Героями не рождаются.

— Такое отродье как ты вообще не должно было появиться на этот свет,- произнес мой отец и зеленый свет ударил меня в грудь.       Я проснулась тяжело дыша, меня тошнило, на лбу выступили капельки пота. Это уже начинало раздражать, мне только недавно удалось восстановить режим сна и вот на тебе! Получай кошмары!       Наручные часы показывали три часа ночи, мои соседки мирно спали, когда я прошлась мимо них в ванную, чтобы сполоснуть лицо.       Мне нужен воздух.       Кое-как в темноте я нашла свои джинсы и свитер, натянула кроссовки и вышла из комнаты, стараясь не перебудить весь Слизерин. Выйдя в холл, оказалось, что двери закрыты и если я открою их сейчас, то кто-нибудь из учителей обязательно это увидит, так что единственным путем к свободе была картина на седьмом этаже. По пути к «не двери» я заглянула в класс Истории Магии, но Отиса там не было, видимо сегодня он решил поспать и идти на ночную прогулку придется одной.       Едва я ступила на седьмой этаж, сзади кто-то зашипел. — А ну кыш,- шикнула я на Миссис Норрис,- давай топай отсюда...       Но кошка не шевельнулась, только продолжала шипеть и смотреть на меня своими красными глазами. Где-то вдалеке послышались шаркающие шаги школьного смотрителя.       Мерлинова Борода.       Ну почему именно сейчас?       Я ничего не успела предпринять, как меня схватили за руку и потащили в противоположную от Филча сторону. Оказалось, что на седьмом этаже тоже есть потайная комната, но она была больше похожа размером на каморку для метел. А нет, это и была каморка для метел.       Мы закрыли дверь как раз вовремя, потому что Филч дошел до своей кошатины и теперь ласково спрашивал ее о чем-то. Я почувствовала как щеки налились румянцем из-за такой непростительной для меня близости с парнем.       Единственным источником света в каморке были мои часы, подаренные Отисом. Понятия не имею как, но другу удалось сделать так, что циферблат светился нежно-голубым светом. Очень предусмотрительно с его стороны. Света хватало ровно настолько, чтобы видеть слабые очертания фигуры парня и пары метел в углу.       Уизли поднял руку и нежно провел теплой ладонью по моей щеке, убирая волосы от лица. Я затаила дыхание, боясь пошевелиться.       Что он вообще себе позволяет?       Парень наклонился к моему уху и прошептал, обжигая шею горячим дыханием. — Я дам тебе три секунды на то, чтобы ты меня ударила... — Чего..?- я в недоумении подняла голову, но света было не достаточно, чтобы разглядеть его лицо. — Один...       Я все еще не понимала, что это значит. — Два...       Но «три» не последовало. Уизли тут же взял мое лицо в ладони и поцеловал – нежно и легко, касаясь моих губ неуверенно и бережно, будто боялся чего-то. Я почувствовала, как земля уходит из под ног и чтобы совсем не свалиться в обморок схватила парня за свитер, он тут же ухмыльнулся прямо мне в губы и прижал к стене каморки, целуя все с большей страстью, совсем кружа мне голову. Его руки опустились мне на спину, сильнее прижимая меня к нему (хотя казалось бы, сильнее уж некуда).       Во-первых, я уже хотела возмутиться его необычайной наглостью, с которой он нарушил мое личное пространство. Это непозволительно.       Во-вторых, я сама даже и не заметила, что стала отвечать ему на поцелуй.       Мерлин, Лестрейндж, ты совсем спятила...       Все закончилось так же неожиданно, как и началось. Мои руки все так же покоились на его груди и я чувствовала, как быстро билось его сердце, казалось, оно вот-вот выскочит из груди. — Я прошу прощения,- хрипло произнес он, пытаясь прийти в себя,- мне нужно было сначала спросить разрешения... — Да,- мой голос предательски дрожал,- нужно было... — И что бы ты ответила, если бы я спросил? — Отказала бы конечно... — Тогда хорошо, что я не спрашивал...       