Политический перформанс

      Конечно, такие условия Пику не подходили. Очень сильно не подходили. Отдать землю в разгар борьбы за власть — стать предателем в глазах народа. Да и перспектива остаться со столь проблемным и сомнительным лицом вроде Вару, совсем не улыбалась ему. Хотя в зеленом и бурлил потенциал хорошего союзника, но увы временного из-за его неподатливости и личных целей. «Мы друг другу чужие, как и все» — Этой фразой и закончилось их общение в карточном мире, когда фиолетовый понял, что варвар неуправляем.       В жизни же обычной иногда вспоминал о том, смотря на глупых марионеточных политиков основной партии. Такие выступали на телевиденье. Под предлогом обсуждения проблемы устраивали обычный скандал, даже не пытаясь найти решения. «Подлость, гадость» и, разумеется, артистичность помогали им обрести популярность.       Пиковый валет — слишком рискованная пешка, ведь запросто может перейти на сторону врага, если тот пообещает больший доход. Тогда весь его талант выльется на бывшую партию. Вару не надежен, в отличии от запуганного Зонтика, который и слова не скажет без Короля. — Даже не знаю, что звучит хуже, отдать столь важную область торговли или прожить пару недель с этим… — Фыркает в сторону очкастого. В последние карточные денечки их отношения совсем не клеились. — Может быть что-то одно? — Политика территории, как рынок, торг уместен всегда. — Нет. — Хмурится правительница НПС. Повисает напряжения. Треф смотрит с волнением, в голове все еще не укладывается, как же с легкой руки можно решать сотни тысяч людских судеб. Помимо людей он переживает и за Пика, хотя на самом деле скорее за себя. Взяв салфетку тот судорожно и незаметно стал ее мять в попытке успокоить нервы.

«Пик не стабилен»

«Это точно как-то отразится на мне»

«А люди, сколько может оказаться без помощи и гражданства»

«Это приведет только к кризису, повышению преступности и ненависти народов»

— Может скидки на Энергоресурсы? Для вас, союзницы, даже 60 процентов, такого вы не увидите у других, да и ресурсов у них меньше. —Эмма переводит грозный взор на Хелен, ведь большей частью экономики занимается именно она. Предложение правда заманчивое, несмотря на размашистость территории и морские порты, энергоресурсов мало, поэтому большая часть НПС уделена торговле. Червовая дама кивает, с легкой задумчивостью поправляя прядь волос. — Хорошо, 60 процентов области, Вару у вас и скидки. — Усмехается, сверху вниз смотря на соратника по масти. Власть имущая все еще не переносила на дух этих двух, а потому смотреть на них в положении «ну помоги пожалуйста» было весьма интересно. — Я не имею права так поступить сейчас, Эмма. Это поднимет много тревоги, а что будет с жителями, это понизит не только нашу, но и вашу репутацию… Привлечет лишнее внимание других и скорее всего приведёт к гибридной войне или вооруженному конфликту. — Он прав, но есть другое решение. — В разговор вступает белый цветочек жизни. Девушка просит налить чаю, пока к ней прикованы взгляды. — И что же ты предлагаешь, по-моему, легче просто забрать то, что когда-то и так нам принадлежало. — Черноволосая постукивает пальцем по столу, видно, что она не довольна ситуацией. — Давайте договоримся так. Для нас выгодно сейчас поддержать Пика, так как действующая власть авторитарна, что угрожает миру между странами. Мы обеспечим защиту и даже проспонсируем смену власти в пределах разумного, а взамен получим скидки на срок… Предположим год или три на энергетические ресурсы и ЛПК, большую свободу для предпринимателя, так улучшиться и ваш и наш рынок товаров. —Беловолосая отпивает чай, мило улыбаясь. Хелен действительно хороший дипломат, который мило и незаметно может выжить все соки из противника. — Хотелось больше влияния на Калининградскую область, но не территориальную. Ослабь там пошлины, когда будешь у власти… И да, Вару было бы неплохо тут остаться на некоторое время да, дорогой? — Вообще-то нет… — Фыркает, громко размешивая чайной ложкой сахар. — Тут скучно и не интересно. — Не переживай, как только выборы пройдут первым самолётом вышлем за тобой. — Девушка слегка разворачивается, поправляя воротник валета, что слегка надулся. — Я и сам справлюсь. — Но я же знаю, что тебе приятно. — Хихикает и отстраняется, пока валет затихает. Конечно это все уже за пределами этикета, но посланникам НПС он особо и не нужен, ведь именно они тут лидируют и помогают неуклюжему соседу, у которого каждая смена власти сопровождается бунтом или революцией. — Надеюсь, что они затянутся на 6 месяцев как в прошлый раз. — Насмешливо продолжает Эмма. Наверное, для вас удивительно что выборы могут столько длиться, но для немцев и поляков, что предпочитают работать с бумагами, а не технологиями это нормально, к тому же столь длинная гонка помогает выбрать лучших. Власть — это соревнование, в котором тебе нужно каждую секунду доказывать, что ты не индюк. — Я считаю, что идея Хелен более практичная. — Кашляет в кулак Пиковый Король.— Сама посуди, это странно, когда президент сразу отдает часть земель. Мне не важно, как будут расположены сферы влияния, мне важно чтобы Калининград числился как часть НСРФ. — В этом и весь ты, коррупционер! — Злобно хихикает зелёнка. Зонтик смотрит в стол, опустив голову. Что-то в его голове крутится.

