Танцуй, обезьянка, танцуй

Xiao Zhan, Wang Yibo (кроссовер)
Слэш
NC-17
Завершён
135
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
163 страницы, 15 частей
Описание:
На плечо Сяо Чжаня легла рука. Танцор стоял позади и ласково шептал на ухо:

— Разве так не лучше? Почему ты расстроился? Мы вместе проведём много чудесных дней. Я буду командовать, ты выполнять. Будет здорово, вот увидишь.
Примечания автора:
1. На создание вдохновило одно из видео автора gnvv18.

2. Я не знаю имени матери Сяо Чжаня, информации на этот счёт тоже не нашла, поэтому в фанфике она зовется просто "госпожа" (придумывать новые имена существующим людям я не люблю). Если вас это смущает и вы владеете знанием того, как зовут в реальной жизни маму СЧ, сообщите об этом, приложив пруфы, и я исправлю.
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
135 Нравится 27 Отзывы 55 В сборник Скачать

Глава 2

Настройки текста
Наутро Сяо Чжань проснулся ни свет ни заря от головной боли. Морщась и ворочаясь, он думал о том, как принять такое положение, чтобы неприятные ощущения утихли. Вспомнив причину своего нынешнего недуга, он заулыбался, не открывая глаз, и зарылся лицом в подушку. Теперь всё это казалось блаженным сном, и Чжань-Чжань не хотел просыпаться. Он потянулся и перевернулся на бок, обняв одеяло. Только теперь, на мгновение открыв глаза, он заметил чернильные знаки у себя на запястье и припомнил, чем же закончился тот чудесный сон. Захныкав, он вслух запричитал: — Почему нельзя было сделать всё легко и просто? Зачем так усложнять? Не хочу, не буду! Он обиженно забил ногами по кровати, а затем решил, что ему надоело валяться. Поднявшись и выглянув в окно, он обнаружил, что на улице пасмурно, но дождя нет. Поразмыслив, Чжань-Чжань пришёл к выводу, что свежий воздух ему не повредит. Переодевшись и выпив таблетку от головной боли, он, несмотря на то, что время было раннее – всего шесть утра, вышел на пробежку. Бег никогда не входил в число его привычек, но он знал, что это полезно. К тому же данный вид активности являлся частью обязательных тренировок, которые проводились во время подготовки к выступлениям. Сяо Чжань не первый раз бегал этим маршрутом: по алее в парк, а там вокруг озера. На воздухе было свежо и прохладно, что прогнало последние остатки сна. Пока Чжань-Чжань любовался мимо проплывающими видами, наполненными яркой зеленью, утренним туманом и безлюдным спокойствием, в его голову начали прокрадываться наводящие душевную смуту мысли. И первая была: “Какого чёрта?”. Не то чтобы Сяо Чжань не сомневался в своем очаровании, но получить настолько жёсткий отказ – было действительно неожиданно. Если так будет продолжаться и дальше, то он может смело завершать карьеру прямо сейчас – ощущения после того, как тебя отвергли, неприятные и бьют по самолюбию, без которого на сцене придётся не сладко. Что с ним, Сяо Чжанем, было не так? Вроде симпатичен, как и всегда, и вёл себя достаточно уверенно… Был немного пьян, да. Но это не повод относиться к нему, как к убожеству! Да ещё и эти “условия”. У Сяо Чжаня появились серьёзные подозрения, что этот танцор – Ибо – действительно не в своём уме. Ведёт себя так странно! Как будто он пуп земли. “Свет клином на тебе не сошёлся!”. Сяо Чжань вполне может найти кого-то более сговорчивого. И более привлекательного. Вопреки воле Чжань-Чжаня, в голове тут же всплыл образ вчерашнего вечера и этого парня на сцене. Эти движения, это тело, этот взгляд. Губы… Как он прикусил его ухо… У Чжань-Чжаня от одного представления горячего дыхания на своей шее пробежали мурашки. Он остановился и подошёл к ограде, за которой простиралось озеро. Уперев в неё руки, он согнулся пополам, восстанавливая дыхание. Что это за мир такой, где чтобы провести с кем-то ночь, нужно выполнять такие абсурдные требования? Ну зачем этому парню такие сложности? — Ты же сам этого хочешь! – проорал Сяо Чжань над безмолвной водной гладью. Ибо хотел его – Чжань-Чжань это знал, видел это, чувствовал. Иначе зачем ему всё это? И зачем он сам подошёл и укусил? Чтобы поиграться? Это уже слишком. Он, что, думает, поманит пальчиком, и Сяо Чжань на задних лапках к нему побежит? — Не будет этого. Пусть подавится. Не нужен он мне. Но Сяо Чжань совершенно точно знал: нужен. Нужен с тех пор, как Чжань-Чжань увидел его. Нужен, потому что без этого в душе какой-то пробел, незакрытый гештальт, ощущение неудовлетворённости и незавершённости. — Нет, – спорил он со своими мыслями. – Не дам я ему мной командовать. Ишь, чего захотел! Как следует заглушив тоненький голос сердца, Сяо Чжань отправился обратно домой.

