Политический перформанс

      Пик, помогая Трефу двигаться в сторону машины, ожидал ответа. Внезапно короткие гудки сменились раздраженным голосом обладательницы, что явно прибывала в растерянной ярости. — Нам нужно встретиться. Бункер. 52.5186 и 13.3761 — Из телефона слышится недовольный голос. — С чего мне с тобой видеться, скалозубый?! — Дамочка кипела. На фоне было много шумов из-за СМИ. — Да так, дельце государственной важности… Шаф, это в твоих же интересах. — Король соизволил прекратить беседу, несмотря на причитания и начавшиеся расспросы. Подойдя к машине достаточно близко Пика резко передернуло. Время застыло.

«Тик-так»

«Тик-так»

Смерть тихо звала к себе. Политика бросило в холодный пот.

«Не для того я карьеру строил чтобы так взять и помереть в своей же машине!»

      Резко пятиться назад и осматривается, прижимая к себе валета, который находился явно где-то далеко в себе, очередной раз пытаясь понять, что же не так с его жизнью. Пик не хотел терять своего ненаглядного.

«Нет, не позволю!»

      Таща парня как можно дальше в сторону дворов, фиолетовый беспорядочно смотрит на все вокруг. Сердце не вырывалось из груди, а уши не закладывало. Наоборот все было слишком тихо. Именно это вызывало подозрения и сеяло панику. Маленький нервный срыв на фоне произошедшего пару минут назад привел наших героев в суровые русские дворы.       Вокруг цветы в шинах, жуткие плюшевые игрушки, привязанные скотчем к деревьям, какие-то куклы около пня, и как вишенка на торте, чья-то сменка, висящая высоко над головами людей на проводах. Падая на лавку, мужчина вцепляется в Зонтика. А если бы он сел в машину и потерял его? А если это все просто паника и ему показалось? Слегка успокоившись, через минуты 3, он отпустил Трефа и вцепился уже в телефон, заказывая такси до дома.

«Что со мной творится…?»

«Я теряю контроль над ситуацией»

«Этого можно было ожидать, но я не просчитал»

«Идиот»

«Мои ошибки могли стоить нам обоим жизней»

«Но я думал, что они не будут ТАК рисковать, однако им видимо плевать на репутацию»

«Это террор. Настоящее минное поле»

      Вскоре подъехала машина. Пик назвал адрес, параллельно затаскивая Трефа в машину. Бледный и безжизненный парень был похож на одну из фарфоровых кукол в руках коллекционера. Еле-еле отдавал жизнью стеклянный взгляд, окутанный пеленой потрясений. Кажется, что такая куколка будет идеальным трофеем и украшением его скудной, бумажной жизни. Сочетание безвольной слабости, как маленькая страна на границе с империей, манило человека, считающего себя «сильным». Правда, так силен ли он, если по нраву те, кто слабей?       Эта нездоровая тяга властвовать над убогими — главная причина «любви»? Может ли такой абстрактный человек измениться, возлюбить не страх и дрожь, а личность?       Сейчас, сидя на заднем сидение обшарпанной машины, кандидат отодвинул свою гордость и брезгливость. Пассажирские места были защитой, хоть и слабой. Представитель невольно вздыхал, лежа на плече нервного коллеги, который усердно перебирал пальцами в поисках прицела за окном. Однако горячие дыхание на шее чертовски отвлекало от столь важной заботы.       «Кукловод» обернулся. На миг Королю почудилось, что мальчишка и вовсе не жилец. Рука сжала хрупкое запястье партнера. Реакция минимальна. Вот такую кукольность уже не хотелось сексуализировать, даже извращенному разуму вроде Пика. Похоже, что именно в этот день значительная часть нервных клеточек депутата и покинула «борт». В попытках привлечь внимание, старший поднял лицо младшего на себя. Удивительно, как быстро люди способны открыться, после хорошей эмоциональной встряски. — Зонтик? — Обращая на себя внимание, легко потряс хрупкую «гжель». Тяжелые глаза смотрели сквозь переживающего. Словно камень на шее обреченной, рыжеволосой девушки, эти битые стекла упали вниз. — Треф, ты начинаешь меня пугать. — Восьмой клон пытался быть холоден, однако подрагивающие нотки волнения прослеживались очень четко в голосе. Столь сильная слабость отторгала. Что-то страшное из глубин ада скребло душу изнутри.