«Нужен лишь вид, но не более»

«А вдруг так же и со мной…?»

«Я тоже окажусь за бортом, как только все закончится?»

«Нет я же другой… Я важен»

«Но правда ли это?»

«Почему люди особенные друг для друга?»

«И как понять ложь все это или чувства»

      Не ясно, какую часть собрания Зонтик провел в унылых раздумиях, но резкий толчок вывел валета из этого состояния. Мгновение полета и вот представитель уже лежит на полу, ударившись затылком. Вару решил развлечься, хихикает стоя над слабым. Девушки пропали, а Пик забирал договор, видимо встреча окончена. Слыша шум Король оборачивается и видит первые неприятности. — Вару. — С раздражением шипит тот, грубо отпихивая одного валета и протягивая руку второму.

«М?»

«Он помогает этой тряпке»

Зеленый застывает в недоумении, а потом усмехается.

«Жалкое зрелище»

«Неужели он настолько ослаб, что связался с кем-то вроде этого плаксы?»

      Зонт робко протягивает руку, надеясь на помощь, но пиковый лишь подал ее как опору, чтобы валет встал сам. Нахмуренные брови и прищуренные глаза смотрели прямо в душу. Было видно легкое раздражение и никакого сочувствия, все внимание направленно на зеленого. — Все нормально. — Сухо и твердо выдает политик.

«Похоже у него снова нет настроения»

— Д-да. — Треф поднялся и отряхнулся, появилось ощущение что он здесь лишний. — Пизда. — В рифму выдает зелёный, после передразнивая голубков в свойственной манере. Зонт мнется, все слишком неприятно. Вновь ищет отклик в лице старшего. Пальцы щупают край пиджака. Но в глазах депутата холод. Становится больно изнутри, хоть каких-то значащих причин нет. Кажется, что «ну ладно, он не в настроении, занят и вообще разве кто-то обязан любить тебя каждую секунду?», но треск внутри становится все сильнее, от обиды валет спешит удалиться.

«Почему я чувствуя это?»

«Мне не нравится, противно до коликов»

«Я должен отвлечься…»

«У меня все еще есть дела, я должен спрятать те бумаги»

      Стук туфель о кафель становился все более глухим, двери все так же скрипели, но кажется тише. Только сердце стучало громче колокола, а голова становилась все тяжелей от мыслей. Щелчок выключателя у нужного входа. Валет закрывает глаза и входит в комнату.

«Сейчас я немного отлежусь, приду в себя и уничтожу эти бумаги»

«Другого выхода нет»

— Ох, Привет! — Резко раздается голос одного из помощников, что так любит шоколад. — Я помешал, извини — Зонтик занервничал, начиная отходить.