***

Через два дня, когда Ву Лэ вернулся после выходных, случавшихся у него крайне редко, Сяо Чжань почувствовал острую потребность нажаловаться тому на вопиющую несправедливость. С самого клуба у него не было возможности поведать своему менеджеру историю его путешествия в гримёрку Ибо. Когда Ву Лэ, встретив тогда Чжань-Чжаня в коридоре, сопроводил его к такси, парень тут же вырубился прямо в машине. Менеджеру пришлось буквально тащить его в дом и укладывать на кровать. После чего он сразу покинул особняк, и не возвращался вплоть до понедельника. К этому времени у Сяо Чжаня внутри уже бушевала буря из мыслей, эмоций и сомнений. Нужно было срочно рассказать всё Лэ-гэ, чтобы тот разрешил его внутренний конфликт. И вот, стоя у себя в комнате перед зеркалом и примеряя только что привезенный менеджером пиджак, Чжань-Чжань пересказывал сидящему в кресле Ву Лэ события пятничного вечера. В конце своей истории, Сяо Чжань, как бы подводя итог, возмутился: — Нет, ну подумать только, он хочет, чтобы я был у него на побегушках! Какая наглость! — А что плохого в том, чтобы быть на побегушках, – пробурчал себе под нос Ву Лэ, а затем уже громче добавил: – Иногда оно того стоит. — Не в этом случае, – задрав подбородок, оповестил Чжань-Чжань. Ву Лэ, глядя на него, чуть насмешливо хмыкнул и покачал головой. — Почему ты смеёшься? Почему все надо мной смеются? – сетовал Сяо Чжань. – Возмутительно! Он продолжал ворчать, не отрываясь от примерки бабочек и шарфов, подбирая, что больше всего подходит к новому пиджаку. В конце концов, он устал. — Да ну его, – Чжань-Чжань швырнул новый пиджак куда подальше и взял со спинки стула свой любимый, удовлетворённо улыбнувшись зеркалу. — Слушай, – осторожно начал Ву Лэ. – Может, тебе стоит воспринимать это как игру? Сам подумай, ты никогда в подобном не участвовал. Тем более в выступлениях сейчас перерыв, репетиций особо не требуется. Развейся, повеселись. — Хмм, – задумчиво протянул Сяо Чжань. Он на несколько минут погрузился в размышления. Наверное, взвешивал все за и против. Ву Лэ знал, что Чжань-Чжаня сильно зацепил тот паренёк, и как бы его подопечный не отпирался, он не сможет его забыть. И со временем, если ситуация так и будет оставаться неразрешённой, все это выльется в истерику и другие побочные эффекты, которые непременно навредят карьере. А потому нужно было помочь Сяо Чжаню разобраться, направить его. Чжань-Чжань наконец заговорил: — Игра, говоришь? Ну да, это похоже на шанс попробовать что-то новое. Мне бы не помешала небольшая смена деятельности. Ву Лэ внутри облегчённо вздохнул, поздравив себя с будущим заслуженным отдыхом. Пока Сяо Чжань будет занят "новым опытом", у него появится время на себя и на рабочие дела, которые уже давно откладывались. Чжань-Чжань ещё немного постоял перед зеркалом, после чего вернул любимый пиджак на стул, отыскал закинутый им в неизвестном направлении только что купленный, надел и, поправив укладку, направился к выходу из комнаты, еле слышно повторив: — Новое. Игра.

