кто же интересно сказал тебе, что его нет? — Он тяжело вздохнул и повёл меня к интернату. — Мама, — оборачиваюсь всё же в надежде, что она вернется. — Она сказала, что не существует рая и ада и что бог — это просто выдумка. — Каждый волен думать, как пожелает, — и мы зашли в это мрачное и в какой-то мере пугающее здание. — Это твой дом на ближайшие годы. — Нет, — уверенно заявляю поёжившись от холода. Почему-то в самом доме было куда холоднее, чем на улице. — Меня заберут раньше.       Священник только тяжело вздохнул и ничего не ответил. — Мама умная, — продолжила я. — Она быстро разберется со всеми проблемами и заберёт. Она любит меня. — Привет, — оборачиваюсь и вижу мальчика моего возраста, а может даже старше. — Меня Геной зовут, а тебя? Спустя 10 лет. — Она позвонит, — сижу на скамейке возле телефона. — Должна позвонить. Я уже ни в чём не была уверена. — Эй, Новикова! — Поднимаю голову и вижу своих одноклассников. — Опять ждешь звонка от матери? — Смех. — Да она тебе за все эти года ни разу не позвонила. Неужели ты правда думаешь, что позвонит сейчас? Мозгом понимаю, что не стоит ждать чуда, но в глубине души надеюсь, что позвонит. Десять лет прошло с того самого момента, как я оказалась в этом сраном интернате. Отдала на время называется. Тяжело вспоминать, как я первое время плакала в подушку в ожидании её. Как подолгу стояла у окна и ждала, пока появится знакомая машина. Как я даже пыталась сбежать отсюда к ней, но все разы меня ловили и возвращали. — Так у неё день рождения, — сказал кто-то и я закрыла глаза. Пусть все они свалят отсюда. — Да ты своей матери на хер не сдалась, — снова этот долбанный смех. За десять лет я конечно нашла тут друзей, но они по каким-то причинам покинули данное место, и вот я осталась одна. — Раз она платит большие деньги, чтоб не видеть тебя. — Что? — Открываю глаза и смотрю на Гошу. — Что ты сказал? — Вскакиваю на ноги. — Повтори. — А ты что, не знала? — Он усмехнулся, а потом резко стал серьёзным. — Правда, что ли не знаешь? Эта школа-интернат никогда не была бесплатной. За каждого из нас родители в год платят большие бабки. — Но у моей матери нет денег, — внутри всё разрывается - я вижу, что Гоша не врёт. — Значит она тебе врёт, — он обернулся к своей компании. — Подтвердите, что мы все здесь платно. Они закивали. — Кого угодно спроси. Тут никто не учится бесплатно. Да и какое бесплатное обучение если нас учат языкам и прочему? Если нас в школе даже высшую математику преподают. Такому в обычной школе не научат. — Откуда мне знать, как в обычных школах? Я тут с шести лет торчу. Да, меня как сюда отправили, так я тут же попала в первый класс и сейчас учусь в одиннадцатом. — Даже у учителей спроси, — он сделал шаг навстречу. — Неужели ты ни о чём не догадывалась столько лет? И я побежала. Побежала к человеку который, надеюсь, поведает мне всю правду. Ну или я его просто доконаю. Так что спустя пару секунд я влетела в кабинет нашего священника. Его я просто называла дядей Пашей, хотя все его звали отец Павел. Но для меня он не был никаким отцом, так что называть его так я просто не собиралась. Священник вздрогнул при виде меня, и рука у него уже потянулась, чтоб перекрестится, когда я подлетела к столу и хлопнула ладонями по нему: — Дядя Паша, это правда, что обучение в этом аду не бесплатное? — Лера, — возмутился он. — Это не ад, а школа. И почему такие вопросы? — Отвечайте, — стою и просто наезжаю на него. Конечно за все эти года он мне ничего плохого не делал. Я даже как-то пришла к нему на «исповедь». Хотя исповедью это было сложно назвать. Просто спросила, что делать, если хочешь простить обидчика, а никак не выходит. Он тогда дал мне совет забыть и отпустить. Ну я это поняла по-своему и ту сволочь макнула головой в унитаз. Скажем так, помогло. — Ну ты уже конечно выпускница, да и взрослая, — он посмотрел куда-то в сторону. — Да, обучение у нас платное. Хоть и не ходишь на мои занятия.       