«А если он найдет эти бумаги… Черт, мне конец»

— Нет, я бы вообще хотел, чтоб ты остался…— С серьезным видом сказал мелкий, отодвигая один из пустых ящиков, переворачивая его и затем вставляя обратно. Таким образом Руди сделал себе сиденье. — Наше знакомство прошло не хорошо в первый раз, думаю имя ты мое помнишь, как и я твое. — Парень протянул руку и произошло неловкое рукопожатие. — Я хотел спросить, как ты себя чувствуешь, я видел твое тело и… У босса специфический характер, я не собираюсь его защищать.— Хлопая рядом, немец приглашает присесть собеседника, но голубоглазый вздыхает, робко садясь в углу. — Мне так удобнее, прости… И ты правда не расскажешь ему ничего? — Отводит взгляд. Дверь странно скрипит и приоткрывается, Руди ее быстро закрывает, после все же падая рядом с соратником по несчастью оказаться в пиковых руках. — Не беспокойся, я унесу твой секрет в могилу, к тому же будем честными из-за политики не у тебя, не у меня нет большого круга друзей, так что думаю это хорошее решение узнать друг друга лучше. — Кладет руку на плечо. — Да ты прав…— Прикрывает глаза, грудь монотонно вздымается, прогоняя воздух. —Если честно не понимаю во что влип… Я идиот какого следует поискать. — Усмехается Треф, с горечью смотря в пол. — Хей, ну, ты же жив, а значит не все потеряно? — Подбадривает Рудольф и лезет в карман, где что-то зашелестело. Секунда и черноволосый достает остатки шоколада «Бисмарк» не самое дешевое удовольствие. — Держи, тебе нужно взбодриться, это поможет. — Спасибо… Правда спасибо. — Отламывает кусочек. — Не за что, и можно странный вопрос? — Конечно… — Я видел твою спину и… Он поднимал на тебя руку? — Судья смутился и отвел в сторону. — Нет, нет… Не то что бы, мне самому это нравится. — Парень сглатывает. — Только не осуждай, да я странный, у меня просто не было иначе… Вроде это не приятно, но с тем же расслабляет, кажется, что только так ко мне и нужно относиться. — Валет слегка потирает щеку. — Прости, наверное, я очень странный. — Ты не странный, это можно понять, я раньше пытался учиться на психолога, но не задалось из-за Пика с его службой… Нам с Шахтом нельзя светиться среди людей… Иногда я скучаю по времени, когда мы днем просто гуляли по улицам… Я отвлекся, просто… Не переживай и рассказывай, я хочу знать все. — Ох, может лучше я тебя послушаю? — Нет, нет, сначала ты. — Улыбнувшись голубоглазый потрепал представителя по голове. — Хорошо, на самом деле большая часть всего это конечно из-за того, что на Пика покушались, а другая из-за нашего пристрастия… — Мнется переводя взгляд, как бы ожидая одобрения. — Ну? — Кивает немец, пододвигаясь еще ближе. — Думаю, я на самом деле недорос до отношений и застрял где-то в таком… Более подростковом периоде? Так и не определившись со своими желаниями и проблемами… — Отворачивается и стыдливо прячет взгляд. — С одной стороны мне хочется чего-то как у вас… Милого и заботливого, а с другой стороны я хочу, чтобы за меня правда решали некоторые проблемы, ведь Пик умеет это делать, а я… Нет, вообще нет. Только терпеть. — В горле ком, валет уткнулся в колени. —Я хочу слишком многого, особенно с тем что вторую мою сторону просто тянет страдать не из-за чего… И дело даже не в «искуплении вины»… Просто хочется выплеснуть эмоции и получить от этого удовольствие. Хотя я не уверен что мне это нравится, ведь не знаю любит ли он меня… И может ли кто-то вроде Пика любить. Может я просто веселое развлечение и стоит отстраниться. — Пододвигает колени ближе, прикрывая глаза. Легкая дрожь проходит по телу, что-то изнутри начинает распирать. Руди замечает это и обнимает валета. — Тише, тише не переживай так, мы справимся. — Он слишком внезапный, у него вечные перепады и я не могу быть рядом с ним спокоен. Вроде в один момент он меня любит, а в другой холоден и безразличен. К сожалению, я уверен, если будет нужно, он без колебаний убьет меня. Но так хочется побыть в этих розовых очках подольше. — Глаза начинает печь, но Треф держится как может.

