Человек, связывающий судьбы

— Ладно, я пойду, не буду мешать.       Мария решила быстренько смыться, чтобы не попасть под горячую руку уже потихоньку закипающей старшей рыжей бестии, так что вышла из кабинета и пошла по своим делам. Все трое проводили её взглядом, после чего обратили внимание друг на друга. — Ну здравствуй, Алëн.       Урождённая Рыжова нахмурилась и прижала дочку к себе теснее, будто боясь, что ребёнка украдёт этот бородатый предатель. Влад вздохнул, понимая, что ему здесь уж точно не рады. Хотя не стоило и надеяться на это. Всё же бывшая супруга была человеком злопамятным, как и он сам, поэтому частенько могла припоминать какой-нибудь косяк. Особенно, если этот косяк испортил ей жизнь. — Не ожидала тебя тут увидеть, — в голосе читался холод и раздражение. — Но я здесь, как видишь.       Морокова старшая нахмурилась ещё больше. Её раздражал этот голос, эти глаза, эта дурацкая борода, которая ему идёт! Её бесит в нём всё! Всё то, что она до безумия обожала в бывшем супруге теперь стало отталкивать. Ей всё равно, что было между ними много лет назад, потому что в душе всё ещё не ушла обида и недовольство на то, что он сделал.       Единственное, что останавливало Алëну от подпрыгивания с кровати и неутолимого желания вмазать по этому симпатичному лицу, так это обстоятельства. Да и ссориться было сейчас бесполезно и неправильно. Ни сейчас, ни здесь, и тем более не при Жене. Лучше личные разборки оставить на потом.       Женщина вздохнула и постаралась усмерить свой пыл. Поорать на Влада она всегда успеет, а вот спокойно поговорить стоит сейчас. — Мам, ты как?       В глазах дочери стояли слезы, читалось беспокойство и сочувствие. Она искренне переживала за родительницу, хотела помочь и быть рядом. И, зная Женю, теперь будет вместе с матерью ездить во все командировки.       У Алёны невольно защемило сердце, но губы расплылись в улыбке. Это было трогательно. Не смотря на всю сложившуюся ситуацию и не очень выигрышное положение, урождённая Рыжова была рада, что встретилась со своей милой маленькой девочкой.       Женщина поцеловала её в лоб и погладила по голове, приобнимая. — Всё хорошо, Евгеш, я в порядке.       Владу стало дурно. Не потому, что его воротило от любого вида нежности, а просто потому что ему стало завидно. Совсем чуть-чуть было это чувство в глубине души. Где-то на самом дне, но оно было, и это никак не изменить.       Чтобы не смущать девушек, мужчина подошёл к окну и взглянул на улицу. Парковку отсюда было не видно, зато вдалеке показался парк и маленький магазинчик. Прищурившись, разглядел вывеску, означающую то, что продавалось там — цветы. Именно это стоило купить сегодня. Мороков нахмурился. Конечно, бывшая жена не оценит такой роскоши, но ему нужно проветрить голову после удушающего запаха больницы. — Я выйду ненадолго, — он подошёл к двери, после чего взглянул на дочь. — Скоро вернусь.       И вышел. Жене стало немного не по себе. Неужели Владу так противна компания бывшей супруги? Или дело было в другом? Ей так хотелось верить, что, сблизившись с ней, отец захочет попробовать вернуться к Алëне, хотя бы попытаться встретиться и поговорить с ней, но, видимо, не судьба. И это очень сильно огорчало. Девушка вздохнула и опустила глаза. — Евгеш, я хотела кое-что у тебя спросить.       Морокова младшая повернулась к матери, показывая, что она готова слушать. — Как ты всё это время жила у него?       Под «ним» женщина имела ввиду Влада. А кого же ещё. Конечно, были шансы, что девочку заберут себе на попечение Саша, Ядвига или кто-то из её подруг, но Женя упрямилась и не хотела покидать отцовское гнездо. Вся в него пошла. Хотя, урождённая Рыжова себя покладистой тоже не назовёт.       Евгения задумалась. Она может рассказать всё, что случалось за этот месяц, но некоторые вещи лучше рассказывать не здесь. Обстановка не совсем та, чтобы углубляться в данную тему. Да и в любую секунду её повествования может вернуться Морок, и в него полетит явно что-то тяжёлое, если какие-то данные не понравятся матери. Рыжая поджала губы, пытаясь придумать лаконичный, но точный ответ. — Всё было хорошо. Даже замечательно.       Она робко улыбнулась. В лице Алëны читалось недоумение и лёгкое удивление, что у собеседницы вызвало смешанные чувства. С одной стороны, хотелось верить, что та не ожидала такого исхода, а с другой, что разочарована в ответе. Видимо, ей хотелось надеяться, что дочь быстро сбежит от отца к любому другому знакомому, лишь бы больше не видеться с этой бородатой нянькой. Но, по опасениям материнского сердца, девочке всё понравится. — Он тебя не обижал? — Мам, всё хорошо, правда.       