Опять начал. — Да ладно вам, — отхожу от стола. — Да нет, не ладно, — он встал грозно, посмотрев на меня. — Новикова, сколько можно прогуливать? — Ой, да у меня дела, как я могла забыть? — Новикова! — Гремел священник, когда я выскочила из класса. Его предмет я старалась прогуливать все эти годы. Мне не была интересна религия, как и учеба в целом. Все года я писала письма матери и ждала её ответа, но так ничего и не получила. Даже пару раз задумывалась, а жива ли она вообще? Но по словам учителей она была жива, но как у неё были дела никто мне не говорил. Если остальных ребят забирали на каникулы и на праздники домой, то меня никогда. Кому-то родители присылали посылки, а мне никогда. Я конечно не расстраивалась, понимая, что у нас проблемы с деньгами, но хотя бы письма где она написала бы, что у неё всё хорошо, вполне бы мне хватило. Но, к сожалению, наша связь оборвалась в тот сраный день, когда она доставила меня сюда. Я не знаю, где она живёт. Я даже улицу не помню, не то что дом. Вот только став постарше, я стала осознавать некоторые вещи. Если у нас были проблемы с деньгами, то почему мама ездила на дорогой машине? Наша машина даже в те времена считалась не дешевой. Она могла продать её, и тогда у нас были бы деньги. Мы жили в квартире, которую можно было бы продать и купить поменьше, и при этом денег было бы всё равно много. Да даже на еде или одежде можно было экономить. И если такие проблемы с деньгами, а интернат этот платный. Как же всё это не сходится. И я пошла к секретарю. Пожилая женщина сидящая напротив кабинета директора. Она уже плохо видела, да и слышала не очень, но её почему-то всё равно держали. — Татьяна Алексеевна, — обратилась я к старушке. — Можете ответить на вопрос? — Чего тебе, Надя, — у неё всегда были проблемы с запоминанием имён, даже с учетом того, что знает она меня десять лет. — Обучение в этой школе платное? — Да, — она поправила очки с толстыми линзами, от которых её глаза казались просто огромными. — Света, платное. Иногда мне казалось что она врала что глухая. Слышала некоторые вещи она достаточно четко. — А сколько стоит? — Сколько стоит, Катя? — Снова поправляет очки. — Тебе за месяц или за год сказать, Вера? — За год. — Сто двадцать тысяч. И тут мне аж поплохело. Если у нас такие трудности с деньгами, то почему мама не выбрала бесплатную школу-интернат. Я уверена, что такие есть. Если поделить на месяц, то по десятке. Даже летом. Хотя в этой школе на лето оставалась только я одна. — Спасибо. — Да не за что, Оля. Неужели меня все эти годы обманывали? Она не вернулась за мной, так ещё и платила за моё обучение. Но блин, мы десять лет не виделись. Фактически, мы стали друг другу чужими. Но всё равно я хочу найти её и выяснить причину. Десять лет. Это же сколько она отдала денег за меня? Да там больше миллиона. Ну да, денег у неё нет. Она бы обязательно что-нибудь придумала. Обязательно забрала бы меня, да даже на те же самые письма отвечала бы. А может она в тюрьме, или всё же да мертва? Ну тогда бы меня не стали тут держать. Надо найти хоть какой-то документ. Тот же самый перевод денег. Мне надо установить её адрес. Не думаю, что директор захочет мне об этом рассказать, но надо что-то делать. Два часа ночи, я крадусь к кабинету директора. Взламываю вначале дверь к секретарю шпилькой и скрепкой, а потом уже дверь в сам кабинет директора. Замки я научилась взламывать ещё в десять лет. Так что спокойно взламывала дверь в комнату завхоза и крала с парнями у того папиросы. Да, в девять лет я научилась курить. Кто бы мог подумать, что курить тоже надо уметь. За столько лет я так мастерски овладела искусством взлома замков, что мне хватило пары секунд. Включаю свет в кабинете и иду к шкафу. Вначале я осмотрела шкаф, а потом стол. В столе обнаружила личные дела. Просматриваю по буквам и нахожу своё личное дело. Даже фотографию прикрепили. Вот только тут десять моих фотографий. Они фотографировали меня каждый год. Сразу можно проследить, как я росла и менялась. На одной фотографии где мне двенадцать лет у меня есть даже фингал. Не помню, как он появился, но сфотографировали так. Читаю своё дело в надежде найти данные о матери. Так, тут записаны почти все замечания, все побеги и драки. Даже написано, что я прогуливаю уроки религии. Написано даже, что я макнула одного человека головой в унитаз. — Да тут вся моя жизнь, — вся