***

Стоя на балконе, тонущем в тёплых майских сумерках, Сяо Чжань смотрел на экран телефона и нервно кусал губу. Свет от экрана немного бил по глазам, но Чжань-Чжаня это не заботило. Он разглядывал цифры, вбитые под новым контактом, и не мог решиться нажать на кнопку вызова. А что, если Ибо уже и не помнит, кому и зачем дал свой телефон? Тогда всё получится очень глупо. Хотя, он ведь сам сказал: “моё предложение останется в силе”. Он должен отвечать за свои слова. А если это была лишь шутка, и тот просто хочет посмотреть, насколько Сяо Чжань отчаялся, и посмеяться? Хотя какой прок смеяться с незнакомого человека? Какой прок кусать незнакомого человека? Какой прок оставлять свой номер незнакомому человеку, если не имеешь серьёзных намерений? А если это не его номер вовсе? Тогда, впрочем, какая разница… — Раз, два, три, – медленно сосчитал Сяо Чжань и нажал на звонок. Послышались гудки. Они длились всего несколько секунд, но для Сяо Чжаня прошла целая вечность, за которую он уже почти убедил себя бросить трубку. Однако спустя три или четыре гудка знакомый голос на том конце провода произнёс: — Да?

***

Ибо встретил его с большим энтузиазмом, который вполне мог польстить, исходи он от кого угодно другого. Но от такого человека, как Ибо, подобное воодушевление имело привкус насмешки, а потому Сяо Чжаню сразу стало не по себе и захотелось уйти. — Ооо, вот и ты! Я тебя так ждал! С самого утра себе места не нахожу! – радовался Ибо, при этом во взгляде его было абсолютное равнодушие. Сказав всё это, он резко затих, развернулся и прошагал вглубь квартиры, жестом позвав Сяо Чжаня за собой. Вчера вечером, когда Ибо понял, кто ему позвонил, он скинул свой адрес с пометкой “В 8 утра. Не опаздывать”. Приказной тон его сообщений уже не сулил ничего приятного. А когда он ещё и встретил Чжань-Чжаня так по-издевательски, последний действительно пожалел о своём решении приехать. Он ведь мог использовать номер и адрес Ибо в каких-нибудь пакостных целях. Мог отомстить ему за его отказ и его отношение. И почему Сяо Чжаню не пришло это в голову раньше? Но сейчас было уже поздно натягивать на себя роль противного и корыстного обманщика. К тому же, на этом поле Сяо Чжаню вряд ли удастся переиграть Ибо. И как только этот парень может к нему относиться подобным образом? Что за предвзятость? Он ведь совсем не знает Сяо Чжаня! Такой настрой танцора и его невысокое мнение о нём очень обижали Чжань-Чжаня и заставляли чувствовать себя недооценённым. “Если бы он только узнал меня получше…” Что ж. Разве не это тот шанс показать, какой на самом деле Чжань-Чжань? Шанс доказать этому павлину, что Сяо Чжань лучше, чем тот о нём думает. — Ты опоздал, – было первое, что сказал Ибо, когда они прошли в комнату. У него была небольшая квартира-студия: в центральной части диван и небольшое кресло по периметру маленького журнального столика; в левой части довольно скромная кухонька; в правой – возвышение с кроватью и тумбочкой, на которой покоились небольшая лампа и телефон. Вот и всё. Никаких излишеств, как говорится. — Минималистично, – проигнорировав замечание танцора, высказал своё мнение Чжань-Чжань, обводя взглядом апартаменты. — Большего не требуется, – отозвался Ибо. – Надеюсь, молодой господин Сяо, Вам будет комфортно работать в таких условиях. Танцор сопроводил свои слова небольшим поклоном. Сяо Чжань поморщился от обращения, которое и в устах его менеджера звучало чересчур официально и от того противно, а уж от этого танцора и подавно. Ибо пронаблюдал за выражением лица Чжань-Чжаня и дёрнул уголком губ, сделав мысленную заметку. — Я объясню, что от тебя требуется, – Ибо расположился в кресле, приглашая Сяо Чжаня присесть на диван. – Мне много не надо. Просто хочу, чтобы ты делал за меня некоторые вещи, которые мне… ну, – он взмахнул рукой, словно призывал Сяо Чжаня додумать саму собой разумеющуюся мысль. В итоге он всё же сам завершил её: – Лень делать. — Это какие вещи? — Ну например, покупка продуктов, стирка, уборка, разбор бумаг, ответы на звонки… включение ламп, когда стемнеет. Не знаю. Что потребуется, то и надо делать. — Вау, а ты действительно ленивый. — Просто моё время слишком ценное, чтобы тратить его на подобные мелочи. — А моё не ценное? — Ты здесь по доброй воле. Можешь уйти в любой момент. — Заманчиво, – парировал Сяо Чжань. Ибо усмехнулся и продолжил: — Важно: ты пойдёшь туда, куда скажу. Если я не сказал что-то делать, ты этого не делаешь. Хозяйничать тут не смей. И ещё: ни в коем случае не отвлекай меня от работы. Какой бы форс-мажор у тебя ни случился, важнее моей работы в этом доме ничего нет. С возникшей проблемой разбирайся сам. — Разве