Морокова старшая отвела взгляд в сторону и поджала губы. — Я просто не хочу, чтобы он сыграл на твоей наивности… — Мам, я совершенно не наивна. И Влад не пытается этим пользоваться. Если бы он хотел избавиться от меня, я бы сразу после твоего отъезда ушла бы к тёте Снежке или дяде Диме. — Просто он…       Алëна не могла подобрать нужных слов. Ей неизствено, как сильно поменялся бывший муж после развода. Сейчас он ощущался чужим, далёким и неизвестным человеком. Никакие аргументы не приходили в голову. Конечно, можно просто наговорить всего плохого насчёт него, но Женя всё это, естественно, опровергнет. Нет смысла даже пытаться повлиять на чужое мнение. Женщина вздохнула. — Ладно, давай этот разговор подождёт.       Евгения поджала губы, после чего обняла маму и погладила её по голове. Рыжая старшая обняла своё ненаглядное чадо в ответ, поцеловав ту в висок. — Расскажи лучше, как ты съездила.       Собеседница усмехнулась. — Эту командировку будет трудно забыть…       Влад тем временем стоял на улице у входа в цветочный магазин. Рассматривал витрину с самыми разными видами из ботаники и уже минут пять не решался зайти внутрь. Скорее всего, останавливало его незнание, какие цветы и по какому поводу покупать. Продавец сразу налетит на него с распросами, если будет стоять у букетов и три часа на них глазеть, не решаясь что-то выбрать, так что стоило подготовиться.       На его памяти, Мороков часто дарил бывшей супруге ромашки, герберы или хризантемы. Что он точно знал, что нельзя дарить розы. Алёна их терпеть не может. Считает, что они слишком банальные. И Влад разделял её мнение. Где-то он слышал про такую вещь, как язык цветов. Якобы, каждый из бутонов может что-то означать. Он во всю эту слащавую ерунду не верит, поэтому и не разбирается в данной теме. Но чисто в теории, что он хочет сказать этим букетом?       Как сильно она его бесит? Что ему хорошо живётся без неё в его холостяцкой квартире, где не слышен звонкий смех, пение и ненадоедавшее ей «Владик»? Что нужно поговорить с ней? Что ему хочется всё вернуть назад? И что ему очень тоскливо без неё?       Мороков покачал головой. Какие же нелепые мысли лезут ему в голову. Это всё Женины распросы и её сентиментальность. Другого вывода у него нет. Что ж, нужно наконец решиться и зайти внутрь. Мужчина вздохнул и потянул дверь на себя.       Звон колокольчика обратил внимание сидевшей в телефоне продавщицы на нового посетителя. Молодая девушка оценила внешний вид прихожего, после чего вышла из-за стойки, убирая аппарат в карман брюк. — Добрый день, чем могу Вам помочь?       Бородатый гость замялся. Он всё-таки не придумал, что нужно будет сказать, если его спросят об этом. Стало неловко. Да, ему почти сорок лет, но его тоже можно понять, не покупал девушке цветов уже пятнадцать лет. Пока тот думал, продавщица решила взять дело в свои руки. — Может, у Вас какая-то дата сегодня особенная? Кому покупаете? По какому поводу?       Ни на что из этого тот не мог придумать нормальный ответ. Букет для бывшей жены в качестве извинений и желания скорейшего выздоровления звучал отвратительно. Но всё же, правда лучше всякого вранья. — Я хочу… Подарить жене букет… В качестве извинений…       Уже не стал упоминать о бывшей. Этого знать необязательно. Конечно, флористка могла напридумывать себе, что угодно, начиная с обычной бытовой ссоры и заканчивая изменой, но это Влада уже не интересовало. Девушка задумалась, после чего подошла к вазам с цветами. Достала три рыжие лилии и несколько белых тюльпанов, после чего отнесла это всё на стойку и начала творить. Осторожно перебирала между собой стебли, укладывая их в оберточную бумагу, после чего завязала цветной лентой это оригинальное произведение флористики. — Как насчёт такого?       К удивлению самого Владислава, это было то, что нужно. Наверно. Он совершенно в этом не разбирается, но банально визуально цветы смотрелись очаровательно. Он молча кивнул, после чего оплатил товар, забрал букет и направился обратно в больницу, поблагодарив цветочницу. Теперь осталось надеяться, что его пустят внутрь, а потом Алëнка не выкинет этот шедевр из окна.       Дорогу до нужной палаты легко запомнил, так что мужчина спокойно добрался туда, чтобы вновь встретиться с двумя знакомыми рыжими непоседами. Дойдя до нужной двери, он затормозил. Даже сам не знает, почему. Ладони слегка вспотели, и это ещё больше вводило в заблуждение. Что происходит? Он, вроде, уже не школьник, который до одури боится признаться самой популярной девочке школы в своих глупых и наивных чувствах. Да и в молодости не был таким. Скорее, потом, когда в его жизни появилась Алëнка Рыжова.       