Страна свинцовых туч

Громкий писк будильника окончательно вырвал меня из объятий прерывистого беспокойного сна. Недовольно поморщившись, я уставилась на тускло мерцающие янтарные цифры. Любые другие часы уже давно разлетелись бы вдребезги, но не эти. Их я берегла как одно из последних напоминаний о доме. Скомкав и отбросив одеяло в сторону, я нехотя поднялась с пропитанной холодным потом простыни, погрузив босые пальцы в короткий ворс ковра. Я начинаю короткую разминку, как обычно, поминая добрым словом папу, привившего мне эту полезную привычку. Покончив с ней, шлёпаю в душ. Холодная вода быстро смывает с меня остатки сонливости, пусть и заставляет губы посинеть, а зубы стучать. Что поделать, логово моей банды — не дом моего детства и не пятизвёздочный отель. Скорее, потянет звезды на две, одна из которых исключительно за факт наличия вай-фай. Пароль — "НиксСамаяОбаятельнаяИПривлекательнаяЖенщинаВМире". Никс. Эт я. Насухо вытеревшись старым полотенцем, встаю перед занявшим всю стену зеркалом, чтобы придирчиво рассмотреть себя. Невысокая жилистая девка без каких-либо выдающихся достоинств, которая выцарапает глаза любому, кто посмеет сказать нечто подобное про неё вслух. Выступающие скулы и подбородок, запавшие серые глаза, и выцветшие брови? Это всё моё, родное. Пара всратых татуировок и заросшие шрамы от пулевых и не очень ранений уже не из базовой комплектации, но и это тоже Никс. Мыча себе под нос какую-то попсовую песню, которую услышала вечером по радио, я расчёсываю волосы. Длинные и светлые, но корни уже потемнели, значит скоро пора будет снова краситься. Закончив с этим, ещё раз умываюсь ледяной водой и иду одеваться. Следом использую свою силу, чтобы разбудить остальную банду. — ВЫ ВСЕ ХУЕСОСЫ!!! — прокатывается по полутёмным коридорам мой усиленный голос, заставив забытые на кофейном столике чашки подпрыгнуть, а стёкла — задрожать. Старички, привычные к моим приколам, появились в гостиной медленно и с достоинством, а вот кто-то из тех, кто тусил с нами недавно, издал паникующий вопль. Довольно оскалившись, иду на кухню, чтобы перекусить оставшейся со вчера половиной пачки "Сахарных бомб", залитых выдохшимся, но всё ещё вкусным пивом. Живём! Да, хоть я и босс, но встаю раньше всех. Но оно и понятно — мне ещё марафет наводить и облачаться в костюм. У остальной же банды всё, необходимое для рейда, было заготовлено со вчера. Ещё бы не было, когда я так приказала. Все пятеро ждут моей отмашки, и когда она следует, мы дружно набиваемся в машину. На этот раз моя старушка выкрашена в жуткий розовый цвет. Но тем радостней будет его смыть. Банда из шести человек держит уже три хороших района и навострила лыжи в четвёртый? Звучит как бред, вот только глава банды — чертовски злобный и сильный кейп, с которым многие в этом городе предпочитают даже не связываться. Какая-то Никс, слыхали о такой? Я вот слышала, мол, она красивая, но совершенно бешеная сучка. Спустя пару часов поездки под зажигательные ритмы по радио, я паркую машину возле заброшенного завода, где по инфе одной из шестёрок, с которой я провела задушевную беседу, расположилась лаборатория и склад "Эль..." эль чего-то там. Эль Хуесосо. Оправив широкую мантию с капюшоном, я довольно усмехаюсь. Втягиваю щепотку Технарской дури со ствола верного ав... прости, папа! Пистолета-пулемёта и врываюсь внутрь через парадный вход. Я использую свою суперсилу, чтобы в щепки разнести тонкую фанерную стену, скрывающую вход в лабу. Кажется, перед ней кто-то стоял. Мудила в защитном костюме успевает только прижаться к стене, когда танцующие в моих руках стволы до отвала набивают свинцом его и трёх его дружков, которые думали, что смогут подобраться ко мне с разных сторон. Мои зрачки расширены, а серая радужка почернела, и я знаю, что со стороны мои глаза сейчас выглядят как пара чёрных провалов, что ещё больше подчёркнуто