Море, магия, белый кот и колобок

Лейн остался сидеть в напряжённом ожидании. «Скажет или не скажет?» Без особых к тому оснований, он всё ещё надеялся, что Вейл его пожалеет. «А если скажет… То что сделает царь?» Впрочем, он не успел найти ответа на этот вопрос, когда тишину заброшенной спальни нарушил негромкий звук — как будто кто-то скрёбся когтями в дверь. От подобного звука, услышанного среди ночи в городе мертвецов, кто-то непосвящённый вполне мог бы упасть в обморок. Но Лейн слышал подобное не впервые — обычно, когда забывал пустить Пупсика в избушку на ночь. Оживившись, он бросился к выходу. На сей раз Лейн не тратил времени на разговоры со стражниками, очень торопливо притворился, что оглядывает коридор и, убедившись, что кот пересёк порог, захлопнул дверь. Потянулся к Пупсику, намереваясь обнять, но тот отпрыгнул в сторону и зашипел. Лейн нахмурился. На что Пупсик обиделся, он не понимал. Но для начала решил снять иллюзию. На ходу щёлкнув пальцами, он вернулся на кровать. Сел и выжидающе посмотрел на кота. — Ну? — поторопил он. — Выход далеко? — Ты не Серсей! — возмущённо сказал кот. Лейн напрягся. — Пупсик… Ты это всегда знал! Кот замолчал. — Ты не Пупсик, — спокойно произнёс Лейн, хотя вот теперь в его сердце всё-таки зародился страх. — Верни моего кота! — Я — Альмур. Лейн ждал. Кот тоже ждал. — Я не знаю кто ты там «мур» или не «мур», — зло процедил Лейн. — Но ты точно в теле моего кота! Отдай его назад! — Не получится, — после долгой паузы протянул Пупсик-Альмур. — Я слишком долго ждал. Лейн скрипнул зубами. — Вот после всех ваших пакостей я из принципа не буду никого освобождать! — Ты и не можешь. Может только Серсей. Лейн сделал глубокий вдох, изо всех сил стараясь заставить себя успокоиться. — Я приехал сюда отдыхать, — твёрдо сказал он. — Я не знаю никакого Серсея. Отдай моего кота. — Я знаю, — Альмур явно был весьма упрям. — Ты заманил сюда Пупсика? — понял Лейн. — Я. — И ты правда этот… брат? Дух древнего почившего чёрного кота? — Брат? — фырканье кота очень походило в это мгновение на смех. — Я - демон, который его защищал. — Духи Лесные… только демонов нам и не хватало, — пробормотал Лейн. Поразмыслил и решил: — Давай по порядку, а? Ты же явно очень хочешь что-то мне рассказать. Кот кивнул. На его месте Пупсик наверняка забрался бы на кровать, поближе к хозяину, но Альмур продолжал стоять, серьёзно глядя в глаза ведьмаку. — Я — Альмур, — повторил он. — Серсею было четырнадцать, когда он меня призвал. То, что Серсей владел магией, Лейна уже почти не удивило. Не даром же тот притянул к себе столько проблем. — Серсею было шестнадцать, когда на морском побережье он увидел раненого эльфа. Он лежал на берегу, и Серсею, конечно же, понадобилось притащить его в дом и выходить. — Его можно понять. — И, конечно же, эльф влюбился. — А Серсей? — И он. Но эльф должен был вернуться домой. Он оказался ни много ни мало изгнанным царевичем. И собирался возвратиться в свой город и вернуть себе власть. Он обещал, что придёт за Серсеем, когда станет царём. Кот замолк. Успокоенный тем, что его внимательно слушают, он огляделся по сторонам и прилёг. — Я так чувствую, — произнёс, тем временем, Лейн. — Родня Серсея ничего об этом царевиче не знала. — Конечно, не знала, — фыркнул кот. — Разве может порядочный молодой человек признаться, что дни и ночи проводит на конюшне с незнакомым мужчиной? Даже если тот — раненый эльф. — Царевич, — напомнил Лейн. — Могли бы выкуп получить. — Серсей его полюбил! — поучительно произнёс кот, наконец устроившись на столе. — Он его ждал и ждал… — с грустью продолжал кот. — Но царевич никак не возвращался. Шли годы, и, наконец, Серсей не выдержал. Вышел на берег и обратился с песней к морским волнам. — Опять пытался кого-то призвать. — Да, — вздохнул кот. — Его. Хедерика, чтобы ему его русалки хвост оторвали. — А он? — А он… А он не отзывался. Ни в первый, ни во второй раз. И только на третий раз вышел из пучины вод и сказал, что у него на дне морском другой супруг. — Вейл. — Он. — Так Серсея никто не похищал? — Он сбросился с утёса. Когда узнал, что любимый его позабыл. — Что-то у вашего Серсея маниакально-суицидальный синдром, — заметил Лейн.  — Серсей был честным! И любил! — упрямо повторил кот. — Ладно, ладно, продолжай. — Когда Хедерик понял, что Серсея приняли объятья моря, у него не было иного выхода, кроме как поднять его со дна и отвести к себе во дворец. — Мог бы и домой вернуть! — А вдруг бы Серсей сбросился ещё раз? — Тоже верно. Чувствую, он мог. И, надо думать, Вейл не обрадовался появлению другого возлюбленного короля. — Хедерик не хотел выбирать, — мрачно продолжил кот. — Он сделал своими мужьями обоих. — Мне начинает казаться, что главный самоубивец здесь он… — Так продолжалось шесть сотен лет. Пока терпение обоих не иссякло. Вейл придумал способ вернуть Серсея домой. Он рассказал моему господину, что его королевству грозит беда. Показал видения с