«Я не буду плакать»

«Не буду!»

— Я умру в этих очках, и без них тоже. Просто, мне никогда не говорили так много приятных слов, и я правда хочу верить в любовь, хоть в такую, но за это сам себя ненавижу, ведь иду как крыса прямиком в мышеловку. Я точно не смогу уйти, даже если он напрямую скажет, что убьет меня. Хотя даже после всех этих игр, чувствую себя грязным, и вода никак не помогает, видимо все правда ложь. — Руди немного кривится и думает, пытаясь сложить пазл воедино.

«Склонность к саморазрушению, эмоциональная зависимость и одновременно недоверие»

«Что-то же должно было произойти чтобы он таким стал?»

      И начался долгий расспрос о жизни, детстве и, разумеется, появился вопрос про первый раз. Хоть и через стеснения, многочисленную замену слов на «не режущие слух», которые на самом деле немного раздражали, Рудольф вздохнул, понимая того гораздо лучше и уже не так смотря на хрупкого собеседника. Он мягко пытался донести, что Треф не был готов. — Нет, ты не прав, я же дал согласие на это… Ну да, пускай на эмоциях, но оно было, а значит за последствия несу ответственность только я и… Все же прошло хорошо — Рука ложится на лоб, после сползая вниз и закрывая глаза. — Это не может быть изнасилованием, я не согласен. — Сжимается голубоглазый. — Ты просто боялся, что кто-то сделает больнее, а он дал обещание что это будет приятно, конечно после стрессовой ситуации ты выбрал его, не понимая, что вообще мог не выбирать и попросить прекратить. — Зонтик вздохнул. — Значит все ложь? Может… Может стоит попробовать сбежать? — Чтобы ты не затеял, я помогу, в конце концов я понимаю, какого это вечно «взаперти» одного круга лиц… Сам на службе около 4 лет.       Дверь вновь заскрипела, но в итоге сама закрылась. Все время за ней стоял зеленый гость, долго слушая весь этот разговор через дверь. На лице воссияла самая искренняя улыбка, скоро он совершит грандиозную, по его мнению, пакость, донеся эту информацию своему королю, немного перефразировав.

«Даже и не думал, что этот идиот на столько «темная лошадка»

«Ох и будет заварушка»

«Целое шоу для одного меня и страдания этих наивных глупцов»

«Уверен, рогатый им задаст»

«А этот решит, что донес Зонтик»

«А он наоборот»

«Я устрою целую драму»

«Да будет веселье и разруха!»

«И на Пика у меня есть теперь компромат, о да»

«Я развлекусь как следует!»