обилием туши вокруг них. Двое бандитов на противоположном конце коридора падают, истекая кровью, не успев даже понять, что произошло. Ещё один пытается убежать, но ловит очередь в бочину, а я несусь вперёд и делаю кувырок. Другой палит в меня из пистолета, высунувшись из-за колонны. Я тут же падаю на пол и скольжу вперёд, пропуская пули над головой. Подсечкой сбиваю его и выбиваю оружие из рук, а затем расстреливаю его спину в упор. Он громко кричит, а потом затыкается, когда пули пробивают ему затылок, а ствол пистолета-пулемёта в моей руке следует дальше, начиняя другого бандита. Другой мудак в защитном костюме падает замертво, а его дружок выскочил из-за угла и выстрелил в меня упор. Грохот выстрела эхом прокатывается по комнате, но я вовремя увернулась, и пуля ударилась об скрытый под рукавом мантии кевларовый наруч. Тени пляшут у меня под ногами, позволяя двигаться быстрее и ловчее всех остальных. Я пытаюсь казнить бандита, но слышу лишь сухой щелчок бойка. Бросив опустевший ствол ему в голову, я использую последние патроны во втором, чтобы погасить мерцающие под потолком лампы, после чего бросаю бесполезное оружие на пол и кровожадно облизываюсь. Очередной мудак выбегает на меня из-за колонны, и я позволяю теням сгуститься вокруг моих рук, образовав подобие угольно-чёрных боксёрских перчаток. От пары ударов такими он складывается, и я посылаю его в полёт, пробивая дальнюю стену. Ещё один пытается выстрелить, но тени обнимают меня, отклоняя с линии его ствола. Я рывком сокращаю расстояние и пытаюсь его ударить, он успевает выстрелить, и тьма вокруг моих рук рассыпается чёрным пеплом. Я ударила его коленом под дых и взяла в захват, выставив перед собой, так что выстрелы его дружков попали точно в него. Не успел он осесть на пол, как другой бандит думает, что может выстрелить в меня из ружья. Резко выбросив из тьмы рукава длинное чёрное щупальце, я вырываю у него оружие из рук, а затем так же резко возвращаю обратно, с влажным хрустом пробив ему пузо. Я нажимаю на спуск и стоящий за ним мудак получает пулю и валится на пол. Ещё двое бандитов на секунду замешкались и встали так удачно, что я ощутила прилив вдохновения. Тени вокруг сгустились и стекли по моей правой руке, а затем сформировали угольно-чёрное копьё, которое пробило их бошки навылет. Бум! Страйк! Дико хохоча, я перебросила через стол тело мудака, которому пробила живот его же ружьём. Тень под трупом сгустилась и выпустила колючие отростки, которые впились в ногу ближайшего бандита. Он споткнулся, и вытянувшееся щупальце приложило его челюстью о стол, выбив пару зубов и заставив харкнуть кровью. Мудак тяжело шлёпнулся на пол, а следом за ним и моё скрытое под маской лицо впечаталось в стол, когда другой достал-таки меня со спины. Привычным движением я нажала на кнопку, сбросив с плеч мантию и оставив его трепыхаться в ней. Не успел он выпутаться, как я заставила тени под ней превратиться в острые шипы, сжавшие его тело со всех сторон. Превратившись в подушку для иголок, он рухнул на пол, а я перемахнула через стол, в прыжке повалив на пол очередного бандита. Он тяжело дышал, в ужасе глядя на меня. — СПОКОЙНОЙ НОЧИ, — нечеловеческим голосом прогудела я, опуская подкованный каблук берца на его лицо. В момент перед ударом тень под подошвой уплотнилась, и его голова превратилась в фарш, успев напоследок показать выражение крайнего удивления. Так он охреневший в Аду и окажется, дебила кусок. Закончив здесь, я подавила в себе желание сплюнуть на остывающее тело, чтобы не ходить остаток рейда в ещё более мокрой маске. Звуки выстрелов, доносящиеся из соседних комнат, говорили мне о том, что мои ребята тоже весело проводят время. Забежав в следующую комнату, я превратила тени в углах в длинные щупальца и проткнула ими ещё парочку мудаков. Один громила бросился на меня с мачете, отбив удар теневого копья. Я