С горем пополам нам все же удалось взять себя в руки и мы наконец вылезли из каморки для швабр, оглядываясь по сторонам мы дошли до лестницы и Джордж поспешил в сторону своей гостиной, я же свернула к старому кабинету Истории Магии. Возвращаться в спальню совсем не хотелось, да и нужно было осмыслить все, что только что произошло.       Я очень сильно облажалась.       Мне определенно не следовало этого делать.       О чем я вообще думала?       Я закрыла глаза и коснулась лбом холодного окна, пытаясь собраться с мыслями, но то и дело возвращалась к тому, что произошло на седьмом этаже. Только сейчас я смогла осознать, что это был мой первый поцелуй, не думала что он произойдет вот так... Да что уж там, я вообще никогда не задумывалась ни о поцелуях, ни об отношениях в целом. Мне всегда казалось, что я далека от этого и что у меня не будет времени на такие глупости из-за учебы и самосовершенствования. И где мы теперь? Прячемся по каморкам с парнем, с которым я даже не могу быть.       По щекам потекли слезы, капая на подоконник.       В какой момент моя жизнь стала такой сложной? Хотя, даже не сложной, а просто невыносимой и желание сбежать возросло до небес.       Пару раз глубоко вздохнув, я вытерла слезы и отошла от окна в поисках пергамента и пера. Бумага нашлась в поломанном комоде, а вместо пера и чернил там был простой карандаш, Отис давно перестал использовать для своих планов и чертежей чернила, так как говорил, что ему надоело убирать с них кляксы.       На востоке появилась тонкая розовая линия – уже светает, а я спала от силы часа два, но нужно поторопиться. Я развернула пергамент и стала записывать туда все, что могло мне пригодиться для начала новой жизни: деньги, с какими заклинаниями стоит разобраться, обдумать жилье и все в таком роде. Пора браться за это дело с большей ответственностью, дальше откладывать просто нельзя.       Трансформировав лист пергамента в серебристый значок звездочку, я прицепила его на мантию и поспешила к себе в спальню – школа начала просыпаться.       За завтраком я, под удивленные взгляды Эдриана, выпила две чашки черного кофе подряд, надеюсь продержаться хотя бы до третьего занятия, а там все равно будет Бинс и не уснуть на его лекциях все равно невозможно.       Я подошла к классу Трансфигурации одной из первых, возле кабинета сидел лишь только Отис, жуя с задумчивым видом бутерброд и просматривая какую-то книгу. — Доброе утро,- произнес он, кидая на меня беглый взгляд и возвращаясь к книге,- как спалось? — Никак... Сначала мне снились кошмары, а потом...- я замялась,- кхм... не смогла уснуть... — Все снова повторяется?- он с беспокойством посмотрел на меня,- говори, если снова все будет так же плохо...       Я измученно улыбнулась.       В коридоре послышались голоса и смех, а затем появились близнецы. — Вы чего здесь?- я избегала смотреть на Джорджа, да и он смотрел куда-угодно, но не на меня. — Нам вместо Травологии поставили МакГоннагалл,- Фред пожал плечами,- кажется профессора Стебель укусило что-то из пятой теплицы...       Больше никто ничего не произнес, так что какое-то время мы стояли молча: я избегала смотреть на близнецов и пялилась в конец коридора, Отис читал свою книгу, близнецы тоже молчали (это меня удивило больше всего)... — Эм...- вдруг произнес Фоули,- только я ощущаю какое-то странное напряжение здесь?