ты не танцор в клубе? — Думаешь, я зарабатываю на жизнь, выступая один раз в неделю? Сяо Чжань пожал плечами. На самом деле его не особо заботило, как этот человек зарабатывает, так что спрашивать не было причин. — Ладно, – хлопнул в ладоши Ибо, поднимаясь. – Уже давно время завтрака, а в холодильнике мышь повесилась. Поэтому первое задание: сходи и купи пару булочек с мясом в магазине на углу. Там самые лучшие и всегда свежие по утрам. Он подошёл к висящей на спинке кухонного стула куртке и достал из кармана пару бумажек. — О, – спохватился он. – Я надеюсь, ты не голоден. Кормить тебя в мои планы не входило. Сяо Чжань состроил гримасу и мысленно поблагодарил Ву Лэ, который ещё со времен дебюта приучил его завтракать, прежде чем куда-то выйти. Взяв у танцора деньги, парень покинул квартиру. В голове пронеслась коварная мысль сбежать. Однако, хорошенько подумав, Чжань-Чжань решил, что это глупо. Деньги танцора ему были не нужны, да и дал он жалкие крохи себе на завтрак. А сбегать после первых минут слишком по-детски. Более того, разве не интересно узнать, что Ибо придумает для него дальше? Вернувшись из магазина, Сяо Чжань чуть ли не швырнул пакет с булочками на стол и в ожидании уставился на Ибо. Тот сидел в кресле и что-то сосредоточенно делал на ноутбуке. Стол, на котором располагалось устройство, был слишком низок, и танцор согнулся в три погибели, чтобы работать за ним. Сяо Чжань поднял брови, не получив никакой реакции на своё возвращение, и остался стоять, не зная, куда себя деть. Ибо поднял взгляд на него из-за экрана ноутбука и строго произнёс: — Сядь. Чжань-Чжань послушно прошел вперёд и сел на диван. Ибо даже не взглянул на него. — Что ты делаешь? – спросил Сяо Чжань. — Работаю. — Над чем работаешь? Ибо цокнул языком и уставился на Чжань-Чжаня так, будто тот был самым надоедливым человеком в мире. — Ладно-ладно, не моё дело, – Сяо Чжань поднял руки в сдающемся жесте. Понятия не имея, чем себя занять, он начал разглядывать комнату. Но надолго этим увлечься было нельзя - разглядывать-то особо нечего. В конце концов Сяо Чжань заметил на подоконнике позади себя какое-то комнатное растение в горшке. Чуть удивившись, он поднялся и подошёл поближе, чтобы рассмотреть внимательно. Это был, пожалуй, единственный занимательный предмет в этом доме. Ну, не считая работающего танцора, но тот был временно недоступен. Сяо Чжань не разбирался в цветах и не мог определить, что это за вид. Но ему нравилось рассматривать листочки и побеги. Это умиротворяло. — Полей его, раз уж подошёл, – раздалось сзади. Чжань-Чжань начал осматриваться в поисках лейки, кувшина, чашки на худой конец, но ничего похожего поблизости не было. — Чем? – спросил он. — Серной кислотой, а ты что думал? Тебе карту до раковины нарисовать? — Я думал, растения какой-то специальной водой поливают. — Ага, из волшебного источника молодости. Сяо Чжань поджал губы и пошёл за водой. Раковину-то он, конечно, нашёл, с этим проблем не было. Но вот во что воду налить - вызывало настоящие затруднения. Чжань-Чжань бегал глазами по кухне, не находя ничего и близко подходящего. Вообще-то он в принципе ничего не находил. Было ощущение, что этой кухней не пользовались с момента её постройки. Отчаявшись налить воду в какую-то мало-мальски годную для этого ёмкость, он, запустив руку в волосы там, где был затылок, уже подумывал о том, чтобы набрать воды в рот и таким образом полить цветок. Ибо всё это время молча наблюдал за его действиями, скептически подняв брови. — Чашки на верхней полке. Сяо Чжань вздрогнул от внезапного звука. Он, не оборачиваясь, кивнул и полез к верхней полке, закрытой бежевой дверцей кухонного шкафа. Аккуратно смочив землю в горшке водой из чашки, Чжань-Чжань улыбнулся. Надо же. Он позаботился о чем-то живом. Приятно. Так и оставшись стоять у подоконника, он выглянул в окно. Солнце постепенно заходило в зенит, время приближалось к полудню. Взглянув на руку с часами, он убедился, что так и есть. Половина двенадцатого. Он здесь уже больше двух часов. Они с танцором договорились, что Чжань-Чжань будет "работать" до пяти вечера. "Прямо полный рабочий день" – усмехнулся про себя Сяо Чжань и тяжко вздохнул. Скучно. Странно. Даже в некоторой степени обидно. Это должно было быть весело, но в итоге Чжань-Чжань просто мается от безделья. Уж лучше бы Ибо надавал ему кучу заданий - хоть время быстрее бы пролетело. Не успел он об этом подумать, как сзади послышался звук закрывающегося ноутбука - "хлоп". Сяо Чжань обернулся. Ибо сложил руки в замок и задумчиво уставился в пространство. Что-то тщательно обдумав, он наконец поднялся и заявил: — Пошли. — Куда? — Обедать.