блокировала удар наручем, и с размаху ударила его второй рукой, на лету концентрируя на ней массу теней. В момент удара их набралось столько, что получилась угольно-чёрная кувалда, которая выбила ему зубы. Однако, он устоял на ногах, так что я не мешкая превратила кувалду в острое лезвие, продолжающее мою кисть, и укоротила его сперва на руку, а потом и голову. Всё равно рожа у него была всратая. Вскоре мы здесь закончили победой. Шестеро против тридцати, из которых двадцать я записала на свой счёт. Вот что значит быть кейпом, обладать суперсилой. Способность выбивать из людей всё дерьмо даётся тем, кто это самое дерьмо пережил. Обычные люди боятся и втихую ненавидят нас, особенно теперь. Ну да и хрен бы с ними, мне от них ничего не нужно, а то, что нужно, я заберу сама. — Всё готово, босс! — вырвал меня из непривычной задумчивости голос Эзры, моего заместителя. Кивнув, я смотрю на сваленные в кучу тела, изуродованные моей силой. Забрав всё ценное, мы облили лабу бензином и подожгли, после чего свалили на моей старушке. Предварительно мы облили её растворителем, обнажив второй слой краски, тёмно-фиолетовой вместо этой блевотной розовой. С собой у нас оказалось всё ценное оттуда — вещества, стволы с патронами, и кое-что из электроники. Самой ценной находкой оказался ядерный блок, от которого мудаки смогли запитать давно заброшенное здание. Ну и парочка пленников, с которыми мне ещё предстояло побеседовать. Оставив ребят разгружать машину, я первой заваливаюсь в логово. Мантия осталась там, в пламени, но у меня таких ещё целый шкаф. Основную же часть моего костюма составлял спортивный комбинезон, который стоил бы в магазине спортивных товаров кучу денег, если бы я вдруг поехала кукухой и решила отдавать кому-то свои кровные. Дышащая подкладка прилегала к телу и сохраняла тепло, а прочная ткань плохо пачкалась и легко отстирывалась, что было очень важно при отсутствии здесь горячей воды. Поверх чёрной ткани я тёмно-фиолетовой краской изобразила скелет, получилось неплохо. Торс и конечности защищали кевларовые пластины из распотрошённого некогда папиного схрона. И наконец, на голове красовалась маска с оскалившимися зубами и гладкий шлем, позади которого я выпускала волосы. Закончив вертеться перед зеркалом, что я делала после каждого рейда, я сбросила броню и потопала в душ, а после него расчесала волосы и переоделась в домашнее. Мои ребята как раз закончили разбирать добычу и теперь шумно расселись на кухне, обсуждая успех и звеня извлечёнными из термосумки бутылками пива. Я не препятствовала такому отдыху после успешного дела, но сама старалась не пить. Папа не одобрял, а сама я так и не поняла, что люди находят в алкогольной горечи и помутнении в голове. Слизав с пальцев ещё пару крошек Технарской дури, от которой мысли в голове начали мчаться быстрее, а язык, казалось, двигался сам собой, я поспешила в бывшую кладовку. После переезда сюда, мы обили её стены матрасами и приспособили для вдумчивых бесед с дорогими гостями. Плохой коп? Хороший коп? Эт я. И присяжный, и палач при необходимости тоже я. Только уборкой после заниматься не люблю. Пару часов спустя они рассказали мне всё, что знали. Эти двое оказались довольно толковыми ребятами, так что покинули комнату на своих двоих и даже со всеми частями тела на своих местах. Один из них, теперь уже бывший командир их быков Майкл, держался даже дерзко, за что пару раз получил от меня по зубам. Я понимаю, что он переживает за смерть друзей и всё такое, но мне как-то всё равно. Второй, Финеас, работал в банде механиком и оказался совершенно невозмутим, даже когда перед его носом плясали угольно-чёрные щупальца. Люблю таких. Потирая затёкшие после кабельных стяжек запястья, оба пленника недоверчиво озирались по сторонам нашего уютного логова. Одно из множества аварийных зданий оно, как и весь район, оказалось покинуто после