Море, магия, белый кот и колобок

Близился четвёртый день пребывания Лейна на море. Правда, он не видел поблизости ни моря, ни пляжа. Мрак стоял такой, что никаких отличий от Арденского леса было не разобрать. Только вдалеке впереди продолжал мерцать огонёк. Лейн решил не зажигать собственный свет, чтобы не притягивать к себе ещё больше проблем. Глаза довольно быстро привыкли к темноте, и он спокойно пробирался мимо деревьев, жалея только о том, что остался без куртки. Впрочем, забирать её у Керита показалось совсем уж бесчестным. Огонёк то становился ярче, то снова притухал, но, кажется, совсем не приближался. «Может он был прав…» — уже начинал думать Лейн. — «Может, стоило дождаться утра…» Но Лейн очень боялся за Пупсика и никак не мог ждать. Забрезжили первые лучи рассвета, когда бесконечная чаща стала редеть. Лейн, имевший большой опыт наблюдения за деревьями, заметил, что сосны с раскидистыми кронами сменились более стройными кипарисами. Далеко слева шумело море, и это Лейна несколько беспокоило — он точно помнил, что вчера, всё время, пока они летели на антиграве, море было справа. «Кажется я заблудился», — с интересом отметил Лейн, однако по спине его пробежал холодок. Он устало огляделся по сторонам — как будто мог увидеть что-то новое. И, к своему удивлению, действительно увидел. В стороне, слева, ближе к морю, виднелись какие-то камни. Легко сложив два и два, Лейн пришёл к выводу, что это эльфийские руины. И что, если Пупсика заманила древняя эльфийская магия, то его наверняка нужно искать среди камней. Ободрившись, Лейн повернул туда и, только приблизившись к огромному котловану, замедлил ход. Из котлована отчётливо тянуло мертвечиной. Не в смысле запаха — а в смысле магической силы. Лейн чуть обычным зрением не видел, как колышутся внизу, в лабиринте залов, белёсые тени призраков. «Пупсик никогда бы туда не полез», — твёрдо решил Лейн. А в следующее мгновение снизу, из полумрака разрушенного коридора, раздалось пронзительное: — Мяу! Лейн вскинулся, бросился на звук… и замер, приникнув к краешку стены. За три тысячи четыреста лет это место ушло под землю на добрых два человеческих роста, а то и больше. Левитировать Лейн не умел, а спрыгнуть не было никакой возможности. — Пупсик! — окликнул он. Лейну показалось, что смутные тени колыхнулись и двинулись к нему. Лейн осторожно отполз чуть-чуть назад. «Если бы они могли выбраться — давно расползлись бы по всему побережью», — успокоил он себя. «Надо было подождать Керита…» — подумал Лейн, глядя, как тени кучкуются возле стены, как будто собираются влезть по ней и добраться до ведьмака. «А толку от этого Керита!» — тут же зло ответил он сам себе. «Если что и умеет, то пользы от этого никакой». В ответ пустой желудок отозвался протестующим урчанием, но Лейн велел ему замолчать. «Бутербродов у него всё равно больше нет!» Лейн глубоко вздохнул и огляделся по сторонам. Лезть в обитель мёртвых не было никакого желания. В Арденском Лесу он привык общаться с реликтами и духами, те и другие бывали капризны и эгоистичны — но всё-таки по-настоящему злобны — довольно редко. Насколько Лейн знал характер неупокоенных, они отличались исключительной мстительностью, причём, как правило, им было наплевать, кому мстить. «А если они Пупсику отомстят…» Последний аргумент сработал. Лейн встал на ноги и решительно двинулся вдоль стены, в расчёте отыскать спуск в руины. «А ведь это не те руины», — отметил Лейн, осматривая место, куда пришёл. Город, который он видел сверху, был заброшен, но красив. Его заливало солнце, и обломки белокаменных колонн возвышались над землёй. Здесь тоже были колонны, и ажурных арок хватало. Но солнце и близко не подбиралось к котловану. «Может, это потому, что утро…» — предположил Лейн. Впрочем, он быстро отверг эту мысль. «Не будут же туристов возить в обитель нежити». К шороху бестелесных одеяний и взволнованным перешёптываниям потревоженных духов Лейн постепенно начинал привыкать. Звать Пупсика снова он опасался, а вот вчерашний талисман достал. Однако руины так фонили густо-фиолетовой магией, что разглядеть ещё какой-нибудь след было абсолютно невозможно. «Густо-фиолетовой», — задумчиво повторил Лейн, пытаясь вспомнить цветовую палитру, которую учил на ауроведеньи на втором курсе. «Зелёные — духи природы. Голубые — обитатели вод. Это просто. А нежить… каким цветом светится нежить? Чёрным, что ли? Глупость какая… Чёрный свет…» Так и не вспомнив ни того, какой должна быть аура правильной нежити, ни того, каким магическим существам соответствует тёмно-фиолетовая энергия, Лейн добрёл до места, где стена сворачивала. Теперь море плескалось совсем рядом, и у Лейна появился соблазн свернуть и немножко отдохнуть, присев на песок. Ноги уже начинали ныть от долгого пути, в животе урчало всё сильней. «Обойду по кругу — потом отдохну», — твёрдо решил он и ускорил шаг. Лейн старался не думать о том, что руины, похоже, протянулись на много миль, а входа