***

Они зашли в небольшое кафе недалеко от дома Ибо. Танцор сразу прошёл к столу раздачи, поприветствовав повара, с которым, видимо, был знаком. Сяо Чжань молча следовал за ним. — Тебе как обычно? – фамильярно осведомился повар. — Ага. И специй побольше. Повар кивнул. — А Вам? – обратился он к Сяо Чжаню. Тот в это время был занят тем, что с кислой миной рассматривал меню. — Просто чай, спасибо, – без особого воодушевления наконец произнёс Чжань-Чжань. Ибо с усмешкой наблюдал за выражением лица Сяо Чжаня. Будучи абсолютно не впечатлённым данным заведением, с лицом полным брезгливости, он, тем не менее, кое-как выдавил из себя это формальное "спасибо". Они заняли столик посреди зала, несмотря на то что в кафе не было других посетителей. Это показалось Сяо Чжаню странным - сам он всегда стремился урвать место с видом из окна. Однако Чжань-Чжань решил не заострять на этом внимание, подумав, что Ибо, возможно, просто нет дела, где обедать. — Разве ты не хочешь есть? – ехидно поинтересовался Ибо. — Даже голодные пытки не заставят меня прикоснуться к местной еде. Официант принес еду, аккуратно разложив всё на столике. — Пытки не заставят, а я заставлю. Ешь, – категорично заявил танцор, подвинув к Сяо Чжаню миску с панированными крылышками под соусом. Сяо Чжань недоверчиво смотрел на самую вредную еду, которую ему когда-либо предлагали съесть. — Ешь, не отравишься, – настаивал Ибо. Чжань-Чжань тяжело вздохнул и взял в салфетку крылышко, аккуратно откусив сбоку. Ибо внимательно наблюдал за тем, как он жует, после чего с чувством спросил: — Ну как? Вкусно же? И вовсе не противно. Он усмехнулся и подвинул миску к себе, принявшись с аппетитом уплетать мясо и жареный рис. — Вкусно, – согласился Чжань-Чжань. – Но домашняя еда куда полезнее. Сказав это, он отложил в сторону крылышко и больше к нему не притрагивался. — Неженка, – проворчал Ибо, а затем, хмыкнув, окликнул повара: – Можешь нам ещё с собой сделать? Удовлетворившись, Ибо продолжил есть, более не обращая внимания на пытающегося превратиться в точку, чтобы даже случайно ни к чему не прикоснуться, Сяо Чжаня. Когда Ибо закончил и поблагодарил повара, он и Чжань-Чжань с пакетом еды в руках отправились обратно в квартиру. По пути Сяо Чжань всё же не выдержал: — Зачем ты взял ещё? – он серьёзно опасался, что тот заставит его всё это съесть. — На ужин, – просто отозвался Ибо, щурясь на солнце. Чуть помолчав, Чжань-Чжань рискнул спросить: — И ты так питаешься каждый день? На обед и ужин? — Иногда и на завтрак. — Но это же очень вредно! – Сяо Чжань действительно не понимал, как можно так обращаться с собственным желудком. Ибо цокнул языком: — Не все родились с золотой ложкой в ж... жевательном аппарате. Это дёшево и сердито. К тому же, что не убивает – делает сильнее. И он ускорил шаг, что означало, что дальнейшие разговоры не имеют места быть. Когда они вернулись домой, Ибо сразу же погрузился в ноутбук, а Чжань-Чжань уселся прямо на обеденный стол, проигнорировав стулья и замечание Ибо “слезь оттуда”. Сяо Чжань, предоставленный сам себе, уже собирался было заскучать, однако вскоре танцор вдруг включил музыку и принялся снова и снова прослушивать одну и ту же песню. Он прикрыл глаза и тихонько покачивался в такт. Чжань-Чжань удивился, сначала не сообразив, что происходит. Однако вскоре, когда Ибо встал и принялся отрабатывать танцевальные движения, он понял - тот ставил танец. Точно. У него же