      Бурно жестикулируя 5-й клон шел по коридору, пытаясь найти Пика, когда из-за одной двери послышался злобный, громкий крик. — Да мне плевать на этот народ, я не выйду, пока территория не будет в полной безопасности! Я знаешь ли не один… И не собираюсь рисковать! — А где же тот Пиковый Король, который не боялся смотреть страху в лицо? — Со скрипом в дверном проеме появляется Вару, а затем нагло и вальяжно, словно хозяин скользит вперед. Его дело — развлечься, увидев волнение и агрессию с бессилием на лице противника. — Неужели слабость теперь передается половым путем? — Я перезвоню. — Огрызается старший по масти и быстро вешает трубку. — Вышел из моего кабинета и заткнулся, ты тут гость, а не хозяин чтобы мешать моим делам. — Слегка поддается вперед, надеясь морально задавить валета. — Ой, ой, ой я весь дрожу, прямо как твоя тряпочка, мф, ах, будь нежнее~ — Передразнивает зеленый с хитрой миной. — Ну, ну что ты так смотришь? Хочешь меня ударить? — Смех очкастого заставляет кандидата сжимать кулак правой руки, держа его второй рукой. — Тогда скажи прощай президентскому постууу, Хелен и Эмма не простят тебе такого. — Если ты закончил, то свободен, у меня еще есть дела. — Выдыхает, делая равнодушный вид, пока ярость внутри бурлит вулканом, глаза более обычного краснеют, а из ушей вот-вот грянет пар. Таким заведенным его никто и никогда не видел. — Хи-хи, жалко смотришься, рогатый, видимо это заразно, но знаешь… Что он думает о тебе за спиной? — Прикрывая рот рукой, смахивает со стола бумаги, усаживаясь на тот. — Насильник, урод, губитель и абъюзер… Холодный и черствый. — Хватая за край одежды, тянет ближе. — Он хочет сбежать от тебя и обещает положить на это все силы, так что будь готов получить ножом с самой, хи-хи, дырявой стороны. — Отталкивает, разваливаясь на столе. — Какой стыд, быть геем и спать с этим, охохох, компенсируешь или не дают парни по симпатичнее? — Хватит врать. — Поправляет пиджак у плеч. — Зонтик предан мне, я более чем уверен. — Слегка заминается, ведь в этом то политик не может быть уверен. — Твои глупые попытки повеселиться меня не волнуют, так что приди в нормальное положение и выйди, а то лежишь как последняя шлюха, рядом с «геем-насильником». — Усмехается, желая припугнуть. — Ой, пугаешь, да наверняка ты и снизу побыть любишь, хах! и как же ты, вечно считающий, что Зонт лишний удумал, что достаточно хорошо его знаешь, чтобы столь смело заявлять о его преданности?! — Раскидывается лишь больше, специально сталкивая стеклянную лампу со стола, которая разбивается на крохотные осколки о пол, лишь больше заставляя политика кипеть. — Закончил? Молодец, вставай и катись, пока я тебя не выставил из бункера или не приказал «случайно» запереть в какой-нибудь комнате. — Ну, ну давай, попробуй. — Усмехается, когда политик резко хватает за горло, прижимая к столу и в весьма двусмысленной позе встав между ног зеленого, которые тут же задергались, в попытках оттолкнуть. Фиолетовый нагнулся к уху Вару и расплылся в кровожадной улыбке — А как же твои драгоценные девочки это узнают? Письмо им отошлешь? — Залезая в карманы того, депутат начал нагло рыскать в поисках мобильного устройства. Зеленка дрожал и хрипел, ловя кислород. С каждой секундой Пик надавливал все сильнее, чем больше маленький варвар пытался сопротивляться, тем меньше кислорода у него оставалось. При этом все жалкие попытки ударить противника оборачивались ничем. Тогда беззащитный клон начал сжимать руку душителя, пытаясь его остановить или хотя бы ослабить. Лицо становилось все бледнее, отдавая синевой. — Да, блять! Прекрати эту хуйню сейчас же! — Пик на секунду отпускает, тут же давая пощечину валету. Вару в этот момент делает глоток воздуха, очки слегка сползают с лица, пока ноги плавно опускаются вниз. На выдохе тот громко и непроизвольно стонет из-за сдавленного горла. По телу идет мелкая дрожь.       Во всем шуме инцидента никто даже не заметил Трефа, который стоял в слегка приоткрытой двери. Он не слышал разговор, успев лишь к этой сцене. В руках были те самые испачканные рукописи Короля. Пальцы сжали шероховатую бумагу, тело содрогнулось в попытках удержать всю бурю эмоций внутри. К горлу подступает ком. Парень видел эту сцену совсем с другого ракурса. Слыша лишь стоны и видя совсем маленький обзор с раздвинутыми ногами зеленого и Пиком над тем, было нормально подумать о совсем неприличных вещах. Обжигающие нежную кожу слезы тут же покатились по едва пухленьким щечкам валета. Ноги подкосились и стали ватными, представитель сгорбился и попятился к стене опираясь о нее, а после, закрыв одной рукой свой рот, он ринулся прочь.

«А ты правда думал, что особенный?»