моя жизнь на пятнадцати листах. И вот в конце я нахожу то, что искала. Мой адрес — вот только он почему-то зачеркнут, а рядом стоит знак вопроса. Так, есть данные моей матери. Романова Евгения Николаевна. А я уже и забыла, как её зовут. Данных об отце нет. Просто прочерк в его графе. А у меня совсем другая фамилия, ну да ладно. Вижу её номер, но он тоже зачеркнут и в скобках: (НЕ ДЕЙСТВИТЕЛЕН). Из моего личного дела выпадает конверт. Наклоняюсь и беру его. Сердце колотится, и я надеюсь, что это письмо мне, но… к сожалению, это просто письмо. Почерк конечно красивый. Женский. Наверное, написан моей матерью, вот только адреса обратного нет, а вот адресовано вот в эту самую школу, а не мне. Конверт порван и я вытаскиваю его содержимое. Это чеки. Всего их десять штук и судя по датам то на каждый год моего обучения. Почерк одинаковый и сумма тоже. Вижу красивую подпись и то, что чеки эти присылала моя мать. Мне ужасно обидно. По чекам ясно что она жива. Последний чек судя по дате был оформлен неделю назад. Она всё это время отсылала деньги на моё обучение, но при этом со мной никак не контактировала. — Ну да, — падаю в кресло директора. — Заберет она, как же. Тяжело вздыхаю, очень хочется курить. Да и обидно жестко. Ну как так-то? Платить она за меня не забывала, а позвонить и поздравить с Днём Рождения забыла. Все разы забывала. Надо поехать к ней и разобраться. Но я так и не знаю её адреса. Но всё равно она же где-то живёт. Надо как-то найти её. — Так, — вздрогнув смотрю на дверь и вижу директора. — Новикова, что ты тут забыла? — Он скрестил руки на груди и недовольно смотрел на меня. — Отвечай. — Я… — Ты что, ещё и шарилась тут?! — рассвирепел он, подлетая к столу. — Новикова, как ты сюда проникла?! — Вскрыла замок, — можно подумать, что он не знает об этом моём умении. — Новикова! — Лучше скажите, где живёт моя мама. Он неожиданно успокоился и подозрительно уставился на меня. Глянул на чеки и снова на меня. — А мне откуда знать? — Схватил чеки и стал убирать их обратно в конверт. — Это я занесу в твоё личное дело. — Я хочу увидеться со своей мамой. — Ну, а она не особо хочет, — обходит стол и захлопывает моё личное дело. — А где она хоть живёт? — Ну точно не по старому адресу. — Вы хоть с ней как-то связывались или она с вами? — О каждом твоём поступке ей сообщали. А теперь иди спать. — А мои письма? Их ей отправляли? — Да, — он убрал в ящик моё личное дело. — Я лично всё отправлял. А теперь иди к себе спать. — А ответы были? — Нет, — он схватил меня за руку. — Пошли, провожу тебя. Он провёл меня до комнаты, в которой я спала ещё с пятью девчонками. — Приду через пять минут и проверю спишь ты или нет, — он ушёл, а я зашла в комнату. Да сон всё равно не шел. Я уже подумывать стала что надо валить отсюда. Ночь прошла без сна, меня просто пожирала обида. Значит платить она не забывала, а поздравить забыла. Платить могла, а забрать меня на каникулы нет. Да понятно что я ей похоже не нужна. Меня похоже и не любили. Я всё ещё четко помню, как при нашем прощанье она отшвырнула меня от себя. Конечно я пыталась за все эти года придумать ей оправдания. Мечтала сбежать и найти её, но теперь я хочу найти её чтобы просто узнать за что она так со мной. Это теперь дело принципа. Я в любом случае найду её. Каждое утро у нас зарядка на улице. Почти в любую погоду. Конечно когда прям совсем холодно то в самой школе. И вот мы вышли на улицу. — Три круга вокруг школы! — Скомандовал физрук и мы побежали. Я бежала последняя и оказавшись за школой оторвалась от всех и побежала к забору. В физической форме я была нормально так что без труда перелезла через забор. Пока никто меня не потерял я побежала. Бежала долго и не оглядывалась. Сбегала и раньше так что прекрасно знаю где тут остановка. До неё я добежала за десять минут. Останавливаюсь пытаясь отдышаться. Денег на проезд нет, но попутку поймать можно. И желательно решить этот вопрос быстрее иначе меня хватятся и быстро найдут. Так меня нашел директор. Он приехал на машине и и позвал сесть к нему. Наказать он особо не наказал что сказал, что матери об этом сообщит. Так и тут может сообщат. Главное, чтоб не поймали. Второй