того, как всё пошло наперекосяк. К счастью, хотя бы холодную воду нам удалось наладить. За счёт каких сил продолжала работать проржавевшая водонапорная башня, не знал никто из нас, а лезть проверять даже я, честно сказать, побаивалась. Они с аппетитом набросились на остывшие энчиладос, пока мои ребята, развалившиеся в гостиной, бросали на них ленивые взгляды. — И что теперь? — спросил, наконец тот из них, что был гораздо бледнее и спокойней. Финеас. — Вы можете присоединиться к нам, "Повелителям Ночи" или умереть. Майкл хмыкнул, выронив изо рта несколько крошек. — Дурацкое название. Резко дёрнувшись, он обнаружил, что вокруг его кисти обвилась угольно-чёрная лента. — Повтори, — оскалилась я. — Отличное название, говорю, — сглотнул он, покрываясь крупными каплями пота. Второй же просто потёр пальцами короткую бородку и кивнул. — Вы же забрали с собой ядерный блок? Я помогу подключить его к местной сети. Отпустив Майкла, я с широкой улыбкой подошла к Финеасу и приобняла, положив руку ему на плечо. Он слегка сжался, но не отстранился. Молодец какой. — Вот это настрой, Финн! Далеко пойдёшь. Я направила его к дивану и села рядом с ним, второй же пленник, или точнее уже рекрут, уселся напротив и вытер жирные пальцы об обивку кресла. Нехорошо. — Я Финеас... Мэм, — осмелился поправить меня он, поморщившись. Не, ну реально бессмертным себя считает! Я ободряюще похлопала его по плечу. — Слишком длинное имя для коротышки вроде тебя. Моя босая нога коснулась его подошвы и скользнула вверх по штанине. — Если только ты не скрываешь от меня что-нибудь... Длинное. Он попытался отодвинуться, но обнаружил, что его собственная тень не даёт ему пошевелиться. — Ага, — усмехнулась я, — Ты всё правильно подумал, Финн. — Считайте это обрядом посвящения, — хмыкнул с дальнего дивана Эзра. Обменявшись понимающими ухмылками, он стукнулся початой бутылкой с Крисом. Залипающая в портативную приставку на другом кресле Кейт лишь вздохнула и покачала головой. Я же подмигнула ей и высунула язык. Высыпав на него пару сверкающих крошек, я насладилась волной тепла, пробежавшей по нервам, и продолжила. — Если болеете какой-нибудь срамной дрянью — скажите сразу и останетесь в живых. А если нет, то дуйте в душ, а потом в мою спальню, отрабатывать аванс. Напряжённый Финн сцепил руки в замок. — Мэм, просто чтобы не было недопонимания… — Хватит и просто "босса". Да, мальчики. Я вас трахну. Бритоголовый инженер лишь протяжно вздохнул и, кажется, смирился с происходящим, а вот второй рекрут слегка широко улыбнулся а потом заржал. Я выдержала вежливую паузу, глядя на него, в то время как мои зрачки расширялись, а радужка всё больше темнела. Отсмеявшись, он пояснил причину своего веселья. — Но ты же баба, "босс", — последнее слово он выделил с очевидной издёвкой, — Значит это мы тебя трахать будем. Ты, кстати, как предпочитаешь? По одному или двух сразу? Он начал трепаться, всё больше погружаясь в свои обо мне фантазии и не заметив, что в комнате повисла мёртвая тишина, а светильники начали мерцать. — Я же как увидел, как ты тех слабаков на части рвёшь сразу подумал — вот она, баба моей мечты! И рот у тебя большой, и губы пухлые, ну чисто как у моей школьной любви! Эти "слабаки" были твоими друзьями, мудила. Тени в углах комнаты превратились в непроницаемый уголь, но Майкл был слишком занят, чтобы смотреть по сторонам. — Сисек правда нет, и жопа маленькая, но это ничего, ещё откормим тебя, "босс". Протеины тебе нужны, а их-то мы обеспечим. Верно я говорю, мужик? Он обернулся на Финна в поисках поддержки, но тут я наконец отпустила его и он, буквально сорвавшись с дивана, спрятался за спинкой. Люблю понятливых. Тьма сгустилась под ногами чрезмерно болтливого и теперь уже бывшего рекрута. Безобидные тени, которые мы привыкли видеть вокруг каждый день, вспучились, обретая объём и острые углы. Сверкнув множеством