берегов. — «Твоему господину…» Просто любопытно, а что всё это время делал ты? — Это не важно! — И всё же. Кот недовольно засопел. — Серсей бросил меня на берегу! — наконец прорычал он и для пущей достоверности встал на четыре лапы, прогнул спину. Получилось у него гораздо страшнее, чем у настоящего Пупсика. — Но ты, видимо, его нашёл? — Нашёл, — признал Альмур. — Как только смог. Проклятый Вейл наложил на меня заклятье! Я шесть сотен лет не мог говорить! Лейн искренне посочувствовал коту. — Я бы предупредил Серсея, что эта рыбина врёт! — продолжил кот. — Но мне оставалось только смотреть! Вейл дождался, пока между Серсеем и Хедериком случится раздор. Потом рассказал о том, что дикари с другой стороны гор собираются уничтожить его народ. И помог Серсею добраться до суши! Вейл лишь не сказал, что тот не сумеет возвратиться назад! — Почему? — Да потому что стоило Серсею подняться в горы, как всё побережье накрыл океан! — Люди считают, что всё несколько наоборот… что море отступило и эльфы проиграли войну… — Море отступило уже потом! А тогда Серсей оказался отрезан от города своего мужа. А я — заперт здесь, на дне! Я не знаю, что случилось с хозяином потом! Я пытался отправиться следом и предупредить его, что все слова Вейла — ложь, но… — Но… — Но, когда попытался покинуть город, купол прорвало. Вода хлынула на улицы и затопила здесь всё. — Ой-йо… Всё-таки во всём виноват кот… — Во всём виноват Вейл! Лейну не хотелось спорить. — На твоём месте я бы извинился перед царём, — всё-таки сказал ведьмак. — Если, конечно, ты хочешь, чтобы морской народ обрёл покой. Подумал и добавил: — С другой стороны, некоторым хорошо, как есть. — Море отступило в тот же год, — продолжил Альмур. — Серсей увидел опустевшие дома и не захотел жить без возлюбленного. Он так и не пришёл к царю. Что же касается твоих слов… Если бы я и считал, что виноват, то поделать ничего не могу. Хедерик винит в случившемся Серсея. Он думает, он предал его и город погубило его колдовство. И любит его. И ждёт, что он вернётся к нему. Пока его одержимость, клубок бушующих в сердце царя чувств, не ослабнет — мы все заперты здесь. — Фиолетовый, — внезапно вспомнил Лейн. — Никакая это не нежить. Это цвет проклятия. Наступила тишина. — Это всё очень грустно, — сказал, наконец, Лейн. — Но я — не Серсей. И ничем не могу помочь. Пожалуйста, отдай мне Пупсика. Мы просто хотим вернуться домой. — Серсей никогда не придёт, — с грустью сказал кот. — Он мёртв много сотен лет. — Как было бы хорошо, если бы ты объяснил это царю. — Да он с ума сойдёт! — возмущённо зашипел кот. — Разве можно эльфам такие вещи говорить? Лейн устало опустился на кровать. Он начинал подозревать, что дело зашло в тупик. — Пока я не сниму проклятье, отсюда мне не выйти. Да? — Наверное, — кот скрутился рогаликом и принялся лизать лапы. Лейн тоже подтянул ноги к груди и обнял колени. Он сидел и пытался вспомнить хоть что-то о проклятьях и о том, как их снимать. В голову приходила единственная мысль — неупокоенный дух должен получить то, что не даёт ему покоя. Но этот-то дух хотел невозможного… Хотел увидеть своего почившего супруга и убедиться, что тот не держит на него зла. — А почему, собственно, нет… — задумчиво произнёс Лейн. — Одним неупокоенным духом больше, одним меньше… — Я рад, что ты это понял, — кот оживился и, перестав лизать лапы, посмотрел на ведьмака. — Тогда просто впусти Серсея в себя. — Что? — у Лейна на мгновение пропал дар речи. — Впусти в себя моего господина! — терпеливо повторил кот. — Так же, как твой кот впустил мой дух! — Я сильно сомневаюсь, что Пупсик тебя впускал… — Лейн замолк, внезапно испугавшись, что и Серсею разрешение не потребуется. «Боже мой, Боже мой… Зачем я бросил этого проклятого Керита в лесу…» В эти мгновения ему очень хотелось, чтобы рядом был хоть кто-нибудь живой и не одержимый демонами или духами. — По крайней мере, он был не против, — мурлыкнул Альмур. — Значит, если я против, тело занять всё-таки нельзя! — Лейн немного успокоился. Впрочем, не сильно. — Да он тебя просто убьёт, как только поймёт, что ты не Серсей, — заметил кот. — Можешь и дальше возражать. Лейн не хотел, чтобы его убивали, но также сильно не хотел, чтобы в него вселился дух самоубийцы. — А вдруг он и моё тело сбросит со скалы?! — выпалил он. — Вряд ли. Тут нету скал. Новость Лейна не утешила. — Хочу поговорить с Пупсиком! — потребовал он. — Исключено. Вдруг я не смогу снова в него залезть? Лейн застонал и уронил голову на ладони. Потёр глаза. — Давай я его как-нибудь по-другому призову… — предложил он. — Попробуй, — ответил кот. — Только не думаю, чтобы это помогло. Возразить Лейн не успел, потому что дверь открылась, и на пороге показался Его Величество подводный царь. Лейн поднял лицо с ладоней. Судорожно попытался собраться с мыслями. — Ты обманул меня, — почти спокойно сказал Хедерик. Только на дне его неживых глаз полыхало холодное пламя ненависти. — За это тебе придётся умереть.