Свобода

      Солнце приветливо освещало лужайку, зеленая трава легко шелестела, словно напевая какую-то только ей одну известную песню. Прямо на этой самой траве расположились Ланцелот и Гвиневра. Девушка сидела так, будто боялась сделать малейшее движение. Ланцелот не выпускал из вида все возможные пути отступления и держал под рукой остро заточённый меч - он в любую секунду был готов защитить девушку.       Пикник на прекрасной, залитой летним солнцем полянке своему защитнику предложила Гвиневра. Мерлин вместе с Артуром уехал в Мерсию, и девушка, не обремененная работой, откровенно скучала в Камелоте. Вдобавок ко всему всю неделю стояла потрясающая погода - летние теплые дожди сменялись ярким жарким солнцем, и природа ликовала. Лес радовался солнцу практически также сильно, как и люди, то и дело между кронами деревьев мелькали забавные мордочки ловких, напуганных белок, а в густых кустах скрывались норы многочисленных расслабившихся кроликов.       Вопреки ужасному настрою своего спутника, Гвиневра пребывала в очень хорошем расположения духа. Она то и дело шутила и смеялась так заразительно и прекрасно, что пролетающие мимо птицы останавливались, чтобы запомнить её смех. - Чего ты боишься? - поинтересовалась девушка у друга, когда тот, не отреагировав на очередную шутку, внезапно схватил меч и, все же увидев, что опасности нет, а шум производит мелькающий в густой траве кролик, уселся обратно. - Что тебя снова похитят, - зло буркнул юноша, отказываясь смотреть девушке в глаза. Она в ответ что-то невразумительно хмыкнула и замолчала, пытаясь что-то осознать. - Ланцелот, - наконец тихо произнесла она после минутного молчания, и юноша обернулся. - Я думаю, что это все неправильно. - Что неправильно? - переспросил Ланцелот, заранее зная ответ, слишком уж ясно он читался в глазах прекрасной мулатки. - То, что происходит между нами, - тихо ответила девушка и отвела взгляд, уставившись в свои сцепленные руки. - Ты ведь это понимаешь? - с надеждой спросила она, когда не услышала от Ланцелота ни малейшей реакции. Юноша взял в руки меч и, решительно встав, принялся мерить шагами поляну. - Понимаю, - ответил он, резко остановившись прямо напротив сидящей на траве девушки. - Но вряд ли смогу принять. С этими словами он ушел с поляны, не обращая никакого внимания на слабые протесты девушки.        Солнце достигло своего зенита и теперь сильно припекало, прорываясь сквозь густые кроны огромных старых деревьев. Только когда Ланцелот понял, что заблудился, он остановился. Движимый разрывающими душу чувствами, он не сильно задумывался, куда и зачем идет, поэтому сейчас силился вспомнить, в какой стороне Камелот. Еще в голову пришла страшная мысль о том, что Гвиневра, скорее всего, тоже заблудилась, но юноша тут же поспешил от неё избавиться. Первоочередной задачей являлось собственное спасение. Проанализировав ситуацию, Ланцелот решил продолжать идти вперед, надеясь выйти из леса на какую-нибудь дорогу или же набрести на тропинку. Тем не менее, удача отвернулась от него, и даже через целый час Ланцелот так и не нашел хотя бы подобия лесной окраины. В полнейшем отчаянии он присел на как кстати подвернувшийся гладкий камень и попытался сосредоточиться. В голову лезли совершенно не связанные друг с другом мысли о судьбе, о родном доме и о пристрастиях любви. Занятый этими размышлениями, он не сразу заметил, что сзади к нему кто-то идет. Резко выхватив меч, Ланцелот обернулся и прижал лезвие к горлу девушки, которая тут же улыбнулась, поднимая руки в шутливом знаке отступления. - Здравствуй, доблестный Ланцелот, принц озерных земель, - издевательски пропела она, как только юноша убрал лезвие меча от её горла. Девушка, несмотря на острый язычок, была чрезвычайно красива. Длинные каштановые волосы в лучах солнца казалось, отливали бордовым, огромные голубые глаза имели какой-то необъяснимый потусторонний блеск, а вишневого цвета платье, пусть и давно уже утратившее шелковый блеск, превосходно облегало точеную фигуру. - Здравствуй, Нимуэй, - куда с большим презрением ответил Ланцелот, стараясь не смотреть в глаза девушке, будто боясь увидеть в них отвращение, злость или же золотой магический отблеск. Девушка улыбнулась, хотя её улыбка в этот момент была больше похожа на зловещий оскал. - Значит, ты не забыл меня, - пропела она, и в голосе ее послышалось что-то зловещее. - Я вряд ли смогу когда-либо тебя забыть, - процедил сквозь зубы Ланцелот. - Ух! - притворно закрыла девушка рот рукой. - Как грубо. Неужели ты меня настолько ненавидишь? Ланцелот не ответил. - О! Значит, не ненавидишь, - констатировала девушка. - Так чувствуешь ли что-нибудь? Ланцелот снова не ответил. На душе у него было слишком гадко. Девушка снова ослепительно улыбнулась. - Что? Неужели? Не могу в это поверить! Неужели ты все еще меня любишь, доблестный Ланцелот? - Нимуэй подошла к нему вплотную и обняла за плечи, но он резко отвернулся. - Ты любишь меня, Ланцелот? Ну же! Признайся ты хоть себе. Ланцелот снова промолчал, до боли сжав кулаки и скрипя зубами. После минутного молчания он выдавил из себя ответ: - Ты предала меня. - Чем? - тут же отозвалась девушка. - Магией? О нет, тебя оттолкнуло не это. Не из-за этого ты покинул родной дом. Ты решил, что я не люблю тебя. Ты решил, что я именно поэтому скрывалась от тебя. Мужчины! Почему же вам всегда нужно все усложнять. Неужели так сложно было спросить у меня? Но нет же. Ты ушел, и заставил меня обречь мир на гибель. На этих словах Ланцелот не выдержал и обернулся. - Обречь мир на гибель? - переспросил он. - Что ты имеешь ввиду? Девушка улыбнулась на этот раз как-то совсем невесело и даже обреченно. - Только то, что уже сказала. Благодаря тебе я больше не великая жрица, благодаря тебе этот пост теперь заняла безумная блондинка с маниакальной жаждой власти. Нет! Её, конечно, можно остановить, но я почему-то не уверена, что друиды сумеют это сделать. Силенок не хватит, - злобно ответила она. - Ты больше не великая жрица? - удивленно спросил Ланцелот, хватая девушку за плечи. - Не-а, - игриво ответила она. - Я провела ритуал и теперь я практически рядовая ведьма. Прости, окончательно избавиться от магии не получилось - это не так просто, как ты думаешь. - Зачем?! - не зная, как описать свои чувства, спросил Ланцелот. - Зачем ты это сделала? - Глупый, глупый Ланцелот, - протянула Нимуэй. - Ради тебя конечно! Их губы соприкоснулись в страстном поцелуе, и обоим стало наплевать на судьбу целого мира.