***

      До самого начала зимних каникул Джордж Уизли действовал мне на нервы: мило улыбался в коридоре, присылал письма, подкидывал записки в сумку и карманы мантии. Честное слово, я держалась и старалась отвечать ему с холодом и безразличием в стиле семейства Лестрейндж, но это, казалось, его ничуть не смущало и он продолжал делать то, что делал.       В конце концов мне пришлось прижать его к стене и сделать то, что мне не хотелось делать, но я должна была. — Слышала, что ты идешь в Хогсмид с Алиссией...- произнесла я,- правильное решение... — И где ты это слышала?- он смотрел на меня сверху вниз со сложенными на груди руками. — Она обсуждала это с Анджединой на Истории Магии,- я пожала плечами,- я рада, что она тебе нравится...       Джордж нахмурился. — Она мне не нравится... я иду с ней только потому что Фред идет с Джонсон... — А зря... Алиссия милая... — Возможно, но мне нравится кое-кто другой... —И кто же? — Ты.       Я уставилась на парня. — Смешно...- я погрозила ему пальцем,- но я серьезно, тебе стоит присмотреться к Алиссии... — Я тоже серьезно...- Джордж, казалось, напрягся еще больше,- как мне еще сказать, чтобы ты поверила? Я влюблен в тебя, Кассиопея Аратминта Лестрейндж...       При упоминании моего второго имени я невольно дернулась - меня назвали в честь Аратминты Мелифлуа, которая являлась двоюродной тетей трем сестрам Блэк. Дав мне имя женщины, которая попыталась протащить через Минестерство Магии закон, разрешающий травлю магов, Беллатриса возлажила на мои плечи большие надежды. Никто не сомневался в том, что я пойду по стопам родителей и никто не спрашивал чего хочу я. Никто, кроме Отиса и Джорджа, не знал о существовании моего второго имени – оно наводило на меня ужас. — Ты же понимаешь, что это безумие? Я не могу дать тебе того же, что может любая девушка с твоего факультета... — Чего к примеру?- он выглядел очень серьезным, признаюсь честно: я никогда не видела его таким. — Я не могу гулять с тобой по школе, Мерлин, да я с тобой даже разговаривать не могу... — Мне вполне хватает вот этого...- Уизли обвел руками старый кабинет,- но если ты не чувствуешь того же, то это совсем другой разговор... — Не чувствую!- выпалила я, но парень лишь улыбнулся. — Я знаю, когда ты врешь... у тебя взгляд становится сразу такой холодный... Могу поспорить, что ты с легкостью можешь заморозить им Адское Пламя... — Ты просто не понимаешь как это рискованно! Я не хочу чтобы ты пострадал или кто-то из твоей семьи... — А я не хочу забывать тебя, Кэсси...- он устало вздохнул,- ты же замечательная! Умная, вечносерьезная, не боишься рисковать собой ради других, живешь по тем принципам, что выставила ты сама, а не твоя семья... А еще у тебя красивая улыбка...       Я просто не знала что сказать и закрыла лицо ладонями. — Знаешь, я с первого курса знал, что рано или поздно, но под венец ты пойдешь со мной...       Мне хотелось его стукнуть или запустить в него Обливейтом, но у меня было слишком мало практики с этим заклятием, так что я могла попросту нанести вред его мозгу и вместо воспоминаний обо мне – стереть что-то важное.       Был, конечно, вариант с зельем Альен, которое разрушало все связи с человеком – ты просто перестаешь что-либо чувствовать к нему будь то ненависть, дружеские отношения и появлялось обычное безразличие, но и тут было огромное «НО», потому что у этого зелья есть пунктик на любовь и для каждого оно действует по-разному: либо вы порвете ваши отношения, либо это не сможет сделать никто, даже если кто-то из вас выпьет любовное зелье от третьего человека, то оно попросту не сработает.       Мне стоило разобраться с чувствами до того, как я вернусь домой на летние каникулы, но я решила отложить все до последнего урока окклюменции, который будет третьего января. Просто на всякий случай, если защита не сработает и Снейп увидит парочку моих воспоминаний.

***

      Я бесцельно шаталась по коридорам школы, повторяя про себя вопросы прошлых лет по Истории Магии, которые удалось достать Уорингтонну у некоторых старшекурсников и бывших учеников школы. Некоторые вопросы иногда повторялись, так что было полезно выучить чуть больше, чем нужно. Сама того не заметив, мне удалось дойти до зала с наградами, хотя, казалось, что всего пару минут назад я была на вершине астрономической башни.       Экзамены были уже близко и мне нужно было поднапрячься, чтобы оправдать свои собственные ожидания и не ударить в грязь лицом. Для этого мне нужно было отказаться от всего, что могло отвлечь меня от учёбы. Под этим я имею в виду Джорджа.       Парень продолжал затаскивать меня в коморки и пустые классы, чтобы просто пообниматься или вернуться к тому,из-за чего все это вообще началось. Я возмущалась, но в ответ получала лишь смех.       Нельзя было сказать, что мне это не нравилось.       И объятия.       И поцелуи.       И то, как он держал в руках мои ладони в безуспешных попытках их согреть.       Все это мне нравилось.       Лестрейндж, ты совсем спятила.