«Блять, что делать»

«Он точно не был ранен?!»

«Я понимаю, что это шок и чувствительность бла, бла бла»

«Но это не нормально!»

«Ненавижу такие моменты. Быть беспомощным отвратительно!»

      Вы знали, что психика человека — очень странный аппарат? Особенно та, которая в целом стабильна, но имеет небольшую «трещину» из прошлого. Она способна перевернуть ваш страх — в фетиш. Сделать нечто отвратительное, что вы неспособны принять в себе тем, что привлечёт в другом человеке. Примеры подобрать сложно, ведь гомофоб, ставший геем тут не совсем корректен.       Тяжкий выдох сопровождался растерянностью. Нужно собраться. Пододвинув паренька ближе, политик нахмурился. Нос его сморщился, а брови приподнялись вверх. В строгом лице читалось смятение. Вот настоящие эмоции, а не картонные оскалы. Грязные и многообразные, как забытая художником палитра, своей живостью эта искренность несет свет.       Медленно зарываясь в волосы Трефа, словно лирический герой, мужчина шокирует ледяного валета мягким поцелуем в губы. Это последний, клишированный шанс «разбудить» трудягу, который срабатывает. Лед медленно тает. Тело Зонтика пробивает дрожь. За пеленой холода показывается потрескавшееся лесное стеклышко, что было так любо Пику. — Просташкин он… — Голос сбивался, а мысль терялась. — Пуля и к-кровь. — Грудь неравномерно вздымалась. Отходя от сна, внутренний пацифист хватается за последнюю надежду в лице сомнительного политика. Разум все еще был там, под пулями врага. Взгляд вовсе не стоял на месте, мечась по всему салону. — Зонтик… — С плеч в одни момент упал груз тревог. Было понятно, что зрелище весьма травмировало валета. Отпуская лицо младшего, фиолетовый поправил свой пиджак на том, после прижимая паренька к сердцу. Нужно выиграть время, чтобы правильно сформулировать слова поддержки. — Эй, ну… — Мнется. Проявлять эмоции, после стольких лет ношения масок — сложно. — Такое случается… — Неловко и неуверенно произнес восьмой. — Главное, что с тобой и со мной все в порядке. А значит, что мы можем все изменить, Зонтик… Мы можем сделать так, что такая ситуация перестанет быть условной нормальной. — Берет ладони парня в свои. Грамотно вставленная манипуляция, давящая на чувство вины в случае отказа. — Это слишком опасно… Я… — Закрывает глаза, сдерживая весь водопад эмоций. — Я не могу… Почему… Почему я? — Хнычет от жалости к себе голубоглазый. Слегка сжимая ручки мальчонки в своих, Пик немного разозлился в тот момент. Его всё ещё пугали слезы. Он не знал, как с этим справляться. — Послушай… Ты может быть и нет… Но МЫ сможем. Или ты хочешь быть тем, кто зная, что может что-то поменять, просто сдался. Ушел и оставил толпу умирать? — Поддержка и давление это самое страшное что может быть, ведь в голове проскакивает мысль: «это делается чтобы мне было хорошо, наверняка, человек х знает лучше». Зонтик вытянул одну руку. Король позволил это сделать. Утерев рукавом пиджака