«Идиот»

«Просто запасной вариант»

      Вновь вбегая в уже привычную комнату, голубой спотыкается о портфель из которого вываливается маленькая куколка из гжели. Падая, юноша задевает ее ногой и гжель трескается, отлетая к стене. Забавно наблюдать, как четко маленькая куколка отражала природу хозяина. Нечто маленькое и хрупкое треснуло, волосы слега растрепались и само изделие валялось на самом дне, как и хозяин. Хныкая, голубоглазый присел, замечая ту, и потянувшись взял в руки. Пуговица тут же отвалилась и осталось лишь благородное стекло. Валет все еще в этой жуткой игре, он все та же пешка, однако теперь может действительно думать сам. Символ контроля пал и осталось лишь влияние самого представителя. Сегодня тебе предстоит сделать выбор, маленький Трефовый валет, хотя, всем ясно, что ты его уже сделал. Сжимая в руках куклу тот серьезно на нее смотрит, утирая глаза. Собирая разлетевшиеся мемуары тот скручивает их, пряча под ящики, куда кладет и куклу.

«Я сохраню это как память о твоем предательстве»

С горечью выдыхает, а после дверь снова открывается. — Зонтик, не знаю, чем тебе так уж пригляделось хранилище, но пора его покинуть. Не беспокойся, сегодня все точно обойдется без стрельбы.

«Иначе у парочки человек головы полетят»

— Мне правда обязательно нужно идти? — Слегка обиженно и отстраненно говорит Треф, когда его осеняет, что именно там можно найти союзников, которые помогут ему обрести свободу. — К сожалению, это формальность, дорогой, обещаю сильно тебя не напрягать — Улыбнулся политик, положив руки тому на плечи и легонько чмокнул в щеку. Пик выглядел довольно измотанным, особенно после ссоры с Вару.

«Завелся буквально не из-за чего, ты совсем ослабел, рогатый!»

«Еще и видать всякого рассудка лишился!»

«Я бы тоже ушел от такого как ты, придурок…»

Вертелись в голове слова 5-го клона, от которых становилось тошно и грустно. — Я уже велел подать машину, пойдем. — Беря валета за руку направился к машине.

***

— Зонтик, ты ведь знаешь, что важен мне? — Оборвалась долгая тишина поездки словами политика. — Наверное, я недостаточно уделяю тебе времени из-за этой ситуации, еще этот зеленый свалился на мою голову. — Раздраженный вздох.

«Хорошая попытка, но я больше поверю… Я видел достаточно»

Улыбаясь, Зонтик медленно прилегает к плечу политика. — Я понимаю, это сложное время… Мы его переживем…— На плечо ложится рука в перчатки. — Как твои руки? — Легкая улыбка.

«Мерзость, но теперь все ради плана»

«Все ради свободы»

— Заживают, спасибо за беспокойство — Легко поглаживает по голове. — Если честно… Я переживаю за это мероприятие, не знаю, вдруг организаторы на стороне правительства, поэтому… Будь аккуратен, я не пущу тебя на сцену, ты просто будешь следить за кулисами, если увидишь кого-то вооруженного или того, кто спешит на сцену —кричи. Безопасность сейчас важнее всего. — Кстати, а что ты делал с Вару? Я видел, как он заходил к тебе… — Не показывая ревности тонко намекнул Зонтик, надеясь что Пик хотя бы ему сам признается. — Этот идиот? Ах, он решил как всегда испортить мне настроение, не обращай внимание, думаю что я скоро отправлю его под стражу в какую-нибудь хижину или квартиру… Лишь бы глаза мои не видели.

«А ему ты так про меня говоришь, верно?»

***

— Ты все помнишь, отдыхай, ты много уже сегодня сделал, дома тебя ждет сюрприз, уверен он тебе понравится. — Зонтика сажают на стул, придерживая за плечи, после политик удаляется на сцену, сверкнув на последок своей улыбкой только для него.              За красной шторой шумно и недобро гудит толпа. В городе стоит разруха. Битые витрины, полицейские мигалки и толпы недовольных граждан. Над столицей повис страх и ни к чему хорошему это не приведет. Выступать перед этими людьми опасно, но такова участь политика. Нужно уметь выкрутиться из любой ситуации и направить народ в нужную сторону.       В тоже время за кулисами ходят те, кто не побоялся приехать, среди них был и загадочный кудрявый мужчина в черном пиджаке и шляпе с шарфом, он не решился представиться и сразу пошел на прямую, беря Трефа за руку. — Господин Зонтик, нам нужно отойти. — Незнакомец хмурится. Валет же, что искал глазами «сильную личность» понял, что нашел ее. Союзник, который холоден как стал, в отличии от других он не нервничает, что подозрительно.