блестящих "глаз", угольная чернота выросла оскаленной пастью и громко сомкнулась между ног Майкла. Он истошно заорал, пока я смотрела на него, не мигая, да и не нужно мне это было сейчас. Кейт вздохнула, поднимаясь за шваброй, но я остановила её жестом руки. Облако тьмы расширилось и в дополнение к пасти отрастило длинные щупальца. Они впились в орущего бандита, острыми крючками пронзая одежду и горячее мясо под ней. Щупальца принялись кромсать его, разрывая на части, всё более и более мелкие, они искривлялись и дробились, становясь всё меньше вслед за остатками того, что ещё полчаса назад отзывалось на имя "Майкл". Наконец, влажно хрустящий и хлюпающий пир окончился. Только лужа крови и несколько обрывков ткани остались перед креслом. — Вот теперь приберись тут, — прошептала я, откидываясь на спинку кресла. После такого напряжения даже дышать получалось с усилием, не то, что двигаться. Финн, тем временем, вышел из-за спинки кресла и подошёл к дверному проёму. — Душ там, — кивнула ему Кейт, вернувшаяся с мокрой тряпкой. Он просто кивнул и пошёл в нужную сторону! Стальные яйца у мужика, а. Спустя десять минут он появился на пороге моей спальни и, судя по запаху, даже успел отжать у кого-то из ребят дезодорант! Б-же, он ещё ничего со мной не сделал, а я его уже обожаю. Непотопляемый тип, определённо такой, какой мне нужен. Ну и что, что лысый? Зато в его взгляде — железо, в его осанке — сталь, а вместо кожи — свинец. Ухх, что-то понесло меня на поэзию, а это в моём случае означало только одно. Тепло, уж насколько умею, улыбнувшись ему, я впустила его в комнату, а сама легла на кровать. И вновь он сперва запер дверь, а лишь потом шагнул ко мне. Умный, внимательный, с цепким взглядом светло-карих глаз... Ну что же, пришла пора проверить, что ещё он умеет. Уснули мы лишь под утро и проспали до вечера. Финн оказался хоть и худым, но жилистым и выносливым, прям как я. Под конец я разыгралась даже до того, что начала помогать нам своей силой, но даже это не сбило его с настроя. Это. Просто. Охуенно. — Так что за история скрывается за Никс? — задумчиво спросил Финн, лёжа на подушке. Он вряд ли рассчитывал на ответ, но крепкий сон без кошмаров и ледяного ощущения полного одиночества настроил меня на совсем уж довольный лад. Равно как и всё то, что произошло до того, как я наконец вырубилась. По-моему, это даже произошло в самый интересный момент. Приподнявшись на локтях, я откинула лезущую в рот прядь светлых волос и заговорила. — Старая как мир, вот что за история. Жила-была девочка, у неё был самый лучший в мире дом и самая любящая на свете семья. А потом в один прекрасный день в город заявилась Бойня Номер Девять. Психованная сучка по кличке Ожог спалила девочкин дом вместе с предками и младшей сестрёнкой, а саму девочку укрыли холодные объятия тени. Из рассказов папы-копа она знала, что на государственные службы рассчитывать не стоит, а ещё знала о том, что у папы осталось много врагов, которые с радостью её порешат. Так что девочка свалила подальше от этого дурдома, выросла и стала Никс. Той, которая заставляет монстров под кроватью ссаться от ужаса и забиваться в самые глубокие норы. — Понятно... — протянул он и прижался ко мне тёплым боком. Некоторое время мы так и просидели молча, за что я была ему благодарна. — И как, сильно выросла? Я пожала плечами. — Вот уже 18 лет как людям жизнь порчу. — Ты выглядишь старше, — мягко заметил он. Я лишь рухнула обратно на подушку. — Жизнь такая. Ответом стал короткий поцелуй в щёку, а потом он оделся и принёс перекусить. Оценив старания Финна, я допила бутылку "Славной Колы" и от души шмякнула её об пол. Впереди мне предстояло ещё много дел... Но не в четверг. И всё было здорово какое-то время. С толковым механиком в команде и продажей набранной в логове тех мудаков добычей мы не только смогли позволить себе горячую воду и электричество, но