Пика слезы, неровно выпустил воздух, сосредотачиваясь, чтобы внятнее говорить. — Наверное, ты прав… Стоит попытаться, даже если страшно. — Глаза опустились вниз. — Правильно, нужно взглянуть страху в глаза, чтобы победить его. Мы сильные. Ты сильный. — Лёгкая улыбка на лице восьмого клона отдавала нервозностью, когда он тыкал в прямом и переносном смысле в Трефа. — Ну же, иди ко мне. — Пододвинувшись, он пересадил Зонтика к себе меж колен и обнял вновь, одаряя теплом и зарываясь носом в гущу волос. Кажется, что он спокоен. Но это не так, Король опять спрятался под маской, как только увидел слезы, хоть доля истинны и чувств осталась в его словах. Нервно теребит шевелюру младшего между пальцев, успокаивая себя. — Вы педики? — Раздается с переднего сиденья. Водитель тоже присутствовал в салоне и наблюдал эту сцену. — Вы все равно не сможете ничего доказать. Вам никто не поверит. — Усмехается Пик, обнимая неконфликтного валета крепче. — Можно было и повежливее… — Тихо вклинился младший. Все же «поломка» работала, Зонт стал говорить с людьми легче. — Нет у меня к таким, как вы уважения и плевать на ваш статус. Фу, выметайтесь отсюда! — Закричал водила, делая резкий поворот в сторону обочины и стуча по рулю. — Но это непра- — Пытался отвлечься Треф, решаясь вступить в конфликт впервые за долгое время. — Зонтик… Успокойся и порадуйся за «нормального» человека, которого всевышний одарил запасной парой хромосом. — Язвит политик, запоминая внешность таксиста и заходя в приложении в поисках имени. Порой за свое мнение, которое прикрываем мы ненавистью, можно и жизнью поплатиться. Пик вытаскивает Зонтика под крики автомобилиста и становится легкой опорой парнишки, беря его под руку. — Спасибо. — Мило улыбается Треф, все еще немного расстроенный поведением водителя. — Да… Из-за меня же это и случилось. — Пожимает плечами Мужчина, но чувствует в глубине души приятное тепло. — Ох, нам кажется совсем не далеко. — Пытается улыбнуться представитель. — Да, повезло. — Решил согласиться Пик. Однако отчётливое нехорошее предчувствие преследовало его.       И вот медленным чередом брела парочка к дому. В ушах постепенно начал стоять треск, чуть позже почувствовался запах чего-то сожжённого. Наверное, соседские ребятишки подожгли очередную мусорку. Волнение стал вызывать лёгкий, белый дым, что окутал пространство. До дома остается совсем немного, Пик спешит вперед, желая укрыться от вони. Заходя за угол тот видит, как его предчувствие приобрело начало убеждения «мне так кажется, а значит так и есть». Самый настоящий пожар. Верхний этаж дома Пика горел, словно спичка. — Блять! — Сорвался мужчина. — Зонтик, вызывай пожарных и не смей приближаться к дому не при каких обстоятельствах! — С этими словами Король оставил парня держаться за ограду и рванул в дом. Огонь уже начинал переходить на нижний этаж. Это был явный поджог, причем кто-то намеренно поджог изначально верхний этаж.