такая работа - каждую неделю новое выступление. Должен же он когда-то репетировать. Сяо Чжань уже с интересом уставился на парня, наблюдая за его перемещениями и переходами. Ненадолго он почувствовал, будто снова вернулся в тот вечер в клубе, поймав себя на том, что не может оторваться от тела танцора. Тот совершенно его не стеснялся, и Чжань-Чжань подумал, что на его месте не смог бы так - при ком-то оттачивать новые движения, в которых не уверен. Хотя, “не уверен” - это явно не про Ибо. Он даже непроверенные элементы выполнял так, будто репетировал их всю жизнь. Ни на секунду не усомнившись, куда деть руку или ногу, он выполнял поворот за поворотом, волну за волной, слайд за слайдом. Его было так много и так мало одновременно - можно смотреть, нельзя трогать. В какой-то момент Чжань-Чжань перехватил устремлённый на него взгляд Ибо. Тот явно наслаждался подобным вниманием Сяо Чжаня. Танцор изогнул губы в усмешке и прищурился, не прерывая тренировки. Чжань-Чжань отвернулся. — Желаешь присоединиться? – раздался растянутый голос танцора. Его предложение только казалось хорошим, на деле же Сяо Чжань знал, что тот просто хочет снова над ним поиздеваться и посмеяться. Он ответил, не глядя в его сторону: — Не желаю. Внезапно Сяо Чжань почувствовал чьё-то присутствие рядом, он повернул голову и обнаружил, что танцор подошёл к нему вплотную. Чжань-Чжань посмотрел в глаза, которые были слишком, слишком близко. Сердце его бешено забилось. Ибо склонился к его уху и прошептал: — Уверен? Другой возможности не будет. Очередная уловка. Не ведись, Чжань-Чжань. Он сглотнул и хрипло подтвердил: — Уверен. Танцор пожал плечами, отошёл и выключил музыку, снова усевшись за ноутбук. Сяо Чжань решил поскорее прогнать из мыслей только что произошедшую ситуацию. — Это будет следующее выступление? – как ни в чём не бывало спросил он, восстановив сбившееся дыхание. — Да, – сказал Ибо. Чжань-Чжань, обрадовавшись, что тот ему ответил, решил воспользоваться благодушием парня и продолжил расспрашивать: — Ты сам его ставишь? Больше никого нет? — Это соло-партия, так что да. Остальную часть ставим вместе с группой. Сяо Чжань медленно закивал, не зная, что ещё можно спросить. Очень хотелось поговорить с ним. Тот посмотрел на него поверх ноутбука, как будто хотел сам что-то узнать, но только хмыкнул и вновь погрузился в своё занятие. — Ты не так себе это представлял, да? — Что? – удивился Сяо Чжань. — Всё это. Свою работу. Чжань-Чжань задумался. Почему танцор вдруг заговорил об этом? Хочет подловить его? Какой ответ ему нужен? Не придя к какому-то однозначному выводу, Чжань-Чжань решил, что лучше всего сказать, как есть: — Да, я думал, будет весело. А оказалось очень скучно. Танцор поджал губы и кивнул, будто бы ещё глубже погрузившись в экран компьютера. Было похоже, что сказанное Сяо Чжанем его расстроило. — Просто ты похож на человека, который любит веселиться. А ты только работаешь... и ешь. У Сяо Чжаня не было намерения оскорбить Ибо, и он хотел как-то оправдаться, но получилось так, будто он ещё больше надавил. Ибо резко посмотрел на него. Во взгляде мелькнула задетая гордость. — Я оказался не тем, кем, ты думал, я буду, да? Сочувствую, что не оправдал Ваших ожиданий, молодой господин Сяо. Некоторым людям нужно много работать, чтобы жить. Эти слова вылетали как камни в огород Чжань-Чжаня. Он закатил глаза и сжал губы, решив более не разговаривать с этим надменным