даже вторую машину. Время шло, мы откусывали куски всё больше, пока не подмяли под себя весь город. И привлекли к себе внимание тех, кого не следовало. — Они уже в здании! — отрывисто крикнул Финн, вглядываясь в мониторы системы безопасности. Одна из многочисленных технических новинок, которые он обеспечил нашему логову, сейчас совсем не радовала ни его, ни кого-либо из нас. Чёрт, за четыре месяца нашего знакомства я ни разу не видела Финна таким взволнованным. Но на этот раз было от чего. Внизу отчётливо бухнуло и со стен осыпалась штукатурка. — Бронедверь потеряна. — Я заметила! — огрызнулась я, тщетно пытаясь унять дрожь в руках. Отойдя от пульта, он взял мои руки в свои, согревая, и я глубоко вздохнула. — Ладно, прорвёмся. Они… Через толщу перекрытий послышался заглушённый стук пулемётов. — Они вломились в гараж, — доложил бросивший взгляд на мониторы Эзра, — Я за пушками, босс. Он присоединился в оружейной комнате к остальной банде, которая больше так и не выросла. Мы с Финном переглянулись. Судя по тому, что я слышала об этих людях, никакие пушки здесь не помогут, даже самые лучше. Они просто приходили и уничтожали любые банды. Ну да и хрен с ним, папа дрался до конца и я буду. С трудом нацепив броню, я привычно проверила пару своих любимых пистолетов-пулемётов. Механик же предпочёл штурмовую винтовку, с которой и раньше ходил в рейды наравне со всеми. Вскоре последовал ещё один взрыв, заискрили срываемые с постаментов турели, и нападающие ворвались внутрь. Я плохо помню детали этого боя, меня, как назло, в очередной раз замутило и лишь усилием воли я заставила себя остаться на ногах, а не бежать блевать в унитаз. Уже через несколько минут всё вокруг заволокло дымом и пылью, перекрытия трещали, а в ушах слились вместе звуки выстрелов и крики моих ребят, идущих на смерть. Из дальней комнаты раздался оглушительный грохот и в окне я увидела, что часть стены просто обвалилась, а следом быстро занялся пожар. Я стиснула зубы. Огонь я ненавидела уже давно, всегда рефлекторно отгораживаясь от него своей силой, но сейчас это чувство превратилось в липкий ужас, сковывающий движения так же, как я обычно удерживала на месте своих жертв. Глухо зарычав, я заставила себя отвернуться и зашагать в другую сторону, навстречу выстрелам. Стена передо мной вспучилась и осыпалась, и передо мной показался мудак в водолазном скафандре, с горящим красным огнём за стеклом шлема. — Назад! — крикнул Финн, загораживая меня собой. Он выпустил во врага длинную очередь из винтовки, но тот никак не отреагировал на новые дырки в теле. Ага, ровно такие слухи о них ходили. Неубиваемые твари. Водолаз раскрутил прикреплённый к правой руке бур и вдруг резко рванул вперёд, отбрасывая механика к дальней стене. Его спина хрустнула, а я закричала, вытянув руки в спину мудака и зажав спуск. Пули лишь беспомощно барабанили по баллонам на его спине, а затем он вонзил бур в живот Финна, с лёгкостью пробив бронежилет, и прокрутил. В моих глазах потемнело, а затем и не только в них, но и в самой заполненной дымом комнате. Тени сгущались и сползались вокруг со скоростью, которой я раньше не видела. Прилетевшая ярко-белая вспышка выжгла часть из них, но на их место тут же встали новые. Несколько секунд броня водолаза сопротивлялась, но затем треснула и осыпалась кусками, а угольно-чёрные щупальца терзали и хлестали, окружив его и не давая ответить. Наконец, они осыпались пеплом, и на месте врага остался лишь изуродованный скелет да пара шматков серого мяса. Навстречу мне вышли две женщины. Одна, со светящимися руками, носила чёрно-серебристый костюм с капюшоном. Вторая — облегающий водолазный комбинезон с круглым шлемом, пылающим кровавым светом. На её руке влажно блестела игла. — Ты об этом пожалеешь, — глухо сказала она. Задыхаясь, я сорвала с себя бронежилет и повернулась к ним, бессильно опустив руки.