«Документы, Мемуары, карты и акции!»

«Сплошной компромат!»

«Я не имею право это потерять!»

      В доме стоял ядовитый смог. Он смешался с пылью, практически лишая зренья, горели даже влажные и старые комнаты, в которые Пик так и не решился заселить Зонтика. Прикрывая рукой органы дыхания тот взбежал по лестнице к своему кабинету. Послышались шорохи и возня. Забегая к себе тот видит перед собой Елдакова, который успел разгромить весь кабинет. Бумаги были рассыпаны по полу, все ящики открыты, «ненужные» листы беспорядочно валялись на полу.       Все его рукописное творчество обречено на гибель, подобно одной старой русской библиотеке. Разломанный глобус валялся в углу. В руке соперника дипломат, забитый бумагами Пика первой важности. Каннибал пытался вскрыть белую дверь в спальню фиолетового. Сложно сказать, что в этот момент происходило в голове творца. Каждая буковка, что была выведена им теперь сгорит. С ней уйдет и та часть, что ее писала. Навек утеряны будут пьесы и отрывки «приукрашенной» биографии. Гнев и печаль образовали антиканибаловскую коалицию. — Какая же ты мразь! — Расхохотался Пик и накинулся на кандидата партии сзади. Тот дернулся от страха и упал, ловко перевернувшись, чтобы уберечься от удара, но не от поражения. Огонь уже близко подошел ко входной двери в кабинет, а эти двое все продолжали драку. Удары летели просто так, от части Пик просто срывался на сопернике, вымещая свой праведный гнев.       В конце концов, ударив достаточно сильно Король забрал свои документы и сложил все что мог. Все что плохо лежало на полу. Затем быстро открыл дверь, желая забрать кукл. Сцену было спасти невозможно. В особенности хотелось забрать самого себя и валета. Дышать становилось совсем тяжко. Появился кашель, а температура вокруг явно подросла. Хватая со сцены все что мог, Пик рванул на выход, но в дверях стоял избитый Елдаков. — Нужно было соглашаться на должность, счастливо запечься! — С этими словами тот спародировал последние кадры из фильма «Пила», захлопывая дверь на ключ.       Политик замер на секунду, голова легко закружилась. Король попытался открыть дверь, но его попытки были тщетны. Матерясь как сапожник, он не собирался сдаваться. Попытки выбить дорогую дверь, лишь отняли больше сил. Тогда мозг начал думать критически. Фиолетовый сполз вниз, где было не так сложно дышать. Быстро забегал глазами в поисках спасения. Увидел окно. Если он сможет протиснуться в довольно широкую решётку, то будет спасен.       Тем временем снаружи Зонтик очень нервничал, ему сказали, что пожарные уже выехали, но бежать в дом он все еще не мог. Не только из-за ноги, но и из-за приказа старшего. Трефу оставалось лишь взирать на то, как пламя обволакивало этот дом. Парнишка все пытался найти то, что мог бы сделать дабы помочь политику. Нервы начинали сдавать.

«Его слишком долго нет»

«Я не могу так, я обязан помочь!»

      Резкий звон стекла. Пик стал выбираться через окно на втором этаже. Младший замер, смотря на столь опасную картину. В голове все немного успокоилось, ровно до момента, когда фиолетовый пошел по тонкому подоконнику с портфелем в зубах. Самый настоящий циркач без какой-либо подстраховки. Валета передергивает, присмотревшись он понимает, что восьмой держится за железный край крыши.

«Этот идиот сорвется в любую минуту»