Голубоглазый брюнет покачал головой, пытаясь отогнать все странные мысли. Нужно сосредоточиться и наконец зайти внутрь. Как только тот потянулся к ручке, так тут же знакомый голос окликнул его по имени. — Влад.       Мужчина слегка вздрогнул и обернулся. Мария наконец вернулась к своей пациентке и двум посетителям. — Боюсь, время посещения закончилось, так что вам с Женей нужно идти.       А потом она опустила взгляд и заметила букет. И это было максимально неожиданно. Шатенка была умной, даже очень умной, поэтому решила тактично промолчать и не смущать ненужным вопросами своего собеседника. Когда Влад кивнул, урождённая Леснова открыла дверь кабинета и зашла внутрь. — Женя, время приёма закончилось.       Евгения грустно обернулась на подругу мамы. — А когда выписка? — Через неделю. Если никаких осложнений не появится, то, возможно, и раньше.       Девочка кивнула, после чего обняла родительницу. Алëна обхватила за плечи дочку в ответ, погладила её по голове и поцеловала в макушку. — Всё будет хорошо. Скоро мы вернёмся домой.       Мороковы грустно улыбнулись, после чего отстранились друг от друга. Младшая направилась к двери, где её уже ждал Влад. Вот только он зашёл обратно в палату и положил букет на ноги бывшей супруги. Та удивлённо, но недоверчиво посмотрела на него. — Поправляйся…       И вышел, грустно опустив глаза. Мария попыталась сдержать улыбку, так что прикрыла губы ладонью. — Я пойду провожу их. Если что, зови, — после чего постаралась поскорее уйти, чтобы ещё больше не вводить подругу в ступор.       И она была в ступоре. Не могла подобрать нужных слов, чтобы описать своё состояние. Это что вообще было? Морок принёс для неё цветы? В доказательство тому букет из рыжих лилий и белых тюльпанов, перевязанный лентой, лежал на её ногах. Женщина осторожно взяла его в руки и осмотрела бутоны. Все такие красивые и гармоничные, даже немного успокаивали. Правда, она не разбиралась в языке цветов, как и сам даритель, но этот жест был… Милым?       В голове невольно закрутились странные мысли.       Она помнит своего бывшего мужа таким, какой был до развода, и самые лучшие дни в её жизни, хотя не хочется этого признавать. Сейчас же совершенно его не знает, будто это вообще другой человек. Рыжова не забывает только свои эмоции после расторжения брака, а вот, что творилось на душе у Влада, ей было неизвестно. Хотелось просто забить на него, оторвать этот ноющий по сей день кусок души и выбросить, как ненужный хлам.       Но каждый раз мысленно возвращалась к нему, к такому родному когда-то человеку, которого хотелось видеть, обнимать, целовать и просто любить. И любить так, как никого до и после него. Да, эта первая и единственная любовь в жизни Алëны оставила множество воспоминаний: как и хороших, так и плохих. Но факт оставался фактом: развод и девичья фамилия, а в придачу пришлось одной воспитывать маленького непоседливого ребёнка.       Хотелось сейчас встать и выбросить этот дурацкий букет, чтобы не давать себе нового повода копаться в собственной душе. Но руки слегка подрагивали, да и силы воли у неё не хватит это сделать. В знак поражения в схватке с самой собой женщина обняла цветы и уткнулась носом в тюльпаны. Всё же, этот маленький жест успокаивал. ***       Владу всё ещё было не по себе. Он вцепился в руль, отчего уже костяшки сильно выпирали. На лице читалось серьёзность и растерянность, которая такому человеку, как Морок, вообще не шла. Казалось, будто в больницу он ехал даже спокойнее, чем обратно домой. И это было странно. Даже очень странно.       Женя чувствовала напряжение, ветающее в машине, но не знала, как правильно спросить. Вдруг, это что-то совсем личное, и ему вообще не хочется сейчас говорить. Но было подозрение на букет. Да, она заметила этот яркий цветущий подарок в розовой оберточной бумаге. Уровень удивления было не описать. Но про себя девочка ликовала и пищала в голос, нутром чувствуя, что её план работает.       Сейчас, правда, чувство эйфории ушло, оттого не понятно было, что делать дальше. Как только младшая открыла рот, отец решил её заткнуть: – Не спрашивай ничего, пожалуйста. Я просто хотел... Сделать ей приятно.       А дочке ничего больше и не нужно было. Она в ответ только улыбнулась и кивнула, предчувствуя большое количество изменений в своей жизни.       А Влад же понимал, что скоро состоится тяжёлый для него самого разговор.