Свобода

Суровый могучий лес с огромным удовольствием укрывал таинственной тенью двух отдыхающих путников. Морозный воздух неприятно холодил кожу, а разожженный костер бросал неясные блики на лица. Навьюченная лошадь, привязанная к дереву, нетерпеливо топтала копытами землю и с интересом наблюдала за перепалкой, возникнувшей из-за приближения ночи. - Я не буду тебя привязывать! - безапелляционно заявил Артур Пендрагон, потрясая руками в бессильной ярости. - Мне вполне хватило того, как тебя привязали к седлу! - Сир, - попытался образумить хозяина Мерлин, - во-первых, это совершенно нормально, во-вторых, таковы правила. Правила, которые я обязан соблюдать... - Я твой хозяин! - воскликнул принц. - Я разрешаю тебе не следовать этим глупым правилам. - Я ведь могу сбежать, - попытался все перевести в шутку радостный друид. - Беги, - так же шутливо ответил Артур. - Таких несносных слуг еще поискать! Закончилась перепалка безоговорочной победой наследного принца Камелота, и раб лег рядом с принцем, укрывшись одолженным плащом как одеялом. На выезде из леса Мерлину всё же удалось уговорить господина привязать веревку к ошейнику, так что во владения короля Одина они въехали по всем правилам. Несмотря на опасения принца, не очень благосклонно относившегося к королю, приняли их отменно. Артура поселили в замке, а друиду разрешили ему прислуживать, как в качестве раба, так и в качестве слуги. В целом, недельный визит принца в союзное королевство обещал быть именно таким, как его описывал Утер, приказывая сыну покинуть родной дом: удачным, веселым и вполне достойным наследного принца Камелота. По случаю отъезда принца король даже решил устроить пир, обещая всем приглашенным множество разнообразных блюд и лучшее вино. Мерлину, которому разрешили прислуживать хозяину на пиру, даже позволили заходить в кухню, а не просто брать подносы у выносного оконца. Ничего страшного в том, что раб принца заходил на кухню не видели, а зря. Друид благополучно забыл принести Артуру рубашку из прачечной и именно поэтому оказался в дальнем углу кухни в самый неподходящий для этого момент. - Яд готов? Уж кого-кого, а короля Одина вряд ли кто-то думал увидеть на королевской кухне. Мерлин вжался в нишу, молясь всем известным богам, чтобы его не заметили - использовать магию в присутствии короля было по меньшей мере глупо. - Разумеется, сир, - лепетал низенький, полненький слуга, похожий на крысу. - Всё в лучшем виде, сир. - Я очень на это надеюсь, - строго ответил король. - Другого такого шанса больше не будет. И, да, - грозно продолжил король, - сделай так, чтобы в случае чего, у Камелота не было повода объявить нам войну. - Конечно же, сир, не беспокойтесь, сир, - продолжал лепетать слуга, когда оба покинули кухню. У Мерлина был лишь один вопрос: что делать? Весь день Мерлин думал, как спасти принца от опасности, но все решения оказывались невозможными. Дракон не отвечал, и спросить совета было попусту не у кого. В итоге, когда пришло время пира, и злосчастный кувшин с вином был в руках у друида, он так и не придумал ничего путного. - А не испить ли нам вина? - предложил король, и Мерлина передернуло. К огромному сожалению друида, ничего не подозревающий Артур согласился. Мерлину показалось, что время замедлилось, сердце лихорадочно билось, и возникшая внезапно идея показалась не такой уж ужасной. В конце концов, что может быть легче. Проклиная про себя всю династию Пендрагонов и двух последних её представителей в частности, раб сделал вид, что споткнулся, и кувшин полетел на пол, расплескивая отравленное вино. Что было дальше, друид помнил смутно - для него время остановилось окончательно, а в голове крутилась лишь одна мысль: Артур жив. В полузабытьи Мерлин слышал, как король приказывает его выпороть, как принц не находит, что ответить. Первые пять ударов слишком сильные и слились в один. Друид отвлечённо думает, что магия их не залечит. Это похоже на сумасшествие, а сил кричать просто нет. После десятого удара он окончательно теряет сознание. Это кажется Мерлину странным, но, когда он приходит в себя, то обнаруживает под головой мягкую подушку, и что спина болит не так сильно, а за большим, знакомым окном покоев принца живёт и процветает Камелот. Ему всё еще плохо и поэтому голос принца кажется приглушённым: - В следующий раз просто предупреди меня, идиот, - это замечание абсолютно беззлобное и друиду от него спокойно, но он все равно хочет спросить: - И ты поверишь? - так странно и одновременно правильно называть принца на "ты", да и он сам вроде не против. - Поверю. Это я тебе обещаю. Мерлин закрывает глаза, позволяя сну завладеть сознанием, и улыбается.