      Тихо прошептал внутренний голос, подталкивая паренька вперед. Когда же тот приблизился достаточно близко, то часть крыши покосилась. Видимо огонь уничтожил одну из несущих конструкций. Король покосился вслед за крышей, а потом и вовсе повис на той, отпустив чемодан, который успел поймать Треф. Словно курица над яйцом, голубой не мог найти себе места, мечась внизу и выкрикивая что-то вроде «Ловлю, ловлю!». Зонтик еще не знал, сколько весил Пик.       Буквально на третий выкрик, мужчина уже не мог сдержать боль от ожога и грохнулся вниз, исполняя желание коллеги. Политик упал прямо на Трефа. В этот момент из глаз посыпались искры, показалось что все органы опустились вниз или прилипли к позвоночнику, а кишечник с печенью и вовсе оказались всмятку. Валет явно не рассчитал своих сил, от шока не получилось даже вскрикнуть, лишь хруст по всему телу отозвался ноющей болью. Пик откашлялся и сдавленно выдохнул, пытаясь как можно скорее перевернуться, дабы не убить мальчика. Руки адски жгло от ожога, теперь крем нужен не только младшему. Это явно месть судьбы. Только политик отдышался, как стена начала обваливаться сильнее и одна из балок летела прямо на них. — Осторожно! — Вскрикнул Треф, из последних сил дернув Пика в свою сторону и переворачиваясь «колбаской» что и спасло их. — Да я твой должник, Треф — Сквозь боль сорвалось с уст кандидата. Оглушающий звук сирены разнесся по всей улице.       Пожарные прибыли, с ними были и медики. Лишь доблестная полиция решила не вмешиваться. Врачи растащили этих двоих. У валета не нашли ничего особо страшного. Пара царапин и синяков, иными словами легко отделался. Пику повезло меньше, обе руки пострадали, различия были лишь в степенях ожога. На одной руке 1, на второй 2. Так же следы от драки были видны. Медики не нашли ничего лучше, как вручить тому крем. Краем глаза Король ревниво взирал на Зонтика, которому один из практикантов делал согревающий массаж, дабы нога прошла быстрее. Как только скорая закончила, Пик тут же оттащил парня за какой-то угол. — Нам нужно в одно очень важное место. — Зонт лишь кивнул, слегка обнимая того, ему казалось, что это действительно нужно сейчас. Политик набрал кого-то, прося машину, а после звоня Ялу. — Ты видел новости? Если кратко, то они сожгли мой дом. В квартире может быть опасно, так что координаты едем в штаб. 52.5186 и 13.3761. На входе красная повязка, захвати перчатки, желательно фиолетовые. — Сбросил звонок. — А что за штаб? — Поинтересовался валет. — Не важно, главное, что там безопасно. — Депутат сел на лавку отдохнуть, за собой потянув и Трефа. Посадив парнишку как можно ближе к себе, он облокотился на Зонтика и уткнулся в его шею, взирая на множество следов, которые сам и оставил. — Ждём.— Четко и довольно холодно сказал тот, осматриваясь по сторонам. Ребята сидели в тишине минут пять, когда валет нарушил эту гармонию. — Знаешь, я все же рад, что ты жив… Все что происходит это так тя- — Резкий гудок прервал откровения младшего клона. Подъехала черная машина. — Ох, короче… Не важно! — Зонт спрятал смущенное лицо, пока нервный мужчина выдохнул и поднявшись подошел к Шпееру. — Чего так долго, я уже изнервничался. — Беря младшего за запястье, лезет на заднее сиденье. — Пробки, сэр. — Меня не волнует, ты знаешь куда нам. — Рыкает политик. Зонтик не хотел конфликта, потому беря за руку старшего слегка потер тыльную сторону 2-мя большими пальцами. Удивительно, но Пик отвлекся, положив более здоровую руку на талию валета.       Тщетно, глупец убеждал себя, что голубоглазый все еще лишь кукла для него. Однако даже марионетка, у которой отклеилась пуговка, говорила совсем о другом. Холодный, как камень, человек, впервые привязался к кому-то и это будет сложно принять.       Скомканные переживания переполняли Пика. С одной стороны, политика, которая не терпит любви и близости. Любая связь, становится угрозой, когда ты занимаешь высокий чин. С другой стороны, нечто новое и непонятное, оно манит и все попытки к сопротивлению этим чувствам идут крахом.

«Может стоит обезопасить Зонтика?»

«Все равно я собираюсь договориться о поддержке с соседним государством»

«Там сейчас безопаснее»

«А с собой на речи буду брать его двойника»

«Правда, двойника нужно найти, но это не так важно»

«Хотя я недостаточно хорошо знаю правителей НПС»

«Да и мне не хочется, чтобы он уезжал»

      Машина резко съехала с ровной дороги в лесную глушь. Они были уже за пределами города. Началась тряска и младший клон стал держаться за Пика, когда в один миг изменился в лице. Закрыв рукой рот, Треф густо залился краской и свел ноги, выгибаясь. Хватаясь за Пика, он подтянул мужчину к себе. Король явно не понимал, что происходит, однако все было элементарно. Как мы помним, вибратор-то никуда не делся. Видимо из-за кочек слетел некий предохранитель, позволяя тому включиться и похоже отнюдь не на 1-м режиме.       Как только до политика дошло, что произошло вся серьезность сошла на нет. Лицо озарила странная, но довольно искренняя улыбка. Еще чуть-чуть и он засмеется. Грудь уже подрагивала, сдерживая внутренние смешки. Но вот кому не было смешно, так это Зонтику, что посмотрел на того серьезно и возмущенно. — Достань пульт и отключи. — Прозвучало самое настоящее требование, однако сложно серьезно воспринимать столь юное лицо, покрытое ярким пунцовым румянцем. — А ты попроси. — Злорадная ухмылка смешалась с легким смехом депутата. Зонтик не стал уговаривать старшего, а полез через него, пытаясь добраться до дипломата, где и был пульт.