«Приятная отдушка… Мята и, кажется, лаванда»

— Да, конечно. — С долей холода выдает валет, следуя за мужчиной. — Я уже услышал о вас довольно много… Но клянусь там было только хорошее. — Поднося руку мальчишки ближе, мужчина намеревался поцеловать ту, однако голубоглазый покраснев тут же отдернул ее. — Вы же меня не для этого позвали и как ваше имя? — С легкой и несвойственной раздраженностью наш герой отстраняется, направляясь с неизвестным за угол, ближе к туалету, где никого нет. — Глубочайше извиняюсь, на моей родине это традиция, Фридрих Лей — Протягивает руку для рукопожатия. — Еще не время для рукопожатий, так что же вам нужно? — Ох, голубоглазый сир, не так уж много. — Теперь стало точно слышно французский акцент мужчины с карими глазами. — Вы тоже жертва, верно? И я когда-то был очарован этим неуравновешенным мужчиной… — Очарованы в каком смысле? — Малая доля ревности и боли в словах представителя дали точку опоры для брюнета. — Мы были лучшими друзьями во времена учений и посещали одни фехтовальные занятья, но как только он получил что хотел… — Пауза, мужчина от воспоминаний нервно поправил край рубашки. — Выбросил, как мусор. И вы, как только он станет президентом, окажетесь на моем месте. — Обойдя валета Фридрих положил руку ему на плечо. — Посмотрите на него, он никто иной как диктатор, вы хотите авторитарный или тоталитарных режим? Я принесу на эту землю демократию, спустя долгие годы в НСРФ будет настоящая демократия, разве это не чудесно? — Я не собираюсь его убивать. — Горько и тихо, отвернувшись хрипит Треф. — Этого и не нужно, мы не собираемся никого убивать. — Улыбается Лей, скрещивая за спиной пальцы, что видит валет из-за зеркала, которое стоит за спиной мужчины. — Просто возьмите, эти устройства и оповещайте нас о его делах. — Достав из кармана маленькую коробочку тот открывает ее и достает наушник и маленький диктофон. — Зонт тянет к ним руки. — Как только наша партия победит, вы получите свою награду.— Валет кивает, а после отходит. — Не имею желания жать вам ру- — Как вдруг со стороны сцены раздается громкое:

«ХВАТАЙТЕ ИХ НА МЫЛО!»

Срываясь с места, Зонтик бежит на сцену, смотреть что происходит и как только его замечают, то так же скручивают как и других политиков.

«ВЫ ВИНОВАТЫ В ЭТОМ ХАУСЕ»

«НА МЫЛО!»

«КАЗНИТЬ, НЕЛЬЗЯ ПОМИЛОВАТЬ!»

      Кричал народ, кидаясь на вышестоящих и скручивая их в полицейские фургончики. Давка и крики холодили кровь, перед отправкой в не столь отдаленные места, честной люд отыгрывался на мучителях как следует, уродуя лица политиков.Только после этого побитые тела кидали в холод автозака. В них оказались и наши двое.       В полутьме побитых политиков Пик все же нашел своего представителя, потянув валета, что спрятал устройства в карман на себя. Фиолетового хорошо потрепали, разбив нижнюю губу и поставив фингал под глазом, а так же порвав его пиджак. — Зонтик, с тобой все хорошо, ничего не сломали? — Обеспокоенно прижимает к себе, боясь что кто-то из политиков устроит дебош. — Не реви только, выберемся, еще ничего не потеряно. — Шепчет на ухо, успокаивая.       Трефу же, вопреки авторским замашкам и любви к издевательствам на ним, повезло. Люди кинули его в автомобиль буквально сразу и не успели навредить, а посадка пришлась на мягкое тело какого-то толстого политика.

Продолжение следует…