Сверхурочные

Ходить было сложно, но Итадори держался как мог. На улицах Шанхая людей было не протолкнуться. Толпа ― это еще мягко сказано. Все куда-то шли, спешили, гомон резал по ушам, а поток человеческих тел смазывал общую картинку своей хаотичностью. Годжо крепко держал его за руку, тянул за собой и, в принципе, чувствовал себя как рыба в воде. Он уверенно шел вперед и бесконечный поток расступался перед ним, будто он тут главный. Юдзи видел перед собой его спину и давил в себе желание прижаться и поцеловать свод шеи. Свидание. После того, что они делали пару часов назад в номере, это все казалось вообще нереальным. Их можно было назвать типичной парочкой, у которой еще не закончился конфетно-букетный период и они не могут отлипнуть друг от друга. До самого места они ехали на метро, потому что так было быстрее всего. Юдзи прижало к груди Годжо, головы он поднять не мог, но почувствовав руку на своей заднице, он понял, что Сатору наслаждается поездкой и тут ― в жуткой тесноте душного вагона. По крайней мере, Итадори очень надеялся, что это рука именно Сатору. Увидев, в конце концов, легкую улыбочку того, он перестал беспокоиться, и просто уткнулся ухом в грудь, различая спокойное биение сердца. ― Тут всегда настолько много людей? ― выдохнул Итадори, стоило им выйти из метро. ― Зависит, конечно, от сезона, но разница не столь велика, ― Годжо снова взял его за руку. ― Идем, тут немного осталось. ― Надеюсь, там, куда мы идем, людей не так много. ― Ну как сказать, ― чтобы было что-то слышно, Годжо пришлось притормозить и поравняться с Юдзи, ― там все-таки туристическое место. Итадори устало закатил глаза. ― Тебе действительно нравится этот город? ― О да, ― воодушевленно воскликнул мужчина, ― странно наверное, но я обожаю ритм толпы. Чувствуется, что вокруг что-то происходит и живет. ― Ты псих. ― Отчасти, ― Годжо загадочно усмехнулся, снова ускоряя шаг. Юдзи шел за ним, бросив попытки смотреть по сторонам. Все равно чем-то похоже на Токио. Увидев издалека длинную очередь, парень начал молится, чтобы это было не место их назначения. Он бы выдержал, что угодно, но не многочасовое ожидание. Однако Годжо и не думал отстаивать очередь, потянув Итадори прямиком к кассам и будке охранника. Он постучался в небольшое окошко, и через минуту к ним вышел мужчина лет шестидесяти. Обменявшись поклонами, Годжо бросил ему пару слов, и они спокойно прошли через его будку. Юдзи чувствовал себя немного неловко, спиной чувствуя недовольные взгляды обычных людей. Будь у него выбор, он бы отстоял очередь. Они оказались в огромном саду, который резко отличался от всего остального города своей умиротворенной тишиной. Будто кто-то взял и резко скрутил звук на минимум. Тут тоже было много людей, но общая атмосфера совсем не походила на шумный центр. Все вокруг было настолько типично-китайское, что Итадори невольно засмотрелся по сторонам. Эдакий оазис спокойствия и зелени среди серых высоток и шумных машин. Даже пахло совершенно по-другому. Юдзи нравится этот покой. Годжо идет рядом с ним, впервые за долгое время просто молча. Он все еще держит Юдзи за руку, и сконцентрирован вовсе не на красотах искусственно созданных водоемов с нависающими над ними покатыми краями беседок. Итадори понимает, что тот наверняка уже бывал здесь. Один или с кем-то? Итадори не думает, что с кем-то, но если хотя бы допустить такую возможность, то становится немного неприятно. Он кусает губу, когда им снова приходится остановиться, чтобы подождать пока туристы перед ними сделают свои фотографии, а затем Годжо снова берет управление на себя, утаскивая Юдзи по узкой тропе куда-то вглубь. Юдзи не хочется портить такой день, но он понимает, что стоит поговорить. Годжо привел его в отдаленно стоящую беседку, хранящую тень под своей темно-красной треугольной крышей. Здесь все еще проходили люди, но скорее случайно забредшие. ― А здесь вообще можно сидеть? ― Итадори с опаской опустился на деревянную скамью. ― Относительно, ― Годжо лениво улыбнулся, подбираясь к Юдзи ближе. Он по-свойски закинул руку ему на плечо, потягивая за подбородок к себе. Годжо требовательно накрыл чужие губы, нависая сверху. ― Я так понял, что тебе можно, ― Юдзи умело вывернулся, облизывая губы. ― Но здесь люди ходят. ― Пусть ходят, какая им разница, ― Годжо пожал плечами, поднимая взгляд к