«Какие мы наглые стали»

      Чтобы дотянуться валету пришлось лечь на колени Пика. Тогда то, мужчина и решил показать кто тут главный. Шлепком по пятой точке он нагнал воспоминания о первом наказании, когда же возмущенная и напуганная жертва замерла, политик быстро развернул его лицом к себе. — А, а, а, — пригрозил тот пальцем, — идти к цели несмотря ни на что это правильно, Зонтик, но только если ты уверен в своей победе. — Мужчина перехватил руки парня своей, подняв их вверх. — Я сам выключу, когда ты попросишь. А пока полежи.— Свободной рукой он потянулся за пультом, включая самый слабый уровень, но переставляя на режим постоянной вибрации. — Будет стимулом. — Оскалился старший. Конечно, в этих действиях не было смысла. Депутат просто хотел расслабиться и увидеть красное, смущенное личико вновь. — Ладно, ладно, прости, выключи его пожалуйста. — Небрежно кинул Треф, за что и поплатился, чувствуя, что режим повысили. — Х-хватит! — Валет локтем толкнул противника в живот. — Пожалуйста, прекрати это! Сейчас не время для твоих извращенских штучек! — Вырвал руки и оттолкнул ближнего. — Так уж и быть. — Тяжкий вздох, прибор отключили. Машина остановилась — Мы на месте, дальше никак, после урагана так и не почистили дороги. — Шпеер устало откинулся назад, отпустив руль. — Это даже к лучшему, никто не найдет это убежище. — Пик встал, изначально беря парня на руки, однако через пару секунд отказался от этой идеи из-за боли от ожогов. — Тебе должно было стать легче, идём. — Король шел впереди, ведя за собой немного отстающего Трефа. Так наши герои прошли вперёд по лесной тропинке, около которой был шест с красной повязкой. Вскоре они уже спускались по склону горы вниз, когда король остановился и припал к земле. Отбрасывая всякий сор, он достал ключ и открыл двери в массивный бункер. На пороге уже были знакомые лица. — Здравствуйте, босс. — Донеслось со стороны Яла, рядом с которым стоял Руд. — Ваши перчатки. — Протягивает вышеназванный предмет. — Благодарю. — Холодно отвечает политик, чувствуя, как представитель прячется за его спину. Зонтик все еще помнил некоторые фразочки блондина, которые звучали весьма угрожающе. Рядом с ними стояла Мисс Шаф. Глаза скрыты под очками. Белый пиджак, руки сложены крест на крест. Все как обычно, разве что девушка нервничала, раздраженно постукивая пальцами по своим же рукам. За ней стояла консультантка, научившая Пика паре техник шибари. — Я не разрешал брать кого-то. — Холодно отозвался рогатый. — Либо так, либо никак.— Огрызнулась Шаф. — Хорошо, только потому, что я сегодня добрый. — Пик повернулся к шестеркам. — Позаботьтесь о Зонтике и Этой леди. Нам нужно поговорить наедине.

«Все это так странно, он же отзывался о ней как о враге»

«А сейчас они уже идут на личный разговор…»

      Подумал Зонт, слыша, как со скрипом закрылась дверь.