гусем. — И как бы ты веселился, если бы мог выбирать? – вдруг спросил Ибо как бы между прочим, не поднимая глаз. Сяо Чжань ненадолго задумался. — Ну, я бы пошёл на какую-нибудь вечеринку. А ещё лучше, устроил бы её прямо здесь! — Вечеринку? Ещё и трёх часов нет. — Меня бы это не остановило, – фыркнул Чжань-Чжань, гордо глядя в окно. Вспомнив последнюю выходку, он невольно улыбнулся. — Что смешного? – спросил Ибо. Сяо Чжань покачал головой, решив, что не стоит раскрывать подробности своих разнузданных будней такому человеку, как Ибо. В конце концов, после сегодняшнего дня они вряд ли ещё пересекутся, так зачем выдавать всю подноготную? Остаток дня прошёл в такой же манере, как и начало. Тихо, спокойно, скучно. Когда часы показывали половину пятого, Чжань-Чжань уже сбился со счёта, сколько раз он зевнул, пока наблюдал за молчаливо работающим Ибо. Он успел пересчитать все цветы на его пиджаке, все дома за окном, придумал около десятка фигур медленно проплывающих по небу облаков. Он уже почти засыпал, когда рядом раздалось: — Уже пять, можешь идти. Чжань-Чжань, встрепенувшись, зевнул в раскрытую ладонь и потянулся. Спрыгнув со стола, он улыбнулся и подошёл к Ибо в попытке обнять того. Ибо увернулся и с недоумением уставился на Сяо Чжаня. — Ты что делаешь? Теперь уже, словно в отражении, недоумение накрыло лицо Чжань-Чжаня. — Разве не для этого я тут целый день сидел? Как же уговор? — Я не сказал, что это будет в этот же день. Лицо Сяо Чжаня потемнело. Он резко отпрянул и гневно уставился на танцора. — Что это значит?! Ибо спокойно отозвался: — Это значит, в нашем уговоре не было упомянуто, что ты проведёшь таким образом один день. — Ты... – задыхался от злости Сяо Чжань. – Ты совсем обнаглел?! — Только посмотри на себя! – расхохотался Ибо. – Какой же ты наивный. Ну разве это не мило? Чжань-Чжань отвернулся, на глазах у него выступили слёзы обиды. Он тут же заглушил их, призывая себя успокоиться. Ибо обманул его. Сыграл на его доверчивости. Как же это низко. Вот только... Обманул ли он? В том, что Чжань-Чжань решил, будто речь идёт об одном дне, действительно не было вины танцора. Но почему же тогда так обидно? На плечо Сяо Чжаня легла рука. Танцор стоял позади и ласково шептал на ухо: — Разве так не лучше? Почему ты расстроился? Мы вместе проведём много чудесных дней. Я буду командовать, ты выполнять. Будет здорово, вот увидишь. Обещаю, скучать больше не заставлю. Сяо Чжань сжал зубы и, проглотив слёзы, спросил: — И сколько это продлится? Ибо сделал шаг назад и уже в полный голос сказал: — Не знаю. Пока не надоест. Будешь приходить каждый день, кроме пятницы и выходных. Слушай, думай, делай, что говорю. И будет тебе счастье. Чжань-Чжань стоял полностью опустошённый. Такого исхода дня он не ожидал. Он и терпел-то все сегодняшние трудности и скуку только ради вечера с этим пусть и наглым, грубым и абсолютно самовлюблённым, но всё же сумевшим завлечь Сяо Чжаня танцором. Как будто прочитав его мысли, Ибо вновь приблизился сзади и, положив руки на талию Сяо Чжаня, чуть приподнялся и поцеловал за ухом, словно успокаивал. — Жду тебя завтра. Чжань-Чжань не выдержал и, резко развернувшись, поцеловал парня. Тот пару секунд позволил себя удерживать, затем отстранился и спокойно, но твёрдо сказал: — Больше этого не делай. Сяо Чжань, сам не зная, почему, улыбнулся. На душе стало отчего-то спокойнее. Он кивнул и, захватив пиджак, покинул квартиру.