конусу крыши. ― Тем более спинка высокая, они и не заметят. Он снова потянулся к Юдзи, словно не хотел отлипать от него. Итадори не привык к такому. Сатору вел себя так, будто он один единственный на планете, во многом игнорируя общественные нормы. Его ладони невыносимо теплые, а глаза такие яркие, что хочется жмурится как от солнца. Юдзи благодарен, что мужчина носит темные очки. И тем более он не привык к такому Годжо, который так самозабвенно льнёт к нему, по-глупому, как ребенок, заигрывает и смотрит хитро исподлобья, чтобы потом за секунду перемениться и предложить ему минет прямо в этой беседке. У Юдзи все внутри колется от такого откровенного предложения. Это слишком для него, он совсем не понимает, что на уме у начальника, и такое отношение к себе вводит в ступор. Зачем это все? Годжо горячо выдыхает ему на ухо, и Итадори кажется, что это самое откровенное, что он слышал за всю свою жизнь. Ему не нужна была такая откровенность. ― Думаю, мне стоит кое-что сказать, ― Юдзи с опаской глянул на Годжо, который растянулся рядом с ним как довольный кот. ― И что же? ― Тебе не кажется, что это все зашло слишком далеко? Годжо подобрался на скамейке, едва заметно хмуря брови, и глянул на Итадори, отчего очки спустились ниже на переносицу. ― Далеко куда? ― беспечно хмыкнул он. ― Вроде бы все нормально. Итадори и не ожидал другого ответа. ― Хорошо, объясню по-другому. Что из этого выйдет? ― А тебе нужно, чтобы из этого что-то вышло? ― Мне не сильно хочется оказаться на обочине. Еще и без работы. ― Думаешь, я играю с тобой? Или ты хочешь обещаний в вечной любви? Юдзи умолк. Нужно ли ему это? Пока что он может сказать только одно― он не вывозит эти отношения. Ему страшно настолько сильно привязываться к кому-то вроде Годжо, страшно остаться у разбитого корыта и винить в этом всем одного себя. Юдзи понимает, что был прав, когда думал, что не стоит это начинать. ― Не думаю, что наши отношения приведут к чему-то хорошему в итоге, ― Итадори отодвигается от Сатору, руша всю атмосферу беседки. Словно струна, связывающая их, оборвалась. Годжо насмешливо прыснул, опираясь локтями в колени. ― Да, окей, без проблем, ― он резким движением отмахивается рукой, ― я все равно не смог бы тебе обещать чего-то большего. Юдзи не знал, что на это ответить. Годжо согласился очень легко и быстро, хотя Итадори думал, что тот хотя бы немного повозмущается. Ради своей же гордыни, чтобы не остаться оскорбленным. Но, видимо, Юдзи слишком переоценил свое значение в его жизни. ― Кажется, я понял, почему ты попросил отпуск после этой поездки, ― Годжо надвинул очки на глаза, и снова откинулся на спинку. ― Хорошо, пусть так. ― Нас все равно не связывает ничего, кроме секса, ― Юдзи мельком прикусил губу. ― Очень хорошего секса, должен заметить, ― Годжо поучительно покачал пальцем. ― Но думаю, ты прав. В голосе Сатору чувствовалась язва, полная какой-то странной раздраженности граничащей с обидой. Итадори мог это легко объяснить ― Годжо не контролировал ситуацию целиком и полностью. Его эгоистичное приказание ничего бы не изменило, потому что решает тут не он один. Годжо это раздражало, и он как маленький ребенок с разбитой коленкой злился на асфальт. ― Я рад, что мы пришли к соглашению. ―Вау, ― Годжо завел руки в замок за голову, поднимая взгляд к темному конусу беседки, ― по-деловому звучишь. ― Я все равно должен был это сказать, извини, что испортил день, ― Юдзи нахмурился, пиная носком кроссовка дощатый пол. ― Ты ничего не портил, ― Годжо махнул рукой, на выдохе поднимаясь со скамьи. ― До конца поездки у нас же есть время? ― он протянул Итадори руку, мягко улыбаясь. ― А, ну, есть. Юдзи отреагировал не сразу. Он неуверенно протянул руку, чувствуя как крепкие, сильные пальцы обхватывают и утягивают наверх. Годжо вел его за собой, уверенно держа спину и не оборачиваясь назад. Итадори смотрел на него, теряя из внимания все, что происходит вокруг. Годжо казался каким-то волшебным, он притягивал к себе как магнит. Но как бы там ни было, Юдзи чувствовал облегчение, что это закончится. Он сможет отучиться реагировать на мужчину, тем более для самого Годжо, он уверен, это не станет даже вопросом. ― Куда мы? ― В номер,― Годжо даже не обернулся. ― Хочу воспользоваться оставшимся временем на полную, ― Итадори не видел, но мог поклясться, что мужчина усмехнулся.