***

      Противники расположились напротив друг друга. Пик, стуча пальцами по столу, завел диалог. — Ты знаешь, что Просташкин умер. Именно поэтому мы здесь, чтобы заключить выгодную для двух сторон сделку. Я обещаю тебе должность выше, когда стану президентом, при условии, что ты будешь бороться на нашей стороне. — С чего бы это мне бороться на вашей поганой сторонке, когда я могу занять место Просташкина и баллотироваться вместо него? — Пылкая дама достает сигареты. В это же время Король со скрежетом отодвигается и поднимается с места. — Видишь ли, тут есть одна неувязочка… — Ставит руки на стол и легко нависает над собеседницей. — Ты женщина. — Легкий нервный смех. — И тебя на политической арене обольют помоями только за это. — Пик переходит на шепот и отходит от той, начиная ходит по кругу и погружаясь в свои размышления. Лишь иногда взор очей его падает на блондинку. — Заклеймят шлюхой или ещё похуже. У нас тут не Европа, ясно? Это НСРФ, а не сказочка для маленьких деток. Все вокруг понимали, что Просташкин твоя марионетка. Твой план был чертовски прост и глуп. Зная, что только через него есть шанс получить власть, ты мечтала прирезать его, как только идиот станет президентом, неужели я ошибаюсь? — Саркастично задал вопрос, смотря собеседнице в глаза. Шаф была зла. — Именно поэтому я и пошла сюда. Каким же образом ваша башня делает вас лучшими?! Это абсолютно не честно, что с нами никогда не считаются, я изменю это. — Стук кулаком по столу. — Ненавижу большую часть наших политиков, они все давят и давят… Выдумывают глупые стандарты. — Тяжкий вздох. — Ты действительно считаешь, что удобно в 30-ти градусную жару бегать на шпильках под палящим солнцем? Только потому, что «женщина должна быть всегда женственной». Почему в вашем понимании женственность — слабость? Почему вообще мужчины решают, что значит быть женственной? Почему черт побери женственность стала оскорблением за последние 20 лет? — Шаф говорила довольно тихо, эта тема слишком неприятна для нее. — Я ненавижу нашу политику и черт побери, да, я хочу отыграться на всех людях, которые заставили страдать нас. Мне не жаль, что «неся свет» я мечтаю сломать жизни других. Они это заслужили. Они поплатятся, я обещаю. — Еще более тихо шепчет та, смотря на Пика. — Ох, да я вижу, что ты мечтательница. — Абсолютно спокойная ответная реакция поражала. — Конечно, ты можешь попытаться исполнить свои розовые фантазии, но не тебе ли знать о том, какие бывают женщины? — Пик подошел к шкафу, находя альбом с личной информацией о девушке. Такие альбомы у него были на каждого из соперников. Перед Шаф легла фотография ее семьи. — Твоя мама была тем самым идеалом женщины в патриархате и готовила тебя как такую же молодую хозяйку. Терпела отца алкоголика, терпела побои и готовила тебя чтобы стать такой же. Даже когда ты пошла в университет, она сказала «главное найди себе там жениха», думаю, что я угадал. — Она не признавала твои достижения, ох красный диплом… Но не по медицинскому делу, а по «мужской» профессии — адвокат. — К чему ты клонишь? — Девушку уже начинал раздражать этот разговор. Она ненавидела свое прошлое. — Мне просто интересно, как же ты смогла довериться Просташкину? До этого ты работала сугубо с девушками и не брала никого другого. — Если я расскажу ты прекратишь заниматься этим идиотизмом? — Невежливо отвечать вопросом на вопрос, но предположим, что да. — Если кратко, то он был весьма мил со мной, не смотрел с высока и в целом мы поладили. Это был всего 5-тый парень который заговорил со мной. Если у тебя есть мои фото, то ты видел, что у меня на лице был невус (темное пятно). Это было причинами многих издевок, пока в 20 лет я не накопила достаточно, чтобы свести его на операционном столе, там же мне кстати и повредили зрение. — Девушка сняла очки. Под ними были глубокие фиолетовые глаза. — Я не могу нормально видеть без них даже зимой, мир для меня более… Яркий и не в самом хорошем смысле. — Она выдохнула немного успокаиваясь. Увидев это Пик решил поменять тактику с «властвуй, доминируй, унижай» на «разговор по душам». Поставив чайник он продолжил ее слушать. — Кстати, я задам вопрос? Ты не стесняешься своих зубов после того случая в мае прошлого года? Это было единственное мероприятие, с которого ты ушел. — На столе уже были две кружки кофе. — Не помню такого. — Буркнул Пик. — Ну, тот случай с фотографиями у