***

Ву Лэ встретил его прямо у двери дома. Он стоял тут с самых сумерек, нервно поглядывая на часы и не зная, куда смотреть – в сторону дороги или в сторону пешей тропы. Сяо Чжань не торопясь подошёл к нему. — Ты поздно, – спокойно произнёс Ву Лэ. — Знаю. Долго добирался. — И так теперь всегда будет? — Боже, надеюсь, нет, – ужаснулся Сяо Чжань. — Значит, завтра ты туда не идёшь? – уточнил менеджер. — Иду. И послезавтра. И после послезавтра. И хрен его знает, сколько ещё. — Понятно, – устало выдохнул Ву Лэ. – За своими гулянками не забудь про приём. — Какой приём? — Замечательно, он уже забыл, – проворчал Лэ-гэ. – На следующей неделе в вашем доме состоится прием, куда приглашены те господа-спонсоры, что присутствовали в пятницу на обеде. На повестке вечера твоё участие в новом проекте. — Ты не говорил. — Ты не слушал. Я тебе пиджак для чего принёс? — Я думал, просто так. Лицо Ву Лэ приняло выражение крайней безнадёжности. — Наденешь этот пиджак на приём, надеюсь, он ещё цел после твоих похождений. — Он мне не нравится. — Так не носи. Но на приём надень. Этот стиль нравится спонсорам. Сяо Чжань закатил глаза, молча кивнул и прошагал в дом, мечтая лишь о горячем душе и теплой кроватке.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты