Хлыст и Кама

      — Как люди?       — Боятся, что ноксианцы могут вернуться.       Девушка подняла взгляд, дабы убедиться, что хотя бы Ирелия за это не беспокоится. Она спокойна. Обхватила ладонями чашечку, поднесла к губам и выпила напиток.       — Пало слишком много ноксианских воинов. Вести оставшиеся крупицы на город – ужасная идея. Беспокоиться не о чем.       — Верно, — Ирелия кивнула в ответ, после чего вновь начала следить за плавными движениями кисти по листу бумаги.       Кали чертила привычные иероглифы, изредка окунала кисть в густую краску. Повисшая тишина не напрягала. Акали была уверена, что в ближайшее время им ничего не грозит, если не считать братство Навори. С одной стороны, они преследуют высокую цель: централизованная власть необходима Исконной земле в такое непростое время. С другой стороны, Навори – разбойники, которые уничтожат все, что дорого ионийскому народу, и воздвигнут на пепелище былого государство с жесткой диктатурой – второй Ноксус. От мыслей девушку отвлекла Ирелия:       — Но сколько еще мы проживем в относительном мире? Снова десять лет?       — Не говори так, — девушка свела брови. — Они не посмеют. Им нужен не очередной клочок земли, а магия, которой она пропитана. Война оскверняет земли, из-за чего магия становится необузданной. Даже мы не сможем подчинить ее, они и подавно.       — Тогда мне не дает покоя другой вопрос: почему ты – та, что должна поддерживать равновесие, – отправишься добивать ноксианцев? Разве это не повлечет за собой необратимые последствия?       — Я не собираюсь убивать их своими руками. На юге неспокойно. Я покажу ноксианцам, что они породили войной.       — Ты хочешь… — не дослушав вопрос, Кали кивнула. — Не могу представить смерти хуже.       — Как и я. Осуждаешь?       — Нет, — Ирелия поднялась с места, Акали же проводила ее до выхода. — Не дай им уйти оттуда. Войну развязали ноксианцы, но закончим ее мы.       Акали осталась в хижине одна. Ее, честно говоря, совершенно не радовал факт, что придется поступить с ноксианцами таким ужасным образом. Нет, она не питала к ним сострадания. Ее волновал лишь один факт, о котором уже сказала Ирелия, – равновесие. На юге и без того было пролито много крови в вольных лугах, небольших рощах и густых лесах. Многие места стали опасными. Там не бродят животные, не поют птицы. Кажется, даже солнце не может пробиться сквозь переплетенные ветви и кроны загустевших лесов, из-за чего все в них приобрело синевато-серый оттенок. Оттенок уныния и безысходности. Оттенок опасности и неминуемой смерти.       Эвелинн будто тень стояла за окном, наблюдая за действиями Акали: как она устало потягивается, подходя к циновке, как расстегивает единственную пуговку на топе и тянет руки назад, дабы развязать узелок. Сегодня она показала себя с новой стороны. Эта в какой-то мере скучная девчонка может быть самой настоящей оторвой, что демонессу радует. Опять она открывает новую грань характера, чем цепляет еще сильнее. И когда девушка только-только собралась снять топ, Эв окликнули:       — Эй! Нехорошо это – за другими людьми подгладывать. Уж не знаю, принято ли делать так в других странах, но у нас – нет.       Эвелинн обернулась, огорченно вздохнув. Надо ж было забыть скрыться от посторонних глаз:       — О, я возлюбленная человека, который тут живет. Он закрыл дверь, а у меня ключей нет. Подошла посмотреть, не спит ли он.       — Ключей?.. — мужчина выгнул бровь, — У нас никто не закрывается, — он перевел взгляд на выглянувшую из окна недовольную Акали, которая махнула ему рукой. — Вы – ее возлюбленная? — переспросил он женщину.       — Чт… Как ты назвалась?!       — Да, — Эвелинн, почувствовав, что ей удалось выйти сухой из воды, лукаво улыбнулась и посмотрела на девушку, придерживающую одежду.       — Не слушай ее! Никакая она мне не возлюбленная! — крикнула она медленно уходящему мужчине, после чего перешла на шепот: — Чего ты трешься у моей хижины? Подглядывала?       — Да. Только меня отвлекли на самом интересном месте.       — Эвелинн, — девушка тяжело выдохнула потирая переносицу, — лучше бы ты соврала… Иди уже… куда-нибудь. Дай отдохнуть.       Акали закрыла окно и проследила, чтоб демонесса ушла. Неужели куноити будет постоянно попадать в нелепые ситуации из-за Эвелинн? Последняя наверняка делает это нарочно, чтоб извести Акали. Девушка снова подошла к циновке, повернувшись спиной к окну. Так, на всякий случай. Собиралась наконец раздеться, но услышала стук в дверь. Недовольно буркнув что-то под нос, девушка подвязала топ на спине, подошла к двери и резко открыла ее, увидев на пороге, подумать только, Эвелинн!       — Почему ты до сих пор тут? Я же сказала тебе…       — Идти куда-нибудь. Я пришла. К тебе, — она улыбнулась и подошла, ожидая, что девушка ее пропустит.       — Слушай, я не настроена на беседу. Хочу спать и начинаю злиться, ведь ты не даешь мне лечь, — она раздраженно постучала ногтями по деревянной двери.       — Чем скорее ты впустишь меня, тем быстрее мы ляжем спать.       — Как ни прискорбно, циновка в хижине только одна. Придется тебе поискать другое место.       — Слышала выражение «В тесноте, да не в обиде»? Ну же! У меня совсем не осталось денег.       — Отплати чем-нибудь другим.       — Ты путаешь меня с шлюхой, дорогая. Я не трахаюсь с кем попало. Телом я лучше отплачу тебе, — она хитро сощурила глаза, приблизившись вплотную.       Девушка тяжело вздохнула и отступила, понимая, что Эвелинн точно подсядет ей на уши.       — Не нужно мне твое тело. Просто… не мешай спать.       Акали закатила глаза и подошла к раздвижной двери в небольшую кладовку. Эвелинн же довольно улыбнулась и закрыла дверь, осмотрев помещение изнутри. Домик был… скромным. Совершенно обычным. Хотя бы не пустым, как хижина в Лей`Со. Тут несколько столиков, явно отведенных под разные занятия. Возле одного лежала сумка куноити. Небольшой шкаф, созданный благодаря сплетению ветвей дома, наверняка пустой. На стенах странный декор: листы с письменам и поделки из древесины (заклинатель растений постарался). Заслышав шум, Эв бросила взгляд в сторону Акали. Последняя вытянула из кладовки набитый хлопком футон, разложила недалеко от циновки, а потом достала подушку и одеяло. Бросив все на хлопчатобумажный матрац, она указала на него пальцем:       — Будешь спать тут.       — Ты соврала.       — Нет. Я сказала, что циновка в хижине одна. Про футон речи не шло.       — Хитрая, — подметив это, женщина сняла туфли и, глянув на Акали, медленно потянула за завязки корсетной блузки.       — Не первый раз слышу, — устало буркнула ионийка, приземлившись на циновку.       Оставив таби у спального места, куноити зевнула в ладонь и, потянув руку за спину, отдернула одеяло. В сторону демонессы она не смотрела. Слышала, как та сбрасывает с себя одежду.       «Зачем демонам спать?», — такой вопрос родился в голове девушки, пока она ждала, когда же ее спутница ляжет.       — Ты не будешь раздеваться?       — Буду. Отстань?! — неверную интонацию придала сильная усталость.       — Не поняла: ты спрашиваешь?       — Отстань! — Акали наконец посмотрела на Эвелинн. Она лежала под одеялом, выжидающе уставившись на ионийку. — И отвернись ради приличия.       — Какая же ты…       — И не говори, что я зануда!       — Зану-уда, — игриво протянула демонесса, переворачиваясь на другой бок.

***

      Рано утром, когда первые лучи солнца упали на лицо Акали, она поднялась с места и начала быстро одеваться, вспомнив, что в хижине находится не одна. Девушка взглянула на спутницу, когда со сборами было покончено. Эвелинн казалась такой обычной во сне. Одна ее рука лежала поперек тела на одеяле, вторая – слегка из-под него выглядывала. Демонесса спала на спине, склонив голову в сторону циновки. Лицо было расслабленно, рот приоткрыт, платиновые волосы спутались за ночь. Грудь женщины медленно поднималась и опускалась в такт дыханию.       — Эвелинн, — когда ответа не последовало, куноити подползла. — Эвелинн, — она слабо толкнула женщину в плечо.       — А? — сонным голосом произнесла Эв, приоткрыв глаза.       — Вставай.       Женщина несогласно помычала, немного нахмурилась и, протянув руки в сторону Акали, обвила их вокруг ее шеи и дернула к себе. Акали это что-то отдаленно напоминало, вот только воспроизводить давний сон в голове она не хотела. Девушка попыталась подняться, но Эвелинн, чувствуя это, на секунду крепче прижала к себе куноити:       — Спи. Еще рано.       Повинуясь сонливости и в какой-то мере словам, Кали прикрыла глаза, глубоко вздохнув. Она была бы не против поспать еще, но такую роскошь как длинный сон позволить себе сегодня не могла. Увы.       Эвелинн теплая. Только пальцы руки, коснувшиеся спины Кали, холодные. Тело откликнулось мурашками на контраст. Куноити дрогнула, на что женщина хмыкнула, слабо улыбнувшись. Ее сердце билось медленно. Как у змеи в спячке. Но оно медленно набирало привычный темп.       — Мне пора, — констатировала девушка, но так и не поднялась.       — Не уходи.       — Спи сколько угодно. Потом футон убери обратно. Я позавтракаю и отправлюсь в дорогу. Ты меня в любом случае найдешь, — девушка наконец поднялась и начала подвязывать волосы лентой.       — К чему такая спешка? Несколько часов отдыха погоды не сделают.       Эвелинн, не чувствуя на себе тяжести чужого тела, лениво потянулась, чем заставила одеяло сползти еще ниже. Испытывать удачу Акали не стала: тут же развернулась и потянулась за таби.       — Угу, полтора дня уже сделали. Увы, не мне, а ноксианцам. Надо закончить начатое.       — Верхом ты их за день догонишь. Куда они денутся? — Эвелинн поднялась, придерживая одеяло на груди. Другой рукой она прошлась по спутанным волосам, пытаясь привести их в подобие порядка.       — Не в этом дело. Хочу загнать их в одно место… — и тут девушку осенило, — а ты можешь помочь с этим.       — Здрасьте, приехали… — она смахнула одеяло и начала одеваться. — Ты меня эксплуатируешь, заметила? Чем отплатишь?       — Что, бескорыстность иссякла? Я уже отплатила. Не забывай, что ночью я не погнала тебя прочь.       — А за участие в битве?       — А чего ты хочешь? Денег? Жертвоприношений? О тебе сказание написать? Уж прости, но у меня слог не тот, — разведя руки, она развернулась. Зря… Женщина смотрела на нее, загадочно улыбалась и медленно подходила. — Не-ет…       — Плату я сорву с твоих губ.       — Нет, Эвелинн, — девушка сорвалась с места и быстро направилась к выходу.       — Да, Акали.       Долгожданная безопасность так близко! Буквально за дверью, ручку которой Акали дернула на себя:       — Я придумаю что-нибудь другое. Футон уб…       — Не желаю ждать, — демонесса одной рукой толкнула дверь обратно, а второй развернула к себе куноити.       — Дай мне…       — Запомни это.       Не дав девушке продолжить фразу, демонесса заткнула ее глубоким поцелуем. Девушка вцепилась в руки Эвелинн, пытаясь остановить их плавные движения вверх по телу. Акали глухо промычала, не оставляя попыток оттолкнуть от себя демонессу. Последней даже нравилось такое сопротивление, однако конкретно сейчас оно мешало. Эв на пару секунд оторвалась от девушки, продолжая прожигать гипнотическим взглядом. Щеки Акали зарумянились.       — Хватит!       — Еще нет…       Ее хлысты обвили руки Акали в тот же момент, когда женщина вновь прильнула к девушке. Она нагло исследовала тело руками, в то время как его обладательница пыталась сопротивляться поцелую. Но Эвелинн… она как будто подавляла волю одним взглядом, заставляла тело куноити повиноваться. Ноги сделались ватными, лицо горело, будто на него легли лучи палящего солнца. Взгляд Эв был хищным, но движения и даже сам поцелуй пропитаны нежностью и трепетом. Акали закрыла глаза, но Эвелинн не прекращала смотреть. Она медленно провела ладонью по напряженном телу, углубила поцелуй, чувствуя, как куноити пытается унять дрожь. Демонесса снова почувствовала сильное влечение, и ей нравилось, как вела себя Кали, как вело себя ее тело в руках Эвелинн… Но она всегда знала, когда пора остановиться, чтоб продлить удовольствие в будущем. Обхватив бедро Кали, она надавила пальцем на внутреннюю сторону, оборвала поцелуй и отпустила руки, сжатые хлыстами. Короткий, но громкий стон куноити перешел в легкий смешок:       — Щекотно! — она опустила стыдливый взгляд в пол и прикрыла губы ладонью, будто страшась, что это еще не все.       — Это возбуждение.       — Довольна?       — Я бы не отказалась от… — но Акали, не дослушав, выскочила на улицу, заставив Эвелинн хитро улыбнуться.