роддома, когда ты улыбнулся ребенку, а он разрыдался так, что даже нянечки не смогли его успокоить. — Злорадно посмеялась девушка. — Не задумывался о походе к стоматологу? — Он не поможет. Если ты про то, что у меня 10 клыков вместо 4. Это… Условно генетическое заболевание. — Конечно, в случае Пика это была не генетика, а Федор, решивший создать стереотип злодея. Отец земли королей совершенно не думал, что будет если персонаж оживет. — Ты же знаешь о синдроме «вампира»? Ну, короче, когда длинные клыки, бледная кожа. А у меня, как бы смешно тебе не было недоразвитый синдром «оборотня». В самых худших вариация при таком заболевании все зубы —клыки. Мне повезло больше у меня по 6 клыков сверху и 4 внизу. Хотя ты видишь, что и коренные у меня островатые. Это всегда делает приемы пищи невыносимыми, особенно если еда твердая. — Вздохнул Пик, отпивая кофе. — Но не будем о моих болячках, перейдем дальше к твоей истории. — Да, после… Ты и сам знаешь, я не хочу об этом. — Делает пару глотков. — Знаю, но только версию СМИ, а не твою. Зачем же ты просила компромат на него у меня тогда? Вся в слезах практически валялась у моих ног. — Смешок. — Не утрируй, не валялась… У нас произошел очень неприятный конфликт… Он оказался виновен, и я поняла это когда увидела все улики. — О нет, не ври мне. — Пик достал флешку. — Он ведь шел по делу об изнасиловании? И ты узнала это на собственном опыте. Он почти убил тебя. Аритмия и возбудители в «дружеском» шампанском не сочетаются. Единственное, что спасло тебя, та маленькая игрушка-робот с камерой. Ты хотела купить собаку насколько мне известно, и чтобы следить за ним, когда тебя нет, купила этого робота. И он спас твою жизнь, принеся тебе доказательства деяний насильника. Почему же ты его не посадила? — Чтобы ты понимал в НСРФ только 1 из 700 заявлений об изнасиловании оставляют. Из оставшегося только 20% доходит до суда и осуждается от общего количества 3%. А Просташкин сын мэра этого города. Я бы ничего не добилась кроме проблем, но и мириться с этим я не собиралась. Если честно, я думала, что нравлюсь ему, но после того, как он н-надругался надо мной у него тут же появилась новая подружка. И я решила отомстить по-своему. Пошла в политику и заставила его же пропихнуть меня. Я грозила слить это видео на порно сайты, тогда бы его осудили мол «вот что он делает за наши деньги». И у меня вышло. Но этого было недостаточно. Я пошла к тебе за компроматом. Хотела опубликовать всю его грязь чтобы статус Просташкина понизился. Чтобы каждый плевал ему вслед… У меня вышло только на 40%. Мне приходило множество угроз и… — И тогда ты снова пришла к своему старому другу — Пику за защитой и покровительством. — Сжал флешку. — Любезностей полный твой друг согласился, прося тебя подписать договор… Но ты подписала его своей ручкой… С исчезающими чернилами. — Король был весьма злым. — Самое время расплачиваться за свои грехи, Шаф, либо ты подписываешь этот договор моей ручкой и принимаешь мои условия, либо я публикую в интернете то самое видео… И поскольку Просташкина уже нет, то осуждение падет на тебя. — Рогатый похлопал глазками с противной улыбкой, доставая бумагу. — Повтори, что я конкретно получу в случае твоего выигрыша и на каких условиях.— Скрестила руки девушка. В горле стоял ком. Ей было мерзко смотреть на Пика. Так же как когда-то было мерзко смотреть Просташкину на нее. — Ты и так уж и быть твоя спутница могут оставаться в этом бункере сколько пожелают. Я гарантирую защиту в пределах своих возможностей. И в случае выигрыша, отдаю тебе место министра СЖНСРФ (Союз женщин новой сказочной российской федерации) и ведущее место в комитете о защите прав женщин. С правом самой набирать 1/3 его состава. В случае проигрыша каждый сам за себя. Но пока идет борьба тебе придется меня слушать и считаться с моим мнением. — Половину состава и я согласна. — Отставляет чашу кофе. В руках проверенная ручка. Быстрая роспись по листу. — Кстати, завтра сюда приедут президенты НПС, пожалуйста, можешь завтра в период с 5-9 часов особо не ходить по убежищу, хорошо? А так, сладких снов. А то день сегодня насыщенный для нас обоих.

Справка: НПС

Немецко-Польский Союз

Европейское государство, образованное в 2025 году.

В него входят земли: Польши, Германии и часть Чехии. Первое государство с 2 полновластными

президентами. Обязательно разнополыми, дабы было 2 точки зрения на ситуацию.