раз меня возвращала завуч. Она дошла пешком до остановки и взяв меня за руку повела обратно. Стою на этой остановке и жду пока хоть какая-то машина проедет или же мне подбить водителя чтоб бесплатно провёз. Вижу как мне на встречу едет Жигули. Тут же начинаю махать машине рукой. Жигули остановились, и я смело пошла к ней. распахиваю дверцу и смотрю на водителя замерев от неожиданности. — Чёрт! — Ну при мне можно было не упоминать сторонника Дьявола, — сказал дядя Паша, внимательно глядя на меня. — Ты что же, снова решила сбежать. — Вас это не касается. — Я твой учитель, пусть даже на мои уроки ты не ходишь, но всё равно. Лера, что произошло? — Что, что? К маме хочу. — Злишься что она не позвонила и не поздравила тебя? — Я просто хочу увидеть её, — оглядываюсь в надежде что сюда не бежит разъярённый физрук. — Конечно я возможно поступлю неправильно, но я считаю, что ты права. — Что? — Вот такого я не ожидала. — Ты обязана знать всё то что хочешь знать. Может потом я буду жалеть об этом, но всё равно считаю, что твоя мать поступает неправильно. Поэтому садись, я подкину тебя до города, а там думаю, что ты сама разберешься. — Да, но у меня нет денег. — Я дам тебе их. Я села к нему в машину. Конечно он прекрасно мог меня обмануть ни я рисковала, но дядя Паша правда отвёз меня в город и даже дал денег. — Ты можешь обратиться в справочную, — посоветовал он. — А дальше уже реши хочешь ты с ней встретиться или нет. Если всё же встретишься что подумай, что скажешь. Он уехал, а я просто побродила по городу в спортивном костюме и останавливала пару человек спросить где тут справочная. Оказалась в квартале. Добравшись туда я зашла в небольшое здание — Здравствуйте, — подхожу к лысому толстяку. — Я тут ищу одного человека. Можете подсказать где мне её найти. — Прям адрес я не имею права давать, — у толстяка был скрипучий голос. — Это моя мама. И я хочу её найти. Зовут Романова Евгения Николаевна. Толстяк всё равно вбил данные в компьютер и посмотрел в монитор. — Таких в нашем городе целых три. — А там возраст не сказан? Ей должно быть чуть больше тридцати. Толстяк снова смотрит в монитор. — Две. — Не подскажите тогда в каком районе? — На разных концах города, — усмехнулся он. Даже не знаю что делать. Пока я буду ехать на один конец города то меня запросто могут задержать. А на другой так почти полдня пройдёт. Вот совсем не знаю, как быть. — А не подскажите где тогда находится Крылова двадцать один? — В памяти просто всплыл неожиданный адрес моего друга. С ним я когда-то училась пока его не забрали в нормальную школу. — Да за этим домом. — А можете всё же улицу назвать и ту, и ту. Толстяк долго и пристально смотрел на меня после чего наконец-то выдал: — Улица Учителей и проспект Космонавтов. Держа в голове две этих улицы, я побежала к другу надеясь, что он всё же да дома. И как выяснилось я успела вовремя. Гену я заметила когда он катил свой велик по дороге. Заметив меня, он замер, а после бросив велик кинулся меня обнимать. — Ты что, сбежала? — Ты сильно спешишь? — Ну у меня французский так что не особо. Так что случилось? — Мне надо на улицу Учителей и проспект Космонавтов. — Ого, так разные концы города. — Ну да. И мне надо в оба конца. — А конкретно куда? — Вот тут сложности. — Тогда что или кого ищешь? — Маму. — Я тебе помогу, — он поднял велик и кивнул мне на багажник. — Садись. Конечно это было тупо, но я решила, что просто буду спрашивать людей на улице знают они такую женщину или нет. Ещё я понимала, что если сейчас мне везет, то потом не повезет и причем сильно. Так было как раз, когда меня отдали в этот интернат. Пока мы ехали я всё рассказала Гене. — Ты хоть помнишь, как она выглядит? — Смутно. — Десять лет прошло. Она могла поменяться. Да и возможно даже тебя не узнает. — А если узнает? Я просто скажу кто я вот и всё. Просто если у неё и правда есть деньги, то она может подумать, что ты мошенница. — И такое может быть. Всё равно в глубине души я надеюсь что всё пройдёт гладко. Что увидев меня она поймёт какую совершила ошибку и решит оставить меня у себя. Или разозлится и скажет, что ненавидела меня все эти годы. Стараюсь не думать о плохом.