в них, может быть, и вовсе нет. К счастью или к несчастью, но ему повезло. Не прошло и получаса, как вдалеке показались каменные ворота. Лейн издалека разглядел стоявших возле них призрачных стражей. Ведьмак замедлил шаг. Сделал глубокий вдох. Ещё раз посмотрел на пятиметровую отвесную стену и скопившихся под ней неупокоенных духов. Потом на море, уже видневшееся в отдалении за деревьями. Вид голубоватых волн его взбодрил. «Найду Пупсика и пойду загорать! Прямо тут! Правильно сказал Керит: главное — искать быстрей!» Утвердившись в этой мысли, он шагнул к призрачным стражам. Как и от любой нежити, от двух облачённых в доспехи эльфийских скелетов исходила аура страха. Поначалу, почувствовав её, Лейн едва не повернул назад. А потом подумал: «Это же просто магия», — и продолжил путь. — Простите! — окликнул он скелетов. — Древние и могучие воины, не соизволите ли вы мне помочь! Звякнув доспехами, стражи синхронно повернулись на звук. — Я не знаю, что за проклятье удерживает вас в мире живых, но я не имею никакого отношения к тем, кто вас убил! — продолжил Лейн. — Я приехал сюда отдохнуть, вместе с котом. Вообще-то он чёрный, но я наложил на него иллюзию… — Чёрный кот, — глухо прошелестел из-под шлема голос одного из стражей. — Так и знал, что вы его видели! — в сердце Лейна загорелась надежда, что ему, наконец, повезёт, и к полудню он будет валяться на песочке. — Не могли бы вы мне его отдать? Если он напитался вашей силой, то можете забрать её назад! Нам чужого не надо! Вместо ответа стражник ринулся вперёд. В руках его сверкнул заржавленный клинок. Лейн негромко вскрикнул и машинально выставил щит. Протянув правую руку, призвал дремавшие под землёй семена трав, и вьющиеся стебли опутали ноги второго скелета. Первый замахнулся для новой атаки, но Лейн проскользнул вперёд под лезвием его меча. Напрашивалась мысль шарахнуть по противнику огненным снарядом — всё, что связано с огнём, срабатывало у Лейна довольно стабильно. Однако рядом были деревья, и Лейн абсолютно не хотел устроить лесной пожар. Так и не вспомнив ни одного боевого заклятья, он накинул на себя купол невидимости — наподобие того, который сотворил для ночёвки, только на сей раз передвижной. Дезориентированный страж завертел головой, а Лейн, тем временем, бросился к воротам и ступил под своды заброшенной крепости. «Главное — не останавливаться!» — повторял про себя Лейн слова основателя теории отражённых миров, жившего много веков назад, пока мчался со всех ног. За воротами оказался пологий спуск, метров через десять он заканчивался глухой стеной, а справа и слева находились ещё две лестницы. Лейн промчался по ним, резко затормозил, увидев ещё одного призрака. Вспомнил, что на нём всё ещё висит купол, и продолжил бежать вперёд. Повороты сменялись новыми коридорами, коридоры — просторными залами и маленькими комнатками. Сколько он бежал, прежде чем понял, что за ним никто не гонится, Лейн не знал. Ведьмак замедлил ход. Тяжело дыша, облокотился о колени и огляделся по сторонам. «Хотя бы согрелся», — промелькнуло в голове. К своему неудовольствию, Лейн обнаружил, что оказался довольно далеко от тех мест, которые видел сверху. Об этом можно было судить хотя бы потому, что над головой у него был потолок. Стены комнаты поблёскивали перламутром. Верхнюю их часть украшали мозаики, обильно инкрустированные жемчугом и кораллами. Сомнений быть не могло — в этом месте действительно обитал подводный народ. Мозаики слабо мерцали серебристым светом, так что в помещении не было совсем уж темно, но всё же было трудно разглядеть, что находится по углам. «Красиво», — подумал Лейн. Но никакая красота не помогала ему найти ответ на вопрос: куда делся Пупсик? И самое главное — как его теперь искать? Лейну очень не хотелось, чтобы его снова заметил кто-нибудь из местных обитателей, поэтому кричать и звать Пупсика по имени показалось ему плохой идеей. Он ещё не успел придумать новый план, когда из темноты выступила белёсая фигура призрака. — Приветствую тебя, Серсей. Ты вернулся, чтобы нас освободить? Лейн, не сдержавшись, вскрикнул. Подался назад. И тут же понял, что выдал себя с головой. — Ты меня видишь? — разочаровано спросил он. — И слышу, — подтвердил стоявший перед ним призрак. — Может, ты сделаешь вид, что меня тут нет? — без особой, впрочем, надежды, спросил Лейн. Призрак не удостоил его ответом. — Я провожу тебя к царю, — вместо этого произнёс он. — Вообще-то, я пришёл за… — Лейн хотел сказать про кота, но запнулся, вспомнив, что на этом побережье все, включая призраков, неадекватно реагируют на чёрных котов. Лейн поразмыслил ещё. Не было никакой уверенности, что, если он станет возражать, призрак не сотворит с ним какую-нибудь гадость. С другой стороны, оказавшись в незнакомом месте, всегда стоит сразу искать встречи с главным — так ему казалось. И Лейн кивнул. — Веди, — велел он. Призрак двинулся по коридору, убегавшему в темноту, а Лейн последовал за ним.